Читать книгу Замуж за декана (Ника Веймар) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Замуж за декана
Замуж за декана
Оценить:

5

Полная версия:

Замуж за декана

И в этот миг внутри меня что-то щелкнуло. Паника, еще минуту назад сковывавшая легкие, вдруг схлынула, уступив место ледяной ясности.

Я вспомнила невидимый, но ощутимый металл на левом запястье. Вспомнила самоуверенного лорда Веласко в зале и его насмешливое «испытательный срок», прозвучавшее в кабинете. Фиктивная помолвка, казавшаяся мне все три дня чистым безумием и катастрофой, внезапно обернулась единственным спасательным кругом посреди бушующего океана чужих ожиданий.

— Сожалею, папенька, — ровным, четким голосом произнесла я, слегка приподняв подбородок, — но я не могу выйти за лорда Рейна. Ни сейчас, ни через год, ни через пять. Я уже обручена.

Повисла мертвая тишина. Слышно было только, как шелестит плющ от порыва ветра.

— В смысле… как?! — отчим осекся, и его лицо вытянулось от неподдельного шока. Благообразная маска доброго и понимающего опекуна слетела, сменившись растерянностью. — О чем ты говоришь, Лотта?! Без моего ведома, без благословения рода?! Это юридически ничтожно!

— Я совершеннолетняя, лорд Дамиан, — не моргнув глазом, отчеканила я. — По законам королевства адептка военной академии считается дееспособной и имеет полное право распоряжаться своей судьбой без согласия родителей, опекунов и иных лиц. Я обручена. Официально.

Лицо отчима начало стремительно наливаться густой, багровой яростью. Его благодушная уверенность в собственном праве вершить мою жизнь трещала по швам. Но злился он не на меня, а на того, кто решил расстроить его планы.

— Да кто посмел?! — глухо, сдавленно прорычал он, сжав кулаки так, что затрещали тонкие перчатки. — Назови мне его имя, немедленно! Я сотру этого мерзавца, который посмел обмануть тебя…

Договорить он не успел.

Тяжелый, гулкий удар колокола на ратушной башне разорвал ночной воздух, возвещая полночь. За ним последовал второй, третий, заглушая музыку оркестра. Стеклянные двери позади нас дрогнули, и усиленный акустическими чарами голос герольда раскатился эхом по всей ратуше:

— Внимание! Его Величество король Себастьян Корнуэлл и члены правящего дома прибыли на Зимний бал! Прошу всех гостей немедленно вернуться в бальный зал и засвидетельствовать почтение монарху!

Глава 3

Эдгар среагировал первым. Шагнул к двери, вежливо пропуская меня вперёд. Пристально посмотрел на мои запястья и вопросительно изогнул бровь, давая понять, что заметил отсутствие помолвочного браслета. Отчим тяжело, шумно дышал, буравя меня яростным взглядом, в котором горело обещание семейного допроса — и неприятностей для моего потенциального жениха. Но сейчас они ничего не могли сделать. Ни схватить меня за руку и утащить из ратуши — а отчим хотел бы, я по глазам видела! — ни устроить скандал перед лицом короны.

— Мы не закончили этот разговор, Шарлотта, — процедил лорд Дамиан, с трудом беря себя в руки и поправляя воротник камзола.

— Разумеется, — мило улыбнулась я. — Пройдемте в зал. Не стоит заставлять Его Величество ждать.

Мы вернулись в сияющий огнями бальный зал, где публика уже выстраивалась широким полукругом, освобождая проход к небольшому возвышению, где стоял трон для короля и два трона поменьше — для его супруги и дочери. Отчим и Эдгар встали неподалеку. Лорд Дамиан продолжал буравить мою спину тяжелым, не сулящим ничего хорошего взглядом. Лорда Веласко я тоже увидела. Он стоял в первом ряду, практически у самого королевского помоста.

Его Величество король Себастьян — статный, широкоплечий мужчина с цепким взглядом холодных голубых глаз и чуть тронутыми благородной сединой волосами — поднялся на возвышение под восторженные рукоплескания знати. Монарх благодушно приветствовал собравшихся, произнося традиционную речь об успехах короны и процветании государства. Пока он говорил, я разглядывала свиту у королевского помоста. Взгляд зацепился за стайку фрейлин возле принцессы. Точнее, за одну конкретную особу. Катарину Лейдеро.

Пятикурсница нашего же боевого факультета, старшая фрейлина и закадычная подруга принцессы. Девушка яркая, уверенная в себе и неизменно окруженная свитой воздыхателей. Но насторожило меня другое. Катарина стояла в первом ряду, прямо напротив монаршей четы, и на ней было роскошное бальное платье глубокого темно-изумрудного оттенка.

Зеленый шелк. И тончайшая золотая вышивка по корсету.

Конечно, зеленый цвет в сочетании с золотом не был запрещен для других гостей, но совпадение кололо глаз. Почему Катарина оделась точь-в-точь в родовые цвета дома Веласко? И почему она сейчас так победно сияет, едва сдерживая торжествующую улыбку?.. Холодок нехорошего предчувствия близких неприятностей закрался мне под ребра.

Тем временем король перешел к награждениям. Себастьян щедро осыпал милостями отличившихся дворян, благодарил полководцев, наводящих порядки на границах королевства, а затем его теплый, звучный голос выделил главного виновника торжества:

— И, разумеется, корона не может оставить без внимания выдающиеся заслуги нашего доблестного лорда Веласко, декана факультета боевой магии военной академии!

Зал взорвался одобрительным гулом. Роланд плавно шагнул из первого ряда к помосту, поклонился монарху и замер с непроницаемым, спокойным лицом истинного боевого стратега.

— Твоя верность трону и блестящее руководство одним из стратегических факультетов академии заслуживают высшей награды, мой дорогой Роланд, — с отеческой улыбкой продолжал король. — В знак признания я жалую тебе плодородные земли и поместье в долине реки Арн. Но земли требуют хозяйки, а тебе давно пора остепениться! Довольно ходить холостяком и испытывать терпение столичных красавиц. Сегодня, на Зимнем балу, я с величайшей радостью предлагаю тебе руку и сердце прекрасной леди Катарины Лейдеро!

Толпа буквально взорвалась овациями. Катарина вспыхнула очаровательным румянцем, присела в глубоком реверансе и посмотрела на Веласко взглядом абсолютной, безоговорочной победительницы, наконец-то получившей самый желанный приз. Принцесса радостно захлопала в ладоши. Отчим неподалёку довольно хмыкнул — королевская помолвка такого масштаба отвлекла даже его.

И только сам Роланд оставался совершенно невозмутимым. Он выждал, пока аплодисменты чуть стихнут, поднял голову и звучно, четко произнес на весь замерший зал:

— Простите, Ваше Величество. Я безгранично благодарен за пожалованные земли, но, к моему глубочайшему сожалению, не могу принять все ваши щедрые дары. Ибо я уже помолвлен.

По залу прокатилась волна потрясенных вздохов, ахов и испуганных перешептываний. Кто-то из аристократок выронил веер, с тихим стуком ударившийся о мрамор пола. Улыбка мгновенно сползла с лица Катарины, а король озадаченно и тяжело нахмурился, не привыкший к столь дерзким отказам:

— Помолвлен? С кем же, позволь узнать, лорд Веласко? Почему короне ничего об этом не известно?

«Ах вот ему зачем нужен был браслет…» — наконец дошло до меня. Отличный стратег и опытный воин подстраховался на тот случай, если его решат заманить в брак любой ценой.

Роланд чуть развернулся корпусом к залу. Его зеленые глаза безошибочно нашли меня в толпе, насмешливые золотые искры вспыхнули с новой силой, и он с легким поклоном протянул руку в мою сторону:

— Я попрошу мою невесту подняться сюда. Шарлотта, прошу тебя, дорогая.

В этот миг я готова была испепелить его на месте самым мощным огненным заклинанием, которое только знала. Вот же вредная ядовитая кошка с крыльями! Подставил! Втянул в свои придворные интриги, сделал живым щитом от королевского сводничества и предъявил разом всей столичной знати!

Но следом меня обожгла вторая, отрезвляющая мысль: «А ты сама-то что сделала десять минут назад на балконе?!»

Я ведь провернула ровно то же самое. Спасаясь от брака с идеально скучным Рейном, я практически прикрылась именем Роланда, не спросив разрешения. Если бы не герольд, я бы назвала имя лорда Веласко отчиму. Так что мы стоили друг друга: два союзника поневоле, спасающие свои шеи от ненавистных оков брака по чужой указке. И испытательный срок в этом случае выглядел крайне мудрым решением.

Стиснув зубы и натянув на губы самую безмятежную светскую улыбку, на какую была способна, я шагнула вперед. Толпа аристократов расступалась передо мной как море, провожая десятками жгучих, оценивающих, а порой и откровенно ядовитых взглядов. Катарина смотрела на меня так, словно прикидывала, какое именно проклятие разложит меня до пепла быстрее всего.

Поднявшись на возвышение, я почувствовала себя выставленной на эшафот. Колени предательски немного подрагивали под тяжелой изумрудной юбкой, но спину я держала идеально прямой.

Роланд мягко, по-хозяйски перехватил мои ледяные пальцы, привлекая чуть ближе к себе. Не отводя взгляда от хмурого короля, он плавно провел свободной ладонью над моим левым запястьем. Я ощутила лёгкую щекотку, услышала тихий шелест рассыпающихся чар — и иллюзия растаяла без следа.

На глазах у онемевшего зала и выжидательно прищурившегося Его Велчества браслет вспыхнул ослепительным серебристым светом, обнажая тончайшую вязь рун и отчетливо проступивший родовой герб дома Веласко. Доказательство было неопровержимым: помолвочный браслет из родового хранилища. Роланд определенно не шутил.

Себастьян нахмурился куда заметнее, и по залу прошел холодок — венценосные особы очень не любили, когда их щедрые монаршие жесты натыкались на непредвиденные препятствия. Правитель окинул нас тяжелым, оценивающим взглядом из-под густых бровей.

— Помолвлен? — с нажимом переспросил король, постукивая перстнем по подлокотнику трона. — Вот как, значит. И отчего же корона узнает об этом только сейчас, лорд Веласко? Насколько мне известно, о подобных союзах принято объявлять при дворе заблаговременно. К чему эта конспирация за спиной твоего государя?

Роланд даже глазом не моргнул. Стоя под перекрестным огнем сотен взглядов, он выглядел столь же невозмутимо, словно читал лекцию по тактическому взаимодействию в боевых условиях первому курсу.

— Никакой конспирации и злоумышления против короны, Ваше Величество, — ровно и спокойно отозвался Веласко, не отпуская моей ладони. — Исключительно забота о спокойствии моей невесты. Шарлотта только-только на первом курсе. Ей предстоит освоить колоссальный объем сложнейшей боевой теории и практики. Мы не хотели торопиться с оглаской, чтобы вокруг нее не поднялась преждевременная суета, а праздные пересуды не мешали прилежной учебе. Рассчитывали сохранить все в тайне до ее выпуска. Но… раз уж обстоятельства повернулись столь неожиданным образом, пришлось объявить раньше срока.

Катарина рядом с принцессой побелела так, словно ее окатили ледяной водой из проруби, а вот король Себастьян вовсе не выглядел окончательно убежденным.

Монарх был опытным политиком и людей видел насквозь. Он безошибочно заметил, в каком первозданном шоке пребывает новоявленная «невеста», то есть, я, поднялся с трона, шагнул чуть ближе, с искренним интересом слегка склонил голову набок и обратился напрямую ко мне:

— Дитя мое, это правда?

В тишине зала можно было бы услышать полет мошки. Сотни ушей ловили каждый вдох. Я сглотнула подступивший к горлу ком, судорожно соображая, как ответить правильно. Подобный вариант развития событий мы с Роландом как-то не обсуждали.

— Чистейшая правда, Ваше Величество, — с легким поклоном выдавила я, стараясь, чтобы голос не слишком дрожал. — Мы с лордом Роландом Веласко действительно заключили помолвку. И… действительно договорились держать ее в строжайшем секрете, чтобы уберечь меня от излишнего внимания высшего света и избежать обвинений, якобы я учусь в академии по знакомству.

Король прищурился, хитро усмехнувшись в седые усы:

— И ты действительно хочешь выйти за него замуж?

Вопрос повис в воздухе тяжелой гильотиной.

Я медленно повернула голову. Справа стоял Роланд — чертовски красивый, пугающе самоуверенный и насмешливый, и в глубине его изумрудных глаз снова плясали золотистые искры.

Затем я взглянула в зал. Там, в первых рядах, замер лорд Дамиан, багровея от ярости, а рядом с ним возвышался Эдгар Рейн. Безупречный, идеальный, готовый запереть меня в четырех стенах респектабельного поместья и расписать мою жизнь по параграфам чужих правил.

Перспектива стать разменной монетой в руках отчима обожгла хлеще удара плети. И слова полились сами собой: гладко, искренне, горячей спасительной рекою.

— Ну конечно хочу, Ваше Величество! — с пылким чувством выдохнула я, глядя государю прямо в глаза. — Но… точно не прямо сейчас! Я твердо намерена сперва доучиться и получить диплом высшей ступени. Разве могу я позволить себе стать для столь великого мага просто красивым, бесполезным приложением к парадной гостиной? Обустраивать дом, вязать салфетки и считать дни между балами? Ни в коем случае! Я хочу быть достойной супругой лорда Веласко. Настоящей соратницей, верной опорой и надежным тылом, способным прикрыть спину мужа и словом, и щитом! А для этого мне нужны крепкие знания.

Себастьян замер на секунду, опешив от такой пламенной тирады, а затем от души, звучно расхохотался. Его смех прокатился под сводами ратуши, окончательно сметая повисшее напряжение.

— Какова хватка! — одобрительно хмыкнул государь, поднимаясь. Хлопнул Роланда по плечу. — А я смотрю, мой дорогой лорд, ты выбрал себе не просто красавицу, а девицу с железным характером и редким умом! Весьма, весьма достойная спутница для высшего оборотня. Что ж, раз такое дело — благословляю! Учеба — дело святое, противиться столь похвальному рвению корона не станет.

Король вновь повернулся к нам, и в его взгляде мелькнула сталь монаршей воли:

— Но уговор есть уговор, Роланд. Как только твоя дорогая леди-невеста сдаст финальные экзамены и получит диплом — со свадьбой не затягивайте ни дня! Лично прибуду поздравить новобрачных.

— Воля Вашего Величества для меня закон, — с безупречным поклоном отозвался декан.

Музыка грянула с удвоенной силой, двор зааплодировал, а у меня внутри все оборвалось. Пять лет учебы. Целых пять лет до диплома.

Вроде бы спасена. Вот только цена за эту свободу оказалась куда выше, чем я предполагала, а капкан захлопнулся намертво — и приговор лично заверен печатью короля.

Впрочем, бурные аплодисменты зала не могли заглушить ядовитого шипения, витавшего в воздухе у самого помоста. Не все были рады такому повороту событий. И если Катарине простили бы столь значимый «трофей» как Веласко, то какой-то неизвестной первокурснице — нет!

Надо отдать должное Катарине: она была первоклассным боевиком не только на словах, но и на деле. Оправившись от первоначального шока за считанные секунды, девушка расправила плечи и нацепила на личико безупречную светскую улыбку. Однако ее взгляд выдавал истинные мысли с головой. Катарина смотрела на меня с острым, цепким прищуром сыщика, который только что почуял фальшивку. В этом холодном взгляде отчетливо читалось: «Не верю. Ни единому вашему сладкому слову не верю. Ты первокурсница без рода и связей, он — декан факультета, благородный маг, обласканный Его Величеством. Посмотрим, сколько продержится ваша сказочка, когда я копну глубже». Она явно не собиралась опускать руки и уже просчитывала варианты для ответного удара.

Но, как ни странно, куда больше меня встревожила вовсе не Катарина.

Принцесса Аделина посматривала в нашу сторону отнюдь не благосклонно. У меня возникло стойкое, холодящее затылок ощущение, что юное высочество оскорбилась в разы сильнее, чем несостоявшаяся невеста-боевичка, по совместительству её подруга.

Если в глазах Катарины отражалось недовольство уязвленной хищницы, готовой к реваншу, то во взгляде принцессы плескалось неприкрытое, ледяное высокомерие венценосной особы, чью царственную волю посмели публично растоптать. Аделина ведь не просто сватала верную фрейлину — она самолично выстраивала этот альянс, желая привязать непокорного и могущественного лорда Веласко к своему ближнему кругу. А тут какая-то безвестная девица с первого курса посмела выдернуть из-под носа королевской особы столь ценную фигуру на шахматной доске двора!

Тонкие губы принцессы сжались в бледную нить, острый подбородок вздернулся, а в серых глазах застыла глухая, тяжелая неприязнь. Женская солидарность здесь и рядом не ночевала. Отвергнув Катарину, Роланд Веласко отверг и святое право принцессы решать за других.

— Улыбайся, Шарлотта, — тихо произнёс мне на ухо Роланд, пока мы чинно спускались с помоста под звуки вальса. Его пальцы, лежавшие на моей талии, оставались спокойными и надежными, но в голосе прорезались те самые ласковые бархатные нотки, от которых шёл мороз по коже. — На нас смотрит половина Тайной канцелярии и лично Ее молодое Высочество. Если на твоем лице сейчас отразится хотя бы тень сомнения, нас обоих распнут за неуважение к монаршей милости прямо под этой хрустальной люстрой. А мы этого не хотим.

— Я улыбаюсь, — процедила я сквозь зубы, растягивая губы в самой лучезарной и невыносимо фальшивой гримасе счастья, на какую только была способна в этот момент. — Так улыбаюсь, что скулы сводит. Скажите лучше, лорд Веласко, а в ваши обязанности декана случайно не входило оповещение адепток о том, что помолвка с вами автоматически превращает первокурсницу в личного врага наследницы правящей династии?!

— Не преувеличивай, Шарлотта, — с негромким смешком произнёс Роланд, ведя меня в вальсе. — Считай это внеплановой практикой по выживанию в экстремальных условиях. Ты же сама только что обещала королю стать моей надежной опорой и прикрывать спину. Вот и начинай тренироваться. Я помогу. Ты не будешь одна.

Вот последнее обещание меня порадовало, потому что я справедливо подозревала: отбиваться от принцессы и ее свиты мне теперь предстоит куда чаще, чем от ослабленных диких тварей на полигоне.


Глава 4

Катарина Лейдеро

Ночной воздух на балконе ратуши был прохладным, но он едва ли мог остудить пылающие щеки Катарины. Опершись побелевшими пальцами о мраморную балюстраду, девушка судорожно перевела дыхание, кусая губы почти до крови, чтобы сдержать злые слёзы отчаяния.

Этот вечер должен был стать ее безоговорочным триумфом и принести заслуженную награду — статус невесты Роланда Веласко. Она так тщательно выверяла каждый шаг: идеальное платье в цветах рода Веласко, благосклонность короля, восторженные взгляды знати. Роланд должен был подойти к ней, склонить светловолосую голову и перед всей столицей назвать своей будущей женой. Вместо этого ее отвергли у всех на виду, предпочтя какую-то пигалицу с первого курса! Самолюбие Катарины не просто кровоточило — по нему безжалостно прошлись кованым сапогом.

Шелест узорчатого шелка возвестил о том, что она на балконе не одна. Мягкие, уверенные шаги стихли за спиной, и тонкая рука с фамильным сапфировым перстнем легла на плечо фрейлины.

— Перестань, Кати, — негромко, но с поистине королевской твердостью произнесла принцесса Аделина. — Ты ведешь себя так, словно война проиграна, хотя случилась всего лишь нелепая позиционная заминка.

Катарина резко обернулась. В ее обычно спокойных глазах стояли злые, обжигающие слезы обиды.

— Заминка, Ада?! — горько выдохнула она, не заботясь о придворном этикете: наедине они были не фрейлиной и принцессой, а просто близкими подругами. — Твой отец лично дал благословение! Роланд при всех продемонстрировал на ней родовой браслет! Ты видела этот артефакт? Он признал ее! Веласко публично унизил меня перед всей знатью королевства, отказав!

Принцесса лишь поморщилась, с легким презрением бросив взгляд через стекло в сияющий огнями бальный зал. Она прекрасно знала, как давно и безнадежно Катарина грезила Роландом Веласко. Этот светловолосый оборотень жил в мыслях Катарины уже четвёртый год. Принцесса знала каждую надежду подруги и каждую бессонную ночь, и очень хотела помочь. Именно она, Аделина, неделями методично и ненавязчиво нашептывала венценосному отцу, как выгоден будет короне союз верной фрейлины и строптивого боевого мага. Все было решено, согласовано и скреплено королевским словом.

И тут — какая-то безродная первокурсница. Случайная девчонка, выскочившая словно чертик из табакерки. Ни связей, ни громкого имени, ни положения при дворе — просто смазливое личико с испуганно распахнутыми глазами.

— Браслет можно снять, Кати, — спокойно уронила принцесса, поправляя тончайшую бриллиантовую диадему в темных волосах. — А клятвы… клятвы имеют свойство расторгаться, если выяснится, что они были даны под влиянием заблуждения. Ты боевик или кисейная барышня из пансиона? С каких пор ты опускаешь руки при виде мелкой преграды?

— Но Роланд… — Катарина опустила голову, ее плечи поникли. — Ты же знаешь его упрямство. Если он что-то вбил себе в голову…

— Роланд — мужчина, — с легкой, снисходительной усмешкой перебила Аделина. В ее мыслях пока не было черной злобы или жестокости. Была лишь непоколебимая, высокомерная уверенность истинной принцессы в том, как устроен этот мир. — Мужчины совершают глупости, особенно когда пытаются продемонстрировать короне свой независимый нрав. Он просто уперся, не желая жениться по приказу, и схватил первую подвернувшуюся под руку адептку, чтобы сохранить лицо.

Принцесса подошла вплотную к подруге, взяла ее за руки и заглянула прямо в глаза с теплой, ободряющей улыбкой:

— Ну сама посуди: не может же какая-то первокурсница всерьез отнять у тебя мужчину? У тебя, лучшей студентки факультета, признанной красавицы и моей ближайшей наперсницы! Эта девочка даже не понимает, в какую реку полезла. Пара недель в академии, пристальное внимание старших курсов, легкая проверка на прочность — и она сама прибежит к Роланду с мольбами забрать браслет обратно.

Катарина несмело улыбнулась, смахивая последнюю слезинку.

— Ты правда так думаешь?

— Я это знаю, — Аделина ласково сжала ее ладони, но во взгляде принцессы на мгновение блеснула сталь. — Я лично помогу тебе расставить все по своим местам. Никто не смеет портить мои планы, Кати. И уж точно не серая мышка с первого курса. Утри слезы, расправь плечи и вернись в зал с высоко поднятой головой. Настоящая охота только начинается.

* * *

Аделина Корнуэлл

Аделина искренне любила Катарину, но еще больше она любила чувствовать себя всесильной покровительницей, способной одним взмахом ресниц вершить человеческие судьбы. Весь этот сценарий с королевским пожалованием земель и публичным сватовством должен был стать ее личной победой. Она грезила о роли великодушной доброй феи, которая широким жестом дарит лучшей подруге самое заветное счастье на свете — сердце неприступного генерала! Ради этого стоило потратить недели на тонкие уговоры отца.

А в итоге?

Вместо трогательных слез благодарности и восхищенных взглядов знати сказка рассыпалась карточным домиком. Какая-то случайная девчонка, вынырнувшая из толпы, не просто увела жениха у Катарины — она нагло перечеркнула планы самой Аделины! Лишила ее триумфа, выставила затею глупой перед лицом отца и заставила почувствовать себя бессильной. А такого Ее Высочество не прощала никому.

— Ничего, Кати, — протянула принцесса, и на ее тонких губах заиграла ледяная, предвкушающая улыбка. — Позволим девочке погреться в лучах чужой славы еще денек-другой. А потом я лично напомню ей, что бывает с теми, кто без спроса лезет в игры особ королевской крови. Поверь мне, ее академическая жизнь очень скоро заиграет новыми, весьма яркими красками.

* * *

Музыка вальса смолкла лишь на мгновение, чтобы тут же смениться тягучими, волнующими переливами контрданса. Зал вновь пришел в движение, разбиваясь на пары, и у меня просто не осталось шансов на отступление: Роланд уверенно положил тяжелую, обжигающе горячую ладонь мне на талию, второй рукой перехватив мои пальцы.

Мы направились в центр круга, и в эту секунду я окончательно осознала: наша сделка в его кабинете только что приказала долго жить. И после Зимнего бала ничего не закончится. Мы стали официальной публичной парой, да ещё и с королевским благословением, будь оно неладно.

— Держи спину, Шарлотта, — негромко, с бархатным смешком в голосе уронил Роланд, легко разворачивая меня в сложном па. В его изумрудных глазах вновь вспыхнули лукавые искры. — Раз уж корона возлагает на наш союз такие надежды, ты обязана соответствовать. И, умоляю, постарайся хотя бы не отдавить мне ноги на глазах у высшего света. Оборотни, конечно, регенерируют с феноменальной скоростью, но боевой обсидиановой мантикоре негоже хромать перед собственными студентами.

Он ещё и шутит! Впрочем, именно это привело меня в чувство.

— Не обещаю, лорд Веласко, — прошипела я с самой лучезарной улыбкой, чудом не сбиваясь с такта. — Мои боевые рефлексы порой срабатывают совершенно непроизвольно. Особенно когда меня без предупреждения бросают на растерзание венценосным хищникам!

bannerbanner