Эскорт для ведьмы

– Да уж, вирус. Может, вызвать врача или отвезти тебя в больницу?

– А может, лучше пообедать? – она улыбнулась. И в этой улыбке было что-то такое, что заставила мое сердце снова уйти в пятки.

– Как ты разбудил Эрика? – с любопытством поинтересовалась Сабрина, кивнув в сторону ванной комнаты.

– Уметь надо, – не без доли лукавства ответил я.

Вдалеке послышался оглушительный грохот, за которым последовал отборный мат и хлопок дверью. Громкий зевок, и Эрик почти твердой походкой вошел в гостиную.

Выглядел он значительно лучше. Правда, выглядел он все еще помятым и явно не понимал, что происходит. Я остановил взгляд на неглубоком порезе на его левой щеке. Естественно, Эрик это заметил.

– Я побрился, – проворчал он и ткнул ватной палочкой в щеку.

– Заметно, – сердито ответила Сабрина. Чем привлекла внимание брата.

Увидев сестру, Эрик тут же бросился к ней и сел на пол прямо напротив нее.

– Тебе опять плохо, да? – взволнованно спросил он и дыхнул перегаром ей прямо в лицо.

– Сейчас точно станет! – девушка поморщилась, легонько ударила Эрика по плечу, встала и вышла из комнаты.

Проводив Сабрину взглядом, я обернулся и вновь уставился на сгорбившегося парня, сидевшего на полу. Он явно не желал продолжать начатый в его комнате разговор.

– Думаю, нам есть что обсудить, – тихо произнес я, нарушая неловкое молчание.

Эрик метнул в мою сторону гневный взгляд. С трудом поднялся и, словно нарочно, тяжело передвигая ноги, поплелся обратно в свою комнату.

– Знаешь, кто звонил мне вчера? – первым заговорил он, пропуская меня в свою пропитанную алкоголем опочивальню.

– Мерфи, – мгновенно ответил я и уселся в старое, побитое временем кресло.

Эрик вопросительно поднял брови, но оставил мой ответ без комментариев.

– Он сказал, что я не справился с работой, и деду было бы за меня очень стыдно, – он опустил голову и тяжело вздохнул. – Сказал, что ты бы справился куда лучше, чем я.

– Я знаю, Сабрина мне уже рассказала, – заявил я, встал с кресла и подошел к окну, чтобы закурить.

Внезапно Эрик поднял голову и, в ужасе округлив глаза, уставился на меня, явно не припоминая подробностей вчерашнего разговора с сестрой.

– Черт! Я же не…

– Нет, но отправил ее за разъяснениями ко мне. За что я готов как минимум прибить тебя.

– Ой… Плохи дела, – виновато пробормотал мой протрезвевший друг и уставился на меня в ожидании гневной тирады.

– Да, и мне пришлось рассказать ей про убийство Флиппи.

– Ох! Вот это фигня. Этого ей как раз и не стоило знать! Но… Ладно. И что теперь?

– Я встречался с мамой сегодня. Они решили, что теперь я буду заниматься «слежкой».

Эрик искоса глянул на меня и громко усмехнулся. Потом тяжело плюхнулся на кровать и закрыл лицо ладонями.

– Я подвел всех, – разочарованно протянул парень.

– Нет, не всех. По крайней мере, пока. Бросай пьянствовать. И чем быстрее, тем лучше. Иначе ты лишишься не только работы, но и семьи. Сабрина в отчаянии. Ты ее довел, – сказал я, внимательно наблюдая за тем, как меняется выражение его лица.

– Я заметил, что в последнее время она странно себя ведет. Но не думаю, что из-за меня. Она часто куда-то смотрит, будто на кого-то. Да и я тоже чувствую, что мы здесь не одни, – он замолчал.

Похмелье – не лучшее время для серьезного разговора. И я искренне его жалел. В душе. Где-то очень глубоко. На самом дне. Хотя о чем я? Моя душа бездонна.

– Давай попробуем найти компромисс? Мы оба знаем, что я не смогу присматривать за ней вне университета.

Эрик согласно кивнул и лениво почесал затылок.

– Так что предлагаю следующее: я попрошу, чтобы тебя назначили моим помощником, но при одном условии.

– Каком? – Эрик с надеждой уставился на меня.

– Ты завязываешь с выпивкой и крепко держишь язык за зубами.

– Согласен.

– Что еще знает Сабрина, помимо того, что мы скрываем «какую-то» тайну?

В комнате повисла гнетущая тишина.

– Ничего, – неуверенно произнес Эрик.

– Что ж, надеюсь, мы это скоро выясним. И чем быстрее, тем лучше.

В дверь тихо постучали.

– Что! – прохрипел Эрик.

– Вы идете обедать или нет? – спросила Сабрина и вошла в комнату.

– Подслушивать – это очень и очень нехорошо, мисс – медленно, в поучительной манере произнес Эрик.

– Заявляться домой пьяным в хлам под утро тоже не очень хорошо! И я не подслушивала. Не имею такой привычки. Идите есть! – на этой ноте Сабрина величественно развернулась и громко хлопнула дверью, заставив Эрика схватиться за голову.

Глава 6

Гардия

Мистер Уоллис сидел в большом кожаном кресле за огромным антикварным письменным столом викторианской эпохи, подперев руками подбородок. Его хмурый, мудрый взгляд был устремлен в окно. Главный хранитель ордена «Гардия», обычно такой веселый и жизнерадостный, сегодня пребывал в ужасном настроении. В правой руке он крепко сжимал письмо, доставленное сегодня в четыре часа утра с пометкой «СРОЧНО!». Информация, которую оно содержало, заставило его немедленно созвать экстренное собрание некоторых членов ордена.

Мистер Уоллис медленно поднял голову, всматриваясь в серое, затянутое грозовыми тучами лондонское небо.

– Что же, похоже, бури не избежать, – тихо произнес мужчина и отложил письмо в сторону. Он неторопливо прошелся взглядом по многочисленным фотографиям в позолоченных рамках, аккуратно расставленных на столе, и остановился на одной из них. Двое девятилетних мальчишек, темноволосая девочка с синими, словно васильки, глазами, сам Уоллис и его лучший друг Алекс Вентерс. Как давно это было? Вентерс и его семья тогда еще жили в Лондоне. Уоллис провел пальцем по фигурке маленькой девочки, стоявшей рядом со своим дедушкой. Ее взгляд был не по-детски серьезным. Он вспомнил, как она хохотала и радовалась, когда Уоллис раскачивал ее на качелях. А ведь когда-то он был категорически против того, чтобы его друг удочерил ее.

– Ты совсем из ума выжил! – кричал он Алексу. – Она же ведьма!

– Ну какая она ведьма? Ты только посмотри на нее, – нежно произнес Вентерс и указал на мирно спящего младенца, которого бережно держал на руках.

– А я еще раз повторю, что ты из ума выжил! Она вырастет и станет такой же, как все они! Или еще хуже!

– Нет, не станет! И не все они были плохими. Ее мать тому подтверждение, – упрямо отвечал Алекс.

– Подумай о своей семье!

– Мы уже обсудили это. Моя дочь с мужем полностью меня поддерживают.

Тогда Уоллис ничего не смог сделать. Алекс оставался чрезвычайно глух ко всем мольбам о возвращении ребенка в настоящую семью.

А со временем он и сам сумел полюбить эту девочку. Сабрина выросла. Она стала красивой, самостоятельной девушкой. Но ведьма ли она? Скорее всего, да. Зная историю ее настоящей семьи, Уоллис готов был дать письменное подтверждение того, что девушка – ведьма. Однако, злая ли? Нет. И под этим Уоллис готов был подписаться собственной кровью. Он был абсолютно уверен, что рано или поздно ее способности проявятся. Но каким образом? Этого не знал никто.

Столько лет никто из ее настоящей семьи даже не поинтересовался судьбой ребенка. Когда младенец исчез, никто даже не сообщил в полицию. Было известно лишь то, что Мари де Маншанд после трагической смерти дочери уехала во Францию, чтобы прийти в себя и заодно восстановить семейное гнездо – огромный старинный замок в провинции Иль-де-Франс. И вот теперь, спустя двадцать три года, она возвращается. И на то у нее имеется веская причина. Она хочет найти свою единственную наследницу. Свою внучку. Специально прислав ему, Уоллису, письмо в знак признательности за то, что когда-то орден не оставил бедного ребенка без семьи, благодаря которой Сабринат не выросла избалованной и взбалмошной девицей. Коими являются ее ровесницы, принадлежавшие к высшим слоям общества. Тем более что Мари была настолько убита горем из-за кончины дочери, что не смогла бы уделить ребенку должного внимания. В письме так же уточнялось, что если в ближайшее время Сабрина не прилетит в Париж, Мари либо сама приедет за внучкой, либо пришлет за ней кого-то из своих людей.

Снова пробежав глазами по резким буквам письма, Мистер Уоллис с горечью вздохнул и позвал своего секретаря.

– Дэйна, принесите мне чашку чая. И соедините с Эллиотом Корнэлом. А также пригласите ко мне мистера Мерфи. И как можно скорее, пожалуйста, – попросил он вошедшую в кабинет девушку.

– Хорошо, сэр, – тихо ответила Дэйна и вышла.

Уоллис подошел к окну и, облокотившись на потертый подоконник, уставился в бесконечную темноту Темзы. Простояв так несколько минут, мужчина грустно улыбнулся и покачал головой.

– Чему быть, того не миновать, – подытожил он и вновь вернулся к своему рабочему месту.

Глава 7

Либо я окончательно свихнусь, либо…

Гнусное «Дзыыыынь» нарушило тишину очередного пасмурного утра. Я медленно сел на кровати и невидящим взглядом уставился на будильник. Шесть тридцать утра. С трудом разодрал левый глаз и взглянул на Гигантера, вальяжно развалившегося на соседней подушке. Кот с явным недовольством силился распилить меня пополам при помощи своего безумного взгляда. Я глубоко вздохнул, прогоняя остатки сна, и посмотрел в окно. Ничего, что могло бы внушить хоть каплю оптимизма. Дождь, сырость и бесконечные бездонные лужи.

«Сегодня пятница. Хоть это радует», – подумал я и, кое-как заставив себя подняться с кровати, побрел в душ.

Прошла неделя после нашего разговора с Эриком, которого теперь можно было назвать чуть ли не святым трезвенником. Парень изо всех сил старался не подвести меня и постоянно названивал и рассказывал о том, что происходит в жизни его сестры за пределами университета. То ей вдруг стало плохо, то она ведет себя как последняя стерва. «Ну и что в этом нового и необычного?» – думал я в такие моменты. То она без причины ревет. А вот у нее появился очередной поклонник. В этом тоже не было ничего странного. Вокруг Сабрины всегда валялась большая куча воздыхателей.

– А еще она плохо спит, – говорил Эрик.

– А предметы по воздуху не переносит?

– Нет.

– Вот это плохо. Тогда ничего интересного.

Я вышел из душа, перекусил подгоревшими тостами и кофе. Быстро оделся: черные джинсы, белая футболка без рукавов с надписью «The Wretched5», которая как нельзя лучше отражающая мое душевное состояние на сегодня, черный плотный худи. В общем, наряд под стать хмурому настроению погоды. Мое внимание снова привлек кот, который за последнее время заметно увеличился в размерах.

– Нужно серьезно подумать о твоей диете, – проворчал я и погладил кота по голове, за что был вознагражден громким мурлыканьем.

– В последнее время ты только и делаешь, что жрешь. Причем до фига. Собственно, как и я. И надо постараться исключить из твоего рациона зубную пасту, – заключительно констатировал я и вышел из дома.

Остановив машину около здания администрации, я невольно задумался, что бы такого сделать, чтобы в очередной раз вывести из себя Бэтти? Огромная куча вопросов не давала мне сосредоточиться. Как бы поговорить с Сабриной? В последнее время она ведет себя непонятно. Даже не странно, а именно непонятно. Не то чтобы мы перестали вести свою «войну», но сейчас все было как-то иначе.

Докурив сигарету, я вышел из машины и подошел к администрации университета. На двери красовалась табличка с огромной надписью « Дверью НЕ ХЛОПАТЬ!!! Администрация».

Я не сумел сдержать злорадную ухмылку. Вот и ответ на вопрос о том, как снова насолить Бэтти. Войдя в холл, я изо всех сил хлопнул дверью так, что задрожали окна. Из-за стойки администратора тут же показалась белокурая голова. В серых глазах было столько злости, что если бы она могла принимать физическую форму, то наверняка прибила бы меня на месте, не оставив и намека на воспоминания.

– Упс, Бэтти, прости. Не хотел тебя напугать. Нужно повесить табличку на дверь, чтобы не хлопали, – я с трудом подавил смешок.

– Она висит, ты идиот! – пропищала девушка, и от злости ее голос стал еще более сиплым.

– А ну извинись сейчас же! Я же тебя не обзываю! – оскорблено воскликнул я.

– Ах ты!

Мимо пробежал какой-то преподаватель, заставив девушку понизить голос до шепота.

– Как мне хочется привязать тебя к батарее и повыдирать весь твой пирсинг, чтобы ты истек кровью и …

– Извини, Бэт, но твои сексуальные фантазии меня не интересуют. А теперь расскажи-ка мне, где миссис Рэнтон?

Раздался грохот, и я вновь почувствовал, как задрожали окна. Глаза Бэтти снова вспыхнули яростью.

– Ой, черт! Прости, Бэт. Я не специально. Ты бы что ли табличку повесила, чтобы не хлопали, – в голосе Эрика чувствовался едва сдерживаемый смех.

– Как я вас обоих ненавижу! – чуть ли не плача от злости, прошипела себе под нос Бэтти.

– Эй! Мы, между прочим, еще здесь, – ответил Эрик, отошел от расписания и остановился рядом со мной. Бэтти бросила на него убийственный взгляд и презрительно отвернулась. Парень театрально схватился за сердце. А я одобрительно заметил, что он неплохо сегодня выглядит: гладко выбрит и даже причесан, но подстричься все-таки не соизволил.

– Ах, прямо в цель, Бэт! За что? – он весело рассмеялся.

– Миссис Рэнтон взяла сегодня выходной, – игнорируя вопрос Эрика, проскрипела Бэтти.

Какого черта она взяла выходной? С чего это вдруг? Надо бы заехать к родителям домой, а заодно проведать отца.

– А мистер Мейсон тут? – спросил Эрик.

– Да. И с нетерпением ждет встречи с тобой. Отличник ты наш! – с сарказмом провизжала Бэтти и выдернула уменьшенную копию расписания из-под руки Эрика, на которой тот увлеченно рисовал портрет бедной Бэтти.

– Ну все, хана. Я не готов, – пробубнил он и выдернул лист из руки девушки.

Я мельком глянул на него. Эрик и Бэтти, не произнося ни слова и не моргая, сжигали друг друга глазами.

– Еще что-нибудь? – чрезмерно любезным тоном поинтересовалась Бэтти, давая понять, что нам пора оставить ее в покое.

– Да. Тебе бы пошел каштановый. Я про волосы. И линзы тоже. Смена характера и работы.

Я громко засмеялся и направился следом за Эриком, который уже устремился к выходу. Бэтти была слишком зла, чтобы что-нибудь ответить. И выходя из здания администрации, Эрик как можно сильнее грохнул дверью.

– Даже я себе такого не позволяю! – все еще давясь от смеха, произнес я.

– Да ладно! Тем более я сказал правду. Она была бы очень даже ничего, с темным цветом волос. И… – парень умолк и улыбнулся.

– И?

– И если бы не прятала глаза за этими дебильными окулярами. Ну и если бы сменила свой стиль в одежде. Сабрина сегодня сказала, что рубашки в клетку опять в моде, так что я бы с радостью притащил ей парочку! Уверен, ей бы пошло.

– Хочешь помочь ей сменить имидж?– мое настроение явно улучшилось.

– Нее! Я уже думал об этом. Она на это не пойдет. И я уже сказал, что ей не мешало бы работу сменить. С таким характером работать с людьми противопоказано,– задумчиво пробормотал мой друг.

– Эрик, а где твоя сестра?

– Послала меня к черту, а сама пошла в аудиторию. У вас сейчас, кажется, история английской литературы или что-то вроде этого. С ней все в порядке. Вчера она весь вечер материлась из-за своего нового поклонника. Знаешь, он очень… Упорный, – Эрик ехидно захихикал.

– Да, знаю. А ты как? Наверстал пропущенные занятия?– Эрик всегда был очень сообразительным парнем, и было бы жаль, если бы он вылетел из университета из-за неудачного любовного приключения.

– Нужно сдать хвосты. Чем, собственно, я и занимаюсь. И тогда все будет ok! Так что пойду-ка я на покаяние к мистеру Мейсону. Пожелай мне удачи, ибо к физике я категорически не готов!

– Удачи! – у Эрика всегда была твердая пятерка по физике, и в связи с этим орден возлагал на него довольно большие надежды, которые, я искренне надеюсь, он сумеет оправдать. Что ж, история литературы. Ничего интересней и нарочно не придумаешь.

День обещал стать не самым худшим. Я глянул на небо и удивился. Сквозь серые тучи нечеткими пятнами начинал пробиваться солнечный свет. Может, еще не все потеряно? История литературы. От нее еще никто не умирал и уж тем более не сходил с ума. Так что все нормально. Пока что…

Глава 8

Спор

Я неспешно вошел в аудиторию и поплелся в самый конец, удобно устроившись за последним столом. До начала пары оставалось около десяти минут, и каждый занимался чем угодно, только не повторением заданного на сегодня материала.

– Как дела, Джек? – спросил Скотт Уоринг. Пепельный блондин с ямочками на щеках и совершенно невинными, в отличие от Эрика или Сабрины, голубыми глазами, обрамленными светлыми ресницами. По этому парню сходили с ума все студентки на нашем потоке. И готов поспорить, что и девчонки с младших курсов тоже.

Сам он когда-то принадлежал к армии поклонников Сабрины. Но все его попытки привлечь ее внимание рассыпались в прах, когда она послала его так далеко и надолго, насколько это позволяли сделать рамки великого английского языка. После того случая он оставил эту глупую затею и переключился на менее непреступных и более расположенных к нему особ.

– Отлично, Скотт. А у тебя? – заметьте, я всегда стараюсь быть крайне дружелюбным и вежливым.

– Нормально.

– Готов к уроку? – спросил я, хотя меня это нисколько не волновало.

– Конечно. Как же иначе? А ты? – поинтересовался Скотт.

– Конечно. Иначе никак.

Вот она, причина, по которой его так недолюбливает Сабрина. Он просто приторно образцовый! Постоянно безупречно выглядит: идеально выбрит, до блеска отутюжен и всегда готов к занятиям. Эдакий идеальный денди.

Сабрина забилась в угол в самом конце аудитории, по левую сторону от меня. Судя по всему, она тоже была не готова. Я, вспоминая прошлый урок литературы, когда она самым наглым образом прервала мои глубокие думы, перебрался за ее стол и уселся рядом.

– Ну надо же, явился! – как бы «между прочим» заметила она.

– Ты мне не рада? – с притворной печалью в голосе спросил я.

– Ну конечно, рада, – слишком сладко пропела Сабрина и шандарахнула учебником по столу.

Я искоса посмотрел на нее. Хорошенькая. Алые, пухлые губы слегка приоткрыты. Чуть растрепанные волосы большими локонами лежат на тонких плечах. Длинные густые ресницы игриво бросают тень на бледные щеки. Высокие брови, аккуратный маленький носик, острые скулы… Я невольно перевел взгляд ниже и остановился, глядя на то, как при каждом вздохе поднимается ее грудь. Глубокое декольте делало зрелище чертовски соблазнительным. Я громко сглотнул и постарался отвести взгляд в сторону. С трудом, но, как ни странно, получилось.

– Классная кофточка, – внезапно выпалил я и прикусил язык. «Господи! Что я несу? Да еще и вслух!»

Сабрина оторопела и медленно повернув голову, впилась в меня своими красивыми глазами цвета ультрамарина. И вот оно, то, чего я так опасался. Ее брови угрожающе сошлись на переносице. Она сделала глубокий вдох и уже открыла рот для того, чтобы высказать мне все, чего еще не успела выговорить за все свои двадцать три года, как в аудиторию буквально влетел профессор Стоун.

– По местам! – сердито рявкнул он. – Тишина в аудитории!

Ох, мистер Стоун! Вы только что спасли мне жизнь! В прямом смысле этого слова!

Я старался не замечать присутствия девушки. С чистой совестью открыл конспект и приступил к тому, чем обычно занимаются на лекциях все нормальные студенты. А именно к рисованию незамысловатых каракуль.

Сабрина тут же выдрала тетрадь из-под моей руки, даже не дав начать очередной шедевр. Я повернулся и сердито посмотрел на нее в упор. Девушка что-то быстро писала. Зачеркивала и снова писала. Затем подвинула тетрадь и чуть ли не сунула мне ее под нос. А в своей нельзя было написать? На листке красовалось одно единственное предложение.

«Что ты сказал?» – гласило оно.

Я покосился на нее. «Оглохла, что ли?» – пронеслось в голове, но теперь в ее глазах читалось неподдельное удивление.

« Сказал, что кофточка у тебя прикольная», – написал я в ответ.

Сабрина нахмурилась, придвинулась ближе и снова выдернула тетрадь.

«Тебе же не кофточка нравится, правда?»

Я опять уставился на нее. Она действительно думает, что я вот так возьму и напишу чистосердечное признание о том, что изрядную долю минуты пялился на ее грудь? Да, правду говорят, блондинка живет в каждой женщине…

«Именно она, я тоже люблю «Найн Инч Нэйлз».

Она фыркнула и пнула меня под столом.

«А ну кались, ты, примитивное животное!» – нацарапала Сабрина и впилась в меня колючим взглядом.

«Отвали, пожалуйста.»

По-моему, ответ прозвучал вполне коротко и ясно.

«Джек, у тебя пальцы сломаны? Ты не можешь писать нормальным человеческим почерком?»

« Ну ты и язва!»

« Просто ответь, и я отстану»

Может, стоит рискнуть и ответить? А то ведь всю кровь выпьет.

«Да»

«Что да?»

Не только оглохла, еще и отупела. С ума сойти!

«Да, я считаю, что у тебя красивая грудь», – написал я и нарисовал жирную точку, пытаясь таким образом закончить наш нелепый разговор.

Девушка сердито посмотрела на меня и вдруг неожиданно улыбнулась. А я готов был провалиться сквозь землю и все ждал, когда же она воткнет ручку мне в ногу или сделает еще что-нибудь. Вместо этого она немного отодвинулась и принялась с любопытством меня разглядывать. Будто видела впервые в жизни.

– Прекрати, – прошептал я, неловко чувствуя себя под пристальным изучающим взглядом Сабрины.

– Джек, ты только что подал мне такую идею!

– Чеее? Какую еще идею?

– Ну, такую… Эмм… Маленькую, но гениальную идею, – я выдернул тетрадь из-под ее руки, краем глаза наблюдая за тем, как она что-то обдумывает и то и дело сводит брови у переносицы. Я не удержался и снова перевел взгляд на ее грудь. Да, вид шикарный, добавить нечего. Нет, добавить, конечно же, есть что. Но я лучше умолчу о том, чего именно я бы добавил.

Она вновь посмотрела на меня и улыбнулась, открывая ряд ровных белоснежных зубов. Мне стало дурно. Эта девушка явно вызывает во мне бурю эмоций, которые совсем не вяжутся с нашей бесконечной войнушкой.

Сабрина наклонилась ближе и зашептала мне в самое ухо. От ее теплого дыхания и запаха кожи, смешанного с нежным ароматом духов, голова пошла кругом.

– Дело в том, что есть один… Эмм… Молодой человек, который мне буквально житья не дает! Уже две недели я не могу спокойно работать. То на свидания приглашает, то в любви признается. Короче! Он меня бесит! Еще сильнее, чем ты! Представляешь? И он сидит в баре каждую мою смену!