Аурелия Аурита. Часть вторая. Битва Небесного Воинства

– Прости, Святозар, мы слегка увлеклись…– сконфуженно пролепетал профессор Пантелеев, протягивая восстановленные очки оппоненту – доктору Флегонту.

– Как действующий спикер Учёного Совета, клятвенно обещаю вам, защитники Сферы, что подобного более никогда не повториться! – спикер Учёного Совета поправил свою манишку.

– Ох, не зарекайся, Оганович, знаю я вас, – пробурчал Стратон.

– Я желаю поприсутствовать на диспуте, и выслушать доводы всех сторон, – заявил Святозар.

В амфитеатре умопомрачительновместительной аудитории, ярусы которой взмывали на внушительную высоту к самомунебу и обрывались у края развороченного, а до того литого рельефного купола,собрался весь цвет научного сообщества, а также многочисленные зрители. Яблокунегде было упасть – столько набилось народу. Ратники отказались от предложенныхкресел на трибуне и усадили обратно вскочивших уступить им своё место людей взале, оставшись стоять в проходе у стены.

В центре амфитеатра перед трибуной расположился огромный взрослый дракон, заметно огорошенный всем происходящим. Он смиренно сложил свои зеленовато-бурые крылья и изо всех сил старался не шевелить хвостом, чтобы не задеть ненароком кого-нибудь, а головой упирался в остатки пробитого им купола крыши.

Возле дракона, бесстрашно встав на его защиту, выстроились в сторожевом карауле «виновники» события: Нестор Путешественник, смуглый кудрявый юноша с упрямым подбородком, и красавицы Лидия и Маргарита. Последняя для верности сжимала в руках бутафорский меч из коллекции Чезаре, готовая ринутся в бой на защиту своего питомца в любой момент.

Спикер Оганович, поднялся в президиум и смешно взмахнул кисточкой своей квадратной академической шапочки, призывая всех к тишине и порядку.

– Прошу всех успокоиться! Мы ненадолго прервались… чтобы встретить почётных гостей: Святозара и наших героев Ратников! Приветствуем их и продолжим. Ваше слово, доктор Флегонт.

Объявленный доктор Флегонт, поглубже нацепив на нос свои очки, важно взобрался на кафедру.

– Как я уже неоднократно говорил, мы видим перед собой мужскую особь мифологического существа, под названием «дракон», – он ткнул длинной указкой в сторону «существа». Марго в ответ пригрозила доктору своим мечом. – Да, это никакое не животное, даже не подвид вымерших рептилий, то есть динозавров. Живое существо не может изрыгать пламя. То, что мы наблюдаем, – это именно мистерия, вымысел подсознания, страх человеческий, воплощённыйтенямиЭреба, для нашего устрашения. Он пришёл с той стороны, а значит опасен. И место его в болотах Элодеи. Пусть уходит.

– Процесс возникновения пламени очень легко объяснить, он вполне физиологичен. Нет ничего сложного: вспыхивает метан, который в избытке накапливается в его организме! Огонь поэтому преимущественного голубого цвета, а искра возникает из-за трения голосовых перегородок в определённых условиях, – кипятился Нестор, доказывая безобидность дракона.

– В природе Земли такого зверя никогда в реальности не было, – продолжал настаивать на своём Флегонт.

– Если не было и быть не может, что же тогда обсуждать? Его же «нет»! – предприняла попытку высмеять профессора Лидия.

– Браво, Лидия! Мы с тобой! – послышалось с «камчатки» аудитории: представители Анфира, Чезаре и Аркадий, активно сопереживали Лидии и «натуралистам».

– И эта весёлая кампания здесь, – подметил Стратон.

– Если вам угодно забавляться с драконами, ступайте в пустыню Оживающих Миражей. Придумывайте себе любые миры и фантастических животных.

– Так не интересно, – отмахнулся Нестор. – В пустыне Миражей всё ненастоящее. Туда даже реальных друзей не пригласишь: ты один во всём этом придуманном мире.

– А это что – настоящее? – рассердился доктор. – Сказочное существо, агрессивное и непонятное.

– Ничуть не агрессивное, а всё, что для вас «непонятное», почему-то обязательно «зло»! – не уступал Нестор.

– Нет ему места в Преддверии Рая, чудище это адское! В преисподней ему место, а не в благодатных землях, – уже начал переходить на крик Флегонт.

Чудище ещё раз рыгнуло вверх голубым пламенем, стены амфитеатра дрогнули, как при землетрясении.

– Нет, ну вы же помните: в Сфере Адитона приживается только прекрасное и полезное. Какая польза-то от него? – доктор постарался вновь говорить спокойным и убедительным тоном.

– Подсечно-огневое земледелие, – неожиданно провозгласила Лидия. – Мы, фермеры Страны Небесной Розы, уже испытали в этом плане Егорушку: он на лету сжигает весь прошлогодний сорняк и бурелом, а пепел замечательно удобряет землю. Урожай превзошёл все наши ожидания! Агафон бы подтвердил, но он дома остался корову пасти.

– Это полный бред какой-то… – растерялся доктор. – Что за урожай?.. Какая корова?

– Наша корова, Ио. Они с Егорушкой очень подружились! – охотно втолковала ему Лидия.

– Коллега, стыдно не знать такие вещи: про подсечно-огневое земледелие. Его с эпохи неолита в Европе использовали, – внес в полемику свою лепту спикер Оганович.

– На мой взгляд художника этот дракон просто прекрасен! – выкрикнул с галёрки Чезаре.

– А вас никто не спрашивает! Это чисто субъективное мнение! – у Флегонта аж очки запотели от высокого градуса научной и антинаучной грызни.

– Я буду использовать Егорушку как свой личный лётный транспорт. Рыцарям на конях можно, а мне почему нельзя на драконе? – резонно выпалила Маргарита.

Радомир поддел легонько локтем в бок Стратона.

– Ну всё, давай начинай: «женщины верхом на драконах, быть беде»!

Стратон в ответ только заскрежетал зубами.

– Здесь вопрос от японских журналистов! – донеслось из сектора прессы. – Я Джин Накамура, и я хочу спросить: в случае положительной резолюции, допускающей присутствие в Сфере Адитона дракона, будут ли организованы к нему туристические экскурсии и прокат дракона желающими?

Маргарита потянулась за графином с водой, что стоял у кафедры, но Оганович продемонстрировал великолепную реакцию и успел удержать его. Тогда она схватила яблоко из вазы с фруктами, украшавшей стол президиума, и метко запустила спелый наливной плод в Накамуру. Первое яблоко на лету поймал в зубы Егорушка и сразу слопал, зато второе попало куда надо и сочно отскочило ото лба Накамуры.

– Опять взываю к порядку! – помахал кисточкой спикер. – Слово предоставляется профессору Пантелееву.

Профессор занял место на трибуне, налил себе воды из спасённого графина и медленно осушил полный бокал до самого дна. Аудитория, замерев, следила за каждым его глотком.

– Мой дражайший оппонент не дал мне в прошлый раз договорить мой самый главный аргумент в пользу того, чтобы дракон остался в Сфере Адитона. А я не люблю, когда меня прерывают. Поэтому вернусь в начало. Да, я начал рассуждать о том, что его появление связано с добром, а не со злом!

– Ничего себе добро! Он уже внёс смуту, всех перессорил! – не унимался доктор. – Прошу заметить, дракон этот – молодой самец, ему скоро самка потребуется! Он же на болота будет бегать, да? Где вы самку-то возьмёте?

– Надо будет, выманим и самку! – отрезал Нестор.

– Вот вы опять меня перебиваете! А я вам не мешал высказаться, – профессор обиженно сжал кулаки и присмотрелся к ближайшему окну. – Но я продолжу свою мысль: да, он пришёл с добром. Его приманили на запах пирогов Лидии, он травоядный, ну и даже то, что примирились ранее не слишком ладившие между собой Маргарита и Лидия, разве это не чудо? Вы ведь помирились, правда?

– Да! Конечно! Ещё как помирились! – Лидия и Маргарита принародно по-сестрински крепко обнялись и трижды облобызали друг дружку в щеки. Марго потом потихоньку утёрлась платочком, а Лидия трижды сплюнула украдкой через левое плечо.

– Но даже не это мой самый главный довод. Конечно, ещё дракон исполнил мечту, где есть стремление к любознательности и добрососедству мифических существ. Но главное же то, что тень у него светлая! Разве это не говорит в его пользу, уважаемый Святозар? – профессор показательно обратился напрямую к Верховному Стражу.

– Это ещё ни о чем не говорит! – завопил Флегонт. – А вдругтеньпоявится?

– В зеркале дракон отражается в образе цветка кактуса, – тоже повысил голос Пантелеев.

– Вот видите! Кактус!

– Цветок!

– Прошу тишины! – спикер постучал авторучкой по графину водой. А потом предусмотрительно убрал сосуд с водой под стол. – Прежде чем Учёный Совет приступит к голосованию, я хочу обратиться к Святозару: Главный Страж, ты желаешь что-либо сказать по этому поводу?

Святозар по обыкновению своему тихо улыбался, скрестив руки на груди, словно терпеливый отец, наблюдающий за несуразной игрой в песочнице своих малых детей-несмышлёнышей.

– Прежде чем Учёный Совет приступит к голосованию, – в аудитории установилась полная тишина при первом же звуке голоса Святозара, – я хотел бы обратиться к дракону. Егорушка, ты сам-то чего хочешь?

Дракон пропищал что-то нечленораздельное тоненьким голосом, замурлыкал словно кошка и опустил свою огромную страшную морду на плечи Маргариты и Лидии, зажмурившись от удовольствия.

Решение, моментально принятое Советом, огорчило только доктора Флегонта. Через несколько минут победители: Нестор, Маргарита и Лидия втроём взобрались на хребет чудища и под одобрительный свист и аплодисменты присутствовавших взмыли вверх, пробив при этом крышу амфитеатра окончательно. Дракон сделал круг почёта над ликующим Ваптосом и скрылся в среди дневных звёзд, взяв курс на Сиреневые горы.

– Эх, нет и не будет мне покоя, – вздохнул Стратон. – Отправлюсь-ка я обратно на заставу, в Сидерит, позволишь, Святозар?

– Поезжай. Радомир, а ты отправляйся в Кион и жди меня там.

– Сам остаёшься пока в Ваптосе?

– Да. Навещу одного человека.

Радомир понимающе кивнул.

Библиотека Ваптоса, вместившая в себя десятки Александрийских библиотек и сокровища знаний всех времён и народов, анфиладами просторных залов с нескончаемыми стеллажами книг и папирусных свитков уводила в светлые лабиринты великолепных комнат.

Верховный Страж бесшумно вошёл в один из пустынных залов. За удобными читательскими столами никого не было. Лишь на подоконнике раскрытого окна сидел, чуть ссутулившись, один из постоянных посетителей библиотеки: долговязый парень с напряжённо сосредоточенным лицом, внимательно изучающий древний манускрипт.

В распахнутом окне, за палестрами и портиками Ваптоса, его зелёными аллеями среди дивных садов, с прогуливающимися под сводами мраморных галерей учёными и их учениками, высоко в небесах сияли чертоги Киона.

Студент не услышал поступь Святозара, но сразу заметил, что свет в читальне стал намного ярче. Он поднял голову и поспешно спрыгнул внутрь комнаты, аккуратно отложив книгу в сторону:

– Я очень рад, что ты почтил меня своим визитом, Иерон Иеракс – Небесный Ястреб!

Парень приветственно склонил голову. Святозар протянул ему свою руку:

– Здравствуй, Ботаник!

Глава 3. Илона

«Ты живым окружён кольцом, Оторвиладонь от лица, Люди смерть назовут концом, Разве есть конец у кольца?»

"Кашмирская песня" Шарафа Рашидова

В открытое окно неслись снежинки, метал