Первый Эйдос

Следом шёл накачанный, двухметровый темнокожий полубог. «Интересно, а он из какого Эйдоса?» — промелькнуло у меня в мыслях.

Последним вышел блондин, такое же спортивное телосложение, что и у первого, но его взгляд не излучал силу или гнев. Скорее, что-то умиротворённое с нотками любопытства.

В один голос они прокричали:

— Стройся!

Понадобилось ещё 5 минут безумного хаоса, чтобы все собрались и встали в ровные ряды напротив трибуны. Я не стала двигаться с места, просто поравнялась с уже стоящими впереди меня студентами. Оказавшись в третьем ряду. Ровно между девушкой с каштановыми волосами и белой рубашкой под жакетом и девушкой с цветком в заплетённой косе. Это место дало мне возможность получше разглядеть их.

Девушка с каштановыми волосами была ростом примерно с меня. Всё её тело будто светилось уверенностью. На таком же тёмно-синем жакете я разглядела две металлические звезды, рядом с ними значок в виде красной линии? Нет, она была не ровная, а слегка извивалась. Интересно, что это значит? Рядом поблёскивал ещё один металлический значок в виде красного креста.

«Аааааа… целительство».

Я перевела своё внимание на лицо девушки. Светлая кожа, ровные, чёткие черты лица и… шрам? Огромный шрам пересекал правую щёку девушки. «Целители принимают участие в бою? Не только лечат раненых?»

Мой взгляд метнулся на соседнюю девушку. Я внимательно оглядела её: такая же спортивная подтянутая фигура. Моё сердце пропустило один удар, когда я заметила у неё шрам, который начинался от мочки уха и уходил вниз под жакет.

«Вот чёрт, они тоже? Они же должны быть самые мирные. Их дело — это земля, растения и урожаи. Бои? Как это вообще сочетается с боями?» — У неё на жакете также блестели две звезды. Рядом был значок зелёного лепестка и крупный значок в форме дерева, зелёная крона сверху и ещё большие корни снизу.

Мускулистый рыжеволосый парень стоял дальше, и мне не удалось разглядеть его значки. Но благодаря коротким рукавам его униформы прекрасно было видно его покрытые шрамами руки. Так много… что их нельзя было сосчитать… на бедре красовался кинжал с навершием из стали. Стальной рисунок на навершии плавными узорами переходил в лезвие.

Переведя взгляд в другую сторону, на темнокожего полубога, я заметила у него на груди татуировку.

Из расстёгнутой верхней пуговицы до шеи тянулись золотые линии. Мне не было видно рисунка полностью, но золотые узоры будто светились на коже цвета чёрного кофе. Руки он держал за спиной, гордо выставил вперёд широкую грудь. Он был как стальная статуя, величественная и грозная.

Пятый, блондин, стоял слишком далеко от меня. Я заметила лишь его взгляд, скользящий по головам студентов. Останавливаясь на некоторых, он внимательно смотрел на них, будто пытался прочесть их мысли. Он был другой… блондин отличался от остальной пятёрки. Он был загадочный и немного странный. Более расслабленный, чем остальные. И хоть его форма никак не отличалась от остальных, он будто возвышался над ними…

— Я Мирель, — произнесла девушка прямо передо мной.

Я посмотрела на неё, чтобы убедиться, что она разговаривает не со мной.

— О, привет. Я Кайлен, — сказал брюнет справа от неё. Я видела только его спину. Мускулистая, широкая. Он был выше меня. Его голос звучал задорно, с нотками веселья.

«Ещё один счастливчик», — подумала я.

Тут же активизировалась блондинка слева от Мирель.

— Я Лиора. Надеюсь, я попаду в корпус к вот тому темнокожему красавчику, — звонко сказала она.

— Это командиры ваших будущих корпусов, — прошептал тот самый глубокий голос слева от меня.

Я дёрнулась и резко развернулась, пронзая его своим взглядом:

— Ты что, меня преследуешь?

Повернувшись к нему, я сразу же пожалела. Глубина его синих глаз тут же поглотила меня. А на пухлых губах появилась усмешка.

— Я просто тут стою, и всё.

— Ты выглядишь… — замялась Лиора, повернувшись ко мне, разглядывая с ног до головы. — Ядовитой.

Я с прищуром в глазах улыбнулась ей.

— Не стоит, — продолжила она, отворачиваясь, — нам ещё жить в одной гигантской комнате всем вместе. И до… — растягивала она — момента профилирования. Лучше подружиться, так будет легче.

— Я сюда пришла не подружек заводить, — отрезала я.

— А жаль, — выдохнул синеглазый. — Если передумаешь, я Даймон.

Я молча кивнула. Раздался ещё один звон колокола. Прям над нашими головами… один короткий оглушающий звон…

Даймон выпрямился, сложил руки строго вниз по телу.

Не знаю, чего мы тут все ждали… но, похоже, начинается.

Я вдохнула поглубже.

На трибуну вышла низкая женщина средних лет. В тёмно-синем платье в пол.

— Я директор Элин, профессор кафедры медицины, Эйдос Салус.

Рада приветствовать вас здесь. Академия принимает сегодня 100 новых первокурсников. К сожалению, этот год считается одним из самых малолюдных из всех предыдущих годов.

Теперь позвольте мне представить вам ваших командиров корпусов. Кадеты второго курса, — она повела рукой справа налево.

Кадет Нерис, Эйдос Кастос.

Кадет Найра, Эйдос Салус.

Кадет Вирель, Эйдос Терра.

Кадет Ториан, Эйдос Опус.

Кадет Эрис, Эйдос Нексус.

Каждый из вас после профилирования попадёт в один из корпусов. И будете подчиняться им.

Даймон рядом со мной как будто выпрямился ещё сильнее. Его синие глаза прыгали от кадета к кадету, как будто он решал, какой корпус выбрать. Я с интересом наблюдала за ним. За человеком, который по какой-то причине второй раз оказался рядом со мной. Его грубое вторжение в моё личное пространство раздражало и пугало!

Сейчас в том, как он разглядывает кадетов напротив, было что-то от того пятого кадета. Директор сказала «Эйдос Нексус», что интересно, это значит…

— Я хочу в корпус Ториана. Мммм, — промурлыкала Мирель.

Я перевела взгляд на Мирель. Такая спокойная и беззаботная. Свободно говорит то, что думает, и совершенно не смущается.

— А вот зачем вы здесь, девочки, — шутливо подмигнул Кайлен. — А я-то думал, королевство защищать.

— Эх, хотеть мы можем всё что угодно, и кого угодно, — грустно заметила Лиора. — Только мы не можем решать, в какой Эйдос мы отправимся. Это решаем не мы.

— А кто же? — вздрогнула Мирель.

— Твой Эйдос — это отражение истинной тебя, — сказал Кайлен, как будто наизусть зачитывал учебник.

Слева от меня Даймон… фыркнул.

— Что это значит? — спросила я, поворачиваясь к нему.

На секунду мне показалось, что в его глазах мелькнуло раздражение, но оно тут же сменилось милыми блёстками в его бездонно-синих глазах.

— Я слушаю директора. А ты? — его голос спокойный, размеренный, будто вибрировал у меня под кожей.

Странное чувство, странное ощущение от его голоса растекалось во мне. Нахмурившись, хотелось стряхнуть с себя это чувство. Я отвлеклась на бессмысленную болтовню этих троих, что совершенно не слушала то, о чём говорит директор.

— А если я не знаю истинную себя, — с грустью пробормотала Мирель.

— Как это? — вдруг включился в разговор Даймон. — Как можно не знать, кто ты есть?

— Эйдос знает, — прервал его Кайлен. — А ты, ядовитая, знаешь, кто ты?

Обратился он ко мне и слегка повернулся.

Я смогла рассмотреть его лицо. Очерченный подбородок с как будто выточенными из камня скулами. Острый, прямой нос и большие чёрные глаза. Нет! Не чёрные, глаза цвета чёрного шоколада. Его смуглая, тёплого оттенка кожа идеально сочеталась с чёрными волосами. В глазах играли озорные огоньки. От его взгляда словно становилось теплее. Очень притягательное чувство. Думаю, у него много друзей, он умеет привлечь внимание.

— Меня не так зовут, — прошипела я. Потом, помедлив, добавила: — Селен.

Даймон подавил смешок. Я мгновенно развернулась к нему, пытаясь глазами прожечь дыру в том месте, где он стоит.

Кайлен довольно хмыкнул себе в кулак. А Лиора посмотрела на Даймона, приподняв бровь, видимо, не поняв шутку.

— Химический элемент Селен. Точнее, Селениум, — объяснил Даймон. — Да… именно такое впечатление ты пытаешься производить на людей. А как тебя назвала мама? Не ядовитой же?

— Селена, — прошептала я.

Даймон довольно улыбнулся и, не сказав больше ни слова, отвернулся обратно к директору, которая всё это время что-то говорила с трибуны.

— Итак. 5 главных, незыблемых правил Академии, — продолжила директор, чуть громче, чем до этого:

— В Академии, — продолжала директор, — запрещено раскрывать свою истинную личность. Даже другу. Это наказуемо. С вами могут учиться как сын короля, так и сын насильника и убийцы. Никаких фамилий, только имя, ранг (кадет) и ваш Эйдос (профиль) в будущем.

• Смерть кадетов неприемлема от руки другого кадета. Нарушивший этот незыблемый закон будет отдан под трибунал.

• Ваш Эйдос — это то, что вы есть, намеренные попытки менять или искажать свой Эйдос приведут вас к мучительной смерти. Если вы чудом выживете, то будете отданы под трибунал.

• Обладание двумя и более Эйдосами неприемлемо и наказуемо.

• Существует только 5 Эйдосов, и вы будете распределены по соответствующим корпусам после профилирования.

Добро пожаловать в Аспектум, — победоносно закончила директор Элин.

По толпе пробежала волна восторженных вскриков, а я лишь нахмурилась.

Краем глаза заметила, что Даймон наблюдает за мной.

«Боже, да что ему от меня надо!»

Спустя пару минут мы выслушали короткие приветственные речи от командиров корпусов. Затем нам было велено развернуться направо и следовать за командирами в главное здание Академии.

Глава 3

«Государство не боится сильных. Государство боится тех, кто однажды усомнился.» — Из протоколов Совета Эльвиара.

Все наше построение рассыпалось, все двинулись за Кадетами. Периодически командиры Корпусов оборачивались на нас, у всех пятерых в глазах мелькало раздражение, когда строй из 100 человек разваливался в стороны или отставал где-то сзади.

Обойдя трибуну, мы оказались перед огромными сводчатыми дверями высотой около 50 метров. На чёрных железных дверях были высечены рисунки, хаотично расположенные, без какой-либо системы. Лев, волк, цветок, змея, шестерёнка? Меч, крест, извивающая тонкая линия. Выгравированные рисунки украшали линии золотистого цвета. Потрясающий контраст золота на чёрном железе. Это завораживало, хотелось остановиться и разглядеть каждый рисунок. Над дверью большими, каллиграфическими буквами была написана цитата:

«Сила дана не для того, чтобы властвовать над слабыми. Сила дана, чтобы в час войны за твоей спиной оставалось то, что ты поклялся защищать.»

— Белар, бог войны

От этой фразы по спине побежали мурашки, горло сдавило чувство отвращения. Я знала эту цитату. Все знали, все, кто когда-либо держал в руках книгу с напутствиями Семи Великих Богов.

«Я не давала клятвы защищать… и никогда не дам её… до тех пор, пока на Моём троне сидит Мейсан!»

Толпа студентов словно волна пронесла меня дальше. Я оказалась в огромном холле.

Каменный пол холла эхом разносил шаги и перешёптывания студентов. Казалось, даже тихое дыхание можно было услышать на другом конце замка. Студенты как будто инстинктивно стали разговаривать тише, пытаясь приглушить шум, создавшийся их появлением.

По обе стороны холла поднимаются две широкие лестницы, на ступенях которой лежал синий ковёр. Железо на перилах замысловатым образом загибалось в узоры и вензеля, напоминая всем, что это здание никогда не было просто Академией. Это был дворец.

Ступени расходятся вдоль стен, а затем соединяются наверху в общую галерею. С неё открывался полный обзор на весь холл. Потолок над этой галереей украшала массивная железная люстра с такими же изящными узорами, что и перила.

Очень высокий потолок в холле терялся в полумраке, а свет лился через длинные узкие окна под самым сводом. Под потолком этого огромного холла висели знамёна пяти Эйдосов. Между огромными колоннами ровными рядами висели старые, потрёпанные штандарты и гербы прошлых королей… В том числе герб моего отца… Круглый, покрытый сажей и пылью герб, в центре которого была изображена пантера с открытой пастью, словно в прыжке, за секунду до нападения. Между её прижатыми ушами красовалась корона. Эйдос моего отца. Я помню, что узнала об этом только лет в 10, и всё детство до ужаса боялась её оскала. В покоях отца тоже висел такой же герб, только тот был золотой. Блестящий и переливающийся в лучах утреннего солнца. Я много лет не видела этого герба… глаза защипало, а на грудь словно положили булыжник.

Мне стало тяжело дышать, я оттянула горло моей жёлто-зелёной футболки, но это не помогло. Внезапно я почувствовала нежное прикосновение, которое скользнуло от моей поясницы к локтю. Я обернулась и встретилась с тревогой в глубоких синих глазах. Я отстранилась от него.

— Почему ты всегда тут? — спросила я.

— Почему ты всё время меня отталкиваешь? — спросил вопросом на вопрос Даймон.

Я ничего ему не ответила, лишь закатила глаза, демонстрируя своё отношение к нему. И двинулась дальше.

«Зачем он всё время рядом? Что ему нужно? Почему, когда он рядом, у меня ощущение, что он лезет мне под кожу. Я не заметила ни намёка на желание в его синих глазах. Если бы его желание всегда быть рядом было обусловлено сексуальным желанием, я бы это поняла. Но нет, в его глазах я видела интерес, любопытство, что-то таинственное, но не желания.»

— Я просто хотел помочь… — замялся он. — Ты выглядела… испуганной?

«Испуганной? — возмущением вспыхнуло в моей голове. — Да, было бы гораздо проще, если бы это был страх.»

— Я не испугана, — выдала я, продолжая двигаться по холлу. — Зачем ты цепляешься ко мне? — внезапно спросила я, развернувшись к нему лицом, но продолжая медленно идти вместе с потоком.

— Ты упадёшь, если будешь идти спиной, — в его глазах вспыхнули блёстки веселья.

— Ты не ответил на вопрос, — настаивала я. Мне хотелось залезть к нему в голову, чтобы вытащить каждую его мысль! Чтобы понять, почему он всегда оказывается рядом.

— Ты тоже, — загадочно произнёс Даймон.

Ах да, «Почему я всё время его отталкиваю?» В голову будто впечатался этот вопрос, я сжала губы и на мгновение опустила глаза и… налетела спиной на идущего впереди меня студента.

— Видишь, — в его голосе мелькнула короткая усмешка, — я же говорил.

Его усмешка разозлила меня даже больше гнева, чем сам удар. Не потому, что он был прав. А потому, что даже не попытался увести меня от столкновения.

Я собиралась ответить ему что-то резкое, усиленно подбирала фразу у себя в голове. Как вдруг поняла, что вокруг стало как будто тише. Студенты не остановились, их шаги медленные и аккуратные. Слишком ровный строй студентов, слишком одинаковый ритм их движения… и среди этого ритма — маленькие сбои. Чужие взгляды и перешёптывания. Вначале один, потом второй… моё сердце попустило удар. «Не привлекать ненужного внимания…» Я не оборачивалась, но чувствовала их взгляды у себя на затылке. Академия вдруг перестала быть просто холлом, переполненным людьми. Она стала пространством, которое наблюдает…

Сердце пропустило ещё удар. Я тяжело сглотнула. А Даймон оставался с такой же невозмутимостью со слабой усмешкой на губах. Пробормотав нечёткие извинения парню, в которого я врезалась, я встала в строй и подняла подбородок.

«Не привлекать внимание.»

Продолжая двигаться по холлу, мы вошли в ещё одни огромные сводчатые двери. На этот раз двери были из чёрного дерева, с большими железными кольцами на месте дверных ручек.

Это был большой зал, заставленный кроватями.

— Это место, где вы будете спать ближайшее время до профилирования, — пояснила Кадет Вирель. Та, у которой в длинную косу была вплетена ветка лианы.

«Ммм, ну прекрасно…» — подумала я… «Лиора была права… спать здесь? Сколько? Сколько пройдёт времени до профилирования? 100 человек в одной пусть даже большой комнате! Никакого личного пространства….» Раздражение и отвращение закипало во мне.

— Выбирайте себе кровати, — сказал один из Кадетов Второкурсников. — Вам пока запрещен доступ на верхние этажи. Сейчас у вас есть время, чтобы разместиться. Библиотека дальше, через комнату. — Он показал рукой на такие же чёрные двери с противоположной стороны от той, в которую мы только что зашли.

«Прекрасно, то, что мне сейчас нужно», — подумала я. Мне нужно было найти какую-нибудь книгу про Эйдосы. Моё неведение сводило меня с ума…

— Через два часа прибыть в аудиторию истории.

Толпа рассыпалась по комнате. Я уверенным шагом пошла к кровати около огромного сводчатого окна. Кинула на неё рюкзак, который всё это время был у меня за спиной. Только сейчас я заметила табличку на изголовье кровати. Подняв глаза, я заметила, что студент около кровати напротив меня пишет на ней своё имя.

«Только имя», — напоминала я себе. Странно было осознавать, что сейчас у меня осталось только оно. Никаких фамилий. Как будто это место оторвало часть меня. Хотя и моя фамилия была не моей… я взяла табличку и аккуратно вывела имя «Селен». Я на секунду замерла, пальцы зависли над поверхностью. «Ядовитая» — так меня назвали… или имя, которое мне дал отец… Я медленно выдохнула и оставила «Селен», зачем-то поставив жирную точку в конце. Повесив табличку на изголовье, я села и начала копаться в рюкзаке.

К кровати слева от меня подошёл Даймон. Его взгляд скользнул по мне, как будто проверял, всё ли в порядке, потом по кровати к изголовью. Прочитав имя, он не сразу отвёл глаза. Задержался на ней на пару лишних секунд. Потом на секунду поморщил лоб. И взял свою табличку. Неаккуратным размашистым почерком написал своё имя и повесил табличку.

В этот момент на его кровать упал чужой рюкзак. В его глазах мелькнуло что-то… презрительное. Парень, который явно хотел занять эту кровать около большого окна, мгновенно съёжился от взгляда Даймона. Забрал рюкзак и отошёл на самую дальнюю свободную кровать.

На кровать справа от меня, во втором ряду от окна, с грохотом плюхнулся Кайлен. Его рюкзак упал рядом с кроватью.

— Аааааа, — протянул он, как будто только что таскал кирпичи, а не просто стоял в строю. — Это было, конечно, ОЧЕНЬ весело. Но что теперь?

Кайлен обвёл нас взглядом. На кровать справа от меня села Мирель, а дальше Лиора.

— У нас свободное время, я планирую обшарить тут всё, — игриво сказала Лиора.

— Ты собираешься «обшаривать» Академию в первый же день? — с весёлым любопытством спросил Кайлен.

— Я хочу знать, почему нам нельзя на верхние этажи. Когда это ещё сделать, как не в день Призыва? Скрыться в этом хаосе! — она выделила последнюю фразу, как будто собралась пролезть не в коридор, а забраться в покои короля. Не меньше.

Я поджала губы и чуть заметно покачала головой.

Эти трое, похоже, уже сдружились. Потрясающая способность к коммуникации. А Кайлен явно любитель попадать в неприятности, та игривость, которая блестит в его глазах, заведёт его в огромные проблемы.

Я заметила, что Даймон с невозмутимым лицом изучает Лиору. Как будто пытался забраться ей в голову. Я нахмурилась, наблюдая за этим. Интересно, Лиора чувствует это? Но Лиора непринуждённо продолжала болтать с Мирель и Кайлен.

— Ммм, удачи… и прощай… — пробормотал вдруг сменившийся в лице Кайлен. — Запрещено, значит, запрещено, — вдруг более официально добавил он.

Я снова обратила своё внимание на Кайлен, слегка наклонив голову. Что-то в нём вызывало у меня противоречие. Как быстро он переключается…

«Ладно, ладно», — сказал кто-то слева. Я перевела взгляд туда, уже думая увидеть драку за самую лучшую кровать. Но видела лишь, как пятился невысокий парень, отходя от кровати слева от Даймона. На него с невозмутимым видом смотрел высокий темноволосый парень. Его волосы лежали мягкими небрежными волнами. Широкие плечи, мускулистые руки, сложенные на груди. Он ничего не говорил. Просто невозмутимо смотрел.

«Это он! Тот, кто помог мне в районе торговли. Аарон!» — вспомнила я. По груди разлилось тёплое приятное чувство… слишком странное… я поморщилась и собиралась отвести взгляд от него, но не могла… я сидела и ждала, когда он посмотрит на меня, желание снова встретиться с небесно-голубыми глазами зудело где-то у меня в животе.

Когда невысокий парень ушёл.

Аарон аккуратно поставил рюкзак на кровать и взял табличку. Аккуратными ровными буквами, почти каллиграфически вывел имя.

Воздух вокруг него как будто струился уверенностью, самоконтролем. Из открытого окна в комнату проник лёгкий прохладный ветерок, и я почувствовала сладкий запах ванили, кожи и чего-то ещё, чего-то едва различимого. Невольно вдохнула глубже, чем хотела. Прекрасный, одурманивающий запах наполнил мои лёгкие.

Внезапно я поняла, что пялюсь на него… а на моих губах вот-вот появилась бы улыбка. Я быстро отвела глаза, но, кажется, Даймон это заметил. Он чуть нахмурился. Я снова почувствовала это странное ощущение под кожей. Оно как будто щекотало и разогревало меня изнутри. Я перевела взгляд себе на руки, я крутила их, двигая пальцами, будто перекладывая что-то между ними. А через секунду это ощущение пропало…

Шум в комнате постепенно стихал… нет, он перестроился. Люди вокруг нас больше не двигались хаотично, как вначале. Их движения стали осторожнее, как будто каждый пытался понять, где его место в этом пространстве.

Аарон стоял около своей кровати, спокойно, ровно, будто статуя, возвышающаяся над толпой. Он не смотрел на кого-то конкретного — но это не имело значения. Было ощущение, что он всё уже видел, всё знал и уже сделал вывод. Слегка высокомерно и чрезвычайно соблазнительно.

Даймон сидел на краю своей кровати чуть по диагонали от него. Слишком расслабленно для человека, который вообще ничего не упускает. Он не смотрел прямо на Аарона, но и не отворачивался.

У кого-то рядом рюкзак с грохотом упал на пол. Как будто раскат грома в наколенном воздухе между ними. Аарон медленно повернул свой взгляд, не резко, не демонстративно, как будто отметил факт.

Уголки губ Даймона чуть подрагивали, а между бровей появились морщины. Он точно пытался оценить Аарона.

Толпа студентов постепенно расползлась между кроватями и по коридору. Расчесав растрёпанные на ветру волосы и сняв жакет, я не стала больше задерживаться.

Мне определённо нужно больше информации про всё, что творится в Академии. Я уже сделала шаг в сторону выхода из нашего общежития, когда рядом возник Даймон. Не резко, как будто он всегда был рядом, просто только сейчас стал заметным.

— В библиотеку? — спросил он.

— А у тебя есть другие дела, вместо того чтобы ходить за мной, как собачка на привязи.

Он усмехнулся, уголки его губы расползлись в игровой улыбки.

Я ускорила шаг, но Даймон не отставал. Мне кажется, он даже не заметил, что я пошла быстрее.

— У тебя всегда такой тон? Или только в первый день? — спросил он с нотками игривости в голосе.

Я проигнорировала его вопрос, как и предыдущий. Тот вопрос, который всё ещё продолжал зудеть у меня в мозгу. Пройдя всю комнату, мы зашли в огромный зал библиотеки. В центре стояли столы, окружённые четырьмя стульями. А от центра лучами расходились ряды с книжными полками.

— Аарон тебе не понравился? — неожиданно спросил Даймон.

— Я его не знаю, — отрезала я, нахмурившись.

— Но ты его оценивала, — спокойно ответил Даймон.

— А ты, похоже, уже давно оценил меня, — я чуть повернула голову к нему, продолжая идти вдоль стеллажей.

— Ты сама себя уже оценила, — негромко сказал он.

— Что это вообще значит? — громче, чем нужно, сказала я.

Мой голос эхом отразился от стен библиотеки. Глаза девушки, которая сидела за столиком в центре библиотеки, прямо по проходу, с осуждением посмотрели на нас. Я заметила две блестящие звезды у неё на жакете. Золотая татуировка тянулась из-под одежды от груди на шею. Загадочными узорами. Так же, как на входной двери Академии.

«Это как-то связано с Эйдосами?»

Я чуть склонила голову, рассматривая второкурсницу. Она поймала мой взгляд, нахмурилась, выпрямилась и круговыми движениями пальцев показала мне отвернуться. Я подчинилась.

Даймон не отвечал. Он пристально смотрел на меня, чуть дольше, чем просто взгляд, но не так, чтобы стало некомфортно.

— Это значит, — медленно и тихо сказал он, — что ты уже сама решила, кем ты являешься.

Я пристально посмотрела в синие глаза Даймона, потом поёжилась, силой заставила себя оторвать взгляд от него.

Отойдя на пару шагов, я стала рассматривать стеллажи с книгами.

— Какие книги мне помогут лучше понять всё, что здесь происходит? — задала я вопрос будто бы в пустоту.