Скелеты в шкафу

Я потянулся к стакану воды и сделал маленький глоток. Вроде, полегчало. Вновь мог расслышать беседы, что велись за столом.

– Я слышал, что ты, наконец, расправилась со слепым вонгви? – поинтересовался вампир, которому не хватало соли, у Соран.

– Верно, – сказала она, отложив приборы на край тарелки.

– Это правда, что он вонял, как помойка?

– Нет, неправда. Он пах еще хуже.

– А от него не было новостей? – осторожно, почти шепотом, спросила женщина в костюме.

Все заметно напряглись, что не могло не пугать и не заворожить. В этот момент они казались скульптурами, вырезанными искусным мастером. Одухотворенными, неподвижными и дьявольски прекрасными. Их лица стали мраморными масками, мягко сияющими на свету.

Даже запах амбры в воздухе сгустился в ожидании неведомой беды.

– Нет, – мрачно отозвалась Соран, опустив глаза.

– Будем надеяться, что дракон сдох в какой-нибудь пещере, – сказал Шихёк с напряженностью в голосе и обеспокоенно посмотрел на свою госпожу.

Дракон. Мама рассказывала, что все драконы мудрые, добрые и помогают людям. Почему же от одного упоминания его нечисть оцепенела в страхе?

“Но живет на свете злой дракон, – вдруг вспомнились слова мамы. – И там, где он появляется, сытая осень становится голодной весной”.

Только вот имени дракона из рассказа я не мог никак вспомнить, сколько не бился.

“Выходит, даже драконы существуют в нашем мире, – подумал я на миг прикрыв веки. Мысли текли сонно и неохотно, через силу. – А великаны? Хотя, если бы великаны и жили в это время, их бы наверняка кто-нибудь, но заметил бы! А драконов? Драконов кто-то видел? Надо написать объявление о пропаже…”

– Джеху!

Я резко поднял голову. В столовой было темно, свет шел из холла, как и голоса гостей. За длинным, уже прибранным, столом сидел только я.

– Учитель Ким? – он стоял рядом и тряс меня за плечо. – Я уснул?

– Да, иди в постель. Ужин уже закончился.

– Спасибо, что разбудили, – я мигом встал и поклонился, но движения вышли заторможенными. И как я мог так резко отключиться? – Спокойной ночи вам!

– Скорее уж доброго утра, – хмыкнул старик и, стукнув тростью о пол, вышел из столовой.

До комнаты я добрался вместе с диким желанием вновь поскорее уснуть. Ноги в кроссовках горели, поэтому оставшись в носках, я с тихим стоном зарылся ступнями в прохладный ворс ковра. Тишина окутала тяжелым одеялом, но не давила. Как только спина коснулась матраса, я снова провалился во тьму.

Сон развеялся громким и настойчивым стуком в дверь. Голова была тяжелой, что я еле поднял ее с подушки. Глаза слипались, к двери пробрался почти на ощупь.

– Шихёк? – смог я разглядеть своего гостя лишь с третьей попытки. – Ты хоть видел сколько время? – кстати, а сколько сейчас?

– Тебя желает видеть госпожа.

– Прямо сейчас? – спросил я, сквозь зевоту. Вот лично я желаю вернуться в постель и поспать еще часа три. Или шесть.

– А ты думаешь, я тебя разбудил, чтобы поиздеваться? – бровь Шихёка выгнулась домиком. – Не в этот раз. Идем.

– В мятом костюме? – осмотрел я себя. Переодеться вчера сил не было ни капельки.

– Если хочешь, можешь снять его и идти голышом. Соран оценит.

Терпеть не могу, когда этот дылда начинает язвить таким серьезным тоном! Так и хочется назло исполнить его волю. Но в следующий раз – голым я расхаживать по особняку не намерен.

Потянувшись до хруста костей, отправился за Шихёком в соседнее крыло. Покои госпожи располагались в самом конце коридора, за черной дверью с золоченой ручкой.

– Госпожа, я привел его, – произнес Шихёк и вошел в комнату.

– Доброе утро, – тут же вырвалось у меня.

“Только не заходи в мою комнату”. Так госпожа сказала в первый день. И вот, я здесь.

Ко Соран сидела за большим столом с чашкой кофе, за ее спиной всю стену занимал книжный шкаф. Напротив стола стояли кресла (видимо, для гостей), дальше – широкая кровать, заправленная покрывалом с множеством кисточек по краям. Огромные окна были в левой и с правой стороны, вдоль них струились черные блестящие шторы.

Шихёк пригласил меня сесть в одно из кресел рядом со столом. Сам он сел в соседнее.

Госпожа Ко была уже при полном параде: бордовый пиджак и юбка, как футляр скрывали тело девушки. Лишь молочного цвета блузка бантиком на шее виднелась из-под лацканов. Из-за темного макияжа и без того белая кожа казалась мертвецки бледной.

– Утро, – сказала она и отпила глоток кофе. – Выспался?

– На самом деле…

– Отлично, – чашка с тихим звоном была поставлена на блюдце. Пальцы госпожи, унизанные серебряными кольцами, сплелись в замок. – У меня к тебе дело. На ужине Линда упомянула твоих родителей. Думаю, сейчас ты уже можешь узнать их историю, – девушка встала и медленно подошла к стене между окнами. – Хан Оми и Ли Сингэ, – с хрипотцой в голосе закончила она.

– Моего отца зовут не Сингэ, а Минхун, – поправил я ее.

– Нет, Джеху, – Соран покачала головой. – Твоего отца, настоящего отца, звали Ли Сингэ… Сначала была твоя мама. Много лет назад мне необходимо было уничтожить одного вампира, который учинял такую резьбу в домах простых людей, что кровь лилась реками. Одним из таких домов был дом Хан Оми. Родители девочки были уже мертвы, но ее саму удалось спасти. Я забрала Оми к себе…

Госпожа медленно повернулась, и в ее глазах я увидел скорбь, печаль и еще нечто такое, отчего начинало щемить сердце.

– Через несколько лет к порогу особняка пришли трое мужчин. Учитель Ким, вы, как я знаю, уже успели познакомиться, привел двух мальчиков. То были Ли Минхун и его младший брат Сингэ, – Соран тяжело вздохнула и продолжила: – Их семью тоже убила нечисть, остались только они. Учитель нашел мальчиков на улице, когда они пытались своровать у него деньги.

Я взяла братьев к себе и стала учить их и Оми своему ремеслу. Со временем, все трое стали Охотниками. Изгоняли нечисть, что творила бесчинства и бездумно убивала людей. Они были моими помощниками, второй парой рук.

Оми и Сингэ полюбили друг друга и, когда ты родился, тебя принесли сюда, в этот самый дом. Через год родилась твоя сестра, Хёми, кажется, ее зовут? Вы росли здесь, – она обвела взглядом комнату, будто бы искала остатки тех счастливых дней, когда все было хорошо. – Бывало даже, что мы с Шихёком присматривали за вами…

Но однажды, на одном из заданий, Ли Сингэ был зверски убит. Оми впала в депрессию и решила покончить со своей работой. Собрала вещи, вас и уехала.

– Что же тогда…

– С Ли Минхуном судьба обошлась не так жестоко: на том задании он всего-навсего потерял память о существовании нечисти. Потому я и решила оставить его в покое.

Госпожа Ко замолчала.

Я в панике осмотрелся вокруг и пробормотал:

– Мне нужно домой, – даже уже вскочил на наши и сделал несколько шагов в сторону двери, но крик Соран словно пришпилил меня к полу.

– Не смей напоминать ему о нас! – вид у нее был не злой, обеспокоенный. Я впервые увидел, как страх исказил тонкие черты ее лица. Девушка не сводила с меня умоляющего взгляда, казалось, что глаза Соран превратились в темные зеркала, готовые разбиться на осколки холодных слез.

– Хочешь, чтобы он с ума сошел? – добавил Шихёк, закрывая телом обзор на госпожу. Видимо, он заметил, что она готова расплакаться и не хотел, чтобы я видел это.

– Домой и правда сходи, выходные у тебя выдались насыщенные, – послышался глухой голос госпожи Ко.

Она бесшумно прошествовала к кровати и села на самый край матраса. Глубоко вздохнула и спросила уже твердо, как тогда, в нашей с отцом квартире:

– Джеху, хочешь стать моим охотником?

Я ждал этого вопроса. Смысл тогда истории, рассказанной Ко Соран? Ждал и, одновременно, боялся. Липкое и мерзкое существо поселилось на позвоночнике и стало пожирать внутренности, оставляя противную пустоту.

– Хочешь отомстить за мать и отца? – продолжала тем временем Соран. – Хочешь, чтобы никто больше не страдал от лап Злого дракона, канчхори?

Лидерские качества у девушки точно есть. Она с легкостью бы повела за собой целую армию, если была генералом, я уверен. Таким тоном говорят, когда хотят переманить на свою сторону.

– Я… Я.. Мне надо подумать…

– Конечно, – кивнула Соран с грустью в голосе и отвернулась к окну.

Я молча вышел из комнаты и бегом припустил к лестнице. Только оказавшись на улице, остановился, сел на мраморные ступени и схватился за голову. Из груди вырвался звериный крик, оглушивший всю округу. Паника смешалась с непониманием, страх – с отчаянием.

Ко Соран хочет, чтобы я сыграл в эту смертельную игру. А вот смогу ли выжить, кажется, для нее второстепенный вопрос!

Когда я вернулся к себе, сразу же схватил телефон. Экран расплывался перед глазами, поэтому нажать на вызов получилось не с первого раза. Медленные гудки отмеряли мгновения, которые тянулись, словно часы.

Как только на том конце взяли трубку, я без прелюдий заговорил:

– Чансок, ты занят?

Чансок, как самый верный друг, потащил меня расслабляться в караоке. Еще и Юджина с Бимом позвал (они тоже являлись моими давними друзьями, с которыми через несколько лет я стал не очень крепко общаться). Парни все расспрашивали меня, почему я сижу ниже воды тише травы. А что я мог им ответить? Что моих родителей убил мифический канчхори, а тот, кого я считал папой, на самом деле дядя с амнезией?

Музыка грохотала в ушах одновременно с противным пением Чансока, но мрачных мыслей им было не заглушить.

Как обычно поступают в таких случаях? Если бы я был героем книги, то сразу же должен был согласиться. Но ведь реальность – не книжные страницы, которые можно быстро пролестнуть и узнать финал истории!

Да, я ненавидел дракона, хотел убить его, уничтожить. Во мне кипела жажда мести. Но я – лишь человек, и против существа из мифов вряд ли продержусь хотя бы минуту. Меня сотрут в порошок щелчком когтей.

Чтобы не портить остальным настроение, я по-тихому вышел на улицу. Мне не до музыки.

Днем людей в городе мало. Все сидели на работах под кондиционерами. Воздух был горячим и тяжелым, как перед дождем. Ветер не дул. Я гулял по Сеулу, не разбирая дороги. Прямо как в день похорон мамы.

“Почему она ничего не говорила? Боялась за нас? А знал ли отец? – я остановился на светофоре. – Могу ли продолжать его так называть? Он ведь ничего не помнит о жизни охотника, и считает нас с Хёми своими детьми. Не он же виноват в этом…”

Я поднял глаза и понял, что пришел домой. Конечно, а куда мне еще идти. Окна в квартире открыты на проветривание, значит отец никуда не ушел.

На миг споткнувшись, я бегом понесся в дом. Решение пришло незамедлительно.

– Привет, пап, – он встретил меня на пороге. Одетый в фартук с яркими цветами, в одной руке была мокрая тарелка, гладко выбритый, но с потускневшими и оставшимися навечно грустными глазами. Вот какой мой отец. И никакого другого мне не надо.

– О, Джеху! – он подлетел ко мне и заключил в крепкие мужские объятья, после которых у меня болели руки и грудь. – Как же я рад тебя видеть! Та девушка сильно издевается над тобой?

– Нет, мне даже зарплату дают, – это правда. На карту была уже переведена какая-то сумма денег от госпожи Ко. И не сказать, что маленькая.

– Ты не представляешь, как же я скучаю по тебе и Хёми!

Мы прошли на кухню. В раковине скучала гора грязной посуды. Рядом – пустые упаковки из-под рамена, целая башня.

– Ты хоть что-то готовил себе? – с недовольством проговорил я.

– Ну, – уклончиво начал отец, глянув на посуду. – Я пытался. Яичница хорошо вышла! – он смущенно улыбнулся. – Сынок, я понимаю, что ты устаешь, но… Можешь приготовить отцу что-нибудь? Или скажи просто как! А то на одной лапше я долго не протяну.

Я со вздохом покачал головой.

– Какие продукты ты еще не успел испортить?

Вот она, привычная размеренная обыденность. Я скучал по этому. Пока я показывал папе, как готовить пулькоги, с лица не сходила счастливая улыбка. Как же приятно вернуться в свой родной дом! Снова увидеть цветы на подоконниках; ощутить запах, который есть только у твоего дома; понять, что тебя кто-то ждал.

– Ты надолго? – спросил папа, когда мы сели за стол.

– Вечером надо возвращаться, – ответил я. – Но, обещаю, все следующие выходные проведу с тобой.

– Тогда давай махнем на рыбалку! – обрадовался папа, что чуть не зааплодировал. – Как в детстве!

– Как в детстве, – закивал я, вспоминая как несколько лет назад мы всей семьей жили в палатках и умудрились не поймать ни одной рыбешки, даже самой маленькой. Весело было. – Можно.

Отец рассказал, что устроился на новую работу, в риэлторскую контору, в которой работала мама. Я был рад за него. Все лучше, чем пить пиво без продыху.

Погода за окном начала портиться: небо заволокло серой пеленою, по стеклу забила мелкая дробь дождя.

Встреча с отцом вернула мне часть хорошего настроения. Но мысль рассказать ему правду не давала мне покоя еще несколько дней.

“А что от этого изменится? – останавливал я себя. – Моего настоящего отца это не вернет, а с папой только рассорюсь”.

Некоторые секреты лучше унести с собой в могилу.

Весь день я краем глаза наблюдал за отцом и никак не мог поверить, что этот человек раньше служил охотником у госпожи Ко. Да он даже нож толком держать не умеет! Немного неуклюжий, скромный, он ни как не мог убивать нечисть! Не верю!

– Пап, а откуда у тебя этот шрам? – спросил я, указывая на его левую руку, не скрытую рукавом футболки. Вдоль вен змеились две светлые полосы, заканчиваясь на середине ладони.

– Я же говорил, в аварию попал! – удивился отец, ведь эту историю он рассказывал много раз.

– Забыл, извини.

В аварии, да? А не нечисть ли оставила прощальный подарок?

“Злой дракон”, – прошептал голос в голове. И от этого шепота уснувшая злость вновь пробудилась во мне. Я не хотел, чтобы отец вновь познал боль от его когтей. Он уже унес жизни наших любимых людей. Я подумал о сестре. Если канчхори доберется до нее? Папа этого точно не переживет.

“Значит, быть мне героем книги об охотнике на нечисть”. Я убью его собственными руками, чтобы больше никакая семья не пострадала от него.

К вечеру дождь только усилился, и вдали слышались раскаты грома. Пока добрался до особняка, успел промокнуть до нитки.

Госпожа Ко и ее дворецкий нашлись в одной из малых гостиных на втором этаже. Между ними стояла шахматная доска. Партия в самом разгаре.

Когда я вошел, на меня воззрились две пары глаз, в глубине которых горели мистические огоньки, синие и голубые.

Мои руки подрагивали от нервов. Хотелось бежать без оглядки, но я заставил себя остановиться.

Госпожа Ко как будто все поняла и без слов. Наверное, нужные слова отразились на моем лице.

С того момента начался мой личный ад.

***

На стол передо мной упала огромная книга, страницы которой были скрепленны обычными веревками. Она была настолько толстой и тяжелой, что я даже испугался за Шихёка, когда он смог достать ее с верхних полок библиотеки, где мы сейчас и находились, и принести к длинным столам по середине зала. От нее сильно пахло пылью, и я ненароком чихнул. На мягкой обложке в правом углу кто-то чернилами вывел название. «Бестиарий».

За окнами уже царствовала ночь. Погода окончательно испортилась, и дождь яростно бил в стекла, точно желая выбить их и пробраться во внутрь особняка. Сверкнула молния, от следующего за ней попятам грома содрогнулись стеллажи с книгами.

Я вопрошающе уставился на стоящего надо мной Шихёка. Тот скрестил руки на груди.

– До конца недели должен выучить, – сказал он с плохо скрытыми издевательскими нотками в голосе.

– Всю? – у меня чуть глаза не выпали на эту самую книгу. Да я ее и за три года не прочту, а тут выучить за неделю!

– С самой первой до самой последней, тысячной, страницы, – кивнул дворецкий и ухмыльнулся.

– Мне вообще-то сунын сдавать в через несколько месяцев! – я попытался как-то спасти себя, ну или хотя бы увеличить срок моего книжного “рабства”.

– Поздравляю! – лишь ответил Шихёк, похлопав меня по плечу и расслабленной походкой удалился из библиотеки.

Под мягкой обложкой “Бестиария” я нашел листок, сложенный вдвое (и когда только успели подкинуть?):

«Расписание тренировок до начала семестра в школе:

6:00 – подъем и водные процедуры

6:30 – утренняя тренировка

7:30 – завтрак

8:00 – теоретические занятия

12:00 – обед

12:30 – теоретические занятия

15:00 – дневная тренировка

17:00 – 20:00 – свободное время

20:00 – ужин».

– Может, еще не поздно сбежать? – спросил я вслух. На улице вновь сверкнула молния, словно давала добро на мое желание.

Я замотал головой, пытаясь вытряхнуть эту мысль. Волосы упали на глаза. Нет, раз принял решение, значит нужно его выполнить. Так мама всегда говорила.

Я уничтожу Злого дракона. Во имя мести. Уничтожу, чтобы души родителей были спокойны. И я готов пройти через все тернии, посаженные госпожой, к звездам! Даже несмотря на это ужасное расписание…

Но, как оказалось, встать в шесть утра – самое легкое испытание, что приготовили мне судьба и Соран.

На утреннюю тренировку пригласили в тренажерный зал, где уже растягивались госпожа Ко и Шихёк. После элементарных наклонов и приседаний, мы все вместе пробежали марафон на беговых дорожках. Я думал, что от усталости упаду еще в начале, но меня постоянно возвращали в реальность окрики с двух сторон.

Дыхалка отказала после качания пресса, тело – после отжиманий. Я ничком лежал на мягких матах, пытаясь слиться с инвентарем, развешанным по стенам. Шихёк с Соран выглядели отвратительно хорошо, будто бы тренировка приносила им истинный кайф. Ох.. Даже на физкультуре в школе так никогда не выкладывался!

“Они всего-навсего захотели прикончить меня”, – пронеслась одинокая мысль в пустой голове.

Когда объявили конец тренировки у меня не было сил даже обрадоваться. Естественно, завтрак я пропустил, так как не смог приползти на него.

Теоретические занятия проходили в библиотеке. Сейчас, когда за окном не буйствовала гроза, здесь казалось намного уютнее и высокие полки не давили бетонными блоками.

– На Земле живут многие виды нечисти, – начала урок Соран. Она медленно вышагивала передо мной в темно-зеленом костюме, в такт шагов покачивались длинные жемчужные серьги. – У каждого народа – свои демоны, существа и предметы и почти все они существуют на самом деле, – голос госпожи был мягким, размеренным, сразу становилось ясно, что ей самой очень нравится то, что она хочет донести до меня. – Но Земля – не родной нам мир. Наши предки пришли из Саккарды, мира нечисти. Мира, где не светит солнце.

В тот момент она уже сидела у распахнутого настежь окна, сквозь которое лучи солнца отбрасывали на полу светлые прямоугольники.

– А вы были там? – не удержался я от вопроса.

– Один раз, – Соран вздохнула. – Очень давно. Джеху, ты и представить себе не можешь, как там чудесно…

Я оказался поражен в самое сердце. Ведь видеть госпожу Ко настолько по-детски радостной мне никогда не приходилось. Обычно ходит с холодным выражением лица, иногда хмуря тонкие брови, а тут – мечтательно улыбается и беззаботно сидит над пропастью. Вот бы постоянно видеть ее такой!

Далее госпожа Ко рассказывала про то, как нечисть поселилась на Корейском полуострове – про «начало веков», как она сказала. Но это уже было не настолько интересно.

Меня зацепила Саккарда. Новость о новом мире интриговала и захватывала дух. Даже осознание того, что я никогда не смогу побывать там, совершенно не печалило – многие душу бы продали просто за эту информацию, а мне она досталась просто так! Ведь сколько веков люди пытались найти хоть одно сведение о существовании другого мира?

Обед прошел прямо в библиотеке. Еду нам принес Шихёк на большом серебряном подносе. Он с госпожой что-то тихо обсуждал у окна, и я поймал себя на мысли, что они вполне могли бы сойти за парочку. Главное, ни с кем не делиться ею – если узнают, пришибут на месте.

После я неохотно читал выданную ночью книгу под пристальным присмотром дворецкого, лениво смахивающего пыль с полок. Но, признаюсь честно, спустя годы я еще не раз перечитывал ту тысячу страниц, которая напугала не хуже сунына. Очень полезным и интересным оказался Бестиарий.

Мне полюбились посиделки в библиотеке: когда госпожа Ко или Шихёк предавались воспоминаниям о прожитых веках. (Чуть позже они сыграют огромную роль в моей жизни, но не стану спешить).

Часы пробили 15:00. Время второй тренировки. Она проходила на улице, на лужайке в дальнем углу двора.

– Медленно! – крикнула Соран прямо в ухо. От неожиданности, я еле успел отбить удар ее деревянного меча.

Кроссовки опасно скользили по мокрой траве, не успевшей высохнуть после грозы.

Кончик меча госпожи пролетел в сантиметре от моего носа, и я отскочил как можно дальше, но девушка не давала мне уйти далеко. Она заставляла отражать ее нападения, контролировала все мои движения.

Как только я увидел, что госпожа Ко несет в руках – два деревянных меча с длинными, узкими лезвиями, – вновь пожалел, что согласился на эту авантюру так быстро. Но, вспомнив каким взглядом на меня смотрел отец, лишь вздохнул и с готовностью принял один из мечей.

Первым делом Соран показала мне стойки, в которых сложно поразить внутренние органы, как отбивать атаки и нападать самому. Вроде бы даже все неплохо получалось. Пока дело не дошло до тренировочного боя.

– Быстрее! Чего ты двигаешься, как улитка? – Соран нанесла серию стремительных атак по моим ребрам. – Тебя так прикончит и самый слабый демон!

И плашмя ударила по заднице.

Я начинал злиться. Немного – от своей никчемности и невозможности атаковать Соран, немного – от слов, которые она постоянно кидала с ударами меча, немного – от подступающей усталости и боли в мышцах. А от злости появилось много ошибок, которыми не побрезговала воспользоваться госпожа Ко. Она двигалась, словно в диком танце. Взмахи руками были уверенными, отточенными до смертоносного идеала. Взгляд – острым, разрывающим душу на лоскутки. Синие искорки вспыхивали яркими огоньками и затухали в черноте радужек глаз.

– Медленно! – в мое лицо был направлен кончик меча, и на миг внутри все скрутилось и сжалось из-за страха сломанного носа.

– Я больше не могу! – я провел меч по широкой душе, лишь вскользь коснувшись черных волос Соран и, поскользнувшись на траве, рухнул на спину.

– Враг не будет ждать, когда ты отдохнешь и наберешься сил, – девушка расставила ноги по обе стороны от меня и направила меч точно в бешено бьющееся сердце. – Покажешь слабость – считай погиб.

Я тяжело дышал, воздух неохотно проникал в легкие, которые невыносимо горели. Кружилась голова. А госпожа Ко и духа не перевела. Она подняла с земли мой меч и повернулась к особняку.

– На сегодня хватит.

“Слава богу, что Шихёк куда-то смылся! – думал я, глядя ей вслед. – А то помер бы со смеху”

Но так ужасно было только в первые дни тренировок. Чем больше я читал, чем интенсивнее гоняла меня Соран, тем легче я все переносил. От осознания этого факта в животе порхали бабочки, а изучать дело охотников как-то само по себе становилось интереснее.

Но самой большой гордостью являлся день, когда я заставил госпожу опуститься на колени, а деревянное лезвие моего меча оказалось около ее шеи. Ко Соран едко ухмыльнулась, но, как бы сильно она не пыталась скрыть радость, взгляд ее блестел.

За три дня до начала семестра в школе, Соран взяла меня на ночную «охоту». Спустя две недели адских тренировок я уже худо-бедно научился сражаться на мечах. Но то была госпожа, а вот какая нечисть в бою, мне еще придется выяснить.

Шихёк привез нас к заброшкам на окраине города. Фонари здесь не горели, но госпожа Ко уверенно пробиралась сквозь заросли кустарника к одному из домов, рядом с которым стояла темная фигура. Если бы не горящая в ее руках свеча, она бы полностью слилась с ночной мглой.

Это была женщина. Гостья с ужина, которая была в костюме. На ее голове покоилась уже знакомая черная шляпа. Каштановые волосы свободно лежали на плечах. Темные глаза оценивающе прошлись по мне цепким взглядом, и от этого мне стало как-то не по себе.

– Соран, Шихёк, охотник, – поклонилась нам она поочередно. Голос женщины был тихим и мелодичным, как у айдолов.

– Джеху, это – Ли Ханчжи, – представила Соран женщину. Она выглядела чуть старше самой госпожи, но определенный возраст ей сложно было дать.

– Чосын саджа, – произнес я, разглядывая госпожу Ли.

– Как понял? – выгнула она бровь.

– Ну… Черная шляпа, вы были на ужине, да и стал бы обычный госслужащий разгуливать в таком месте? – я обвел руками местность. Да тут даже бродячих животных нет!