Утраченное наследие

— А в баре ты был без маски…

Ксин поправил край капюшона.

— В баре я знал, кто на меня смотрит.

— А здесь?

— Здесь предпочитаю не узнавать.

Ответ звучал достаточно разумно, чтобы на нём остановиться, но Андрей всё равно покосился на спутника. Маска, перчатки, капюшон — слишком много усилий ради обычного желания не привлекать внимание, особенно от того, кто ещё недавно сидел посреди переполненного бара с открытым лицом.

Они свернули в широкий переход и влились в поток. После Мариссы людей вокруг меньше не стало: мимо проходили вооружённые мужчины и женщины, техники с ящиками инструментов, грузчики, наёмники в броне, несколько человек с настолько переделанными имплантами телами, что человеческого в них осталось меньше, чем металла. Андрей какое-то время просто смотрел по сторонам, пока не заметил, чего здесь не было.

Ксин оставался единственным пришельцем, которого он мог уверенно назвать пришельцем.

Возможно, среди толпы попадались другие — такие, которых Андрей просто не умел отличать от людей, — но после знакомства с тениром он невольно начал искать похожие непривычные лица. И не нашёл ни одного. На станции, куда слетались контрабандисты, пираты и прочие желающие держаться подальше от закона, это выглядело страннее самой маски.

— Я за всё время почти никого вроде тебя не видел.

— И? — отозвался Ксин, не поворачивая головы.

— Если снять маску, ты будешь заметнее, чем человек с винтовкой в каждой руке.

Несколько шагов Ксин молчал.

— Уже ближе.

— Значит, дело всё-таки не только в том, кто на тебя смотрит.

— Моя работа любит анонимность. — Ксин пожал плечами. — А быть одним из немногих тениров среди людей для этого не очень удобно.

— Какая именно работа?

— Та, после которой полезно, чтобы тебя описывали как «мужчину среднего роста в тёмной одежде».

Андрей хмыкнул и больше вытягивать ответ не стал. По крайней мере теперь маска приобрела смысл. Ксин не боялся самой станции и не пытался спрятаться от каждого встречного — он просто не хотел оставлять лицо там, где имя и внешность могли однажды всплыть не в том месте.

Через пару переходов Андрей вспомнил другое.

— В баре ты сказал про Призрачный флот так, будто он для тебя что-то значит.

Ксин слегка повернул голову.

— Я сказал?

— Ты ещё голос понизил.

— Вот поэтому и ношу маску. Слишком наблюдательные вокруг ходят.

— Так что насчёт флота?

Ксин некоторое время шёл молча, словно решал не то, отвечать ли вообще, а сколько именно ответа ему не жалко.

— Я из Теней.

— Ты уже второй раз их упоминаешь. Что это вообще значит?

— Скажем так, ступень. До неё сначала надо добраться. Если добрался — появляется шанс войти в Призрачный флот.

— А ты не вошёл?

Ксин снова двинулся вперёд.

— Пока мне больше нравилось работать без начальства.

Этого явно было всё, что он собирался выдавать бесплатно. Андрей принял границу и пошёл рядом. Теперь становилось понятнее, почему Ксин так легко рассуждал о местных правилах и почему имя Лоренцо заставило его насторожиться ещё в доках. Он жил в этом мире дольше, чем Андрей вообще успел прожить, и каким-то образом дошёл здесь достаточно далеко, чтобы получить своё место среди Теней, но предпочёл не делать следующий шаг.

Оставался другой вопрос.

— Если есть тениры и другие расы, почему я их почти не вижу?

Ксин издал тяжёлый вздох.

— Ты решил получить урок истории по дороге на склад?

Андрей пожал плечами.

— Мне достаточно понять, почему я здесь почти не вижу пришельцев.

Ксин обогнул катившуюся навстречу грузовую платформу и только после этого ответил:

— Это уже разумно. СМП. Соглашение Млечного пути. Если совсем без подробностей — чужим расам запрещено влиять на развитие человечества.

Андрей ещё раз оглядел поток.

— И поэтому пришельцев здесь нет?

— Поэтому официально их здесь почти нет.

— А неофициально?

Ксин указал на себя. Ответа хватило.

— То есть ты здесь незаконно.

— Малой, мы идём по Призрачной Комете искать инженера, которого похитили, не получили выкуп и бросили на пиратской станции. Сейчас тебя беспокоит именно мой миграционный статус?

Андрей усмехнулся.

— Уже нет.

Складской сектор начинался без заметной границы. Просто торговых стоек стало меньше, вместо них потянулись закрытые ворота, грузовые площадки и широкие проходы, по которым техника таскала контейнеры в обе стороны. Ксин уверенно свернул ещё два раза и наконец вывел его к проходной у одного из входов.

За стойкой сидел мужчина лет сорока и что-то просматривал на небольшом экране. Позади него закрытый проход вёл внутрь склада.

Ксин остановился в нескольких шагах.

— Сергей там.

Андрей посмотрел сначала на вход, потом на него.

— Дальше сам?

Ксин прислонился плечом к стене.

— Ты капитан. Достань себе инженера хотя бы для стадии знакомства.

Похоже, дальше Ксин действительно помогать не собирался, поэтому Андрей направился к стойке. Когда он подошёл, сидевший за ней мужчина оторвался от экрана и поднял на него взгляд.

— Чего?

— Мне нужен Сергей Романов.

Мужчина окинул его коротким взглядом.

— Он тебя ждёт?

— Нет. Мне надо с ним поговорить.

— Тогда подожди, когда выйдет.

— Может, он там на весь день.

— Значит, сегодня не поговоришь.

Андрей не двинулся с места.

— Я ненадолго.

— А я — навсегда, если буду пускать всяких «ненадолго».

По выражению мужчины было понятно, что подобные разговоры случались здесь чаще, чем ему хотелось.

— Передать ему можешь?

— Могу. Не буду.

Прямее уже некуда. Андрей на мгновение оглянулся на Ксина. Тот продолжал спокойно подпирать стену, будто разговор не имел к нему никакого отношения.

Можно было надавить сильнее, но чем именно? Деньгами — если здесь вообще брали деньги за подобные услуги, Андрей даже не представлял, сколько нужно предложить, чтобы не выставить себя ещё большим новичком. Угрожать человеку на проходной из-за закрытой двери было ещё глупее. Оставалось развернуться и признать, что первая же дверь оказалась сложнее вооружённого корабля.

Или воспользоваться тем, что Ксин последние десять минут зачем-то сам ему рассказывал.

Маска скрывала лицо. Тени давали ему шанс войти во флот. Имя Лоренцо он запрещал произносить вслух. На Призрачной Комете всё снова упиралось не в правила, а в то, кому потом придётся отвечать за принятое решение.

Своего имени у Андрея здесь пока не было. Зато рядом стояло чужое. Насколько дорогим окажется его использование, выяснится чуть позже. Андрей снова повернулся к проходной.

— Ладно. Тогда скажу иначе. Я от Ксина.

Мужчина уже опустил взгляд к экрану, но теперь снова посмотрел на него.

— Какого ещё Ксина?

— Морвина. Из Теней.

За спиной что-то едва слышно скрипнуло. Андрей не обернулся сразу, но краем зрения заметил, как Ксин оторвал плечо от стены и на мгновение выпрямился. Потом снова замер.

Человек за стойкой перевёл взгляд с Андрея на фигуру в капюшоне.

— И где сам Морвин?

— Если бы хотел стоять здесь с открытым лицом, пришёл бы сам.

Мужчина помолчал.

— Любой может назвать чужое имя.

Вот теперь Андрей и сам почувствовал, насколько хрупкой была ставка. Одно имя изменило разговор, но дверь не открыло. Можно было отступить, пока Ксин ещё не вмешался, и хотя бы сохранить остатки достоинства. Только тогда вся эта затея закончилась бы ровно там же, где началась.

Он положил ладонь на край стойки.

— Хорошо. Допустим, я вру. Тогда Ксин первым захочет узнать, кто ходит по станции с его именем и рассказывает, что он из Теней.

Мужчина ничего не ответил.

— А если не вру, — продолжил Андрей, — и ты меня не пропустишь, объяснять ему, почему я застрял у этой двери, будешь уже ты.

Ксин так и не вмешался. Человек на проходной медленно откинулся назад и ещё раз посмотрел сначала на Андрея, затем на его молчаливого спутника. Никакого страха на лице не появилось, да Андрей на него и не рассчитывал. Гораздо важнее было другое: мужчина больше не смотрел на него как на очередного незнакомца, которого проще отправить обратно.

Несколько секунд он переводил взгляд с Андрея на Ксина, затем дверь за его спиной открылась.

— Внутрь.

Андрей убрал руку со стойки и прошёл мимо, не ускоряя шага. Только когда проходная осталась позади, рядом снова появился Ксин.

Внутри склад оказался куда больше, чем казалось снаружи. Между рядами контейнеров проходили погрузчики, дальше громоздилась техника самых разных размеров, а над одной из рабочих зон время от времени вспыхивал свет сварки.

Ксин некоторое время шёл молча.

— Неплохо.

— Это всё?

— Для двери — достаточно. — Он бросил на Андрея короткий взгляд из-под капюшона. — Но в следующий раз предупреждай, прежде чем расплачиваться моей репутацией.

Андрей кивнул.

— Учту.

За проходной склад оказался настолько большим, что «честно нажитому» здесь явно требовалась собственная инфраструктура. Ряды контейнеров уходили под высокий потолок, между ними непрерывно сновали грузовые платформы, люди перекрикивались через проходы и расходились в последний момент перед тяжёлыми погрузчиками. Где-то сверху прошёл кран с подвешенным двигателем размером с небольшой челнок, заставив Андрея невольно проследить за ним взглядом.

Ксин подождал, пока мимо протиснется очередная платформа, и указал в один из боковых проходов.

— Начнём со стоянки подзарядки. Если здесь берут инженеров на разовые работы, искать их в ремонтном цехе смысла мало. Там своих хватает.

Андрей был готов согласиться хотя бы потому, что Ксин наконец перестал устраивать ему экзамены. Они двинулись через склад, несколько раз уступая дорогу технике, и постепенно поток людей поредел, зато роботов вокруг становилось всё больше. Сначала попадались отдельные грузовые машины и дроны на тележках, потом вдоль стен потянулись зарядные места, а за следующим поворотом открылось пространство, больше похожее на металлический лес.

Роботы стояли рядами почти вплотную друг к другу: грузовые, ремонтные, охранные, какие-то совсем незнакомые Андрею машины с узкими корпусами и множеством сложенных манипуляторов. У одних горели индикаторы зарядки, другие ждали с открытыми панелями, третьи были разобраны настолько, что оставалось гадать, собирались их чинить или уже использовали как запас деталей.

Сергея искать долго не пришлось.

Он работал между двумя зарядными стойками возле человекоподобного робота с раскрытым корпусом. На первый взгляд Андрей заметил прежде всего странный модуль у него за спиной — что-то среднее между жёстким рюкзаком и лёгким рабочим каркасом. Из верхней части выходили две дополнительные механические руки. Одна удерживала снятую панель, вторая подсвечивала внутренности робота и время от времени подавала инструмент, пока сам Сергей возился внутри обеими руками. Тёмная рабочая куртка была местами затёрта, рукава закатаны, на запястье светился инженерный наруч.

Андрей остановился чуть поодаль. По рассказу Ксина можно было решить, что перед ними просто хороший мастер, которому не повезло с работодателем, но Сергей успел дать собственную рекомендацию ещё до того, как заметил их. Робот уже ожил: по сенсорной полосе на лице прошёл голубой свет, пальцы несколько раз сжались, корпус выпрямился. Сергей проверил движение правой руки, нахмурился, снова отключил машину и полез в тот же узел. Через минуту рука повторила движение уже без едва заметного рывка в локте.

Только тогда Сергей убрал инструмент.

— Сергей Романов? — спросил Андрей, подходя ближе. — Я Андрей.

Сергей скользнул по нему взглядом, задержался на броне, затем на стоявшем чуть сзади Ксине в капюшоне и маске и снова вернулся к роботу.

— Допустим.

Одна из дополнительных рук уже ставила на место снятую панель.

— Я хотел спросить, как ты здесь оказался.

Механический манипулятор замер лишь на мгновение, после чего продолжил затягивать крепления.

— Вы прошли через половину склада прямо ко мне. — Сергей проверил первое крепление и перешёл ко второму. — Значит, эту часть вам уже рассказали.

Андрей не сразу нашёл что ответить. Несколько минут назад почти такой же трюк открыл ему дверь: знаешь больше, чем показываешь, правильно выбираешь слова — и другой человек сам решает, что спорить с тобой опаснее, чем пропустить. Здесь той же хитростью он добился только того, что Сергей даже не счёл нужным оторваться от работы.

Ксин рядом молчал. Это почему-то раздражало сильнее любой его ухмылки.

— Ладно, — сказал Андрей. — Плохо начал. Про тебя мне рассказали в баре. И про похищение тоже.

— Уже лучше.

Ни улыбки, ни благодарности за честность. Сергей закончил с панелью, коснулся наруча, и робот поднял обе руки, повернул корпус в одну сторону, затем в другую.

Извинение, похоже, только вернуло разговор к нулю. Пришлось начинать оттуда.

— У меня есть корабль. «Стрела». Мне нужен инженер.

Теперь Сергей всё-таки посмотрел на него внимательнее.

— И вы решили, что нужен именно я?

— Пока решил сначала поговорить с тобой.

Он снова повернулся к роботу, но Андрей не ушёл.

— Я предлагаю тебе место в команде.

Сергей выдохнул через нос и опустил голову к раскрытому на наруче окну диагностики.

— Нет.

Отказ прозвучал настолько буднично, будто Андрей предложил ему переставить ящик.

— Даже не спросишь условия?

— А они что-то изменят?

— Могут.

Сергей отключил диагностическое окно и взял со стойки небольшой инструмент.

— Меня уже один раз увезли люди, которым понадобилось то, что я умею. Потом оказалось, что для них я стою ровно столько, сколько за меня готовы заплатить. Корпорация решила, что не стою. — Он нагнулся к ноге робота и начал снимать небольшую боковую крышку. — Теперь я здесь. Поэтому нет. Добровольно на пиратский корабль я не сяду.

Слова прозвучали без особой злости. От этого спорить с ними было только сложнее.

— Мы не собираемся…

Ксин до этого стоял молча, прислонившись плечом к зарядной стойке, но тут всё же вмешался:

— Если хочешь его нанять, не обещай лишнего. Я пират. Корабль тоже строили не для туристических прогулок. Что вы будете на нём делать — уже решать капитану.

И снова замолчал.

Андрей покосился на него, однако спорить не стал. Формально Ксин испортил ему лучший аргумент, зато оставил единственный, который действительно зависел от Андрея.

Сергей продолжал возиться с роботом.

— Тогда тем более нет.

— Подожди. — Андрей чуть сместился, чтобы видеть его лицо, но не полез ближе. — Я не знаю, чем мы будем заниматься через месяц. Или через неделю. И рассказывать тебе сейчас, что мы всегда будем делать только правильные вещи, было бы враньём.

Сергей на секунду поднял взгляд.

— Неплохая реклама команды.

— Какая есть.

Андрей замолчал, подбирая слова. Ему действительно нужен был инженер. После разговора с Шалуньей это стало ясно окончательно, но нужен был не просто человек, способный открыть двигатель и закрыть его обратно. Ксин уже успел показать, насколько полезен тот, кто знает больше капитана и не ждёт разрешения воспользоваться этим знанием. Сергей, похоже, мог оказаться ещё неудобнее.

Возможно, именно поэтому Андрей всё ещё стоял здесь.

— Я не инженер, — продолжил он. — И капитаном стал недавно. Если я приму решение, после которого корабль или люди окажутся в опасности, мне нужен кто-то, кто не промолчит только потому, что приказ отдал капитан. Судя по тому, что я о тебе услышал и сейчас вижу, с этим у тебя проблем не будет.

Инструмент в руке Сергея продолжал двигаться, но уже медленнее.

— А если я не просто скажу? Если откажусь делать то, что ты приказал?

Вопрос наконец оказался не про название команды.

— Тогда откажешься.

Сергей посмотрел прямо на него, и Андрей, не дожидаясь следующего вопроса, продолжил:

— Не понравится конкретная работа — не участвуешь. Решишь, что вообще больше не хочешь с нами лететь, — скажешь, где высадить. Первая подходящая станция, планета, порт. Никакого долга за место на корабле, за еду или за то, что мы тебя отсюда забрали. Захочешь уйти — уйдёшь.

Сергей вернулся к снятой крышке, провёл сканером по открытому узлу, поправил что-то внутри и только потом поставил деталь на место.

— И я должен поверить человеку, которого вижу первый раз? Здесь?

За соседним рядом кто-то громко ругался из-за цены на запасной привод. Через проход медленно прокатилась платформа с тремя отключёнными дронами, на каждом висела бирка с номером и стоимостью. Андрей проводил её взглядом.

Место для таких обещаний они действительно выбрали подходящее.

— Нет, — сказал он. — Я бы на твоём месте тоже не поверил.

Сергей ждал продолжения, но Андрей больше ничего не добавил.

Он мог снова заговорить о корабле, о Ксине, о том, что хороший инженер им действительно нужен. Можно было вспомнить, что Сергей всё равно застрял на Призрачной Комете и наверняка не собирался чинить чужих роботов до старости. Можно было найти ещё десяток правильных слов.

Только после них его обещание стоило бы ещё меньше.

— Предложение остаётся. Если передумаешь, «Стрела» пока на стоянке.

Ксин чуть повернул голову, но и на этот раз благоразумно промолчал.

Андрей развернулся. Ничего не получилось, и странным образом это уже не раздражало так сильно, как несколько минут назад. Сергей сказал «нет» — и если Андрей всерьёз собирался давать людям на своём корабле право выбора, начинать приходилось именно отсюда.

Он сделал несколько шагов между роботами, машинально коснулся груди и остановился, почувствовав под бронёй кулон.

Сергей мог не хотеть на «Стрелу». Мог вообще больше никогда с ними не встретиться. Но человеком, который заметил лишний рывок в уже работающей руке робота и полез исправлять его вместо того, чтобы забрать деньги за законченный ремонт, он от этого быть не переставал.

А Андрей пришёл сюда не только за членом команды. Через несколько шагов он всё-таки повернул обратно.

Сергей заметил это, но ничего не спросил. Одна механическая рука держала инструмент, вторая уже подняла сварочный модуль к открытому шву.

Андрей оглянулся на проход, дождался, пока мимо уйдёт грузовая платформа, затем достал из-под брони кулон и раскрыл ладонь так, чтобы предмет был виден только им троим.

— Лететь со мной для этого не нужно. И соглашаться на команду тоже. — Он немного помедлил. — Мне просто нужна помощь инженера. Посмотришь, что это такое? Хотя бы скажешь, с чего начинать поиск.

Глава 4. Право выбора

Кулон всё ещё лежал на ладони Андрея, а вокруг Сергея впервые за весь разговор ничего не двигалось. Замерли обе механические руки его самодельного экзоскелета, одна с зажатым инструментом остановилась возле раскрытой панели робота, вторая чуть выше удерживала снятую деталь. Даже сварка погасла, оставив после себя запах озона и нагретой изоляции.

Сергей посмотрел на кулон, потом на Андрея.

— И что именно ты хочешь от меня? Я спрашиваю серьёзно. Минуту назад ты предлагал мне место на корабле, я отказался, а теперь ты достаёшь вещь, за которую здесь, судя по тому, как прячешь её от проходящих, вполне могут проломить кому-нибудь голову.

Андрей и сам уже заметил двух рабочих, прошедших между рядами зарядных стоек, поэтому сжал пальцы, прикрывая кулон.

— Предложение к этому отношения не имеет. Мне нужна хоть какая-то зацепка. Материал, производитель, место изготовления — всё, от чего можно начать искать дальше. Если ничего не найдёшь, значит ничего не найдёшь.

Сергей всё ещё не протянул руку.

— Странно вы здесь дела ведёте. Обычно после отказа мне начинают объяснять, что я чего-то не понял. Потом рассказывают, сколько потеряю, если не передумаю. Некоторые сразу переходят к тому, что потеряю я уже не деньги. А ты вместо этого показываешь мне ценную вещь и просишь помочь.

— Если передумаешь из-за кулона, я всё равно не пойму, зачем ты пришёл: в команду или к нему.

На этот раз Сергей перевёл взгляд на Ксина. Тот стоял чуть в стороне, прислонившись плечом к корпусу зарядной стойки. Капюшон, маска и перчатки оставляли от него только тёмный силуэт, и по тому, как спокойно он следил за разговором, Андрей не мог понять, одобряет тот происходящее или уже мысленно считает, сколько ошибок молодой капитан успел совершить за последние несколько минут.

— Хорошо, — наконец сказал Сергей. — Посмотрю. Только сначала закончу здесь. Если брошу привод раскрытым, твоя загадка никуда не денется, а вот этот бедолага потом опять окажется у меня.

Он вернулся к роботу, будто вопрос был закрыт. Механические руки ожили вместе с ним: одна отвела кабель в сторону, вторая подала инструмент, и вскоре из открытой панели снова посыпались короткие искры. Андрей убрал кулон ближе к груди и остался ждать.

Пока Сергей работал, Андрей остался рядом. Тот не торопился: закрепил снятую деталь, несколько раз прогнал привод под разной нагрузкой и внимательно проследил за каждым движением. Лишь когда робот повторил один и тот же поворот без рывка, Сергей закрыл панель, сложил дополнительные руки за спиной и протянул ладонь.

— Давай.

Передавать кулон оказалось неприятнее, чем Андрей ожидал. Вес у вещи был прежним, лёгким, почти незаметным, однако за последние дни он слишком привык ощущать её под бронёй. На секунду пальцы задержались на металле, прежде чем разжаться.

Сергей этого не прокомментировал. Повернул кулон между пальцами, поднёс ближе к свету и некоторое время просто рассматривал его.

— Если это украшение, делали его странно. Обычно вещь, которую носят ради цены, старается эту цену показать. Камни, металл, работа, что-нибудь ещё. Здесь я ничего такого не вижу. Может, форма и похожа на кулон, но назначение по одному виду я бы угадывать не стал.

Он коснулся инженерного наруча. Над запястьем развернулся полупрозрачный интерфейс, а одна из механических рук сняла с пояса небольшой диагностический модуль и поднесла его к кулону.

— Сейчас узнаем хоть что-нибудь?

— Хотя бы из чего он сделан.

Сергей запустил проверку. По поверхности кулона несколько раз прошла бледная сетка сканирования; на экране менялись строки и схемы, которые Андрей перестал пытаться понимать после первых нескольких секунд. Вместо этого следил за Сергеем. Тот сначала смотрел спокойно, затем вернулся к одному из результатов, открыл другое окно и повторил проверку.

Ксин тоже пока молчал.

— Что? — спросил Андрей, когда сканирование запустилось в третий раз.

— Подожди. Я хочу сначала убедиться, что проблема не в моём оборудовании.

Ещё одна проверка закончилась тем же. Сергей свернул часть окон, оставив перед собой одно, и несколько секунд смотрел на него, будто отсутствие ответа раздражало сильнее плохого результата.

— Совпадения нет. Вообще.

Андрей посмотрел на кулон в его пальцах.

— То есть?

— То и значит: моя база не знает этого сплава. И прежде чем ты решишь, что я пользуюсь хламом, она достаточно свежая. Я на таких проверках деньги зарабатываю, мне устаревший справочник ни к чему.

Он увеличил несколько показателей и продолжил уже скорее потому, что сам перебирал варианты:

— Может быть закрытая разработка. Военная, корпоративная, какая-нибудь очень узкая технология, которую не выпускают в общие базы. Может быть материал новый настолько, что просто ещё не успел разойтись. Есть и третий вариант — сплав вообще не человеческого происхождения, но пока это лишь догадка.