Я люблю своих родителей, но я помню все, что они делали


Это не обвинение.

Это констатация.


Иногда старания попадают мимо не потому что их мало, а потому что они не туда.

Можно давать советы, когда нужен был контакт.

Можно обеспечивать, когда нужна была поддержка.

Можно контролировать, когда нужно было доверие.


Все эти действия могут быть искренними.

И всё равно – не теми.


Мне часто говорят: «Ты же выжил».

Да, я выжил.

Но выживание – это не показатель достаточности. Это показатель адаптации.


Я приспособился.

Научился не просить лишнего.

Научился не показывать, когда тяжело.

Научился справляться в одиночку.

Это работает. Но у этого есть цена.


Когда говорят, что стараний было достаточно, я чувствую, что мой опыт обнуляют через результат.

Как будто раз я стал взрослым, значит, всё было в порядке.


Но взрослость не отменяет того, какой путь к ней привёл.


Я могу признать усилия.

Я могу уважать контекст.

Я могу видеть ограничения.

И всё равно сказать: этого было недостаточно для меня.


Не потому что я требовал слишком много.

А потому что мои потребности были реальными.


Это неприятно слышать.

Но ещё неприятнее жить, делая вид, что этого не было.


Иногда честность выглядит как неблагодарность.

Но на самом деле это просто отказ подменять реальность удобной версией.


Их стараний хватило, чтобы я вырос.

Но не хватило, чтобы я не учился быть один слишком рано.

11. Добрые намерения, реальный ущерб

Намерения почти всегда выглядят прилично.

В них легко поверить.

Ими удобно прикрываться.

Их приятно вспоминать.

«Мы хотели как лучше».

«Мы желали тебе добра».

«Мы старались ради тебя».

Эти фразы звучат спокойно.

Они не кричат.

Они не выглядят агрессивными.

И именно поэтому ими так легко перекрыть всё остальное.


Проблема в том, что намерения живут в голове того, кто действует.

А повреждение – в теле того, кто это переживает.

И между ними часто нет прямой связи.


Можно хотеть воспитать сильного ребёнка и вырастить того, кто всё время сжимается изнутри.

Можно желать дисциплины и оставить после себя постоянное напряжение.

Можно стремиться к порядку и создать атмосферу, в которой невозможно расслабиться.


Намерения не проверяют, как это ощущается с другой стороны.

Они предполагают.

Они уверены.

Они редко спрашивают.


Когда говорят о намерениях, обычно ждут, что этого будет достаточно.

Как будто само осознание благой цели должно отменить последствия.

Как будто правильный мотив делает результат безопасным автоматически.


Но тело не анализирует мотивы.

Оно реагирует.


Оно запоминает резкие движения.

Повышенный тон. Непредсказуемость.

Тишину после конфликта.

Взгляд, который нельзя было расшифровать.