скачать книгу бесплатно
– Я знаю…
* * *
Историческая справка: Аркет
Аркет – город на востоке Каракраса, возле Левой Гряды. Через город протекает река Дирса-Дайлана.
Более тысячи лет, до Великого Катаклизма, находился в тени Великого Города – Государства Реймса. Самый крупный город королевства Локия.
Во всех Трех войнах (мы не вводим в эту статистику Четвертую войну, прозванную Безумной, так как это совсем другая война) – Первой, Второй и Последней Аркет находился на периферии событий, в тылу. Армия эльфов никогда не доходила ни до Аркета, ни до Реймса, так как люди всегда капитулировали раньше. Но Аркет, как и Локия в целом, в этих войнах всегда комплектовал часть армии, а после окончания войн никогда не отказывался от договоренностей и так же, как и другие человеческие королевства, всегда выплачивал часть контрибуции, запрашиваемой эльфами. Великий Катаклизм, как уже было сказано выше, прошел мимо города; в нем случились незначительные землетрясения и разрушения, которые были быстро восстановлены. Вся энергия Великого Катаклизма досталась Реймсу и Горским Горам, создав Сиртскую Аномалию.
Аркет является третьим по величию городом Каракраса, к востоку от Межевого вала – Ликсии. И первым по древности. Правда, историки об этом спорят. Некоторые считают древнейшим городом Востока – Мир Рошанский, но я отношусь ко второй части летописных ученых, которые фактами доказывают, что Аркет древнее. Лет на сто пятьдесят точно.
Он также является третьим по количеству жителей и единственным из Великих городов Ликсии, который не имеет хорошей системы канализации, от чего Аркет считают грязным и вонючим (и по праву). Впрочем, стройка канализации когда-то начиналась и считалась приоритетной. Но лет сто назад магистрат и ее тогдашний глава лорд-мэр Карн вис Джарвис крупно поссорились с общиной трюмбергов, отчего стройка застопорилась и до сего момента не была возобновлена, несмотря даже на увеличившуюся грязь и вонь.
Впрочем, борьба с вонью и со сточными водами ведется в городе постоянно. Канавы пытаются закрывать специальными деревянными настилами, пропитанными ароматизаторами, были построены отстойники. А день натиры – среда – стал днем ассенизатора. В этот день город закрывается для любого транспорта, кроме золотарей, вывозящих отходы. Также в Аркете сильная целительская школа, выпускники которой очень ценятся в городах Ликсии, человеческой части Каракраса, как прекрасные борцы с черными эпидемиями (чума, холера и другие смертельные вирусы).
Но, как уже сказано выше, несмотря на все ухищрения и борьбу, вони, кажется, стало даже больше.
Также Аркет имеет прозвище кошачьего города, не потому, что в нем много кошек (их тут почти нет), а потому, что почти все крыши города соединены между собой, и по ним без особых сложностей можно пересечь город в любом направлении. Ну, как кошка, которая гуляет сама по себе и по крышам.
Исторически это сложилось еще до Великого Катаклизма.
Вообще Аркет всегда и во все времена строился плотно, узко, невысоко.
Плотные кварталы.
Узкие кривые улочки, чтобы врагу сложно было захватить город. Хотя, как мы знаем из истории, Аркет никогда никто не захватывал.
И невысокая этажность домов города. Пять этажей уже считается небоскребом для Аркета. Конечно, мы не берем в расчет дома и шпили богатых особняков. И тем более башни Королевского дворца, выше которых, само собой, ничего не может быть.
Причем этажность эта ступенчатая. По не менее древнему строительному закону, чем сам Аркет, дома в городе не должны были иметь между собой разницу большую, чем в один этаж. Ну, если стоит дом в пять этажей, то рядом с ним могут стоять или такие же пятиэтажные или только четырехэтажные дома. То есть в городе напрочь отсутствовала странная архитектура, когда рядом с двухэтажным домом квартала мог стоять семиэтажный небоскреб.
Видимо, этой ступенчатостью и одинаковоэтажностью и воспользовался цех трубочистов, всегда очень сильный в Аркете (поэтому пожаров в городе не так много, как могло бы быть из-за плотности застройки), и провел через магистрат еще до Великого Катаклизма закон, названный историками впоследствии законом Единой крыши. Что и позволило создать под небесами, можно сказать, целый город из десятка улочек, сотен дорожек и тысяч тропинок на покатых серых черепичных крышах! Здесь даже были мосты! Скорее, мостики. Но все же. Воздушные, перекинутые через узкие улочки. И вся эта музыка крыш жила для того, чтобы трубочистам было легче и безопаснее перебираться от крыши к крыше, от трубы к трубе и качественно исполнять свой профессиональный долг. По крышам можно даже пересечь Дирсу, через которую перекинуто несколько десятков мостов, три из которых имеют домовые постройки, так же попадающие под закон Единой крыши.
В общем, крыша и в самом деле получилась единой! Лишь только несколько Бархатных районов, их в Аркете несколько, в которых богатые особняки не имели общей крыши, не вошли в этот закон. Имеющиеся промышленные зоны так же не соединялись единой крышей. Ну, и сам Королевский Дворец, и десяток резиденций Короля поменьше.
Да, забыл про площади сказать. Их в Аркете одиннадцать. Они, на удивление, большие для плотного города, ровно круглые и являются центрами торговой и религиозной жизни города. На главной центральной площади стоит Храм Подвижника Веры Ириана – единственное здание, шпиль которого с четверным крестом на вершине выше Королевских башен и на которой расположен самый большой рынок Локии, где можно купить все что угодно, даже рабов (хотя работорговля, как и рабство, запрещены). На всех остальных площадях – Церкви и рынки поменьше.
Аркет – бывшая столица королевства Локия. Перестал ею быть после того, как отец нынешнего Короля Локии Ферта V – Карл VII перенес столицу (считается, что на это решение повлиял именно конфликт магистрата и трюмбергов) немного южнее, выстроив Арну недалеко от земель Дома Сорвилион – эльфийского анклава Странных эльфов. Но при этом Аркет остался первопрестольным городом Локии – Ферт V короновался на трон именно в нем, а не в новой столице Королевства.
Аркет, как и подобает Великому городу, город Истинный, то есть имеет Арку Благородства. В городе их целых три – Первая находится на площади Подвижника Веры Ириана, Вторая на площади Согласия, Третья на площади Вхождения…
Аркет, несмотря на изменение столичного статуса, остался культурным и религиозным центром Локии. В нем находится Главная резиденция Архиепископа Локии и Сирты. Храм Подвижника Веры Ириана по красоте, величию, древности и высоте может соперничать с величественными храмами Мир Рошанского. А Главный Королевский театр уже долгое время никому не отдает пальму первенства в магии сцены.
Есть и промышленность. Северная и Малая верфи. Крупный порт. Несколько промышленных, текстильных мануфактур. Распространены ремесленные цеха. Кузнецы Аркета всегда славились оружейным мастерством, не уступающим мастерству гномов. А на Железном заводе время от времени даже собирают Железных Големов – единственное место, где их вообще делают на просторах Каракраса!
А еще Аркет – город, где очень сильна Ночная гильдия, представители которой даже есть в магистрате! Ну и само собой, Тайная канцелярия, которая по возможности не дает ночникам развернуться еще больше.
В общем, Аркет грязноват, темноват, но довольно весел, особенно по ночам. И все, кто в нем родился, говорят, что это самый красивый и лучший город на свете…
ȅ
Стараются уехать из него подальше…
Ларс Торсен
История Каракраса в мыслях
Записки постороннего историка
4. «Рыбное дело»
1423 года от Пришествия Скирии. Ноябрь (оль)
Аркет
Ночь. Звезды. Крыши во тьме.
Узкие улочки города освещаются тусклыми фонарями, но с крыши их свет не виден, если, конечно, не смотреть прямо вниз.
Но лежащий на крыше человек вниз не смотрел. Если присмотреться, он просто лежал на расстеленном покрывале, закрыв глаза…
Парнишка лет четырнадцати…
Нэй…
Что он тут делает?
Ну… Это его второй побег.
Хотя нет, не так.
Побегом можно было бы считать лишь ту глупую попытку сбежать, убежать.
Вот только куда?
Почему-то мысль сбежать от приютившего его слепого старца появилась у Нэя почти сразу, как он встал на ноги после нескольких недель лежки.
Вот втемяшилось ему в голову, что убежит. Прибежит в Аркет, выложит на стол дядюшке Отою тот кошель, который он взял и который не нашли волчары, и его жизнь станет сказкой!
Вот прямо так возьмет и станет сказкой! Сказочной!
А что, клеймо, которое на щеке прижгли, как преступнику, куда-то делось. Руки, ноги целы. Рубить ничего не стали, зачем на каменоломнях калеки? Талант тоже при нем остался. Он на это надеялся. Чего бы не продолжить?
М-да. Продолжить…
По карманам да кошелькам шариться? Постоянно оглядываться, чтобы, не дай бог, тебя снова волчары не засекли и не узнали или чужие из других сот не подкараулили где-нибудь и не побили? Или вообще… Можно ведь и не вылезти из сточной канавы.
Но Нэй особо не размышлял. Он просто собирался убежать. Здесь, конечно, тепло и мухи не кусают. А то, что вставать на заре и бегать постоянно, круги наматывать и какие-то странные упражнения типа бросил-поднял – ну, у стариков свои странности – Нэя особо не напрягали. Вставать рано привык и по городу побегать. Но исполнял все в точности и даже похвалу пару раз заработал, хотя и палкой по пятой точке тоже.
А обучаясь, втайне готовил узелок на побег. Сколько до Аркета? Точно не знал, только знал, что на юг нужно по Дланской дороге, куда старик, только он на север шел, время от времени по утрам уходил за готовой пищей и к обеду возвращался с объемным мешком на плечах, рюкзаком прозванным (а он точно слепой?).
А что готовил для побега? Еду, конечно. Мясо было сушеное, сухари. Умудрился как-то прихватить огниво и трут, ну а маленький котелок решил забрать, когда побежит, чтобы особого подозрения у старика не вызвать.
В общем, собрался и…
Побежал!
Когда старик, как обычно, ушел за провизией.
В переходную Ольсу. После как всегда прекрасного лета Сигизмунда. И после жутких морозов, конца ноября (оль), которые как раз после лета Сигизмунда всегда и случаются. А в переходную Ольсу все как оттаивает до декабря (ус) …
Вот в снежную, но солнечную Ольсу и побежал…
И как побежал!
Вот что значит двухмесячные тренировки! Бежал так, даже останавливаться не хотелось! Только на быстрый шаг перейдет, вернет дыхание и снова припустит!
Часа четыре так бежал. Время к полудню. И тут ему захотелось перекусить. Просто взять сушеного мяса, хлеба и просто червячка заморить. Даже не останавливаться, а так, на ходу.
Снял с плеч свой узелок – рюкзак, развязал.
И встал как вкопанный.
Вместо так им любовно накопленного сушеного мяса и сухарей в узелке лежали эльфийские мокасины – лучшая обувь для бега. Нэй в них всего пару раз пробежался, а затем они куда-то пропали. Ну пропали и пропали, он даже внимания не обратил на это.
А оказывается, вот где они были.
Он ведь не проверял узелок перед побегом. Зачем? Старик ничего не подозревал.
Ну да, не подозревал…
И вот тут на Нэя все мысли эти и навалились.
Зачем? И куда, собственно, он собрался возвращаться? Чем тот мир лучше настоящего? Чем прошлое лучше этого места в лесу?
Он так и сел в первый снег. Кажется, даже расплакался. Нет, правда, заплакал. Уткнулся сипящим носом в мягкую и теплую кожу мокасин и плакал.
А затем встал и пошел назад.
Но теперь шел, не бежал. Куда спешить-то?
Правда, пришлось немного поплутать в поисках своего нового дома. И вот как про дом подумал, так сразу нашел!
Было, конечно, немного боязно, как старик отреагирует на его побег и возвращение. Но оказалось, зря боялся. Тот сделал вид, что ничего не случилось, только проворчал что-то насчет лени и глупостей на уме.
И Нэй… снова побежал, обув мокасины, но теперь уже по кругу, как говорил старик, их стадиона.
А почему старик?
Учитель!
Вот так закончился его побег, первый и единственный.
Но Нэй все-таки оказался в Аркете.
Даже сам удивился, но идею с походом в город его прошлого предложил сам Учитель!
Было это уже весной прямо после Нового года. Солнце уже грело днем, но ночью было еще прохладно. Снег уже начал таять, оголяя землю, и уже появились первые подснежники.
Весна и новая жизнь. Красота!
И вот в это время Учитель и предложил поход в Аркет! Сам!
И отправил Нэя одного, полностью ему доверяя!
Готовились к походу, как к боевой операции! Про операцию Учитель рассказал и даже объяснил, что это такое. А Нэй просто думал, что прибежит в Аркет, посмотрит, что и как, кошель свой заберет и все.
А оказывается, не все так просто!
И одежду подготовили, чтобы Нэй выглядел в ней не очень бедным, но и не сильно богатеньким ребенком. Ну, чтобы желания пристать у приставал не появилось. И места схронов, где переночевать можно было бы без проблем, отметили, но это уже чисто Нэя опыт пригодился. И сам путь до Аркета тоже рассчитали, сколько туда времени, сколько в городе и сколько обратно.
Вот только поход на крышу приюта дядюшки Отоя в этой боевой операции отмечен не был. А Нэю вдруг до жути захотелось на нее забраться, как не раз до этого делал.
На такую знакомую крышу.
И все вокруг было знакомо…
Дома квартала, где сота (приют) дядюшки Отоя находилась, в основном были четырехэтажные, и только этот дом выделялся лишним этажом, который его хозяин достроил несколько десятков лет назад. Достроил, нужно сказать, с некоторым скандалом. Он хотел еще и мансарду добавить, но тут возмутились трубочисты, так как дом в этом случае, ненамного, но мог превысить разрешенную этажность. В общем, дядюшка Отой как-то сумел договориться, но построил не мансарду, а пятый этаж как бы вклинился в крышу, и его четыре огромных окна, в два ярда высотой каждый, превратились в подобие слуховых. Начинались на пятом, а заканчивались, уже возвышаясь домиком над покатой крышей; руку протяни, и ты уже в гостях у дядюшки Отоя. Заодно, в то же время, прикупил еще по дому с каждой стороны. Поселил на четвертых этажах надежных людей (это уже было в прошлом, дядюшка Отой давно не знал, кто толком живет на этих этажах) и немного изменил дорожки трубочистов, чтобы идущий по ним наделал много шума (что, впрочем, тоже было уже в прошлом, после последнего ремонта, организованного цехом трубочистов несколько лет назад, все ловушки были убраны), и попал бы в руки…
Кого? Правильно! К ночным кошкам, конечно же, которые должны были дежурить постоянно на крыше самого дома дядюшки Отоя.
Ну, так было задумано. Но как уже было сказано, уже давно не работало. На дядюшку Отоя нападать никто не собирался. Был он в Ночной гильдии личностью известной и авторитетной, его боялись, в какой-то мере уважали. И если он участвовал в каких-нибудь разборках, то умело и всегда правильно выбирал сторону, которую следовало бы поддержать.
Впрочем, по крышам лазить многим удовольствия не доставляло.
В отличие от Нэя.
Он любил камень и любил крыши Аркета. Поэтому крыши и стены домов рядом с приютом, где он жил, успел досконально изучить. Каждый кирпичик, каждую раму, каждый плющ. Поэтому знал, где лучший путь, где лучше забраться, куда следует ногу ставить, где рукой цепляться или где специальный штырь вставлен, на который можно надежно опереться, чтобы не упасть, а куда лучше вообще не лезть, чтобы не сорваться вниз. Ну а лучше всего по плющам, которых с закрытой стороны домов росло огромное количество. Даже рубить их перестали, хотя многие за долгие годы, если не столетия, достигали своими отростками крыш, нарушая так уважаемую когда-то безопасность.
И знал, конечно, где находятся лежки дежурных, которые должны постоянно находиться на крышах, как приюта, так и других близлежащих домов.
Следить. Смотреть. Знать.
Должны находиться, но…
В последнее время их было легче найти в кабаках, чем на крышах.