Loveлас

4. Дана

Стою, как загнанный зверь, в окружении суровых мужиков и проклинаю всё на свете. Училась, как нормальный человек, в нормальном университете, нет, блин, надо было маме запихнуть меня в эту дурацкую академию.

Злость разъедает. Хоть сейчас звони маминому Игорюше и всё рассказывай. У него тоже такие добро-молодцы в костюмах есть. Нашлась царевна!

Достаю телефон и начинаю искать про этих благодетелей информацию. Интересно, что у них там с Дорошенко за тёрки.

Смежные области, идут рука об руку. Странно. Ещё и СМИ поделены практически поровну.

Если они начнут мочить друг друга, мама в любом случае пострадает, а за ней и я. Мне уже в школе буллинга хватило.

Но засранца-то надо проучить. Вечно таким всё с рук сходит.

Лёгок на помине. Дверь местной порностудии раскрывается, и Даня врезается в охранников.

— Мальчики-зайчики, расступитесь! — Переходит кордон, выставленный сестрицей-цацей, и с улыбкой заходит внутрь.

Прыскаю со смеху, хоть и злюсь. Классный он всё-таки, этого не отнять.

Пожирает меня своими небесно-голубыми глазами, в которых пляшут черти. Ну до чего хорошенький. Я бы разочаровалась, если он вышел, как побитая собака.

— Сладкая! — Улыбается белоснежной улыбкой. — Ну кто бы мог подумать? Боялся, что уже не увижу тебя. Иди сюда!

Он меня не забыл? Узнал? Сердце начинает колотиться, как у кролика. Напрягаюсь вся по мере его приближения.

— Ага. Я твой подарок на день рождения. Спецдоставка, — не успеваю договорить, как он подходит вплотную ко мне и чмокает. Зависает на моей щеке, а я улавливаю запах всего того непотребства, что он творил.

— Фу! — Отталкиваю его и машинально бью под дых! — Даже если ты примешь ванную из мирамистина, не смей приближаться ко мне!

Парень смеётся, даже со сбитым дыханием, и продолжает облизывать меня взглядом.

— У тебя нет влажных салфеток? Зайчики, может, у вас найдутся? — обращается к секьюрити.

Открываю сумку и протягиваю ему пачку. Мужики на него так смотрят, видно, что и сами не прочь ему зарядить.

Довольно хватает их и демонстративно тщательно протирает лицо и руки.

— Спасибо! Так лучше, — возвращает салфетки. — Кстати, ты была вкуснее, — шепчет на ухо и в него же чмокает.

Вздрагиваю вся и отстраняюсь от него. Придурок! Он что, об этом?!

— Что тебе надо? Сестра подослала, поняв, что мне похрен на её угрозы и я всё равно добьюсь твоего отчисления?

Парень усмехается и внимательно всматривается в меня.

— Прости за сестру. У неё ПМС просто. А за отчисление я буду тебе премного благодарен, — закусывает губу. Может, ещё и отблагодарит? Я поражаюсь, может, это мне почудилось и я не с ним тогда провела самую безумную ночь в своей жизни? Тот парень придурком не был. — Я просто реально рад снова тебя видеть.

Нет, видимо, не ошиблась. Рад он…

Ему вообще не стыдно? Сбежал от меня и даже неловкости не испытывает. Какая же я глупая и наивная. Теперь ещё, оказывается, и рад отчислению. Он норм вообще?

— Благодарен? — Уточняю. Уверена была, что сейчас начнёт умолять ничего не рассказывать.

— Да. Мне эта вся госслужба и корпорации осточертели. Я мечтаю учиться в Красноярске в институте гастрономии. Но просто уже третий курс, всё не решался бросить. Так что ты мне окажешь услугу.

То же самое он мне летом говорил, когда мы ели хот-доги на фестивале. Блин. Вот теперь назло ему не расскажу! Пусть страдает в этой конченой шарашке ещё два года.

— Ты на бюджете? — Задаю ключевой вопрос. Занял чьё-то место, кому бы действительно эта учёба была интересной, и не ценит.

— Увы. Семьсот штук в год.

— И теперь ты хочешь просто выкинуть два года обучения? — Ещё и к родительским деньгам халатно относится. Никто и не сомневался.

— Надо следовать за своей мечтой, ангел, — задумчиво говорит, склонив голову набок, всё также улыбаясь и лаская меня плутливым взглядом.

И это он тоже говорил.

Вот зараза! Убить его готова, а в Красноярск отпустить нет!

По коридору разносится цокот каблуков, и по быстрой и уверенной походке я понимаю, что это мама возвращается.

Добро-молодцы вдруг расступаются и делают вид, что только что не держали меня в заложниках.

Даня даже бровью не ведёт, как стоял довольный, так и стоит.

— Луиза Александровна, здравствуйте! — Ещё и первый здоровается и маму одаривает такой же очаровательной улыбкой.

— Здравствуйте, молодой человек. Ну, — обращается ко мне, — как там дела продвигаются? Ты чего здесь? Твоя помощь не нужна?

— Нет, не мешаем. Луиза Александровна, — соблюдаю субординацию при посторонних, — тут молодой человек у меня интересуется, возможно ли практику пройти в ректорате. Мечтает просто поработать с вами.

Наконец с лица засранца стирается улыбка, и он растерянно кивает в подтверждение моим словам.

— Ну, у нас штат набран. Единственное, секретаря с функционалом курьера нет. Упустила момент, как вас зовут?

— Даниил, — Улыбка снова возвращается к своему нахальному обладателю.

— Даниил, транспортное средство имеете? Права?

— Имею, самокат, два «Порша», шоссейный велосипед. Наверное, не совсем вам подойду, — пытается шутить и явно хочет соскочить.

— Отчего же? — Улыбается ему мама в ответ. — Дана, попроси Екатерину Павловну оформить нашего нового сотрудника.

— А что, без собеседования? Вот прямо сразу? А график какой? — Начинает нервно тараторить.

— Ненормированный, — добивает его мама. Я не знаю, что с ней сегодня. Но готова кинуться и расцеловать её.

К нам подходит кто-то из директората, мама отвлекается и вместе с сотрудниками заходит в злосчастный конференц-зал.

— Какого хрена? У меня бензин сотой и дел своих до фига. Курьер? Серьёзно? — Начинает возмущаться, как только они скрываются за дверью, а я ликую. То, что надо для самоуверенного избалованного мажора. Он, наверное, и скандалу-то был бы рад, прославился бы своими похождениями на всю Москву. А тут сгниёт вместе со мной в ректорате мамочки. Да и мне веселее будет.

— Повременишь с мечтой, шеф! Надо и на пользу общества поработать.

— С одним условием.

Это он мне ещё условия выставлять надумал? Наглость — второе счастье!

— Каким?

— Ты со мной сходишь на свидание. В прошлый раз неудачно вышло, обстоятельства, и я не смог тебя найти. Ты не оставила мне номер. Хочу загладить свою вину и получить второй шанс, — снова подходит ко мне вплотную, берёт мою прядь волос и пропускает меж своих пальцев. Неотрывно за ними наблюдаю. О, на что они способны…

От груди к шее и по рукам бегут мурашки. Я мечтала услышать эти слова три месяца, но он же только что моими салфетками смывал смазку левой девицы. И хочется, и колется. Дико интересно узнать, почему он ушёл. Что там за обстоятельства. Сколько раз я себя спрашивала об этом? Мне же не показалось. Мы действительно соулмейты. Но он придурок. Моя родственная душа не может быть придурком. Блин! Да что со мной?

— Как меня зовут? — Вдруг меня осеняет, что он может мне лапшу на уши вешать.

— Дана. Ты что, в моём присутствии уже собственное имя забыла?

— Нет, не забыла. Как я тебе тогда представилась?

На лице парня читается замешательство, и он как болванчик начинает кивать. Как будто у него в голове играет какой-то бит, и он под него раскачивается.

— М-м-м-м, — что-то мычит нечленораздельное и начинает щёлкать пальцами, перебирая в голове варианты.

— Второго шанса не будет, улыбака из «Браззерс»! Передай сестрице, что не прокатило!

5. Даня

— Второго шанса не будет, улыбака из «Браззерс»! Передай сестрице, что не прокатило! — Девчонка подходит ко мне вплотную и с яростью произносит прямо перед моим лицом.

Улыбака из «Браззерс». А что, мне нравится.

— Уверена? — Ухмыляюсь и подтягиваю её ближе, она даже не сопротивляется.

— Уверена!

Сладкая говорит медленно, не спеша. Именно так я себе и представлял горячую прибалтийскую киску. Слышу цокот каблуков за дверью аудитории, и план рождается мгновенно. Не успевает она договорить, как я дёргаю её на себя, пользуюсь замешательством и целую.

И как я её забыл? Губы мягкие, пухлые, такие нежные, что хочется их зажевать и не отпускать. Надо поменьше тусить, эта амнезия напрягать начала. Когда же мы познакомились? Девчонка упирается своими кулачками мне в грудь, но губы раскрывает, хватает воздух, что-то хочет завопить, в итоге проскальзываю языком и вообще не встречаю сопротивления.

Отвечать она не торопится и продолжает мычать и отбиваться. Хорошо, что летом активно качался, слабенькие удары никак мне не мешают обследовать её сладкий ротик.

Вспоминаю, что ангелочек в короткой юбочке, и опускаю одну руку ей на бедро, начинает бодаться, как козочка, вот только её язык уже не слушается и вступает с моим в яростную схватку.

Как только рука ныряет под ткань и добирается до упругой попы, обтянутой тугим капроном, дверь аудитории раскрывается, и по парному цокоту каблуков понимаю, что ректорша в компании моей сестрицы таки вышли. Да! Миссия выполнена.

— Кхм-кхм, — слышу за спиной. — Молодой человек, я смотрю, вы не совсем верно поняли свой функционал, — с иронией говорит новая ректорша. — Дана, не злоупотребляйте своим служебным положением.

Да она с приколом. Мне нравится.

Прижимаю дочурку ректора к своему телу, чтобы прикрыть стояк, и вместе с ней разворачиваюсь лицом к её мамочке. Девчонка явно чувствует мой член своей поясницей и продолжает яростно подёргиваться.

Моя сестрица в восторге. Не может скрыть одобряющей улыбки. А вот истинную реакцию ректорши раскусить не могу.

— Приношу свои глубочайшие извинения, Луиза Александровна. Слишком обрадовался назначению. Готов…

— Так, всё, — перебивает меня, — служебные отношения на рабочем месте запрещены. Имейте в виду. Дана, Дана…

Смеряет свою дочь таким взглядом, что у меня аж яйца сжимаются. Походу, малышке достанется.

С другой стороны холла доносятся голоса, шаги, и пространство заполняют администрация и сотрудники академии. За ними начинают подтягиваться и студенты. Видимо, уже всё готово к награждению.

Ректорша ещё раз кидает уничижительный взгляд на дочь и отходит к своим подчинённым. Все начинают стягиваться в конференц-зал.

Сестра приближается ко мне вплотную и шепчет в самое ухо, опасаясь, что её услышат.

— Мы изъяли все видео-записи под предлогом проверки. На тебя ничего нет. И, кстати, на видео из зала не видно, что за блондинка скачет на тебе. Воспользуйся этим.

Отходит и многозначительно смотрит на нас.

Нахожу взглядом Олю с Катей, которые сидят в окружении Костяновских чуваков, и понимаю, что действительно у Оли и Даны практически одинаковые волосы. Блин. Ну это же жёстко. Она мне после такого точно второй раз не даст. А мы уже настроились.

Гадские Ананьевские. Жизни мне не дают.

Может, и вправду свалить в Красноярск и жить себе в кайф.

Как же не хочется быть таким гадёнышем. Я же грин флаг. Меня любят и ценят за доброту и эмпатию, а тут такого ангела шантажировать принуждают. Почему Анчелла такая сука?

— Может, ты отпустишь меня наконец? — Шипит ангелоподобная бестия и опять начинает вырываться, снова провоцируя моего парня на боевое положение.

— Отпущу, — разворачиваю её к себе и склоняюсь к губам, — смотри, как удачно получается. Твоя мама увидела, как мы страстно целовались перед аудиторией. А у нашей службы безопасности изъяты все видео-записи сегодняшнего утра. Не видно, как я с подругами заходил в зал. Не видно, что ты делала половину первой пары. Зато видно, как на мне скачет девочка с очень красивыми высветленными прядями. Если ты потопишь меня, то только вместе с собой. Видео из коридора с нашим поцелуем тоже в распоряжении мальчиков-зайчиков.

— Сука! — Девчонка смотрит на Олю и краснеет от ярости.

— Сама отказалась от свидания, сладкая. Но я не злопамятный совершенно и с радостью проведу с тобой вечер. И не один, — отпускаю девчонку и понимаю, что она реально мой подарок на день рождения. И я хочу эту малышку.

— Окей. Допустим, вы сегодня победили. И тебе сойдут эти выходки с рук, — девчонка нарывается и снова подходит близко ко мне, — но я клянусь, я отомщу тебе! Не расслабляй булки, Даниссимус!

Думаю, что терять мне уже нечего, и не отказываю себе в удовольствии, снова пользуюсь отсутствием дистанции и целую малышку.

— Ау! — Горячая прибалтка кусает меня за губу, показывает фак и убегает.

— Встретимся в ректорате, сладкая! Жду не дождусь! — Смеюсь и кричу ей вслед.

А булки расслаблять действительно нельзя, надо выяснить, где мы пересекались. Слишком активно тусовался. Рейвы, фестивали, клубы, хаты. Задачка не из лёгких. Я вспомню, нужно просто выяснить время и место.

6. Даня

— Я тебе поражаюсь, — подходит смеющаяся Аня. — Ты отлизал одной, а потом полез целоваться к другой?

— Обижаешь! Я без латексных салфеток для кисонек и презервативов из дома не выхожу. Тем более ты мне жвачку вкусную дала.

— Что? Для кунилингуса есть салфетки какие-то? И как это? — Моя сеструха-пуританка удивляется так, будто я ей Америку открыл.

— Тебе не надо. Забей.

— Вечно от тебя ничего полезного не дождёшься. Ладно, что там дочка ректора? Сработало?

— Сработало. Теперь грозится мне отомстить. Страшно, жуть. Но ты же видела её. Она на меня запала. Да и вообще после меня девочки шёлковые. Всё норм будет.

— Ну конечно! Она не промах. Принципиальная и смелая. Бесит... Если бы не я и мой гениальный антикризисный план… Короче, твой волшебный пенис, увы, не панацея, Данчелла!

— Твоя же волшебная вагина панацея и решила все наши проблемы в семье. Чем я хуже? Это у нас семейное, бро.

— Тьфу! Заткнись уже, а! — Сестра вонзает мне в живот свой острый коготь и отходит. Начинает раздражённо нарезать круги по коридору.

Смотрюсь на себя в зеркало на стене. Что они все так шарахаются от меня и руки распускают? Вроде всё как обычно. Побрился, кожа чистая. Пахну вкусно.

Ладно, надо до конца решить вопрос со сладкой.

— Слушай, бро, если честно, надо перестраховаться. Я понятия не имею, как её вспомнить. Есть у вас там какие-нибудь буржуйские методы? Гипноз, может? Препаратики?

— Даня! Как можно напрочь забыть девушку, с которой спал? Тебе к врачу надо! — Сверлит меня сестра взглядом.

— Я же не напрочь забыл. Я помню её лицо, запах. Точно! Ты мне подкинула идею. Таких тус отвязных, чтобы я ничего не помнил, не так уж и много было. От силы двадцать-тридцать. Если я тебе дам даты и локации, ты можешь пробить, где в этот момент была ректорская дочурка?

— Ты норм вообще? — Смотрит на меня Аня, как на идиота. — Ты вообще понимаешь, кого надо задействовать, чтобы такое провернуть?

— Да я кучу таких расследований смотрел. Биллинг — плёвое дело. Давай, систр, работай. Что вы зря башляете бабки всей этой братии? Пусть наконец реально полезным делом займутся.

— Иди на фиг, Даня! — Отказывает мне сестра. Ой, да пожалуйста. Сам найду, где вырубить все геолокации латышечки. — Что ты употреблял, что ничего не помнишь?

— Тоже хочешь?

— Даня! Я серьёзно! — Снова начинает выходить из себя сестрица. — Это уже не шутки! Ты совсем с катушек слетел! Я тебя в рехаб засуну, отвечаю!

— Ань, ну не душни. Повеселился от души. С кем не бывает? А, точно. С тобой. И твоим буржуем. Вы грибы только благородные собираете, — подкалываю сестру, которая мне все выходные слала фотографии с белыми. Скука смертная. С их-то возможностями…

— Ты сейчас серьёзно? — Аня хватает меня за ухо и начинает тянуть. Ненавижу эту традицию.

— Ауч! Помогите! Парни! Мальчики-зайчики, меня пытают!

— С днём рождения раз! Два! Три! — Зло цедит сестра.

— Бро, прекрати! Больно!

— Скажи спасибо, что здесь нет моего мужа, придурок! — Шипит сестра. — Я всё расскажу родителям сегодня на праздничном обеде. Пусть думают, что с тобой делать. Тебе давно пора браться за ум!

— Бро, ну нет. Пожалуйста! Мне тогда тачку не выкупят. Гонишь что ли?

— Какую ещё тачку? — Выпучивает на меня глаза.

— Panamera GTS мне пришла. Как и хотел.

— Какого хрена, Даня? Тебе не жирно будет? А мне что подарят?

— Я просто любименький сыночек, — улыбаюсь и злю сестрицу. Обожаю. — А тебе мама духи какие-то купила за сотку. Это тоже круто.

— Тебе панамеру, а мне духи? — Аня обижается, как в детстве. Хорошо, что мы больше не живём вместе, так бы она меня пришла душить подушкой, как всегда.

— У тебя муж богатый, что ты обиженку врубила? Кстати, что он тебе подарит?

— Собаку, — сразу же веселеет Аня и расплывается в улыбке.

— Бля, бро! Я тоже хочу собаку, — обнимаю сестру и искренне завидую. У мамы аллергия, и мы всё детство страдали. — Какую?

— Мини-бульдожку.

— Фу, что за урод!

— Сам ты урод! — Снова отпихивает меня Аня. — Кстати, забыла сказать. Президент студенческого совета заболел, нам нужен кто-то, чтобы вручить цветы преподам-наставникам, что курировали номинантов. Вот ты и вручишь. Нехрен тебе прохлаждаться. И вообще пошли, будешь мне помогать. А я подумаю, лишить ли тебя панамы или нет.

— Ой, бля, — вздыхаю и послушно иду за ней в зал. Куда деваться…

Просто прелестно. А день так хорошо начинался… По итогу финишировать не дали. Девчонка отшила. «Порш» под вопросом. Светит работа в ректорате курьером, теперь ещё и разнорабочий. Надеюсь, примета про то, как встретишь год, так его и проведёшь, нерабочая.

Помогаю сеструхе и не возникаю, если она будет мной недовольна, отец мне может не то что тачку не выкупить, так ещё и счета заблокировать. Уже грозился. Маман, конечно, подкинет, но после празднования днюхи я надолго просяду.

Координатор выдаёт мне букеты для преподш и карточку с текстом, который я должен зачитать. Пробегаюсь беглым взглядом, скукотища и банальщина. Уж мне-то могли текст и поострее написать. Подмывает от себя добавить огонька, но смотрю на систр и понимаю, что не сегодня. Хватит с них движа.

Послушно выхожу на сцену, улыбаюсь, дожидаюсь, когда ведущий толкнёт речь, и наконец зачитываю свою бумажку. По залу пробегает смешок, и чем дольше я читаю, тем больше перешептываний и уже явного смеха.

Что за херня? Я вроде ещё раз умылся, чистый, волосы были в порядке. Лазерной указкой на меня никто не светит. А веселье среди публики с каждой секундой нарастает. Невзначай оборачиваюсь и смотрю на экран позади меня. Всё стандартно.

Чёрт, не слила же она всё-таки меня? Хотя над чем ржать? Скорее бы были овации.

Начинаю запинаться, нервничать. Ищу взглядом сестру, она вместе со своим муженьком ржет больше всех. Так, значит, не слили, тогда что, мать его, происходит?

Дочитываю речь, вручаю веники преподшам, которые тоже усмехаются, и возвращаюсь за кулисы. Спускаюсь со сцены и бегу к сестре. Проходя мимо рядов, смешки и шёпот усиливается в разы. Все студенты явно угарают.

С первого ряда моя ангелоподобная фурия начинает засыпать меня воздушными поцелуями и подмигивает. Ха. Не долго ломалась.

— Бля, броооооо, — ржёт мой кореш, сидящий с краю, пялясь в телефон.

Вглядом вопрошаю: Что там? , но он продолжает угарать и закрывает лицо рукой.

Иду вдоль прохода под явное глумление публики и вообще не понимаю, что за херня творится.

— Ну, валяй. — Падаю на сиденье рядом с сестрой.

— Беру свои слова обратно. Она мне нравится, — сквозь смех произносит Аня. Даже плачет от смеха. Ну пиздец, приплыли. Чую несмешную и тупую херню.

Сестра протягивает мне свой телефон и прикрывает рот рукой, чтобы, видимо, не заржать на весь зал. Пост в подслушке. Кто бы сомневался.

«Пока среди ботанов проходит громкое награждение выдающихся студентов, вся академия замерла в предвкушении поистине знаменательного события – у нашего любимого Даника сегодня день рождения, и намечается грандиозная туса века в лучших традициях именинника. Лучшим подарком Пуссибою будет хорошее настроение и… сиалис с виагрой. Пташки нашептали, что главный ловелас Академии так усердно полирует киски, потому что его поршень не работает от слова совсем. С Днём рождения, голубоглазик! Пожелание от админов канала сегодня одно: чтоб член стоял и бабки были!»

7. Даня

— Что задумался, Дань? — Шепчет сестра. Она реально думает, что я расстроюсь из-за этого абсурда?

— Да разрабатываю план мести, бро, — деланно лениво отвечаю, разжигая интерес.

— Наконец-то интересный контент подвезли, — вклинивается мой зять, — какие варики, брателло?

— Вот думаю. Трахнуть ректорскую малышку в кабинете мамочки, просто скинуть дикпик в комменты или не мелочиться и трахнуть саму ректоршу на её же столе?

— Идиота кусок, — вздыхает Аня. Ну сколько можно? Ей даже духов за вредность много. Уродской собаки ей выше крыши.

— Я за третий вариант. Пора Дороха нагнуть по полной. Око за око, — к моему удивлению, зятёк рубит тему.

— Ну ты-то куда? — Взвывает сестра.

— Принято, босс, — отдаю честь зятю. — Да ладно, бро, релакс. Я просто ногтей насыпал в комменты, — успокаиваю и так расшатанную за сегодня нервную систему сестры и встаю со своего места. Со сладкой я не закончил.

Все продолжают ржать по рядам. Ботаны-то куда? Женщину голую только на дисплеях видели и ещё что-то возникают. У лошариков сегодня праздник.

Прикладываю руку к груди и всем раскланиваюсь и улыбаюсь. Больше! Больше внимания! После такого пиара все первокурсницы сочтут за честь проверить дезу.

Протискиваюсь на ряд за сладкой дочуркой и занимаю пустое место прямо за ней.

Заглядываю к ней и палю, что она высматривает в своём поросячьем розовом айфоне. Ожидаемо. Читает комменты и постоянно обновляет пост.

Да она одержимая вообще. Даже все остальные уведомления смахивает и мониторит, как сумасшедшая, обстановку под постом.

Мой коммент с ногтями набрал больше всего лайков. Мои курочки всегда меня поддерживают.

Угораю, когда палю, как она заходит на страницы лайкнувших мой комментарий и смотрит фотки. Ревнует.

Она мне с каждой минутой нравится всё больше. Где же мы пересекались…

Точно! Надо выяснить. И побыстрее. Кидаю клич среди корешей, кто может биллинги её пробить и выдать мне девчонку с потрохами.

Периодически поглядываю, что там девчонка делает, и понимаю, что она вся во мне.

Почитываю сам комменты и понимаю, что у меня недоброжелателей намного больше, чем я предполагал. У них там прям раздолье. Нарадоваться не могут. Каждый день здороваются, подмазываются, а по факту гниль.

Походу надо какой-нибудь новый медиа-повод замутить, но чтобы без репутационных рисков.

Уже реально начинает подбешивать эта тема. За спинами продолжают шептаться и противненько хихикать. Ущербные лузеры.

Отправляю через аноним-бот в предложку инсайд, что у меня на вечеринке будет Фара. У кого из этих лузеров еще выступит самый крутой тип? Вообще взорвутся.

Осталось только его уговорить.

Наконец церемония заканчивается, Костян толкает крутую речь, обещает в следующем году увеличить количество грантов, и все расходятся. По такому поводу в следующем году можно и оргию здесь организовать. А чего? Все масштабируются.

Дёргаю златовласку за локон, когда она начинает собираться. Она вздрагивает и оборачивается.