Читать книгу Природа во плоти. Продолжение. (Валери Крис) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Природа во плоти. Продолжение.
Природа во плоти. Продолжение.
Оценить:

5

Полная версия:

Природа во плоти. Продолжение.

Он открыл перед ней дверь, безмолвно приглашая девушку войти первой. Замешкавшись всего на мгновение, Лина прошла вперёд. И тут, перед самым порогом, Джейк выставил руку поперёк входа, заставляя её остановиться. Лина недоумённо взглянула на него.

— Хотел бы я сказать, что тебе нечего бояться, — тихо проговорил он, — но это зависит только от тебя.

Кавардак в голове и клубок противоречивых чувств внутри не позволили ей понять смысл его слов.

«Всё это входило в мои планы».

Следить за ней, быть рядом только для того, чтобы держать под контролем. Быть весёлым парнем и интересным собеседником, лишь чтобы усыпить её бдительность, не вызвать подозрений. Единственный друг оказался не более чем шпионом, а в их отношениях — ни капли искренности. Лина поборола внезапное желание убежать, ведь так не хотела больше видеть его.

— Не в моих правилах причинять вред невинным, — пояснил Джейк. — Но какая роль отведена тебе в этой истории пока никому неизвестно.

Язык ей жгла горечь, боль секундой сверкнула в глазах, но откуда-то Лина нашла в себе силы, чтобы произнести это с нажимом и твёрдостью, хоть и вымученной:

— Главная, Джейк. Я просто забыла слова. Но сценарий давно написан. И свою роль в нём я сыграю на славу, даже не сомневайся.

В камине трещали поленья. Воздух был пропитан тёплом и запахом дерева, кожи и старины. Лина признала, что изнутри это место выглядело менее мрачным, чем снаружи. Много где горел свет, в прихожей постелен мягкий ковер. Никаких темниц и рвов она по пути не встретила, хотя особо болтливые горожане с хорошим воображением клялись, что они здесь есть, и чего только ещё страшного не найдешь в особняке Фредерри.

Лина была здесь впервые. Раньше она задавалась вопросом, почему Джейк за всё время ни разу не пригласил её в гости, но сегодня она получила ответ.

Он проводил её в гостиную, как раз ту, где горел камин. Здесь же располагались диван и два кресла с кофейным столиком, но Лина, не получив приглашения присесть, осталась стоять, неловко переступая с ноги на ногу. Джейк, мрачнее тучи, отошёл к стене. По его лицу невозможно было прочитать, о чём он сейчас думает. Ни о чём хорошем, только это и понятно.

И вот не более чем через пару минут в комнате появился тот, кого все ждали. Каких только историй о нём Лина не наслушалась в больнице: и о колдовстве с чёрной магией, и о сделке с дьяволом. Пропажи людей в Дегхельме также списывали на хозяина жуткого особняка, дескать, те посмели ему в чём-то перечить, вот он и держит теперь их у себя в подвале, пытая, пока не сознаются в том, что были не правы…

А что насчёт окутанной тайной истории о смерти Рональда Рахлейва, в которой отец погибшего обвинил Киана? Якобы Фредерри поджёг номер в гостинице Рональда, пока тот спал, и бедняга сгорел заживо просто за то, что в чём-то не пожелал уступить Киану…

Многие люди охотно тому поверили. Ещё до «завоевания» репутации местного палача младший Фредерри (а среди своих брата и сестры он им и был) славился своим своеволием, непоколебимым упрямством и вспыльчивостью. Сложно ли будет поверить, что такой человек сгоряча мог навредить своему старому другу, будучи с ним в конфликте?

Теперь Лина всё ближе подходила к пониманию, что это вполне могло бы быть правдой. Одно так точно.

«Расчленёнка — совсем не в стиле дяди, он предпочитает сжигать людей дотла», — пошутил как-то Джейк. Вернее, сказал, что пошутил.

У Лины сами собой сжались кулаки, как только пред ней выступил тот самый Киан Фредерри. Это был невысокий сухопарый мужчина с шевелюрой темных волос с проступающей сединой, пронзительным взглядом и острыми чертами лица, словно его обтесали тут и там. Его отягощённая, несколько шаркающая походка создавала впечатление, словно на него водрузили цепь с привязанной к ней гирей, которую он вынужден таскать за собой. Одетый в чёрный костюм с иголочки, он будто только что явился с важного собрания. Присутствие Киана Фредерри не нужно было видеть, оно ощущалось на физическом уровне, как будто весь воздух в комнате уплотнился и в нём стало невозможно двигаться, почти как в воде.

Лина воззвала ко всему своему мужеству, чтобы выдержать этот цепкий взгляд, окинувший её с ног до головы, и не броситься прочь, пока антигерой жутких историй надвигался на неё словно цунами.

Теперь уже старший Фредерри остановился в нескольких шагах от девушки. Выдержав некоторую паузу, произнёс:

— Та самая Лина, я полагаю.

Его внушительный бас отдался в груди у девушки вибрацией.

— Это смотря какую вы ищете.

Это она сейчас сказала? В последнее время кто-то разучился следить за языком.

— Очередную засланную ведьму из ковена «Сирус», как видно, — ответствовал Киан. — Я ожидал, что Ванесса не будет последней, кого они прислали сюда, чтобы устранить так называемую «угрозу», какой они видят Дегхельм. Немного же времени им понадобилось, чтобы отыскать лазейку в барьере. Каких-то три года, и вот ты здесь. Как ты преодолела его?

— Барьер?.. О чём идёт речь…

— Барьер, что возвела Ванесса, встав на нашу сторону и восстав против идей своих соплеменниц, — произнёс Киан на тон выше, отчего Лина вздрогнула. — Им она скрыла от ведьмовских глаз Дегхельм, дабы никто из них более не сумел пересечь его границу и довершить начатое ею. Так каким образом ты прошла через него?

— Я этого не знаю.

— Не лги, Лина, — тихо, но с твёрдостью произнёс Джейк.

Лина обернулась на его голос, сейчас словно бы хлестнувший её по раскаленным нервам, и встретилась с ним взглядом. В его медных глазах читались такие усталость, разочарование и горечь, что волна гнева оттого, что Джейк считает её лгуньей, тут же сошла, сменившись каким-то подобием сочувствия. Отчего сейчас он выглядит таким огорченным? Потому что его подозрения подтвердились?

Неважно. Это не должно её волновать. Как сейчас спасти свою шкуру — вот что.

Чтобы сдержать голос ровным, Лине понадобились все силы:

— Я не лгу. Я не помню ничего до прихода в Дегхельм, вам это известно. Потому я не скажу вам ничего из того, что вы бы хотели услышать. Так к чему этот допрос?

— Ты, быть может, ничего и не помнишь, но определенно что-то не договариваешь, девочка, — ответил на это Киан.

— Что насчёт твоих видений? — задал вопрос Джейк.

— Я не понимаю их.

— Не лги, Лина, — настойчивее произнёс он.

Бросив на него ещё один беспомощный взгляд, Лина отступила назад. Её сильнее забила дрожь, паника начала накрывать с головой. Что ей говорить? В чём признаваться, а в чём нет? Что с ней сделают, откажись она сотрудничать? А если и откроет правду, не ждёт ли её оттого участь похуже?

Она отвернулась, стиснув плечи руками. Джейк не поможет ей. Он здесь вовсе не для того чтобы стоять на её защите, а чтобы допросить, вытрясти из неё всю правду. Поставить перед фактами, которые успел разузнать во время их фальшивой дружбы. Она сглотнула вставший поперёк горла ком, отдавая все силы на то, чтобы не разрыдаться.

«Слёзы — это отражение твоей внутренней слабости. Не позволяй видеть её твоему врагу, не то он использует её против тебя. Оставайся сильной».

Снова этот голос, заполняющий всё пространство. Голос из её прошлого. Голос той, кто научил её пресекать слёзы в корне, быть сильной и идти к своей цели. Голос, обладательница которого внушала ей сколько почтение перед её силой, столько и благоговейный страх перед ней.

Стойко выпрямившись, Лина сморгнула слёзы и на этот раз посмотрела в глаза Джейку с такими твёрдостью и остротой, что на скуле того дрогнул мускул.

— Если кого и стоило бы упрекнуть во лжи, то это тебя, — бросила она ему в лицо. — Вы не имеете права приводить меня сюда и допрашивать как вам вздумается, хоть вы и мните себя хозяевами этого города с правом творить всё что угодно и с кем угодно. И даже если последнее истинно, я не обязана с вами сотрудничать. Запугивайте сколько влезет, я повидала и хуже.

Она ведь выскользнула из лап самого чудовища, чёрт возьми! Спаслась от безумных ведьм, задумавших хладнокровно убить её, и в своей «прошлой» жизни наверняка столкнулась и не с таким — так имела ли она право струсить сейчас?

Внушительная тирада оставила после себя звенящую тишину. Джейк, то ли удивленный, то ли озадаченный, вопросительно глянул на дядю, затем снова на Лину.

Наконец, Киан заговорил:

— Бесстрашна и самонадеянна, совсем как Ванесса.

— У нас с ней нет ничего общего, — уверенно выговорила Лина. — Я не собираюсь уничтожать Дегхельм. Мне дела нет до ваших семей, вашей силы и что со всем этим станется.

«И до тебя, Джейк. До тебя мне тоже дела нет!»— хотелось выкрикнуть Лине, но ведь он просил её не лгать…

— Всё, что я делаю, — продолжила она, — это пытаюсь понять, кто я такая, в чём моя суть…

— А если твоя суть в том, что ты угроза для нас всех? — вопросил Киан. — Ещё не раскрытая, но грядущая. — Мужчина угрожающе подступил к ней. — Тогда моя обязанность — её упредить.

— И каким же образом? — поинтересовалась девушка, без страха заглянув ему в глаза. — Вы и меня запрёте в горящем номере гостиницы, а после всем скажете, что это был несчастный случай?

Киан дернулся от захлестнувшего его прилива гнева, однако сумел сдержаться. По лицу Джейка, изумленного такой выходкой, пробежала тень. Но Лина не заметила этого, смотря прямо перед собой. Не заметила его сжавшихся кулаков, как он выпрямился, напрягшись всем телом, как будто упоминание имени Рональда Рахлейва задело за живое не только Киана, но и Джейка.

— Лина, ты не знаешь, о чём говоришь, — произнёс он сквозь зубы — предупреждающе, прося замолчать и не ступать на эту опасную дорожку. — Не лезь в то, что тебя не касается.

— Или что? — Лина повернулась к нему. — Ты расправишься со мной? Или Риа? — Она вновь посмотрела на Киана. — Может, вы? Мне надоело, что все вокруг угрожают мне, я ничего не сделала!

— Лина, ты…

Один жест вскинутой ладони дяди, и племянник послушно замолчал.

С расстановкой, выкованной годами выдержкой и даже неким подобием снисходительности Киан произнёс:

— Вопрос не в том, что ты сделала. А в том, что только собираешься сделать. Помнишь ты об этом или нет.

— И вы, всевластный Киан Фредерри, со всеми своими силами, семьями Хранителей под вашей указкой боитесь, что какая-то девчонка испортит вашу идиллию? Уда́вите меня здесь и сейчас, пока я якобы не опасна, и проблема решена? В таком случае вы трус, и не более.

— Лина, — прорычал Джейк и уже был рядом с девушкой, чтобы оттянуть её подальше от дяди, пока тот не начал дышать огнём, но Лина тут же отскочила от него, сбросив с себя его руку.

— Не прикасайся ко мне! — уже закричала она. — Ты хотел правды? Так вот она: ты лгун и бессовестный притворщик. Человек, которого я всё это время считала своим единственным другом, а ты с самого начала лишь играл со мной. — Она горько усмехнулась. — Жаль только я всё испортила и увидела твоё истинное лицо. Вот незадача, да? Теперь со мной надо что-то решать, как с какой-то ходячей проблемой. — Она отступила, в бессильной злобе глядя на него. — Видеть тебя не желаю. Хочу, чтобы все вы исчезли и оставили меня, в конце концов, в покое!

И с этим криком она бросилась прочь, мечтая только убраться отсюда как можно дальше. Но тут дорогу ей неожиданно преградил рослый внушительный мужчина, возникший в дверном проёме.

— Ты никуда не пойдешь, девочка, — припечатал Киан.

Лина в ужасе обернулась на него, осознавая, что оказалась в ловушке. Кровь вдруг забурлила, она схватилась за голову, начавшую раскаляться будто печь. Слёзы хлынули потоком, Лина осела на пол, сбитая с ног волной силы, бьющейся у неё внутри, но не имеющей возможности быть выпущенной. Из груди вырвался крик. Она словно горела заживо изнутри, и это было не остановить, от этого было не спастись.

Сквозь всхлипы и собственный крик она расслышала голос взывающего к ней Джейка. Кажется, он просил успокоиться… Так это делала она, сама с собой…

Тело её пылало как спичка, боль сжигала кожу, она захлебывалась в беспомощности. Пока силы терпеть это не иссякли, и мир не озарился белой вспышкой, сменившейся затем темнотой.


Глава 31. То, что осталось настоящим.

Ночь сегодня беспокойная. Исе с трудом удалось заснуть, хоть она и вымоталась на вечерней пробежке с Линдоном и в упражнениях с гантелями.

На самом деле редко какая ночь у нее проходила спокойно: всё из-за кошмаров, преследующих её с недавнего времени. Вернее, один. Всё тот же раз за разом, но в то же время такой разный. Как повторяющийся клип с меняющимся тут и там сценарием, снятый с разными спецэффектами от ночи к ночи. Но исход всегда одинаков: конец во тьме, всеобъемлющей, неизбежной и абсолютной. И резкий толчок в реальность, когда Иса просыпалась, дрожа всем телом, с чувством, словно только что чуть не задохнулась.

Как и сегодня. Часы ещё не пробили полночь, а сна уже ни в одном глазу. Иса стёрла со лба капельки пота и поспешила выбраться из постели. Жарко и душно, из всей комнаты будто вытянули весь кислород. Как и обычно, за её пробуждением последовал страх, колотящийся внутри в унисон с пульсом.

Холодный пол обжег босые ноги. В одной майке и шортах Иса продрогла бы, бродя по дому, но, благо, комната Линдона находилась всего в нескольких шагах от её.

Она надеялась застать брата не спящим, но на стук в дверь никто не ответил. Тогда Иса приоткрыла щелочку, скромно заглядывая внутрь — вдруг не услышал из-за наушников? Но в спальне царила темнота.

Ну и что ей теперь делать? Возвращаться к себе страх как не хотелось, всё равно что вернуться в тот кошмар…

— Иса? — донеслось полусонное из глубины комнаты.

Послышалось шуршание одеяла — Линдон заерзал на кровати. Тихонько войдя, девушка прислонилась к стене с заведенными за спину руками. Включенный ночник озарил комнату, и она разглядела брата: растрепанные темные волосы, чуть помятое от подушки лицо. На нем его любимая пижамная футболка с надписью «DON'T BOTHER»1 и штаны.

— Снова кошмары? — догадался брат по выражению её лица.

Губы её поджаты, голова слегка опущена, взгляд исподлобья — Исе неудобно беспокоить его в такой час, но к кому ещё ей обратиться? Не вваливаться же к родителям третьим лишним…

— Извини, что разбудила, — промолвила она тоненьким голоском. — Я просто…

— Иди уже сюда, — вздохнул Линдон.

И Иса, с трудом скрывая прилив радости, чуть ли не бегом прискакала к нему, забралась на кровать под тёплое одеяло и с удовольствием устроилась на плече у брата.

— Что тебе снилось? — спросил он.

Он каждый раз это спрашивает. Мама говорит: расскажи — и станет легче. В самый первый раз Исе приснилось, как она стоит подле зияющей пропасти, которая неумолимо начинает разрастаться у неё под ногами. Она бежит и бежит прочь, спасаясь, но пропасть сильнее и быстрее, и вот темнота уже поглощает ее… Ей было двенадцать или тринадцать. За прошедшие годы образы стали ярче, свирепее, реалистичнее…

— Всё то же. — Иса уткнулась носом в футболку брата. Родной запах постепенно начал успокаивать. — Как мир вокруг рушится. Везде горит огонь, земля трясётся и раскалывается, бушуют ураганы и наводнения и… и…

— Что?

— В темноте зелёные глаза. Светятся так зловеще. Они как человеческие, а как будто и нет. И он с этими глазами там, стоит, как будто так и надо…

От воспоминания столь живых образов, ещё свежих, только что пережитых, у Исы задрожали плечи. Брат сильнее прижал её к себе.

— Это всего лишь сон, не бойся.

— Один и тот же. — Иса подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Это так похоже на то, что было тогда. Когда чудовище свирепствовало. Только теперь хуже. Намного-много хуже. Что это всё значит?

— Что ты на удивление внимательно слушала, когда бабушка Томилла рассказывала нам легенду о первых Хранителях, как видно, — чуть-чуть усмехнулся брат.

— И вовсе это не легенда, — буркнула Иса. — Говоришь, как эти простофили. В отличие от них мы знаем правду и гордимся ей.

— Правду о том, что наши предки встали на защиту этих «простофиль», — пожурил Линдон, и Иса услышала в его голосе улыбку.

Девушка закатила глаза. Что скрывать: она была невысокого мнения о людях, считая их неким вторым сортом в сравнении с ними, Хранителями, в чьих жилах течёт великая сила. Люди наворотили дел, а им теперь разгребать.

Помолчав немного, Иса сказала:

— Бабушка никогда не говорила, что случилось с Разрушителем потом. Он погиб?

— Никто не знает наверняка, — пожал плечами Линдон. — Быть может, сгинул, а может все ещё бродит где-то среди нас…

Иса ощутимо поежилась, и из груди Линдона вырвался смешок. Сестра всегда легко велась на шутливые запугивания.

— Не смешно! — Иса возмущённо надула губы. — А если… а вдруг это про него мои сны?

— Ну как же: никто из нас не видел его уже несколько десятков лет, если не сотен, с чего бы тебе видеть о нем сны?

— С того, что он опасен и ужасен и… уф, да ты бы его видел!

Линдон хмыкнул, позабавленный её тоном.

— Ну а мы на что? Хранители на то и зовутся Хранителями, чтобы присматривать за всякими Разрушителями, — он ткнул пальцем в изгиб её локтя, где по коже вились бледно-красные узоры. Метка Хранителя, как и у всех носителей силы. Согласно «легенде», такой рисунок появился у каждого из Семи Семей, как только те воспользовались кинжалами, дабы лишить зверя его сил. У большинства он был выжжен на правой руке, у кого-то на левой. По принципу преемственности метка проявляется у каждого носителя на том же месте, что и у предка, как только способности дают о себе знать.

— Почему мне не снятся нормальные сны? — пожалилась Иса. — Про каких-нибудь радужных пони или деревья с сахарной ватой вместо листьев…

— По мне так звучит как кошмар похлеще твоих, — хохотнул Линдон, за что получил от сестры толчок в бок. — Ну ладно, давай уже спать. Кому-то завтра в школу.

Иса сверлила пол задумчивым взглядом.

— Не могу. Просто… у меня такое чувство, будто должно произойти что-то нехорошее. И я не про контрольную по алгебре, — пресекла она шутку брата, открыл он только рот. — Что-то ужасное, как конец света…

— Ты просто сильно впечатлилась, — успокаивающе сказал Линдон и чмокнул её в макушку. — Засыпай и ни о чем не волнуйся.

— Не усну я просто так, — заупрямилась Иса, явно на что-то намекая.

— Ладно, ладно, — усмехнулся брат и начал устраиваться поудобнее.

И затем Иса с удовольствием прикрыла глаза, заслышав знакомую мелодию. Брат стал тихо напевать себе под нос. Его едва слышное мычание всегда действовало как снотворное, и сестра почти мгновенно проваливалась в сон.

Не прошло и минуты, а Иса уже засопела у него под боком.

***

Первыми ощущениями при пробуждении были страшная ломота в костях и сухость в горле. Лина разлепила глаза, осознавая себя лежащей на кровати в незнакомой комнате. Чья-то спальня.

За окном стояла глубокая ночь. Мрак помещения рассеивал один-единственный ночник на прикроватной тумбочке. В углу расположился большой книжный шкаф, у окна — письменный стол, а в другом углу, слева от кровати, кресло, в котором кто-то сидел…

Мучаясь от ужасной мигрени, Лина кое-как приняла полусидящее положение. Тело болезненно отозвалось на движение. Девушка поморщилась, пропустив воздух сквозь стиснутые зубы.

— Полегче, — донеслось со стороны кресла. — Тебе неслабо досталось.

Лина приметила на тумбочке стакан с водой.

— Подумал, тебе пригодится, — сказал на это Джейк. Он сидел, скрытый в тени, так что Лина едва видела его очертания. — Ты буквально чуть не сгорела.

Оно и чувствуется. Из нее как будто выкипятили всю жидкость.

Лина потянулась за стаканом и за раз осушила его. Стало немного лучше. Хотя она не отказалась бы от ещё пяти таких же.

— Что это было?

— Выброс силы, — ответил Джейк. — Я слышал о таком. Случается у ведьм из-за сильных эмоций. Как нервный срыв или что-то вроде. Только вот обычный человек при этом не крушит ненароком всё вокруг себя. Ты могла бы снести весь первый этаж к черту на куличики.

— Могла бы?

— Что-то не дало твоей силе выплеснуться, словно она заперта. И она взорвалась внутри тебя. Я удивлен, что ты жива.

— И огорчен, очевидно, — с некоторой неприязнью отозвалась девушка. — Иначе какая большая проблема решилась бы.

— Не говори так.

Что это сейчас мелькнуло в его голосе? Горечь? Обида, что она так думает? А что ей прикажете думать?

— Не говорить как? — Лина вновь начала заводиться. — Не говорить правду? Или ты хочешь сказать, что тебе не плевать, что со мной случится? Что хоть на миг ты был рядом со мной не потому что тебе так приказал дядя, не потому что должен был следить за мной? Что хоть одна твоя улыбка не была фальшивой, что все твои попытки казаться славным добрым парнем не были показухой? Скажи мне, что это не так.

Вскочив с кресла, Джейк подошёл к ней, ступив на островок света, падающего от ночника. Отсветы блеснули в его золотых волосах. Хмурое напряженное лицо осунулось от усталости, под глазами залегли круги, выдававшие множество бессонных ночей, в том числе и минувшей. Едва ли Джейку удалось поспать, пока он ждал её пробуждения. Или хоть на минуту расслабиться. Лина и представить не могла, что происходило с ним помимо того, с чем была связана она, однако теперь начинала понимать. И снова убеждаться, что жизнерадостный беззаботный парень — лишь маска. Истинная суть Джейка Фредерри скрывала много больше.

— Я сказал, что всё это входило в мои планы, — произнес он с нажимом, — но никогда не говорил, что наши отношения были фальшивкой.

— А чем тогда они были?

Он резко отвернулся, поджав губы. Как будто Лина задала ему вопрос, на который он и сам долгое время пытался найти ответ. Но не нашёл.

— Я не знаю, — признался Джейк. И, опустив голову, уже тише и с какой-то задумчивостью сказал: — Я был почти уверен, что невзлюблю тебя ещё до того, как увижу. Что мне действительно придётся из кожи вон лезть, чтобы втереться к тебе в доверие, вызвать симпатию…

— Но я оказалась более глупой, чем ты ожидал, так что особо стараться не пришлось, — скривившись, перебила девушка.

Она поймала его взгляд. Такой, что Лина осадила себя, посчитав, что её резкость задела его. Задела?

— Я совсем не это имел в виду, — тихо сказал Джейк. — Ты оказалась вовсе не такой, как я ожидал. Милой и… открытой. Весёлой. Порой я даже забывал, зачем нахожусь рядом с тобой. И правда в том, что… мне ни единого раза не понадобилось делать вид, что я рад тебя видеть. Что меня рассмешила твоя шутка или какая-нибудь несуразная вещь, или твой очередной странный вопрос, над которым я никогда не задумывался. Мне никогда не приходилось притворяться, что мне приятно находиться рядом с тобой. С самой первой встречи.

Лина молча смотрела на свои руки. Только сейчас она заметила, что одна из них перевязана в том месте, где был ожог. Джейк позаботился? А была причина? Да, если верить его словам. А она очень хотела бы ему верить. Но могла ли?

Джейк продолжил:

— Но в то же время я понимал, как могу ошибаться. Что должен оставаться начеку, ведь ты могла оказаться тем, кем, собственно, и оказалась… Я не знаю, что сказать, Лина, — обратился он к ней с какой-то беспомощностью. — Не знаю, что делать, во что верить, а во что нет. Если бы ты только была честна со мной…

На глаза Лине вновь навернулись слёзы.

— Ты всё ещё думаешь, что я лгу?

— Я не знаю, что думать! Я хотел бы верить тебе, хотел бы верить, что ты здесь не для того, чтобы погубить нас всех, что та девушка, которую я встретил в тот день в больнице, настоящая. Но определенно есть что-то, о чём ты мне недоговариваешь, и это сомнение убивает меня!

— Ты ожидаешь от меня честности, когда сам не можешь быть честным со мной? — Её голос дрогнул. — Прости, Джейк, но я не думаю, что это возможно.

— Я не могу быть честным с тобой, потому что я не могу быть уверен, что ты не используешь это против меня! — Его интонация скакнула вверх. Лина ещё никогда не видела его таким эмоциональным. — Против всех нас, как чуть не сделала Ванесса!

— Перестань сравнивать меня с ней, я бы никогда не причинила тебе вреда!

Собственный крик прозвенел в ушах. Лина со всхлипом замолчала, осознавая вырвавшиеся из нее слова. Они поразили и Джейка. Он тут же притих, удивленно смотря на нее. С сомнением, надеждой, что это правда, и… с огорчением, ведь боялся поверить в это.

— Ты не можешь говорить наверняка, — наконец, тихо произнес он. — Если и правда ничего не помнишь. А вот когда вспомнишь…

— Что тогда?

— Лина с воспоминаниями может быть совершенно другим человеком. И уже не думать так же.

— Нет, — уверенно возразила она. — С воспоминаниями или без, мои чувства останутся при мне. И плохие, и хорошие.

Постояв в молчании, Джейк шагнул к кровати. Хотел было опуститься на её край, но не решился.

bannerbanner