Весёлые старты

Весёлые старты

Пролог

Посвящается моей семье,которая вместе со мной преодолела весь этот путь

Спустя ровно два года я вновь вернулась к этой книге. В феврале 2024 года я была ровно на полпути, несмотря на то что каждая страница давалась мне с трудом – с болью воспоминаний.

В один момент мой ноутбук отключился без всяких признаков жизни и больше не включился, а там было всё, в том числе и эта книга. Я решила, что это к лучшему: нужно перестать себя мучить и пора начать жить обычной человеческой жизнью, не оборачиваясь на этот травмирующий опыт.

Оказалось, что этой истории просто было необходимо время отстояться и очиститься от острых эмоций. Теперь я могу и хочу рассказать её совершенно другими словами – из другого состояния. Для того чтобы:

а) мои потомки могли узнать меня получше;

б) моя история и мой опыт стали поучительными для кого‑то, а может, даже и вдохновляющими.

На написание книги меня вдохновила моя бабушка – Людмила Павловна. Мой папа восстанавливал архивы нашего рода и попросил бабушку записать всё, что она помнит о наших предках.

Читая её рукописи, я жадно впитывала каждое слово в надежде уловить её переживания, ход мыслей и философию жизни. Чем она руководствовалась, проживая свою удивительную жизнь?

Моя бабушка много где побывала, в своё время была руководительницей, она очень эрудированный человек, по сей день щёлкает кроссворды как орешки и пользуется современными менеджерами, в совершенстве владеет голосовыми, несмотря на то что ей на текущий момент 89 лет.

Ещё одним толчком к тому, чтобы поделиться своей историей – такой, какая она есть, – стала книга «Выбор» Эдит Евы Эгер.

Многие, наверное, слышали или читали книгу Виктора Франкла «Сказать жизни „Да!“» – о тяжёлых временах в Освенциме. Книга «Выбор» тоже об этом, но меня особенно впечатлило, как автор рассказывает о том, что обычно остаётся за закрытыми дверьми и чему не придают значимости: о реабилитации после сильного эмоционального потрясения, о возвращении к обычной человеческой жизни.

Почему моя книга называется «Весёлые старты»?

Думаю, вы догадаетесь по мере того, как я буду погружать вас в свою историю жизни.

О чём она?

О временной трудности!

Погнали!

Глава 1. На старт, внимание…фальшстарт!

Итак, эта увлекательная история началась 19 июля 2017 года.

На дворе стоял разгар лета – сонное межсезонье для всех, кто связан с хоккеем. Я вела не менее сонный образ жизни: исключила любые активности и передвигалась исключительно на машине. Моё любимое – садишься в машину, на всю открываешь окно, музыку погромче – и погнали.

19 июля в Москву прилетел мой папа – в командировку. После работы мы, как всегда, встретились. Мы оба – заядлые любители пеших прогулок, так что не стали отказывать себе в удовольствии прогуляться. Тем более погода была под стать.

В итоге, вернувшись домой, я взглянула на количество пройдённых шагов: около 23 000. Ноги адски гудели. Я не стала ничего предпринимать, потому что собиралась отправиться спать; оставалось лишь сходить в душ.

Я встала с дивана и сделала шаг. Под ногой раздался хруст, а следом – острая, парализующая боль в стопе. Я подняла ногу с уверенностью, что наступила на детскую игрушку. Но под ногой ничего не было. Боль не утихала, наступать на ногу по‑прежнему было невыносимо.

«Разрыв связок!» – первое, что пришло мне в голову. На тот момент я была по уши в любительском спорте и с симптомами спортивных травм была знакома хорошо. Решила: если утром появится гематома – еду в травмпункт.

Утром никаких следов гематомы не обнаружилось. Боль немного утихла, но ходить по‑прежнему было больно – хоть и меньше, чем вчера. Я отправилась на работу, списав всё на вчерашнюю «скандинавскую ходьбу»: «Сейчас расхожусь», – подумала я.

Но «расходиться» не получалось. Каждый шаг давался с трудом и причинял боль. Руководство, заметив мой неоправданный героизм, отправило меня домой – отлежаться, дать ноге покой на три дня и не появляться раньше срока.

Спортсмены‑любители щедро делились советами, узнав до боли знакомую ситуацию: разгрузка, мази, перевязка. Я послушно выполнила все рекомендации – и через три дня вернулась к рабочему ритму. Нога поднывала периодически, но не настолько, чтобы придавать этому большое значение.

В следующем месяце вновь в Москву прилетел папа; мы пошли на мой первый футбольный матч. Он, как футболист в прошлом, прочитал мне целую лекцию про эластичные носки, купил мне его и заставил надеть. Этот носок я проносила целый день, несмотря на то, что он адски давил, – а походили мы прилично.

Поняв, что, наверное, с ногой всё же что‑то не так, хоккейное братство отправило меня к главному травматологу в одну из ведущих московских клиник. Там мне диагностировали две микротравмы, которые наложились одна на другую. Первая – растяжение связок: надо поберечься и разгрузить ногу, дать ей прийти в себя. А носком я излишне передавила ткани, что вызвало дополнительную микро травму. Мне выписали мазь, наказали разгрузить ногу и отправили с богом.

Время шло, я старалась ходить меньше, а нога со временем стала отекать больше. Я пошла в районную поликлинику к хирургу. «Вот такая‑то история», – рассказываю я в подробностях врачу. «Всё понятно. Ну что ты хотела – нужно время. Береги ногу, сильно не нагружай. Мажь вот этим кремом. Всё пройдёт», – резюмировала хирург.

Неделя, две – лучше не становилось, я опять к ней. На этот раз она назначила убойную, высокойодсодержащую мазь. Утром я послушно помазала ступню, надела обычный хлопковый носок и поехала на фотосессию «Мисс Студенческая лига», соорганизатором которой я была. Часов, наверно, десять, не меньше – на ногах и в запаре. Нога чесалась под носком; в какой‑то момент я увидела капли воды на носке. «Наверно, чем‑то капнула», – подумала я, не придав большого значения, да было и некогда. Когда я пришла домой и сняла носки, я увидела волдыри, которые уже лопнули. Капли на носках были серозной жидкостью. Больше я к этому хирургу не пошла.

Не зная, куда уже пойти и к кому дельному обратиться со своей ногой, я ходила и мучилась. Я не знала, что делать. У меня не было информации. Не было инструкции. Я раньше не сталкивалась с подобным.

Ты вроде сходил к врачу, даже не к одному, даже не один раз – результата нет. А дальше‑то что?

Нога не то чтобы болела. Она поднывала, особенно когда сидишь ногой вниз, и просто отекала, стоило мне начать ходить. И влезала только в бабушкины укороченные валенки 43‑го размера – слава богу, подобная обувь нынче была в трендах. Надо мной смеялись коллеги, что я хожу в валенках, а я не могла ни в чём больше ходить. Приходилось либо защищаться юмором, либо разжёвывать, когда не было сил шутить.

Хоккейное братство вновь проявило инициативу и отправило меня на сей раз профильно – «к своим», к спортивному реабилитологу. Я чуть с ума не сошла от восторга – побывать в поликлинике профессионального хоккейного клуба, где обслуживаются профессиональные хоккеисты.

Осмотр, рентген – «Понятно». Меня выписывают капли. Капли? Капли!

«Принимай капли три дня, в понедельник ко мне», – строго проговорил врач с солидной растительностью на лице. Это был четверг или пятница. В выходные меня ждали финальные матчи и награждения. Я все два дня провела на ногах, иначе не могла. Но, несмотря на это, заметила ощутимые улучшения – отёк уменьшился.

Я восторженно ждала встречи с врачом в понедельник, чтобы похвастаться улучшениями и спросить: «Что дальше, док?!»

Осмотр, рентген – «Я так и думал».

«Что?» – испуганно спросила я.

«Я так и думал, что тебя надо было сразу гипсовать. У тебя же в попе шило. Давай шагай в процедурный».

«Что? Как? Зачем? Почему?» – так много вопросов, так мало ответов в голове.

Меня кладут на живот на высокий операционный стол, сгибают ногу в колене и фиксируют голеностоп в необходимом положении.

И тут наконец‑то подъехала пояснительная бригада: строгий мужчина с бородой начал своё вещание: «У тебя две трещины в третьей и четвёртой плюсневых костях. Необходимо зафиксировать на 2–3 недели. Мы сейчас сделаем лангетку, заберёшь её с собой; пока будешь ехать – она подсохнет, дома наденешь на ногу, обмотаешь эластичным бинтом. Дальше – на костылях».

«Мой первый гипс! Да как не вовремя!» – я была в шоке и в полнейшем отрицании.

На календаре было 9 апреля 2018 года, а для меня это означало конец сезона Студенческой лиги – самую «вкуснятину» и приближающуюся командировку в Сочи на 2,5 недели. Как назло, мне наконец‑то доверили фотографировать финалы младших дивизионов Студенческой лиги, с чем я, естественно, благополучно пролетела.

Я села в машину, обрадовала руководство и в состоянии аффекта, депрессии и уныния поехала домой.

Хождение на деревянных костылях для меня было мучением, адом. Я никак не могла обуздать этот механизм (ой, как смешно вспоминать сейчас те дни, зная, что мне пришлось пережить потом). Тело неистово болело: группы мышц, которые никогда не участвовали в жизнедеятельности, моментально забивались; я была готова упасть и сдаться прямо посреди улицы.

Наверно, у вас закрался вопрос: куда я дефилировала? Врач для ускорения сращивания костей назначил мне магниты, и, так как мне было невтерпёж излечиться и вернуться в строй, я ездила (точнее, меня возила моя героическая мама) к нему на другой конец Москвы через день. От ближайшей парковки до поликлиники было, наверно, метров 700. Не ищу лёгких путей! В районной поликлинике лечение магнитами было возможно только через неделю.

20 апреля с меня снимают лангетку и переводят на трость с оговоркой – носить специальный фиксатор для голеностопа. Целеустремлённость и бестолковость моя не знают границ!