Чайка

– Берите пример с Ли. Она стала все делать лучше и увереннее. Вы мужики равняйтесь на нее.

Лера в последнее время стала замечать у себя одну неизвестную ей раньше способность. В моменты сильнейшего напряжения, когда требовались мобилизовать все имеющиеся силы для успешного выполнения учебного задания, ее ноги могли спокойно отрываться от земли и она, в буквальном смысле, пролетала над землей с десяток метров, не опускаясь на нее. Но не появившаяся способность удивляла девушку. Ее больше поразило то, что находящиеся рядом курсанты вовсе не замечали подобного перемещения своей коллеги. Правда, один из них – Сергей все же удивился, когда девушка неизвестным образом оказалась не рядом с ним, а в другом месте.

– Какой я растяпа, Ли! Когда же ты успела отбежать от меня? Почему я не заметил? Ты ведешь себя как настоящий диверсант.

Лера ничего не стала объяснять курсанту. Она и сама до конца не могла понять: что с ней произошло и почему именно с ней? Сразу после отбоя вместо привычного сна, она стала вспоминать рассказы матери – Светланы Сергеевны. Лера, естественно, не помнила обряд крещения. Немыслимо, что-либо помнить любому человеку, когда ему всего три месяца, но рассказ матери о крещении она твердо запомнила на всю жизнь. «Тогда, в церкви я также удержалась в воздухе, одна, без всякой поддержки и посторонней помощи, когда священник выпустил меня из своих рук. И крещенской воды я совсем не испугалась, а напротив, радостно лепетала при погружении в купель. Произошло определенно чудо, – заметил священник. Видно, Благодать Божия сошла на девочку. Но почему именно на меня, мне не дано знать». После подобных размышлений Лера заснула и спала до подъема. В силу природной осторожности Лера никому не говорила о том, что она может подниматься над землей, оставаясь целой и невредимой. Любой здравомыслящий человек, не говоря о ее начальстве, сразу бы покрутил указательным пальцем вокруг виска, не веря рассказчику ни единого слова. Подобного не может быть в нашем совершенном мире. У нас не раннее Средневековье, когда суеверные люди верили, что женщины (а почти все они – ведьмы) могут летать на своих хозяйственных метлах. Вскоре Лера убедилась, что произошедший с ней случай вовсе не единичный эпизод, а вполне регулируемая волевым усилием объективная реальность. Когда у нее предоставлялась редкая возможность остаться одной, она сознательно вызывала у себя эту способность: перемещаться и пролетать по воздуху приличные расстояния. Особенно хорошо перемещения получались в моменты сильного волевого напряжения, когда все имеющие у нее силы были сконцентрированы в единый кулак. «Кто же мне помогает? Откуда у меня появилась такая способность? Неужели наш Всемогущий Господь, осенивший меня этим даром? Только Он может даровать подобные способности людям из любви к ним, заранее зная и видя, что с ними случится в будущем». Лера поцеловала крестик, аккуратно и незаметно зашитый под подкладку ее повседневной, камуфляжной куртки, для того, чтобы он не вызывал никаких вопросов у начальства. Руководство школы хотя и не одобряло, так называемые, «поповские» штучки, но и не запрещало носить курсантам различные амулеты. В военном училище девушки – переводчицы, в особенности «мажорки», чуть ли не на показ выставляли сплошь золотые кресты окружающим. Лера никогда не одобряла подобный показ. Она считала, что вовсе не нужно свое сугубо личное демонстрировать различным людям, способных всегда высмеять важное для человека. В особом отряде такие вещи были строго запрещены. Разрешалось носить только специальные жетоны с индивидуальным номером, присвоенным курсантам. Естественно, что никаких молитв и посещение церквей в школе не было и в помине. Не хватало еще элитному подразделению тратить время и силы на все эти бесполезные посещения. Лера, чтобы окончательно не забыть почти забытые молитвы по два – три раза в день произносила Иисусову молитву. Она хотела поддерживать незримую связь с Верховным Существом, даровавшим ей необычные способности. Пришлось Ларе испытать и все «прелести» горно-штурмового боя с условным противником. Курсантам требовалось подняться на горную вершину с полной выкладкой боеприпасов и с другим оборудованием и осуществить ее захват. Задача требовала не только значительных физических усилий, но и напряженной, умственной работы. «Наш противник тоже не лыком шит. С высоты ему значительно лучше виден обзор и передвижение группы захвата. Приходиться использовать обходные маневры, чтобы перехитрить его и выйти к намеченной цели. Но как лучше сделать? Условный враг достаточно нас изучил, и он знает каждый наш шаг» – раздумывала Лера, продвигаясь с группой из четырех человек к заветной высотке.

– Командир! Что нам делать? – услышала она по рации голос своего напарника, поднимающегося чуть выше ее. – Нас начали обстреливать из пулемета.

Лера уже знала, так как звук пуль был отчетливо слышен издалека. Они совсем недалеко от противника.

– Прекратите движение и укройтесь! – приказала Лера остальным. – Я полезу вверх и осмотрюсь.

Она взяла вправо и поползла к высоте, используя для маскировки любой изгиб местности и горные складки. Через пятнадцать минут она увидела своего противника – такого же курсанта, периодически выпускающего очереди из пулемета. Остальные трое – старались не выдавать себя, но по колыханию невысокой травы можно было допустить, что в ней скрываются люди.

«Как же мне скрытнее подобраться к противнику? Задача усложняется тем, что противник чувствует себя в полной безопасности». Его от группы Леры разделяла глубокая и черная трещина, шириной не менее трех метров. Ни один боец, как бы он ни был хорошо подготовлен, не смог бы преодолеть возникшее препятствие. Требовался длительный по времени обход неожиданной помехи. «Времени у моей группы остается совсем немного. Всего полчаса. По истечению срока считалось, что бой закончился нашим поражением, и поставленная задача не будет выполнена. Нет! Так дело не пойдет! Надо мне лично проявить инициативу».

Она откатилась немного в сторону, чтобы пулеметчик не смог ее видеть и прыгнула через широкую расщелину, уходящую вниз на неизвестно какую глубину. Как она сумела ее преодолеть впоследствии она и сама не могла толком разобраться. Никакого страха и волнения она не испытывала. Когда она отталкивалась перед прыжком, ее тело чувствовало необычайную легкость, и она знала заранее, что благополучно приземлится туда, куда и намечала попасть. Ошеломленные неожиданным появлением Леры бойцы не могли сразу понять: откуда на них словно на голову свалился неожиданный противник. Никто из них не ожидал дерзкой атаки с этого направления. По всем канонам горно-локальной войны здесь имелось непроходимое для любого альпиниста место, для преодоления которого требовалось много времени. Захваченным врасплох курсантам, изображающих из себя условного противника ничего не оставалось делать, как признать себя побежденными. Лера сразу нейтрализовала пулеметчика, а остальные бойцы были ликвидированы брошенной гранатой. Инструкторы, разбирающие учебный бой никак не могли поверить, что курсанту Ли удалось молниеносным броском через расщелину выиграть сражение.

– Прыжок выше человеческих возможностей. Такого не может быть. А как же законы гравитации? – в унисон повторяли они и покачивали головами. – Но все же она сумела прыгнуть. Как же она смогла? – удивлялся майор Бугрецов, присутствующий при разборе. – Надо мне повнимательнее присмотреться к этой Лере или Ли, как ее здесь называют. Возможно, что у нее имеются такие уникальные способности, неизвестные нам. Все ее данные, несомненно, пригодятся в последующих операциях, разработкой которых мы и занимаемся. Наша наука, и это доказывают тибетские монахи, не отрицает факта существования левитации – передвижение человека по воздуху без всяких летательных аппаратов. Все научно доказано. Доказано и явление телепортации. Редко, но все же подобное явление встречается в нашей жизни. Вот вам и все объяснение немыслимого прыжка курсанта через непреодолимое препятствие.

Майор Бугрецов после поразительного случая стал особо выделять Леру и внимательно следил за ее дальнейшими успехами в обучении. Началась морская подготовка будущих специалистов. О чем давно думала и мечтала Лариса, теперь наяву находилось перед ней. Огромный, безграничный синий простор, переливающийся под солнечными лучами всеми красками палитры. Она увидела безграничное количество водной массы то накатывающейся на берег, то отступающей от него благодаря ветрам и подводным течениям. Соленые брызги, долетающие до девушки и свежий морской воздух, несущий в себе едва ощутимый запах глубинных водорослей, йода и Бог знает еще чего – все удивляло и завораживало Леру. «Хорошо бы поплавать в морской водичке и слегка освежиться», – подумала она и чуть подалась вперед.

– Ли! Встаньте на место, – приказал инструктор, словно читая ее мысли. – Сегодня мы отрабатываем плавание в гидрокостюмах. – Видите морской буй, – преподаватель показал на красное возвышение, едва различимое из-за расстояния. – Цель занятия – доплыть до него и вернуться обратно. Предупреждаю, что упражнение не из легких, как вам кажется на первый взгляд. Поплыли. Кто раньше из вас вернется – получит два часа свободного времени.

Лера чувствовала себя в море, как рыба в воде. Она плыла без труда, не прилагая для передвижения слишком много усилий. Ее напарники, чувствовали себя значительно хуже, чем она, хотя и они справились с поставленной задачей.

– Снова ты Лера хочешь отличиться и поставить себя на первое место, – подколол ее напарник Николаев, с позывным Конон. – Всегда норовишь вырваться вперед.

– Иначе нельзя, Конон. Только отдав все силы для выполнения задания, ты сможешь его выполнить. Работай над собой, Конон. Усиленно работай и тогда у тебя все получится.

– Отставить разговоры, – рявкнул на них инструктор-подводник. – Задача: снова плыть до этого буя, но плыть под водой. Воздуха в баллонах акваланга ровно на двадцать минут. Кто всплывет раньше, не достигнув цели, тому достается повторная попытка. Выполняйте.

После подводного заплыва Ли снова оказалась впереди всех напарников – мужчин. Контрольный замер показал, что при передвижении, она почти не использовала воздух, имевшийся у нее в двух баллонах, закрепленных на спине.

– Чем же ты дышала, курсант Ли, – услышала она голос инструктора. – Даже мне потребовалось бы значительно больше сжатого воздуха, чем то, который ты использовала. Объясни нам недоумкам.

– Все получилось само собой. Я плыла и плыла и ни о чем особо не думала.

Лера знала, что она длительное время может находиться под водой без всяких специальных аппаратов типа различных аквалангов и дыхательных трубок. Во время различных погружений под воду, она убедилась, что вполне может не дышать сжатым воздухом из баллонов, а надолго задерживать свое дыхание. Удивительно, но при таком способе дыхания, Лера чувствовала себя так, как будто в ее лёгкие поступал сжатый воздух из баллонов. «Рассказывать мне о таком способе дыхания некому и ни к чему. Если я и расскажу, меня сразу возьмут в оборот и будут исследовать, словно лабораторную мышь. Мне такого совсем не надо. Моя задача – отлично закончить порядком надоевшее мне обучение и попасть за рубеж, где я возможно и разыщу отца».

Бугрецов, естественно, был осведомлен об успехах Леры в подводном плавании. Он был руководителем особого отряда. Она вновь заинтересовала старого диверсанта – разведчика и он решил лично убедиться в ее способностях. При очередном погружении в море, когда требовалось достать условный груз с сорокаметровой глубины, Бугрецов дал указание заполнить баллоны Леры на половину сжатым воздухом. «Если она может дышать без аппаратов, для нее это количество воздуха будет достаточно и тогда все уловки нашей курсантки будут налицо. Впоследствии я решу, что с ней дальше делать». Лера, ничего не подозревая, спокойно дышала в акваланге. Но когда ее глубиномер показал тридцать метров, она сразу поняла, что ее баллоны пусты. «Что же остается делать, когда я стану погружаться дальше и начну искать груз? Все сразу поймут, что я смогу обходиться без дыхательных аппаратов и тогда… Тогда меня обязательно начнут изучать со всех сторон и прощай моя мечта – встреча с отцом. Нет! Мне надо поступить иначе».

– База. Я. Ли. У меня заканчивается воздух. Задание выполнить не могу. Начну всплытие.

Через короткую паузу последовал ответ: – Всплытие разрешаю. Конец связи.

Бобр с нарочито серьезным видом дал хороший нагоняй техникам, заправляющим баллоны, хотя они действовали по его прямому приказу. «Неужели наша сопливая девчонка догадалась о моей задумке? Никогда бы на нее не подумал, что она смогла обвести вокруг пальца старого морского лиса. Явно Ли – незаурядная личность и мне стоит поближе сойтись с ней. Что интересно: к ней не придраться. Всегда действует по инструкциям и уставу». На следующий день Ли вызвали в кабинет Бугрецова.

– Наслышан о твоих успехах курсант. Давно таких бойцов у нас не было в нашей школе. Надо же тебе так учиться, что по всем показателям ты превосходишь всех мужиков. Они тоже не середнячки, а настоящие офицеры.

– Рада стараться, товарищ майор. Вы для комплиментов меня пригласили?

– Не слишком дерзи, Озерова. Не то отправлю на гауптвахту. Честно говоря, нравишься ты мне своей дерзостью и упрямством. Нам как раз такие специалисты и требуются.

– И каким же специалистом вы хотите меня сделать, товарищ майор.

– Всему свое время, Озерова. Когда оно настанет, то ты сразу поймешь, в чем будет заключаться твоя будущая работа. Вопросы есть?

– Есть один вопрос. Скажите, где может находиться мой отец. Я думаю, что вы знаете ответ.

Глава 5

– Ты и дальше намерена задавать мне каверзные вопросы, Озерова? Но на мои вопросы ты мне толком и не ответила. Но я сегодня добрый и скажу тебе, что мне известно о твоем отце. Он жив и выполняет одно секретное задание. Большего о нем, я тебе не могу сказать. В свое время ты узнаешь о нем, чем он занимался. И запомни, Озерова: о нашем с тобой разговоре не должен никто знать, ни одна живая душа. Всегда помни: за твоим отцом, тобой и твоей матерью продолжают охотиться сотрудники федеральной конторы. Ими получен соответствующий приказ. Его пока никто не отменял, и он продолжает действовать. С нашей стороны мы продолжим принимать все необходимые меры, чтобы твоя семья Озерова находилась в полной безопасности. Но и твоя личная инициатива и изобретательность нам обязательно потребуется. «Крайне интересно. Все же мой отец жив. Недаром я все время чувствовала, что он цел. Но, что за задание он выполняет и от кого оно исходит? Бугрецов мне не скажет. Скорее всего, он только посредник. Но и того, что он мне сообщил, будет достаточно, чтобы продолжить поиски, когда нас выпустят за границу. Но как это произойдет – сплошной мрак и туман. Но, то, что я буду работать за кордоном, я уверена. Недаром нас готовят по всем специальным военным дисциплинам».

– Все ясно, товарищ майор. Может быть, вы разрешите сообщить радостную весть о моем отце моей матери? Она у нас вся истосковалась, считая папу давно погибшим.

Бугрецов задумался. На его загорелом лбу обозначились две морщины, добавившись к поперечным, присутствующих у него всегда.

– Не стоит сообщать, Озерова. Слишком велика вероятность того, что она не удержится и поделится с новостью с теми, кому вовсе не следует знать. На тебя я целиком надеюсь. Ты же у нас боевой офицер, а твоя мама – обыкновенная женщина. Она не обучалась специальным методикам, чтобы просчитать все, вплоть до самых отдаленных последствий. Она может запросто сказать про мужа не тому человеку и считай: вся наша конспирация пропала. Но поддержать и успокоить свою мать, заверить ее, что ее муж жив, не вдаваясь в те подробности, о которых тебе известно – другое дело. Озерова съезди к ней домой, подбодри и возвращайся к нам. Думаю, что трое суток тебе хватит.

Светлана Сергеевна, когда к ней неожиданно явилась дочь, не могла найти себе места от радости, и не знала на какое место посадить свое любимое детище, словно снег, свалившийся на голову. Наблюдая за суетливыми движениями матери, берущую одну чашку за другой и вновь ставящие их на прежние места, Лера, привыкшая к строгому армейскому распорядку, не выдержала:

– Мама! Не надо так торопиться. У нас достаточно времени для обстоятельного разговора, и мы сможем обсудить все интересующие нас вопросы.

Дочь полностью взяла инициативу в свои руки и через десять минут обе пили чай за столом, украшенным праздничной скатертью вместо будничной, невзрачной клеенки. Лера, не распространяясь о больших подробностях, чем она занимается на службе, только сообщила матери, что она служит в отдельной воинской части. Часть засекречена и, поэтому, она не может сказать ее адрес.

– Мама! Личные общения с родными и близкими в ней полностью запрещены, – добавила дочь к своему короткому рассказу. – Служу я, как отзываются мои начальники, неплохо. Они меня поощрили отпуском на три дня за успехи по службе.

– Рада за тебя доченька и горжусь твоими успехами. Думаю, что тебя вполне могут повысить в звании. Я всегда знала, что ты никогда не станешь стоять на одном месте, и всегда будешь идти вперед. У тебя все качества, как и у отца – Николая.

Мать, не выдержав переполнявших ее разнообразных чувств, заплакала, вспомнив неизвестно куда пропавшего мужа. Но сразу поняв, что при дочери не стоит рыдать, она стала поспешно вытирать заплаканное лицо носовым платочком.

– Ты доченька меня извини. Видно, начались у меня признаки церебросклероза. Я на днях как раз смотрела передачу о таком заболевании.

– Совсем не надо смотреть ненужный телеящик, мама. Там показывают одни сплошные выдумки и, тем более, диагностика по телевидению крайне вредная и бесполезная вещь. И больше у меня не думай, что ты у меня в годах и вся больная. «Ходи, веселей!» как говорили мудрые восточные люди и все у тебя будет в порядке.

– Правильно ты рассуждаешь, дочь. Но когда я остаюсь полностью одна и чаще всего ночью, на меня накатывают воспоминания о нашей прежней семейной жизни и мне временами становится так грустно и печально, что не знаешь, куда себя деть и чем заняться. В вечернее время чаще всего меня посещают мысли о нашем отце и муже Николае. Что с ним стало и где он?

– Мама, я считаю, что наш отец совсем не мелкий мальчик, требующий постоянной родительской заботы и попечения. По-моему, он может самостоятельно распорядиться своими действиями. Возможно, что он находится в такой ситуации и в таких обстоятельствах, что не может дать о себе не единой весточки. Но, поверь мне мамочка, я всем сердцем и всей душою чувствую, что он жив. Он ждет подходящего момента для встречи с нами. Поверь мне на слово, моя мамочка.

– Твоя уверенность Лера передалась и мне. Я успокоилась и стала чувствовать себя лучше.

– Я знала мама, что ты справишься. Все же хорошо мы с тобой поговорили. Не часто выдаются нам такие дни, чтобы мы смогли поговорить по душам.

– Девочка, мне с тобою сейчас хорошо. Но когда я остаюсь одна, мне становится скучно. И чем бы я ни занималась: и телевизор смотрю (куда без него родимого), и читала и пробовала вышивать – все как-то не то. Все занятия отвлекают меня на короткое время от скучных, назойливых мыслей.

– А как же твои подруги, мама? Я раньше знала, по крайней мере, две твоих подружек. Ты с ними продолжаешь встречаться? Ты же не раз мне говорила, что порою пустая болтовня с подружками, лучшее тренировочное средство для женщин. Естественно, что все обсуждаемые темы среди приятельниц лежат в основном на поверхности и вовсе не следует любой вопрос в разговоре копать в глубину. Тонкий анализ дело для мужчин. Они всегда не упускают случая показать превосходство своего ума над женским.

– Дочь ты права. Я часто встречаюсь с подругами. И говорим мы обо всем и потом вместе пьем чай, но всего этого для меня мало. Другая выходит история, когда ты разговариваешь с мужчиной. При разговоре с ними ты стараешься показать себя с наилучшей стороны. А подруги мои совсем иное дело. Не станешь перед ними полностью выкладываться и выставлять напоказ свои скрытые мысли и занятия. Приятельницы все сразу истолкуют на свой лад, и в последующем Бог знает, что может из всего выйти.

– Ты прости мама за нескромный вопрос. Но можешь на него и не отвечать, если тебе не хочется. У тебя имеются знакомые мужчины, с кем ты хочешь поддерживать серьезные отношения?

Светлана Сергеевна внимательно поглядела на дочь.

«Неужели это моя Лерочка? Кто бы смог подумать, что недавно она была подростком и совсем не интересовалась подобными вещами. Теперь передо мной не мой бывший подросток, а вполне взрослая, серьезная женщина, которой допустимо затрагивать интимные темы».

– Вопрос ясен. Куда же нам без этих мужиков. Периодически мои коллеги приглашают меня пообедать вместе с ними или сходить в кино. Иногда, когда мне становится скучно и одиноко, я принимаю такого рода приглашения. До серьезных глубоких отношений у меня никогда не доходило дело. В целом – приятное совместное времяпровождение и ничего более. Я считаю, что Николай совсем бы не рассердился, если бы он узнал. Считаю, что он все бы превосходно понял.

– Несомненно, понял мама. Я почувствовала, как ты живешь одна: без меня и без отца. Скучно, однообразно, но в целом курс жизни у тебя верный и правильный. Полагаю, что со временем ситуация у всех нас кардинально изменится и все мы заживем значительно лучше и веселее.

Успокоив мать и убедившись, что Светлана Сергеевна способно адекватно оценивать сложившееся семейное положение, Лариса с новыми силами, продолжила изучение учебного курса.

– Как у нас идут дела, лейтенант, – поинтересовался Бугрецов, когда Лариса доложила ему о своей поездке домой.

– В относительном порядке, товарищ майор. Все наши живы и здоровы, – не вдаваясь в подробности, отвечала ему Лера.

– Рад за тебя. Продолжим нашу подготовку.

Бугрецов нажал кнопку вызова, и в кабинет вошла сорокалетняя женщина в капитанской форме.

– Знакомься, Ли. Твой новый инструктор – Губарева Ольга Федоровна. Она будет проводить с тобой специальные задания. О подробностях расскажет лично тебе. Приказываю тебе – выполнять ее задания, как мои собственные.

– Слушаюсь, товарищ майор. Разрешить приступить к выполнению заданий.

Специальные занятия оказались совсем неожиданными и интересными для Леры. Девушка и раньше знала о правилах хорошего тона и как подобает вести себя в гостях. Но все ее прежние познания ограничивались скудными сведениями. Она знала, что мужчина всегда должен идти слева от дамы, кроме военных, для того чтобы им было легче отдавать честь. И немногие правила этикета остались у нее в памяти. На спецкурсах перед Лерой открылась целая наука о поведении молодой девушки или женщины в высшем обществе. Когда Лера спросила свою наставницу: для чего ей надо изучать все тонкости поведения, Губарева с иронией ответила:

– Девочка! Ты что считаешь, что всю жизнь будешь бегать с автоматом и участвовать в засадах? Поверь мне, дорогая Ли, что у нашего руководства боевые задачи значительно шире и серьезнее, чем ты себе представляешь. Отнесись к моим занятиям так же серьезно, как ты изучала оружие и совершала дальние марш-броски. Полученные навыки, определенно, тебя пригодятся, и ты будешь мне благодарна за науку. Начнем сегодня – с правильной походки. Девушка должна ходить с выпрямленной спиной. Голова чуть закинута назад и, главное, следи за руками. Они должны естественно перемещаться вместе с ногами. Ты ни в коем случае не должна размахивать ими.

Инструктор встала с места и начала грациозно ходить по кабинету.

– На самом деле красиво. Такую поступь как у вас я видела в фильмах, где барышни принимают участие в великосветских салонах. Мне стало крайне интересно.

– Вам все понятно, курсант Ли. Настала ваша очередь.

– Неплохо. Относительно неплохо. Но до идеала далековато. К следующему занятию как следует отработать нынешнее упражнение. Начнем отрабатывать приемы правильной посадки на обычный стул, чтобы не показаться знающим этикет людям (а поверь мне, тебе придется с ними встречаться) обычной провинциалкой и некультурной девушкой. Смотри, как надо правильно садиться. Инструктор Губарева неслышно присела на обыкновенный стул, и чуть отведя ноги вправо, положила свои руки на бедра.

– Поняла, как правильно делать, курсант Ли? Не откидывайся на спинку стула. Такая поза вульгарна и не скрещивай руки перед собой. Данное положение рук совсем недопустимо и доказывает твоему собеседнику, что ты не готова к диалогу и общению с окружающими. Небрежности и неточности в правилах этикета совсем не допустимы и знающий человек сразу раскусит и поймет, что ты вовсе не тот человек, за которого себя выдаешь. Поэтому, Ли запоминай каждую мелочь и каждый нюанс. Часто от мелочей зависит исход боевой операции. «Все так неожиданно. Почему я должна знать про этикет? Неужели мне придется работать и разведчицей и, поэтому, обучают светским манерам и другим подобным вещам?»