banner banner banner
Лелёка и голубая пуля
Лелёка и голубая пуля
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Лелёка и голубая пуля

скачать книгу бесплатно

Лелёка и голубая пуля
Мира Виссон

Лена Лёвочкина работала личным секретарём. Всё текло ровно в её жизни. Стабильная работа с хорошей зарплатой последние пять лет. В меру капризный шеф, к которому она уже привыкла. Однако пришла беда откуда не ждали. По нелепой случайности она оплошала на службе, за что была тут же уволена. В тот момент, когда она шла домой, понурив голову, не зная, как жить дальше, где взять деньги, чтобы платить за квартиру, она и подумать не могла, что это самое меньшее из бед, что ждут её в ближайшее время. Увольнение – пустяк, по сравнению с тем, что случится через несколько часов. Вот где начнётся самый настоящий экстрим. Вопрос о деньгах – да это ерунда, рядом не лежало с тем, что каждую минуту надо быть на чеку, чтобы не выдать, что ты вообще здесь оказался из другого мира. И да, она точно узнала, что Земля не единственная обитаемая планета.

Мира Виссон

Лелёка и голубая пуля

Бутерброд всегда падает маслом вниз.

Девушка угукала в трубку и что-то быстро записывала на маленьком листочке с клейким краем. Едва она закончила разговор, раздался внутренний звонок. Это был шеф.

– Леночка, сделайте-ка мне кофе.

– Хорошо, Игорь Натанович.

Приклеив бумажку рядом с телефоном она побежала на кухню. Достала чистую чашку, быстро долила воды в контейнер кофеварки, засыпала новый кофе, мысленно ругнувшись на менеджеров, которые уже выпили всё, а новый не засыпали. Взглянула на пару чашек, стоящих рядом с мойкой – она так и не успела вымыть посуду, а ещё у шефа в кабинете грязная чашка. Пока готовился кофе быстренько вымыла посуду. Поставила на поднос чашку с новой порцией кофе и поспешила в кабинет шефа.

Оттуда она возвращалась с тем же подносом, но уже с грязной посудой. Решив не откладывать на потом, а то может до вечера больше времени не будет, вымыла чашку. Пока она была занята в обеденной зоне, кто-то в офисе где-то открыл окно. Сквозняк пролетел по офису, зашуршав бумажками, сбросив со стола документы, где-то хлопнул дверью, а где-то оконной рамой. Бумажка с записью, чуть ранее сделанной секретаршей, не удержалась на столе.

Начальник АХО вечно экономил. Леночка уже не раз ругалась с ним, требуя, чтобы он покупал качественную канцелярию, но он вечно придумывал отмазки, то не было на складе определённой марки, то забыл, что ему уже сто раз было говорено. Вот и в этот раз, вместо качественных, но дорогих блоков стикеров, он привёз какое-то недоразумение, которое едва держалось на горизонтальной поверхности, с вертикальной же отклеивалось моментально.

Пробежавшего по офису сквозняка эта бумажка, разумеется, не выдержала, отклеилась от стола и, кружась в воздушном потоке, спланировала, удаляясь всё дальше от стола. Приземлилась рядом со шкафом. Следующий воздушный поток благополучно загнал её вглубь. Шкаф был почти вровень c полом. Даже при желании трудно было бы что-то запихнуть под него. Но закон подлости никто не отменял и бумажка с важной записью, без труда оказалась под шкафом.

На обратном пути с кухни секретаршу окликнул охранник. Приехал курьер, ей следовало получить документы, что он привёз. Вернувшись к столу, девушка сгрузила на него то, что привёз курьер, и внимательно посмотрела на стол. У неё было смутное чувство, что она что-то должна сделать. Вроде она оставляла записку. Оглядела стол – ничего. «Если бы я что-то должна была сделать, я бы написала себе напоминалку», – неуверенно размышляла девушка. Она крутила прядь волос на палец, пытаясь вспомнить, что должна сделать. Локон уже закрутился туго-туго вокруг пальца. Она всегда так делала, когда была озадачена. На всякий случай посмотрела вокруг стола, ну вдруг записка всё-таки была. Мало ли сдуло со стола.

Её размышления прервал звонок шефа.

– Курьер приехал?

– Да, секунду, сейчас принесу договор, – ответила Леночка, судорожно разбирая привезённую документацию.

Найдя нужный договор, она отправилась к шефу.

Потом было ещё какое-то поручение, за ним следующее. А ещё был список дел на день, которые нужно было обязательно сделать.

А важная бумажка осталась лежат под шкафом. Там она так и пробудет до того момента, пока кому-то не потребуется двигать мебель.

Увольнение

«Не долго музыка играла…» – мрачно думала она.

Лелёка сидела на полу. Верней на соломе, что лежала на земляном полу. Отдельные соломинки застряли в её коротких, чуть вьющихся волосах. Камеры в замке были в подземелье. Это был такой своего рода пережиток. Раньше тут действительно держали заключённых, правда недолго, пока не казнили. Раньше темница была больше, теперь же оставили лишь малую часть, так на всякий случай. Надолго тут никто не задерживался. После пыток, которые применялись когда надо было получить информацию, если, конечно, пленник выживал, его отправляли в государственную тюрьму, которая была на другом острове. Иногда, верней чаще отправляли на казнь, опять же, если было кого отправлять после пыток. Насколько достоверна была эта информация – неизвестно. В прежние времена, когда тюрьма под дворцом была раза в три больше так и было, теперь же…

Насколько знала девушка, сюда попадали крайне редко. Однако истории из прошлого продолжали своё действие. Все прекрасно знали, что из подземного заточения один путь – смерть: быстрая, но всё равно мучительная здесь, в подземелье под пытками, когда смерть за благо. Или медленная, если удастся пережить все эти ужасные пытки, на острове, куда сошлют, но всё равно смерть. Обычно те, кто собирался преступить закон, правильней сказать, предать правящего короля или королеву, держал при себе яд, на тот случай, если будет схвачен. Разумеется, это не спасало от смерти, но прекрасно помогало избавиться от жутких пыток.

Нахождение в тюрьме не сулило ничего хорошего. Ленка знала, что пленников очень плохо кормили, делалось это умышленно. Все были в одиночных камерах, и это тоже было специально, чтобы лишить преступников общения с другими заключёнными. Индивидуальные средства связи, разумеется, были под запретом, также, как и книги. И даже труд относился к разряду развлечений и был разрешён лишь тем, чьи преступления не считались значимыми для короны. Хотя таковых среди заключённых, попавших из дворца почти не было.

Незначительные проступки рассматривались аналогом земного суда. Тогда заключённые получали какой-то срок на исправление. И обычно их отправляли в другое исправительное учреждение. Там они были в более выгодном положении, так как работали, имели хоть небольшое общение, а также имели не просто надежду выйти из тюрьмы, а вполне законное основание – становились свободными отсидев полученный срок.

Преступники же пошедшие против правителя королевства не подлежали суду, а значит их нахождение в тюрьме было бессрочным. Скудное питание, отсутствие общения и ничегонеделание довольно быстро сводило таких заключённых с ума. Некоторые успевали покончить с собой до того, как это случалось. Это никого не заботило, убьёт себя человек или нет. Доля этих преступников была незавидной. Именно поэтому решившись на измену, в первую очередь человек задумывался о том, чтобы найти хороший яд. Именно поэтому, когда таких преступников ловили, первое что делали – искали яд, чтобы не дать преступнику убить себя до допроса.

Допроса… Какое страшное слово, верней то, что за ним скрывается.

В голове было пусто, казалось, что эта пустота даже звенит. Она не знала о чём думать. Начинала и тут же перескакивала на что-то другое и неизменно приходила к мыслям о предстоящем допросе, верней пытках, которые должны были его сопровождать. Даже если её будут пытать, ей нечего будет сказать. Она никого не предавала. А обвиняли её именно в предательстве королевы, а значит и короны, и государства.

«Божечки мои, – чуть не плача, думала девушка, – а всего-то полгода назад я страдала, что меня уволили».

«Хотя нет, не полгода», – одёрнула она себя. Чтобы хоть чем-то занять себя, а самое главное отделаться от постоянно возникающих мыслей о пытках, которые наводили ужас, Лелёка попыталась высчитать, сколько она уже в королевстве.

Она попыталась вспомнить тот злополучный день. Произошло это спустя неделю после звонка и летающей бумажки для записей.

Шеф решил проверить, где, на каком этапе происходит потеря клиентов. Нанял контору, которая должна была выступить в качестве тайного клиента. Они звонили в разные отделы, представлялись крупной компанией, говорили, что им нужна мебель для нового офиса. Шеф специально предоставил этой конторе внутренние номера сотрудников, чтобы, обходя колл-центр, проверяющие напрямую попадали в другие отделы. Все, все кроме Леночки, передали контакты менеджерам, те созвонились с потенциальным клиентом и пришли к шефу для получения особой скидки для клиента. И лишь звонок, который пришёлся на Леночку, не был обработан менеджерами. Не разбираясь, не слушая объяснений, да их и не было, шеф уволил секретаршу. Ему даже в голову не пришло, что звонки от потенциальных клиентов приходили в колл-центр, а не секретарю. В реальности ни один клиент никогда не смог бы попасть на секретаря. Проблема с потерей клиентов если и была, то это точно не в личном секретаре дело. Но шеф провёл почему-то формальную проверку, успокоился и стал жить дальше, так и не решив проблему.

Лелёка медленно брела по городу, повесив голову, и пиная камушки, попадающиеся по дороге. Брела по городу, это, конечно, громко сказано. На самом деле она шла через парк к метро, слабо представляя себе, как она будет дальше жить. Что будет теперь делать.

«А ведь ещё за квартиру платить», – с ужасом подумала она. У неё был оплачен этот месяц. Была отложена сумма на следующий. Дальше платить было нечем.

«А потом? Вдруг я не успею найти новую работу?!» – чуть ли не задыхаясь от нахлынувшего кошмара, думала девушка.

Скорее всего она заплакала бы, но её окликнули.

– Лелёка. Лелёка! Лелёка подожди!

Это была Галка. Маленькая, пухленькая и с каким-то неутомимым энтузиазмом, тёмно-карими глазами и почти чёрными волосами едва до плеч она была полной противоположностью Елены, которая была чуть выше среднего роста, стройная по-спортивному, русые волосы, вьющиеся мягкими волнами доходили почти до лопаток, и глубокого серо-голубого цвета глаза. Они пришли в компанию вместе пять лет назад. Леночка секретарём, Галина бухгалтером. Разница в возрасте у них была лет пятнадцать, но ни это, ни внешнее различие, не помешало им подружиться, и со временем женщины стали не разлей вода. Именно Галка дала Леночке прозвище Лелёка, объединив её имя Лена и фамилию Лёвочкина. Это имя-прозвище прижилось и все коллеги стали так называть девушку.

Не мудрено, что, узнав об увольнении, Галка, бросив все дела, побежала за подругой.

– Он тебе что-нибудь объяснил.

– Да объяснил, что я уволена за то, что подрываю устои компании, не забочусь об имидже фирмы, упускаю важных клиентов и ещё что-то говорил, но я ничего не запомнила, потому что уже плохо понимала о чём он говорит, да и не важно это уже.

– А ты что? Ты попыталась ему объяснить-то?

– Неа, – ответила Леночка, шмыгнув носом, – я убей бог не помню того звонка.

Девушка, не удержавшись, всё-таки расплакалась.

Галка обняла подругу:

– Дорогая моя, ну не плачь. Да чёрт с ним и его компанией. Новую работу найдёшь. Хочешь вместе будем искать.

– Не хочу, – между всхлипываниями, ответила Леночка.

Опомнившись, она спросила:

– А ты-то как ушла? У тебя же рабочий день.

– Сказала, что мне надо в аптеку и убежала.

– Иди, а то выговор тебе сделает.

– Плевать мне. Да и не узнает он.

– Не надо, ещё и ты без работы останешься.

– Да и ладно. Новую найду.

– Как у тебя всё просто.

– Да это и просто, уверяю тебя, – заверила Лелёку Галка, всё ещё обнимая подругу и вытирая той слёзы.

– Ты сейчас домой?

– Ну да, – протянула девушка.

– Ну и отлично. Отдыхай. Посмотри какая погода отличная. Я бы на твоём месте устроила себе отпуск внеплановый.

– Какой отпуск, у меня работы теперь нет!

– Закинь резюме в кучу компаний – и отдыхай. Отвечать на звонки ты можешь и лёжа на пляже. В Москве тоже можно оттянуться, здесь столько мест куда можно поехать и позагорать, и погулять, и посмотреть что-нибудь интересное.

Оптимизм Галки если и не внушил уверенности в завтрашнем дне, то во всяком случае убрал нахлынувший ужас от потери работы, снял начавшуюся панику.

– А знаешь что, пожалуй, ты права. Приеду домой, отосплюсь наконец. Завтра засяду на сайтах поиска работы, обновлю резюме, посмотрю вакансии, пооткликаюсь.

– Вот! Правильно мыслишь.

Девушки шли вместе к метро и строили планы на будущее.

– Давай, устроишься на новую работу, может и меня перетащишь.

– Было бы здорово, – ответила Леночка.

– А сегодня устрой себе праздник под названием «Свобода от Шляхтина Игоря Натановича».

– Да, ты права. Наверно я немножко отойду от шока и начну радоваться.

– Конечно, ты только подумай! Ты же нянькой для него была. Хорошо, что штанишки после туалета сам мог надеть и застегнуть. Ну ладно ещё стандартные обязанности: туда позвони, документы разбери, договор напечатай, почту разбери, кофе принеси. Ну даже обед погреть – фиг с ним, типа он очень важная персона, не может тратить время на такие мелочи. Но покупать носки, галстуки, заказывать билеты в кино, театр, на концерт, заниматься подбором тура в отпуск для него и супруги, подарки для любовницы.

– Да, ладно тебе.

– Да, не ладно, личные свои дела он должен сам делать, пусть жену напряжёт, а не секретаря. Ты должна была только дела компании делать.

В этом Галка, конечно, была права. Леночка действительно была нянькой для шефа. Даже следила, чтобы он лекарства вовремя пил. Девушка махнула рукой, словно отмахиваясь от всего этого.

– Наверно в увольнении есть свои плюсы, – размышляя, произнесла она, – найду работу с языком, а то я его уже забывать стала.

– Вот, видишь, – подтвердила её слова Галка.

Девушки распрощались у метро. Подруга вернулась на работу, ещё оставалось часа два рабочего времени. Леночка же поехала домой. Стоило девушкам расстаться, как снова вернулось упадническое настроение. Пять лет жизни вряд ли можно легко забыть, как будто их и не было. Столько всего произошло за эти пять лет. Осознав, что если позволит себе воспоминания, то она снова расплачется, Леночка гнала от себя эти мысли.

Придя домой, девушка действительно улеглась на кровать и моментально уснула, едва коснулась подушки. Проспала она часа два, может чуть больше. Буквально тут же зазвонил телефон. Это была Галка. Она сообщила, что всю заработную плату в полном объёме Леночке перечислили на карту, и даже за не отгулянные дни отпуска.

– Премию, разумеется, зажал, – подвела итог своему монологу Галка.

– Разумеется, – хриплым голосом ответила Лена, – я же враг фирмы, какая премия.

Галка хотела продолжить разговор, чтобы развлечь подругу, но Леночка, сославшись на то, что устала, попрощалась с ней. Конечно, она лукавила, она же выспалась, вроде уставшей быть не должна. Однако действительно не чувствовала себя отдохнувшей. Внезапно ей дико захотелось выпить. Она встала и пошла на кухню. Вроде у неё ещё оставалось её любимое вино, как раз на бокал хватит.

«Вот так и начинается женский алкоголизм», – подумала она, открывая шкаф. Однако бутылку не обнаружила. Нахмурилась. Потом вспомнила, что допила вино в выходные. Глянула в окно – ещё светло. Решив, что может позволить себе сегодня что угодно, экономить начнёт завтра, она отправилась одеваться, чтобы выйти в магазин. Там она взяла горсть крупного чёрного винограда, любимый сыр с плесенью, добавила ещё маленькую упаковку мягкого и бутылку Ка Стеле Вердуццо. Предвкушая пиршество, неспешно двинулась к дому, наслаждаясь тёплым летним вечером. Вокруг спешили люди. Рабочий день закончился, кто-то спешит домой, кто-то в магазин. Леночка вовремя успела купить продукты, избежав толкучки и очередей.

«Это было пятого июля», – вспомнила Лелёка.

«Сколько времени-то прошло? Сколько я уже здесь?» – задалась она вопросом.

Перемещение

В солнечные дни тени особенно тёмные.

Девушка продолжила вспоминать.

Она шла домой, настраиваясь на приятный вечер с вином. Рассуждала, какой из любимых фильмов посмотреть, чтобы поднять себе настроение, мотивировать жить дальше. Она уже почти пришла, вошла в арку дома, которая вела от проезжей части во двор. Осталось совсем чуть-чуть, пройти этот тоннель и свернуть налево к подъезду. Здесь всегда гулял ветер. Вот и сейчас его порыв стал трепать её юбку. Девушка исхитрилась одной рукой придержать юбку, вторую, с пакетом в руке, прижала к телу, чтобы и с другой стороны не дать ветру задрать подол.

Внезапно Леночка вспомнила, про тот злополучный звонок. Если колл-центр долго не отвечал, то звонок мог переключиться на секретаря. На самом деле такое происходило крайне редко, это скорее был сбой системы, которая должна была «вешать» звонок на ожидание. За все пять лет такое случалось пожалуй раза два. Один раз звонил клиент компании, и она переключила его на того менеджера, который вёл этого клиента. Второй раз это был новый клиент, девушка записывала контакты и передавала начальнику отдела продаж, а он уже решил, кому из менеджеров отдать контакты.

«Был звонок, – начала припоминать девушка, – я даже всё записала на бумажке». Что было потом она не помнила. Леночка даже остановилась, как будто это могло помочь освежить память: куда она дела ту проклятую бумажку с контактами.

Внезапно вокруг потемнело. В арке и так было сумрачно, а сейчас стало ещё темнее, как будто небо тучами заволокло. Однако во дворе, Леночка это хорошо видела, было светло, солнечные лучи, просочившиеся сквозь листву деревьев, пятнами лежали на земле, на траве. Детская площадка была на открытом месте, поэтому полностью была залита солнцем. Здесь же, в тоннеле, становилось всё темнее и, как показалось Лелёке, даже похолодало.

«Как странно», – лишь успела подумать девушка, делая шаг к свету. Но внезапно вместо твёрдого асфальта под ногой оказалась бездна, а вокруг стало совершенно темно, абсолютно. Нога, а вслед за ней и вся девушка стали проваливаться неизвестно. Это произошло так быстро, что Ленка не успела что-либо предпринять. Да и что она могла бы сделать, когда казалось, что она падает в какую-то бесконечную дыру. Вокруг было совершенно черно. Казалось, что пропало вообще всё. Темнота как будто обволакивала девушку. Казалось, что она даже стремилась проникнуть внутрь неё. Внезапно почудилось, что это темнота стала вдруг какой-то плотной, такой, что даже дышать стало трудно. Пропало понимание верха и низа. Даже ощущения падения, которое было в первые секунды, пропало. Стало настолько невыносимо жутко, что Лелёка невольно закричала. Верней должна была закричать, однако звука не последовало. Только сейчас она поняла, что стало неимоверно тихо. До падения были привычные звуки улицы: шум машин на дороге, детские голоса из двора за аркой, щебет птиц. Сейчас же все звуки пропали.

«И я пропала», – подумала Ленка.

От этого стало ещё ужаснее. Её охватила паника, казалось, что она сейчас просто умрёт от страха. Внезапно, и в этот момент темнота изменилась. Она стала мягкой. Возникло ощущение будто ватой укутали. И тишина, которая ещё минуту назад была такой пугающей, вдруг стала какой-то умиротворяющей.

Так же внезапно, как всё это началось, оно и закончилось.

Вдруг Лелёка поняла, что она сидит, причём на чём-то мокром. Было сыро и холодно. Но недолго. Стали появляться краски, звуки и запахи. Они постепенно проступали из темноты, наполняя собой мир. Сначала всё было в разных оттенках серого, как это обычно бывает в тумане. Потом постепенно окружение стало набирать красок. И звуки становились громче, как будто кто-то невидимый медленно крутил ручку громкости на увеличение.

Запах… Запах казался знакомым, только пока она никак не могла вспомнить что это. Почему-то вспомнилось детство и лето на даче, когда они с ребятами убегали в лес за ягодами и шли через луг. «Точно! Так пахла скошенная трава, которая уже чуть полежала, – озарило девушку, – тогда казалось, что она пахнет зноем, жарой. И невидимые сверчки своим стрёкотом добавляли ощущение лета и жары. Почему-то они стрекотали только в жару или мне так кажется».

Лена стала оглядываться по сторонам. Она сидела в сырой траве под тенью деревьев. Видимо были дожди и в затемнённом месте земля и трава не высохли до конца. Чуть в стороне на солнцепёке трава была совершенно сухая, даже пожухла. «Меня, конечно же, угораздило приземлиться именно в мокротень», – недовольно подумала Лелёка.

Девушка не заметила, что стало не просто тепло, как было до входа в арку, а даже жарко. А может просто пока не почувствовала, потому что была в тени деревьев.

В руках она крепко сжимала пакет с покупками. «Надо же», – подивилась самой себе девушка. Она отложила пакет и встала. «Да, платье всё мокрое!» – поёжившись, резюмировала она. Хотя надо заметить, что всё мокрое оно было только в районе пятой точки, на которую приземлилась девушка.

Она подняла пакет и вышла на солнце. Мозг упорно не хотел воспринимать её внезапное перемещение непонятно куда. Казалось, он решил защититься от этого факта, не осознавать его.