скачать книгу бесплатно
– Сейчас не время для него! Я хочу подарить его позже! Поэтому, прошу тебя, иди уже в свою комнату, оденься наконец, и мы пойдем уже!
– Как скажешь, подожди минуту.
Одевшись в самую обыкновенную одежду в виде джинсов и черной футболки, я вышел в прихожую и получил от М положительную оценку моего образа в виде сжатого кулака с поднятым большим пальцем. Сама же она была одета примерно так же. Видимо, в ресторан мы не пойдем, подумал я. Было интересно, что же ей пришло в голову на этот раз. Хотя, по большому счету, разницы не было. Ведь это же М, с ней и посиделки на лавочке будут ярче любого приключения.
Объятые веселым настроением, мы вышли из дома и направились к автобусной остановке. Майское солнце грело сильно, а освежающий весенний ветер разносил по улицам города сладкий аромат цветущей сирени. Повсюду суетливо ходили люди, спеша по своим делам, крича и нервничая.
Обойдя несколько многоэтажек, преодолев подземный переход, через пару минут мы уже были на месте, остановились и ожидали того, о чем знала только М. Я всматривался вдаль и выглядывал автобус, как будто бы знал нужный нам. Моя девушка стояла позади и, использовав меня как тень от солнца, смотрела в телефон. Обернувшись к ней, я спросил:
– Вау, будем весь день кататься по городу на общественном транспорте? Я так счастлив. Ты угадала с подарком!
В ответ я не получил ничего, даже фирменного осудительного взгляда, которым ей приходилось частенько меня одаривать. Она по-прежнему продолжала смотреть в свой телефон, не моргая. Мне стало немного неловко, я в ту же секунду пожалел, что сказал это в слух. Когда М была на чем-то сосредоточена, ее лицо всегда выглядело чрезвычайно серьезным, собранным и полностью отвлеченным от окружающего мира. Но вдруг длительное молчание прервалось.
– Осталась всего минута.
– Что, уже? – улыбнулся я. – Наш совместный день так быстро закончился…
– Когда же ты уже поймешь… – М закатила глаза. – Твои шутки вовсе не смешные.
– Но тебе же они нравятся. Ведь… нравятся?
– Смотри, вот и автобус приехал! Как быстро, прелесть!
Зайдя в него, мы прошли в самый конец салона и сели на последние свободные места. Автобус увозил нас все дальше. Постепенно каменные высотки за окошком сменялись серыми пятиэтажками. Пустых мест становилось все больше. Еще через несколько минут зданий совершенно не осталось, автобус на скорости проносился мимо высоких царственных дубов и склонившихся ветвей берез. Я смотрел на них через стекло, облепленное божьими коровками. Стало очевидно, что автобус выезжает из города.
Проезжая мимо полей с золотыми подсолнухами, глаза М начали слипаться, а ее тело плавно наклонялось. Я тут же подхватил ее за талию, обнял и положил голову на свое плечо. Немного поерзав на нем в поиске места помягче, она тут же уснула, едва слышно засопев. Видимо, сегодня М не выспалась или же вообще не ложилась спать, думал я. Утром ей пришлось собраться раньше обычного и прийти ко мне, чтобы разбудить.
А мы тем временем уносились все дальше. На какой остановке нам выходить знала только она.
Чувство неопределенности всегда переносилось мной достаточно тяжело. Я всю свою жизнь любил что-либо планировать, составлять списки, вести графики. Практически каждый мой день был просчитан до мелочей. Исключения возникали разве что из-за обстоятельств неподвластных моему влиянию. В случаях, когда что-то шло не по намеченному плану, меня охватывала легкая досада и чувство неудовлетворенности. Но в тот момент мои эмоции были совершенно другими.
М спланировала нашу поездку, вероятно, даже весь этот день – и все это исключительно ради меня. На душе сразу же стало тепло и приятно от того, что для нее это так важно. Она не так часто говорила о своих чувствах, временами даже немного грубо подначивала меня. Со стороны кому-то могло бы показаться, что моментами М меня не уважала, может и ненавидела. На самом же деле, ей вовсе и не надо было что-то говорить. Всю ценность отношения ко мне обличали ее поступки, которые всегда направлялись исключительно на доброту, заботу и переживания. И это вызывало во мне потрясающие эмоции. На все свои планы и графики мне стало наплевать, их не существовало. Мои голову занимали лишь мысли о моей прекрасной девушке, о том на что она готова пойти ради меня.
– УВАЖАЕМЫЕ ПАССАЖИРЫ! – прокричал водитель. – Следующая остановка конечная! Убедительная просьба покинуть салон! Автобус возвращается в город!
Поездка заняла несколько часов. М лениво приоткрыла свои прекрасные глаза цвета морской волны и огляделась. В ее взгляде, невероятно меня умилившим, читалось легкое удивление от того, что она так внезапно заснула. Мы без спешки поднялись со своих мест и направились к выходу. Сразу же своей свежестью повеял теплый загородный воздух. Автобус со скрипом захлопнул свои двери, развернулся и уехал. Звук его мотора уносился все дальше, вскоре стали слышны лишь верещания сверчков и отдаленные пения птиц.
Слегка приободрившись, М взяла меня за руку и повела за собой, сказав:
– Нам надо на ту тропинку, пойдем.
Тропинка вела вглубь леса.
– У нас пикник? – предположил я. – Хотя, нет. Мы могли бы тогда взять корзинку или рюкзак.
– Нет, В, у нас не пикник, – ответила М с серьезным лицом. – Осторожно, тут крутой спуск.
– Спускаемся к реке, чтобы порыбачить? – спросил я, отгоняя от лица насекомых. – Тогда стоило накопать червей, кукурузы купить, удочку прихватить, а еще спрей от кома…
– Не мог бы ты! – повысила голос М, а затем вновь опустила голову и тихо произнесла: – Помолчать.
Переступая через шишки, мы продолжили идти дальше по лесной тропинке, которая вела куда-то все ниже и ниже. Ее выражение лица стало гораздо более озадаченным, чем сегодня утром. Можно даже сказать, на нем читалась весьма заметная грусть. Плечо М заметно дергалось, пальцы тряслись, но продолжали обвивать мои, и чем круче становился спуск, тем сильнее чувствовалась хватка. Я решил помолчать и просто дождаться, пока мы дойдем до нужного места. Там все станет понятно, надеялся я.
Через несколько минут дорога вывела нас из леса. Нам открылся вид на длинную набережную. Возле железного парапета рыбаки в шляпках закидывали удочки в реку и о чем то-то увлеченно беседовали, любуясь пейзажем. Мимо них на роликах проносились две смеющиеся девочки, держа в руках огромного воздушного змея в виде орла. Они достаточно сильно разогнались и он взлетел высоко вверх. Их заразительный смех уносился далеко вперед. Мы последовали в ту же сторону, двигаясь вдоль набережной по асфальтированной дорожке, разрисованной мелом. Провожая девочек взглядом, я заметил то, куда они направляются.
Примерно в двухсот метрах от нас за железными воротами стояло множество шатров и разноцветных палаток, украшенных яркими рисунками. Около них скопилось еще больше детей со змеями и воздушными шариками, тянущих куда-то за руки своих родителей, и, просящих что-то им купить; над ними по железной дороге проносились красные вагончики с кричащими людьми; на пригорке расположилось колесо обозрения, мигающее ярким свечением желтых фонариков; до нас начали доноситься звуки выстрелов, вероятно, из тира.
Я стоял на месте как вкопанный, сфокусировав свой взгляд на одной точке. Внутри все задрожало, точно от холода, а сердце забилось быстрее. М сжала мою руку крепче, потому как поняла, что до меня наконец дошло то, где же мы находимся. Теперь она не рассматривала землю под ногами, лишь меня, ожидая проявления хоть каких-нибудь эмоций.
Парк аттракционов «Лесная заводь» был тем местом, куда я с родителями каждый год приезжал отмечать свой день рождения. С ним связано несметное количество моих воспоминаний. Сколько себя помню, в этот день мама будила меня нежным поцелуем по утру, а папа заходил в комнату с шоколадным тортом в руках. Родители в один голос кричали отрепетированное поздравление, говорили мне свои пожелания, а потом заключали меня в крепкие объятия и долго не выпускали из них. Торопясь скорее попасть в парк, мы быстро собирались, выбегали из дома и запрыгивали в папину машину. Ветер из окна обдувал мои волосы; откинув голову назад и прикрыв глаза, я ощущал себя самым счастливым ребенком на свете. Мама постоянно поворачивалась с переднего сиденья ко мне, наши взгляды встречались и мы дружно хохотали.
По приезде, мы шли на автодром кататься на электрических машинках и, разумеется, врезались друг в друга. Обойдя все аттракционы по два круга, все заканчивалось посещением колеса обозрения и поеданием вкусной выпечки внутри кабины. Главной и моей любимой традицией этого места стала концовка праздничного мероприятия. Все гости парка шли к берегу реки, держа в руках листы разноцветной бумаги, кому какая нравится, писали на них свои пожелания, затем делали из них кораблики и отпускали в воду плыть по течению. Из года в год моим желанием было вернуться сюда вновь. И каждый раз оно сбывалось. До определенного момента.
Семь лет назад моего папы не стало. У него обнаружили рак головного мозга. Они с мамой знали об этом уже довольно давно, однако ничего не рассказывали, чтобы мне не пришлось заранее расстраиваться и переживать из-за грядущего будущего. Им хотелось, чтобы мое детство было наполнено радостью и счастливыми моментами. Правда открылась лишь со смертью отца. Тогда мне было одиннадцать лет. С того года мы с мамой больше ни разу сюда не приезжали.
М аккуратно положила руку мне на плечо и начала говорить:
– В, я…
– Мама тебе рассказала об этом месте? – тихо спросил я, взглянув на нее.
– Я думала о том, что тебе подарить и решила разузнать у нее о том, как вы праздновали твой день рождения раньше – она мне все рассказала.
– И ты спланировала все это…
– Да, примерно за неделю. В, я хочу кое-что сказать… послушай меня, пожалуйста. Я знаю, насколько сильно тебе нравится это место, какие воспоминания у тебя с ним связаны. Приехать сюда с тобой показалось мне хорошей идеей, но не подумай, не для того, чтобы напомнить тебе о тяготах прошлого и-и-и… – она начала теряться в словах и складывать указательные пальцы вместе. – Я понимаю, что не заменю тебе того, что было здесь раньше, ведь это твое прошлое, оно никуда не денется. Однако, твоя мама сказала, что ты вспоминаешь время, проведенное здесь, с болью в сердце после того, как вы здесь больше не бываете. Поэтому я решила изменить это и создать здесь с тобой новые счастливые моменты, чтобы это место ассоциировалось не с чем-то расстраивающим тебя, а лишь с радующим. Позволишь мне это сделать?
– Конечно, позволю, – произнес незнакомый голос, принадлежавший мне же. Ей удалось меня удивить. Я с замиранием сердца желал узнать, что же будет происходить дальше.
М сняла с плеча свою сумку, расстегнула молнию и достала из нее фотоаппарат моментальной печати. Огляделась по сторонам и, встретив взглядом проходящую мимо женщину, спросила:
– Извините, не могли бы вы нас сфотографировать?
– Конечно-конечно, – весело сказала та, уплетая мороженное. – Вы такая красивая пара! Вас точно нужно запечатлеть!
М передала женщине камеру и повернулась ко мне спиной. Я обнял ее, мы прислонились щеками и наши лица растянулись в искренней улыбке. Так же в этот момент позади нас разноцветными искрами разлетелся большой залп фейерверков, выпущенный раньше наступления темноты и преобразил небо новыми пестрыми цветами, отчего фото лишь приобрело в красоте. Кадр удался и спустя пару мгновений женщина протянула нам готовое фото, проявившееся в ее морщинистых руках.
– Вот, ребята, держите.
– Большое спасибо! – ответили мы в один голос.
– Парень, хватай, хватай такую девчонку покрепче, а то упустишь.
– А я убегать от него и не собираюсь, – звонко произнесла М, прильнув к моему плечу.
– У тебя и не получится, – спокойно сказала дама, поправляя очки, и молча пошла дальше.
Фраза показалась мне странной, но М, словно не обращая никакого внимания, с торжествующей улыбкой на лице повернулась ко мне, показывая фото:
– Видишь этот снимок?
– Разумеется.
– Я добавлю его дома в наш коллаж! Он останется там навсегда! Как и я с тобой…
Если раньше бабочки просто порхали в моем животе безмятежно, то в тот момент они носились в нем бешено, врезались друг в друга и сливались воедино, летая затем еще быстрее. Я молча посмотрел прямо в ее выразительные лазурные глаза. Смотреть куда-то еще желания не было никакого. Все посторонние шумы моментально затихли для меня. В голове звучали лишь ее слова, которые пересекались с мыслями о событиях сегодняшнего дня. Детально продуманный план М воплотился в жизнь и все эти усилия были проделаны только ради меня одного, не для кого больше. Раньше она избегала подобных фраз и различных милых моментов, а сейчас уже как минуту после произнесенных ею слов не отрывает от меня взгляда.
– М, послушай, – прервал молчание я. – Большое тебе спасибо за то, что ты для меня сделала. Такого приятного сюрприза точно нельзя было ожидать. Это место, действительно, очень важно для меня, оно наполнено счастьем, тем счастьем, которое я каждый год делил здесь с любимыми людьми. Мне очень радостно, что эта традиция продолжилась и прямо сейчас… я счастлив, как никогда, быть здесь с тобой. М, я очень сильно люблю тебя!
– Я тоже очень-очень сильно тебя люблю! – сказала она, произнося каждое слово с новой более звонкой и высокой ноткой в голосе. Ее щеки порозовели, глаза приобрели блеск.
Напрочь позабыв о всех людях вокруг, я осторожно взял ее за руку и плавным движением потянул к себе, она, сама того желая, поддалась мне и сделала два робких шага вперед. Ладони М покорно легли на мои плечи, мои руки обвились вокруг нее. Дыхание ее заметно участилось, а ноги сделались ватными. В очаровательном взгляде читалась неподдельная нежность. Испытывая легкое волнение, я неспешно, но уверенно, потянулся к ней, отодвинул черную прядь вьющихся волос, скрывающую милое ангельское лицо, и трепетно коснулся ее столь невыносимо желанных алых губ. Мы слились в незабываемом ласковом поцелуе, несравнимым ни с каким, что был ранее. От мягкости ее губ во мне проснулись ощущения той легкости и тепла, которые я испытывал во время сна, поднимаясь к ослепляющему свету. Как и тогда, моим желанием было, чтобы этот доводящий до дрожи момент никогда не заканчивался. Мои безграничные к ней чувства хотелось преобразовать в нечто материальное в виде мягкого лоскутного одеяльца, окутать им наши тела и скрыть их от глаз всего мира, чтобы мы принадлежали лишь друг другу.
М совершенно перестала контролировать свое тело: пальцы сорвались с моих плеч, руки смиренно опустились вниз. Ручка сумки, кажется, начала сползать с локтя и через мгновение, со слышимым грохотом от количества внутри вещей, упала на землю. Содержимое сразу же разлетелось по асфальту под нашими ногами. Тогда нам пришлось, не без чувства легкого разочарования, оторваться от поцелуя. Мы опустились вниз, чтобы собрать обратно все выпавшие вещи. Я подобрал ключи и протянул их ей:
– Вот, держи.
– Нет, не надо, В, – она замотала головой, – не отдавай.
– Как это, не надо?
– Мне совсем не хочется сегодня попасть домой, – закапризничала М и отвернулась, – Я хочу быть с тобой, поэтому оставь их у себя, тогда уйти у меня не получится.
– Ты и не уйдешь, – на моем лице проявилась улыбка. – Я тебя никуда не отпущу.
М расцвела, как прелестная роза в оранжерее. Казалось, именно этих слов она ждала.
Железная пара ключей комфортно вместилась в кармане моих джинсов. Я взял М под руку и мы с радостными лицами направились на встречу главному источнику шума вокруг – к аттракционам.
Первой нашей остановкой стал излюбленный мною автодром с подсвеченной вывеской в виде гоночного спорткара. Синяя машинка, предложенная оператором аттракциона, как раз подходила по размеру сиденья для нас обоих. Удобно расположившись в ней, меня настигло горькое чувство ностальгии, навивающее тоску по тем временам, когда мой хохочущий папа сидел так же рядом и помогал управлять мне ею, направляя движения моих рук на руле, а так же давя ногами на педали.
Однако, поддавшись порыву эмоций веселья, вызванному нахождением здесь, я позабыл обо всем и просто расслабился. Столкновения с дико рулящими, смеющимися детьми и неожиданное пронзающее взвизгивание М, мигом унесли все мысли о прошлом подальше, оставив только эмоции прекрасного проживаемого настоящего.
Стоило справедливо признать, что мой навык вождения в управлении электронным автомобилем значительно возрос с последнего пребывания здесь. Катаясь уже на протяжении пяти минут, мы ни разу не врезались в кого-либо сами. Хотя в нас периодически на скорости влетали то с боку, то сзади. Внезапно М решила перехватить инициативу и самостоятельно показать «класс» в управлении. Она, по непонятной причине, решила руками обхватить руль снизу, сжав его как можно сильнее, не стала церемониться с педалью газа и вдавила ее сразу же в пол, начав резкое движение прямиком к углу площадки. Мы понеслись на полной скорости, обреченные вот-вот врезаться в ограждение. Именно так все и произошло. При столкновении М наклонило вперед таким образом, что она чуть ли не вывалилась прямиком на площадку, в то время как я, пытаясь ее удержать самым странным и неуклюжим способом, ударился лбом об руль нашей гоночной машинки. Ау.
– Ты в порядке? – забеспокоилась М.
– Вроде бы, – ответил я, потирая лоб, – Если купим семейный автомобиль, чур детей в школу вожу я.
– Ну-ка, покажи… э-эх, теперь синяк останется! Прости, прости, про…
– Да ничего страшного, успокойся.
– Конечно, ничего страшного! – она рассекла воздух рукой. – Ты забыл, как было в прошлый раз, когда я учила тебя кататься на лошадях? Ты умудрился выпасть из седла на первой же минуте тренировки. Предсказуемо, но все же! Ты пришел домой с синяком размером с яблоко, а потом твоя мама звонила мне и спрашивала: «М, ты его случайно не бьешь?!» Такого больше быть не должно, иначе она решит, что я садистка какая-то!
– Но ведь ты и правда иногда меня бье…
– Цыц! – она прислонила горячую ладонь к моим губам. – Пойдем, приложим что-нибудь холодное к твоей голове.
– Ладно, ладно… а мама и правда тебе тогда звонила?
– Пойдем, сказала!
В поисках холодного компресса наш путь привел нас к небольшой палатке с выпечкой. Справа от нее располагался передвижной холодильник на колесах с мороженым. Тогда мы поняли, что достигли своей цели гораздо быстрее, чем ожидали. Купив шоколадное эскимо и подержав его всего минуту у своего лба, мое терпение иссякло. Я развернул упаковку и начал есть слегка подтаявшее мороженое. М же съела свое еще задолго до того, как я открыл собственное, и даже успела протереть ротик влажной салфеткой.
– Что? – смутилась она, поймав на себе мой взгляд.
– Ничего, – пожал плечами я и спокойно отвернулся.
– Я просто люблю сладкое.
– Хорошо, как скажешь.
– Но я не обжора, ясно тебе?
– Я же такого не говорил!
– Но ты так подумал!
– Мне все равно, М. Хочешь, куплю тебе еще одно? Смотри, у них даже пломбир есть.
– Нет, моя суточная норма калорий не позволяет, – важно проговорила она и гордо подняла подбородок.
– Но зачем тебе эта норма? Ты и так вполне стройная. Попробуешь мое? – я поднес подтаявшее мороженое к ее рту.
– Да, стройная, – согласилась она и отодвинула мою руку, – потому что соблюдаю норму.
– А если не будешь соблюдать?
– В таком случае, будешь встречаться с девушкой вдвое больше тебя самого. И что же тогда?
– Ничего. Какой была прекрасной, такой и останешься.
– В, это подхалимство!
– М, это любовь!
Солнце склонилось к горизонту и в этот же момент по всей территории парка одновременно зажглись фонари. День проведенный с М подходил к концу, хотя, казалось, что автобус привез нас сюда совсем недавно.
За наше пребывание здесь мы успели прокатиться на высоком колесе обозрения, полюбоваться быстро текущей рекой и возвышенностями скалистых гор, расположенных на противоположном берегу. Так же мне посчастливилось впервые поцеловаться на стометровой высоте. Когда мы опустились на землю, мне все-таки удалось уговорить М на еще одно мороженное, которое она позже с удовольствием съела, несмотря на то, что поначалу и делала вид, будто совсем его не хочет. Почему девушки стесняются есть при парнях? Насытившись, она заметила тир и изволила пострелять из винтовки, точнее, захотела, чтобы пострелял я. Признаться, получалось у меня не очень хорошо, уж слишком крохотных солдатиков выбрали для мишеней, но все же небольшого медвежонка для М, который в самый раз поместился в ее сумке, выиграть удалось.
Перед тем как покинуть это место, мы решили прогуляться вдоль набережной и напоследок насладиться свежестью лесного воздуха, который у самой реки был крайне влажным и немного прохладным. М замедлила шаг, положила руки на парапет и мечтательным взглядом обратилась к шумевшим темным волнам. Легкий весенний ветер развевал ее волосы, сбивал их на лицо, доставляя ко мне тонкий аромат лаванды, раскрывшийся на ее теле, лишенном изъянов, по-новому: аппетитнее и одуряюще всего, что приходилось чувствовать. Проходя мимо парфюмерного магазина, меня часто зазывали «послушать чудные ароматы духов», но уверяю, содержимое тех флакончиков не шло ни в какое сравнение с запахом М. Если любовь имеет запах, готов клясться, она пахнет именно ею. Я покрепче обнял ее сзади, прижался к ней и мы вместе всматривались в дали едва заметной лесной чащи на другом берегу, надеясь разглядеть в ней что-то особенное, что скрыто от человеческих глаз. Хотя, думаю, что как раз-таки нечто особенное, прекрасное и удивительное слегка подрагивало от прохлады, находясь в моих руках именно тогда.
Из парка толпами начали плестись люди. Его закрыли, и в этом момент стало понятно, что нам уже точно пора проследовать на остановку. Взявшись за руки, мы побрели к лесной тропинке, изредка оглядываясь на закрывающиеся ворота.
По пути М рассказала, что ей, уж не знаю лукавила она или нет, безумно понравилось провести время в этом месте, и что теперь она понимает почему мне всегда так нравилось приезжать сюда каждый год. Оттого, что она с добротой и восторгом высказывалась о дорогом мне месте, на душе становилось тепло и приятно. Замечательно же, когда есть рядом человек, с которым можно разделить то, что любишь. Особенно, когда этого человека ты любишь ничуть не меньше. Мне захотелось разузнать то, как она с семьей проводила время в детстве и отмечала праздники. В моей голове родился план обязательно выяснить это у ее родителей и устроить подобный сюрприз, может, еще лучше: некое приключение, будоражащее воображение.
На остановке, распахнув двери, нас уже ждал старенький заведенный автобус с тем же пожилым, уставшим водителем, привезшим нас сюда днем. Расплатившись, мы опустились на те же самые места, на которых сидели. Автобус еще немного набился людьми и вскоре тронулся.