Браконьер 6

Перегородить магистраль? Да это практически нереально. Поблизости даже машин для этого нет. Данный участок давно расчистили, чтобы как раз избежать подобных эксцессов. Остаться стоять здесь? П-хах, ну да… Сейчас не то время, чтобы водитель ударил по тормозам, заметив человека посреди проезжей части. Он скорее ускорится и попытается выбить страйк.

Я стоял на перекрёстке и крутил головой, судорожно соображая в поисках хорошей позиции. И пока ничего лучше, чем спрятаться за каменной колонной церковной ограды, в голову не приходило. Оттуда я смогу прицельно выбить водителя первого грузовика. Возможно, даже получится снять и второго. Ворон атакует с фланга…

Кстати…

– Ворон, как слышишь?

– Чётко и ясно, – отозвалась гарнитура в ухе.

– Бей на весь магазин по колёсам третьего и четвёртого грузовика. Нам нужно их замедлить.

– Принял.

– Поль, твоя задача не меняется. Если получится выбить сопровождение быстро, переводи огонь на колонну.

– Есть, – ответила девушка.

– Ну, с богом, если он нас ещё слышит, – буркнул я и занял позицию за оградой.

Минуты потянулись, словно резиновые. В такие моменты, когда до боя оставалось всего ничего, а адреналин будоражил кровь, ожидание казалось бесконечным. Тело уже было готово действовать.

Чтобы хоть чем-то себя занять, я попробовал высунуться из укрытия, вскидывая оружие. На всякий случай слегка оттянул затвор, проверяя наличие патрона в стволе. Провёл рукой по разгрузке, убеждаясь, что не забыл укомплектовать её запасными магазинами…

Нет, я знал, что всё в порядке, ощущал их тяжесть, просто нервничал. Как ни крути, а наша затея больше походила на авантюру. Ни предварительной подготовки, ни чёткого плана – сплошной экспромт. Да, во время боя любой, даже самый тщательно проработанный план, чаще всего идёт по одному месту. Но это не значит, что чистая импровизация лучше.

Наконец слух уловил отдалённое урчание двигателей. Я ещё не привык к своим новым способностям, а потому сразу подобрался. Но минуты шли, а техника так и не появлялась. Грохот бортов на выбоинах в асфальте нарастал. Казалось, будто караван состоит как минимум из двух десятков машин. Но это была лишь иллюзия из-за обострённого слуха.

– Вижу, – раздалось в наушнике. – Готовность две минуты.

– Принял, – отозвался я.

– Принял, – повторил мою фразу Ворон.

Я присел, встав на одно колено, и упёр приклад автомата в плечо. Патрон у меня самый обычный, пятёрка. Не сказать что это плохо, но против техники – такое себе. Впрочем, для жестянки, из которой сделаны кабины, хватит.

На дороге показался первый грузовик, и я тут же поймал в прицел силуэт водителя. Дистанция сокращалась, палец на крючке дрогнул, но огонь я не открывал. Первый выстрел должен принадлежать Полине. Вот только УАЗа что-то пока не видно.

Наконец он показался, выскочив на соседнюю полосу, и буквально в ту же секунду по пустынным улицам эхом прокатился хлёсткий выстрел из винтовки. УАЗ вильнул и со всего размаха влетел в бочину третьему «Уралу».

Больше медлить было нельзя, и я спустил курок. Оружие затряслось в руках, отправляя длинную очередь в кабину первой машины.

Я специально бил на весь магазин, чтобы наверняка поразить цель. Время замедлилось. Я отчётливо увидел, как задёргалось тело водителя, окрашивая окна красными брызгами. Трасса в этом месте имела небольшой изгиб. Машина, потеряв управление, попёрла напрямик, и не куда-нибудь, а прямо на меня. При этом умирающий водитель вытянулся, вдавив в пол педаль газа. Это я определил по взревевшему движку.

Восемь тонн стали летели в мою сторону подобно ядру, выпущенному из пушки. Но я и не подумал отойти. Вместо этого буквально за секунду сменил магазин, дёрнул затвор и навёл горящий прицел голографа на силуэт водителя второй машины. И только когда выбил из его головы кровавое облако, рванул в сторону, пропуская мимо себя озверевший «Урал». Будь я человеком, ни за что бы не стал рисковать. Но сейчас моё тело действовало иначе.

Повышенная реакция, помноженная на силу и ловкость, позволила мне разминуться с грузовиком в самый последний момент. Слева раздался глухой удар и скрежет сминаемого железа. Я не стал оборачиваться на катастрофу, сосредоточив всё своё внимание на схватке.

Винтовка Полины работала методично, с небольшими паузами, однако эффективность этой стрельбы была на порядок выше нашей с Вороном. Парень исполнил мой приказ с точностью швейцарских часов. Его очередь ударила по колёсам третьей машины ровно в тот момент, когда в противоположный бок влетел УАЗ, лишившийся водителя. Надо ли говорить, что в этой ситуации у водителя не было ни малейшего шанса удержать тяжеленный «Урал»? Он вылетел вправо и с грохотом вогнал грузовик в здание, которое расположилось у дороги.

А вот с последней машиной пришлось повозиться.

Следующей очередью Ворон уничтожил колёса замыкающей машины, которая тут же принялась вилять задом, что очень сильно усложнило прицеливание. Полина успела выстрелить дважды, пока я уходил от столкновения с первым грузовиком. И как только я взял на прицел оставшийся, весь обзор мне перекрыла вторая машина, которая пошла юзом после смерти водителя. В итоге техника перевернулась, ударившись об остатки разделительного заграждения. И это дало шанс последнему «Уралу» вырваться из ловушки.

И если бы его колёса остались целыми, он бы точно сумел уйти.

Двигатель взревел, но раненая техника не смогла послушно исполнить манёвр, которого требовал от неё водитель. Я видел, с каким напряжённым лицом он пытался поставить её на нужный курс. Грузовик уже пролетал мимо, когда я высадил по нему остатки магазина. И наверняка несколько пуль достались водителю.

Однако точку в битве поставила Полина. Сухо хлопнул одиночный выстрел, и стёкла кабины окрасились в красный, будто внутри взорвалась банка с вареньем. Машина ещё некоторое время катилась по инерции, пока не воткнулась в одиноко стоящий магазин справа от трассы.

– Контроль! – бросил в рацию я и помчался к ближайшей машине, как раз последней. – Поль, держи оборону.

– Есть, – коротко отозвалась она.

– Ворон, на выход. Проверь «Урал», который торчит в стене.

– Уже, – сухо доложил он.

Я подбежал к заглохшему грузовику и едва успел отскочить под прикрытие бетонного столба. Слабое, конечно укрытие, но другого здесь не наблюдалось.

Из кузова машины высунулся ствол автомата и на весь магазин начал поливать пространство свинцом. Стреляли не прицельно, что говорило о многом. В том числе о тех, кто прячется под тентом. Выходит, я не ошибся, и эти «Уралы» перевозили выродков, которые должны были устроить шорох в Володарске.

Я не стал особо мудрить и подкрадываться к машине. Солнечный свет сделает всю работу за меня. Всего-то и нужно – просто помочь ему ворваться внутрь.

Граната легла точно посередине натянутого тента, а я бросился на землю, чтобы не нахвататься осколков. Грохнуло так, что зазвенело в ушах, но продлилось это недолго. Уже через секунду я с наслаждением вслушивался в вопли изменённых, которые пытались найти укрытие от солнечного света.

Они лезли из кузова, будто пчёлы из разворошённого улья. А мне только и оставалось, что планомерно расстреливать их, словно в тире. В это время со стороны колокольни ещё несколько раз отработала Полина и, судя по тому, что мои цели не падали замертво после каждого её выстрела, била она совсем по другим целям.

Покончив со своей машиной, я закинул автомат за спину и, выхватив пистолет, запрыгнул на колесо, чтобы заглянуть в кузов. Внутри осталось три тела, посечённых осколками гранаты. Сейчас, от попадания на них солнечного света, они потихоньку превращались в обугленные головёшки. Но я всё равно выпустил три пули, по одной на каждую голову, чтобы уж наверняка.

У Ворона тоже шёл бой, но, в отличие от меня, схватка проходила в не самой удачной для приятеля обстановке. «Урал» пробил стену заброшенного здания, и выродки смогли перебраться в тень. Да, им всё равно доставалось от солнца, но совсем не так, как моим. А потому они умудрялись огрызаться. Именно здесь Полина уменьшала их поголовье. Только её тяжёлая пуля была способна оставить после себя лишь жалкие ошмётки от головы. Нашей пятёрке подобное не под силу.

– Брак, они в левом корпусе! – раздался крик Ворона в ухе.

– Понял, – вернул ему я и бросился вниз, под разбитый оконный проём.

«Вряд ли они засели в этом помещении, солнечный свет наверняка заливает его полностью», – пришла запоздалая мысль.

Я обратился в слух и почти разу распознал троих выживших. Они прятались в глубине помещения, в какой-то кладовке. Странное, дымчатое зрение отчётливо мне их показало.

Уже без опаски я запрыгнул внутрь и, пригибаясь, удерживая оружие в боевой готовности, мягкой походкой двинулся внутрь. Выглянул в узкий коридор и тут же скрылся обратно.

Вовремя. Бабахнул глухой выстрел, и по стенам защёлкала картечь, с противным визгом уходя в рикошеты. Тут же с противоположного конца сухо огрызнулся автомат Ворона. И как только он замолчал, я рванул вперёд, намереваясь прорваться к изменённым.

Естественно, влетать к ним в подсобку было сродни самоубийству, но я и не собирался этого делать. В моей руке уже вовсю горел замедлитель в запале гранаты, а мозг отсчитывал секунды до взрыва.

На счёте «два» я закинул кругляш в дверной проём и снова бросился вниз.

Грохнул взрыв, выбивая осколки кирпича из жидкой кладки. В соседнем помещении стену разворотило полностью. Не теряя драгоценного времени, я влетел внутрь и двумя очередями добил едва живых выродков.

Третьему добавка не требовалась, так как его размазало тонким слоем по остаткам стен. Похоже, он собирался выбросить мой подарок, но не успел. Но именно это спасло от осколков его друзей. Склонившись над гранатой, он прикрыл их своим телом от большинства осколков.

Конечно, всё это было лишь теорией, но мозг чётко фиксировал детали, выстраивая их в определённую картинку. А я хоть ещё и не привык к его новому свойству, не видел повода сомневаться.

– Третий – минус, – бросил в рацию я. – Поль, что у тебя?

– Первый и второй, похоже, пустые, – ответила девушка.

– Понял. Оставайся на месте, мы проверим. Ворон, за мной.

Парень как раз нарисовался за моей спиной, заглядывая в филиал ада, который я здесь устроил. Мы осторожно подошли к грузовику, и под прикрытием Ворона я заглянул под тент. Убедился, что живых противников не осталось, и подался на улицу. Парень не отставал, ворочая стволом на любой шорох.

Полина оказалась права. Грузовик, что перевернулся на бок, был пуст. Не совсем, конечно, внутри находилось несколько ящиков с оружием и патронами, которые мы тут же выволокли на свет божий и сложили в сторонке. Лишним точно не будет. В крайнем случае загоним в какой-нибудь лавке в ближайшей крепости.

А «Урал», который разворотил церковную ограду, вообще был пуст. И это снова наводило на определённые мысли. Или они должны были куда-то заехать за ещё одной группой, или собирались эвакуировать выродков, которые остались в Володарске. Скорее всего, после окончания операции. А может, я чего-то просто не понимаю или не вижу.

– Чисто, – бросил в рацию я и вытянул из петли на поясе топор.

Аккуратно снял с него чехол и двинул обратно к зданию, в котором торчал грузовик. Внутри ещё оставались целые выродки, нетронутые солнечным светом, а значит, с них можно поиметь.

Когда я вошёл в подсобку, один из убитых уже начал оживать, но я не дал ему завершить начатое. Точный удар в шею с первого раза отделил голову от тела, а я, подчиняясь инерции, едва не повалился на пол. К своей силе я ещё тоже не привык.

Голову второму уроду я отсекал более аккуратно. Боялся вогнать отличный инструмент в бетонный пол, что неминуемо бы его испортило. Однако лезвие топора всё равно рассекло кости, как горячее масло. Я практически не почувствовал сопротивления.

Дальше, привычно орудуя топором, я прорубил путь к сердцу сквозь рёбра. Быстро извлек бесценное лекарство и сразу спрятал его в обрывки простыней. Прогулявшись по зданию, заглядывая во все закутки, я смог добыть ещё два чёрных сердца. Довольно приличный улов, даже по моим меркам. Если ценник не упал, то мой карман только что потяжелел на четыре килограмма серебром. А может, уже и больше. Как раз хватит, чтобы отдать долг Полине. И немного останется на карманные расходы.

– Брак, я тут кое-что нашёл, – шикнула рация в ухе.

– Сейчас подойду, – ответил я, осматривая последнюю комнату, где лежало ещё три тела, постепенно превращаясь в прах под лучами солнечного света.

Выбравшись на улицу, я поспешил к своим. Полина уже тоже спустилась с огневой точки, и они вместе с Вороном стояли у разбитого церковного забора, рассматривая какую-то тетрадь.

– Что у вас?

– Тебе понравится, – довольным голосом заявила Полина. Наверняка при этом ещё и улыбалась во все тридцать два.

Я подошёл ближе, и Ворон тут же вложил в мои руки тетрадь.

Дай бог здоровья тому, кто придумал дневники! Один из тех придурков, который продал свой род за серебро, исправно вёл таковой. И словно одержимый, записывал в него всё, что произошло. А также не упускал возможности переносить на страницы планы на будущее.

Мои догадки снова оправдались на все сто. Пустые машины не просто так находились в колонне. Прежде чем отправиться в Володарск, они собирались посетить ещё одно место, где их ожидала вторая часть отряда.

– Что думаешь? – посмотрела на меня Полина. – Стоит проверить?

– До Дзержинска тут рукой подать, – заметил Ворон, бросив взгляд на часы. – Даже не спеша, за пару часов доедем.

– Заманчиво… – задумался я. – Но нужно что-то с трофеями решать.

– Давайте их в храме пока спрячем, а на обратном пути заберём, – предложила Полина.

– Можно ещё и пикап из леса забрать, – добавил Ворон. – Чтобы уж точно всё влезло. Там добра килограммов на десять потянет.