Протокол Эрида

Валентина Клёстер

Протокол Эрида

Глава 1

Часть I. Волк выходит из тени

Пролог. Код, которого не должно быть

Ночь. Сингапур. В закрытой лаборатории компании-подрядчика происходит экстренная эвакуация данных. София Лин понимает, что созданный ею алгоритм больше не является защитной системой. Его превратили в оружие.

Она копирует часть исходного кода на зашифрованный носитель и отправляет сообщение единственному человеку, которому еще может доверять, — Денису, хакеру из Праги.

Дубайская тишина

Дубай ночью не спал.

Он притворялся спокойным: лежал у залива россыпью стекла, золота и холодного света, будто огромный драгоценный механизм, которому неведомы ни страх, ни кровь, ни грязная человеческая паника. Башни отражались в черной воде, дороги светились ровными нитями, лифты ползли вверх и вниз внутри небоскребов, как импульсы по нервной системе.

С высоты восемьдесят седьмого этажа город казался бесшумным.

Макс Аверин знал: это обман.

Тишина всегда обман.

Он стоял в служебном коридоре отеля «Аль-Мирадж Тауэр», прислонившись плечом к прохладной стене. На нем была форма технического персонала: темные брюки, куртка с логотипом обслуживающей компании, бейдж с чужим именем и пластиковый ящик для инструментов в руке. В ящике действительно лежали инструменты. Просто не те, которые обычно носили электрики.

В ухе едва слышно щелкнул канал связи.

— Волк, коридор чистый, — произнес мужской голос. Голос был чужой, нанятый на один вечер, без имени и лишних вопросов. — Камеры на петле. У тебя пять минут.

Макс посмотрел на часы.

— У меня три.

— Почему три?

— Потому что ты нервничаешь.

В ответ в наушнике повисла пауза.

Макс отключил связь.

Ему не нравились люди, которые говорили слишком много. Особенно во время работы.

Он двинулся по коридору без спешки. Ровно, почти лениво, будто действительно пришел проверить щиток или заменить перегоревший датчик. На этом уровне располагались приватные апартаменты для тех, кто привык платить за вид, тишину и иллюзию полной безопасности.

Похищенного звали Андрей Марков. Топ-менеджер европейской энергетической корпорации. По версии заказчика, Маркова удерживали люди конкурирующей структуры, чтобы выбить подпись под документами о передаче доли в проекте. По версии самого Макса, заказчик сообщил ему примерно половину правды.

А половина правды обычно убивала быстрее лжи.

Перед дверью технического помещения Макс остановился. Наклонился, будто поправляя шнурок, и краем глаза посмотрел на отражение в хромированной панели стены.

Один охранник у дальнего лифта.

Еще один за декоративной перегородкой возле входа в пентхаус.

Третий, которого в схеме быть не должно, стоял у двери с противоположной стороны коридора и держал руку слишком близко к пиджаку.

Макс медленно выдохнул.

Заказчик сказал: двое.

На этаже было минимум трое.

Значит, внутри будет еще больше.

Он поднялся и пошел дальше.

Охранник у лифта даже не посмотрел на него. Восточная внешность, дорогой костюм, наушник в правом ухе, рука расслаблена, но плечи напряжены. Не местный. Не обычная корпоративная охрана. Профессионал.

Макс прошел мимо.

Три шага.

Два.

Один.

Охранник вдруг повернул голову.

— Эй.

Макс остановился.

— Техническая служба, — спокойно сказал он по-английски, чуть кивнув на бейдж. — Сигнал пожарного датчика. Проверка линии.

Охранник посмотрел на его ящик.

— Сейчас не время.

— Пожар обычно тоже не спрашивает, когда ему удобно.

Охранник не улыбнулся.

Он сделал шаг ближе.

Макс понял: сейчас будет проверка. Документы, вызов старшего, запрос по рации. Минуты, которых нет. А через минуту кто-то обязательно заметит, что камеры показывают красивую пустую картинку, записанную двадцатью минутами раньше.

Охранник протянул руку.

— Открой ящик.

Макс открыл.

Сверху лежали отвертки, индикатор, моток кабеля, пара пластиковых креплений.

Охранник наклонился.

Макс ударил крышкой ящика ему в горло.

Коротко. Без замаха. Без злости.

Охранник захрипел, отшатнулся назад. Макс шагнул следом, подхватил его за воротник, ударил коленом в живот и развернул телом к стене. Пальцы охранника дернулись к кобуре, но Макс уже прижал его руку к панели, выкрутил запястье и локтем выключил сознание точным ударом в висок.

Тело начало оседать.

Макс подхватил его, не дав упасть громко, и усадил на пол между служебной тележкой и декоративной кадкой с пальмой.

— Три минуты, — сказал он сам себе.

Второй охранник возле перегородки что-то услышал. Он повернулся, нахмурился.

Макс уже шел к нему.

— Что там? — спросил охранник.

— Датчик, — сказал Макс.

Когда расстояние сократилось до полутора метров, охранник понял, что что-то не так.

Поздно.

Макс швырнул в него моток кабеля. Охранник инстинктивно поднял руку, закрывая лицо. Макс вошел в ближнюю дистанцию, ударил в солнечное сплетение, потом ребром ладони под челюсть. Мужчина попытался схватить его за куртку, но Макс ушел в сторону, ударил головой о стеклянную перегородку и удержал, пока тело не обмякло.

Стекло выдержало.

Хорошее стекло. Дорогое.

В Дубае даже перегородки умели держать удар лучше некоторых людей.

Третий охранник уже доставал оружие.

Макс толкнул безжизненное тело второго вперед, как щит. Раздался глухой хлопок — выстрел с подавителем. Пуля ушла в плечо охранника, которого Макс держал перед собой. Макс бросил тело в сторону стрелка и нырнул к полу.

Второй выстрел ударил в стену.

Макс перекатился за тележку, вытащил из ящика компактный пистолет и выстрелил дважды.

Не в голову. Не в грудь.

В колено и кисть.

Охранник рухнул с коротким криком, оружие скользнуло по мраморному полу.

Макс поднялся, подошел к нему и наступил на пистолет.

— Сколько внутри? — спросил он по-арабски.

Охранник смотрел на него с ненавистью и болью. Молчал.

Макс присел рядом.

— Я не спрашиваю второй раз, чтобы показаться вежливым. Я спрашиваю второй раз, потому что сейчас у тебя еще есть выбор.

Охранник сглотнул.

— Пять.

Макс посмотрел на него.

— Ты врешь.

— Семь, — выдохнул тот. — И один с заложником.

Макс кивнул.

Вот теперь похоже на правду.

Он вытащил из кармана пластиковую стяжку, зафиксировал охраннику руки и быстро обыскал. Забрал пропуск, запасную обойму и тонкую карту доступа.

Потом поднялся и посмотрел на дверь пентхауса.

За ней были семь человек, один заложник и неизвестное количество проблем, о которых заказчик предпочел умолчать.

Обычный вечер.

Макс провел картой по считывателю.

Красный сигнал.

Он провел еще раз.

Снова красный.

— Конечно, — тихо сказал он.

Замок был переведен в ручной режим изнутри.

Макс прислушался. За дверью ничего. Ни голосов, ни шагов. Слишком тихо.

Он достал из ящика маленький прибор размером с пачку сигарет, прикрепил к панели справа от двери и нажал кнопку. Внутри стены что-то едва слышно щелкнуло. Система безопасности отеля получала ложный сигнал о локальной неисправности пожарного датчика.

Через несколько секунд в коридоре загорелся желтый индикатор.

Потом красный.

Пожарная тревога включилась не сразу громко. Сначала здание будто вдохнуло. Потолочные динамики издали мягкий сигнал, затем женский голос на английском и арабском попросил гостей сохранять спокойствие и следовать инструкциям персонала.

Макс отошел от двери и встал так, чтобы его не было видно через глазок.

Внутри заговорили.

Дверь открылась на ладонь.

— Что за черт? — произнес кто-то.

Макс ударил.

Дверь распахнулась внутрь, врезавшись в лицо человеку за ней. Макс вошел сразу, низко, быстро, не давая тем, кто внутри, понять, сколько нападающих и откуда идет атака.

Первый охранник упал, держась за разбитый нос.

Второй стоял у барной стойки. Он потянулся к оружию. Макс выстрелил в стеклянную полку над его головой. Бутылки дорогого алкоголя взорвались осколками и дождем жидкости. Мужчина инстинктивно прикрыл лицо. Этой секунды хватило.

Макс ударил его плечом в грудь и впечатал в стойку. Потом короткий удар рукоятью в висок.

Третий появился из гостиной.

Уже с автоматом.

Макс успел уйти за колонну. Пули прошили декоративные панели, разбили вазу, срезали край картины на стене. В пентхаусе запахло горелым пластиком, спиртом и свежей штукатурной пылью.

— Не двигаться! — крикнул кто-то по-английски с тяжелым балканским акцентом.

Макс не двигался.

Он считал.

Одна длинная очередь. Перерыв. Смена позиции. Еще двое справа. Один у спальни. Один с заложником, скорее всего, в кабинете или главной комнате с видом на город.

Семь внутри. Двое уже минус. Остается пять.

Макс снял с пояса маленькую дымовую шашку, но не стал ее использовать.

Сработавшая пожарная тревога уже активировала систему вентиляции. Дым быстро ушел бы в потолок, а ему нужна была видимость.

Вместо этого он бросил на пол металлический корпус от инструмента. Тот покатился по мрамору влево.

Охранник выстрелил на звук.

Макс вышел справа.

Два выстрела.

Один в плечо, второй в бедро.

Охранник упал, автомат ударился об пол.

Из гостиной выскочил четвертый. Крупный, бритоголовый, с ножом в руке. Он не стал стрелять — слишком близко, слишком много стекла и отражений.

Хорошее решение.

Но Макс уже видел, как он переносит вес на переднюю ногу.

Удар ножом пошел снизу вверх. Макс отвел руку, но лезвие все равно задело куртку и кожу под ребром. Не глубоко. Достаточно, чтобы стало тепло и мокро.

Макс ударил противника локтем в лицо. Тот даже не отступил.

Сильный.

Макс получил удар в скулу, мир дернулся в сторону, во рту появился вкус крови. Второй удар шел в висок, но Макс нырнул вниз, вцепился в руку с ножом и развернул ее наружу. Сустав хрустнул.

Бритоголовый зарычал и ударил его лбом.

Макс отлетел спиной к стеклянной стене. За ней был весь Дубай — сверкающий, равнодушный, слишком красивый для того, что происходило внутри.

Нож снова мелькнул перед лицом.

Макс подставил предплечье. Боль обожгла руку. Он поймал запястье противника, шагнул внутрь, ударил коленом в пах, потом головой в переносицу. На этот раз бритоголовый просел.

Макс не стал ждать.

Он схватил его за затылок и ударил лицом о край стеклянного стола.

Стол треснул.

Противник рухнул.

Макс отступил на шаг и почувствовал, как по боку течет кровь. Не смертельно. Неприятно. Потом.

Сейчас — заложник.

— Марков! — крикнул он по-русски.

Из глубины пентхауса донесся приглушенный звук. То ли стон, то ли попытка ответить через кляп.

Макс пошел на звук.

Коридор был узкий, с подсветкой вдоль пола и зеркальными стенами. Плохое место. Слишком много отражений. Трудно понять, где человек, а где его двойник.

Он остановился перед поворотом.

На потолке мигала красная лампа тревоги.

Писк системы стал громче.

— Пожарная тревога активирована. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.

Макс почти усмехнулся.

Сохранять спокойствие — хороший совет. Особенно когда вокруг тебя люди с оружием.

Из-за поворота вышел охранник в черной рубашке. Он держал перед собой планшет и говорил кому-то по связи:

— Сбой системы. Камеры...

Он не договорил.

Макс ударил его в горло и втолкнул в стену. Мужчина попытался поднять оружие, но Макс уже забрал его руку вниз, прижал к телу и нанес короткий удар под ребра. Потом еще один. Потом выключил его ударом в челюсть.

Четыре.

Остается три.

Из кабинета раздался голос:

— Еще шаг, и он умрет.

Макс остановился.

Дверь кабинета была открыта. Внутри, на фоне панорамного окна, сидел привязанный к креслу мужчина в белой рубашке. Лицо разбито, губа рассечена, один глаз заплыл. Это был Марков. Живой, но уже не очень похожий на глянцевого корпоративного хищника с презентационных фотографий.

За его спиной стоял человек в сером костюме. Не охранник. Старший.

Пистолет он держал у виска Маркова.

Еще двое находились по сторонам кабинета. Один у книжной стены, второй ближе к окну.

Макс видел их отражения в стекле.

И они, скорее всего, видели его.

— Брось оружие, — сказал человек в сером костюме.

Макс медленно поднял руки.

Пистолет был у него в правой.

— На пол.

Макс положил пистолет на мрамор.

— Дальше.

Он толкнул его ногой вперед.

Пистолет скользнул в кабинет и остановился возле ковра.

— Кто ты? — спросил человек в сером.

— Техническая служба.

Марков, несмотря на разбитое лицо, издал что-то похожее на нервный смешок.

Человек в сером сильнее прижал ствол к его виску.

— Не смешно.

— Согласен, — сказал Макс.

Он чувствовал, как кровь из пореза под ребром впитывается в ткань. Рана на предплечье пульсировала. Скула ныла. Но дышалось ровно.

Пока дышишь ровно — работа продолжается.

— Тебя прислали за ним? — спросил серый костюм.

— Нет. За мини-баром.

— Ты думаешь, что контролируешь ситуацию?

Макс посмотрел на него.

— Нет.

— Тогда почему ты так спокоен?

— Привычка.

Серый костюм чуть улыбнулся.

— Плохая привычка.

Он был уверен в себе. Слишком. Такие люди любили говорить, потому что думали, что пауза — это власть. Они не понимали: пауза — это расстояние. Время. Угол. Чужое дыхание. Положение пальца на спуске. Отражение в окне. Момент, когда рука устает держать оружие неподвижно.

Макс опустил взгляд.

На полу возле его ноги лежал тонкий осколок стекла.

Неплохой.

— Сколько тебе заплатили? — спросил человек в сером.

— Меньше, чем стоило бы.

— Я могу заплатить больше.

— Можешь.

— Тогда зачем рисковать?

Макс пожал плечом.

— Уже начал.

Серый костюм нахмурился. Ему не понравился ответ.

— Убейте его.

Макс рухнул вниз раньше, чем прозвучали выстрелы.

Он схватил осколок стекла и бросил его не в человека, а в датчик пожарной системы над дверью.

Попал.

Система решила, что пожар стал реальным.

С потолка с резким щелчком раскрылись форсунки.

Вода ударила вниз плотным ледяным дождем.

Охранники выстрелили почти одновременно. Пули ушли выше, в дверной косяк и стену. Макс перекатился в кабинет, схватил свой пистолет с пола и выстрелил в ближайшего противника.

Один.

Второй у окна развернулся, но поскользнулся на мокром полу. Макс ударил его в колено, потом рукоятью в висок.

Два.

Серый костюм дернул Маркова на себя, прикрываясь им. Пистолет снова оказался у головы заложника.

— Назад!

Макс остановился.

Вода лила с потолка, стекала по лицу, куртке, оружию. За окном город превратился в размытую россыпь огней.

Марков дышал быстро. Паника шевелилась в нем, как животное в клетке.

— Слушай меня, — сказал Макс по-русски, не глядя на него. — Не дергайся.

— Вы кто? — прохрипел Марков.

— Твой худший вариант спасения.

Серый костюм отступал к боковой двери.

— Я уйду, — сказал он. — А ты заберешь этого идиота. Все живы.

— Не все.

Серый костюм усмехнулся.

— Ты не успеешь.

Макс видел его палец. Тот уже выбрал решение. Он собирался выстрелить в Маркова и уйти через служебный выход. Или попытаться уйти.

Макс медленно опустил пистолет.

— Хорошо.

— На пол.

Макс чуть наклонился.

В этот момент Марков закрыл глаза.

Неправильно.

Люди закрывают глаза, когда готовы умереть.

Или когда поняли, что надо сделать.

Марков резко обмяк в кресле, всем весом провалившись вниз. Серый костюм на долю секунды потерял опору и потянулся за ним, чтобы удержать живой щит.

Этой доли хватило.

Макс выстрелил.

Пуля попала серому костюму в плечо. Пистолет выпал. Макс бросился вперед, ударил его в грудь и впечатал в стену рядом с книжной полкой. Мужчина попытался ударить здоровой рукой, но Макс перехватил его, выкрутил и ударил затылком о полку.

Книги посыпались вниз.

Серый костюм упал на колени.

Макс приставил пистолет к его голове.

— Кто заказал?

Мужчина сплюнул кровь.

— Ты не знаешь, во что лезешь.

— Часто слышу.

— Он не просто менеджер.

Макс не моргнул.

— Это я уже понял.

— У него доступ. Ключи. Подписи. Он...

Макс ударил его рукоятью по лицу.

— Имя.

Серый костюм молчал.

Макс наклонился ближе.

— У меня мокрая одежда, порезанный бок и очень мало терпения. Имя.

Мужчина посмотрел на него снизу вверх. В глазах было не столько страх, сколько странное удовлетворение.

— Aegis, — сказал он. — Передай своим, что Aegis не забывает.

Макс замер на полсекунды.

Название ему не понравилось. Не потому что он знал детали. Скорее наоборот. Слишком чистое, слишком дорогое, слишком международное. Такие структуры не занимались обычными корпоративными похищениями. Они приходили туда, где пахло властью, войной и деньгами, которых хватило бы купить половину правды.

— Кто в Aegis?

Серый костюм улыбнулся разбитым ртом.

— Ты уже мертв.

Макс вздохнул.

— Все так говорят.

Он ударил его еще раз. Достаточно сильно, чтобы тот потерял сознание.

Потом повернулся к Маркову.

— Живой?

— Кажется, да, — прошептал тот.

— Кажется — плохой ответ.

Макс разрезал стяжки на его руках и ногах. Марков попытался встать, но сразу рухнул бы, если бы Макс не подхватил его за плечо.

— Вы должны вывести меня через главный лифт, — сказал Марков, хватая воздух ртом. — У меня дипломатическое прикрытие, охрана, адвокаты...

Макс посмотрел на него.

— Ты в плену был давно?

— Что?

— Я спрашиваю, давно тебя били по голове?

Марков моргнул.

— Часов шесть.

— Тогда объясняю медленно. Главный лифт — плохо. Лобби — плохо. Твои адвокаты — далеко. Моя спина — рядом. Держишься за нее и молчишь.

— Вы не понимаете, кто я.

— Сейчас ты груз.

Марков хотел что-то сказать, но передумал.

Умный груз.

Макс вывел его из кабинета. Пожарная система продолжала заливать пентхаус. На полу валялись тела, осколки, оружие, мокрые документы, разбитые бутылки. В дорогой гостиной стало удивительно обыденно и некрасиво. Как после любой драки.

Дорогие интерьеры вообще быстро теряли достоинство, когда в них появлялась кровь.

Макс подхватил одну из раций охраны и включил канал.

Голоса говорили одновременно. Кто-то снизу требовал подтверждения. Кто-то сообщал, что пожарная тревога сработала на нескольких этажах. Кто-то уже поднимался.

Времени не осталось.

Макс повел Маркова к служебному коридору.

— Быстрее.

— Я не могу.

— Можешь.

— У меня ребра...

Макс резко остановился.

— Послушай меня, Андрей. Через две минуты здесь будут люди, которые не станут спрашивать про ребра. Они просто заберут тебя обратно или пристрелят на месте. Поэтому ты можешь идти, хромать, ползти, но ты двигаешься.

Марков побледнел.

И пошел.

На служебной лестнице пахло бетонной пылью и горячим металлом. Пожарная тревога звучала глуше, но от этого только неприятнее. Где-то ниже уже хлопали двери, кричали люди, срабатывали системы блокировки.

Макс вел Маркова вниз не больше трех пролетов. Потом остановился у технического уровня, приложил карту к считывателю.

На этот раз замок сработал.

Они вошли в узкий коридор с трубами и кабелями. Вода капала с куртки Макса на пол. Он чувствовал, как от потери крови тело становится тяжелее, а злость — спокойнее.

На середине коридора Марков вдруг спросил:

— Вас наняла моя компания?

— Да.

— Значит, вы должны доставить меня к ним.

— Я должен доставить тебя живым.

— Это не одно и то же.

Макс остановился и посмотрел на него.

Взгляд Маркова изменился. Паника еще была, но под ней проступило что-то другое. Расчет. Страх не жертвы, а человека, который знает больше, чем сказал.

— Они не рассказали вам, да? — тихо спросил Марков.

— Многие сегодня решили мне ничего не рассказывать.

Марков облизнул разбитую губу.

— Если я вернусь к ним, меня убьют.

Макс молчал.

— Они сами это начали, — продолжил Марков. — Сделка, из-за которой меня похитили... Это не просто корпоративный конфликт. Там...

Он не договорил.

В дальнем конце коридора открылась дверь.

Появились двое.

Не в костюмах. В бронежилетах. С оружием.

Макс дернул Маркова за воротник вниз, и первая очередь прошла над головой, разорвав трубу с паром. Белое облако ударило в коридор, закрывая все.

Макс толкнул Маркова в боковую нишу.

— Лежать.

— Но...

— Лежать.

Макс ушел в пар.

Видимость упала почти до нуля. Стены превратились в серые тени. Звук стал плоским, чужим. Шаги. Кашель. Щелчок предохранителя.

Один из противников шел слишком быстро. Нервничал.

Макс ударил первым из пара. Сбил оружие вверх, врезал плечом в грудь, прижал к стене и ударил в подбородок. Второй открыл огонь почти вслепую. Пули ушли в трубы и бетон, сверху посыпалась пыль.

Макс использовал тело первого как укрытие и выстрелил дважды в сторону вспышек.

Тишина.

Потом один короткий стон.

Макс подождал секунду.

Еще одну.

Никто не двигался.

Он вернулся к нише.

Марков лежал на полу, закрыв голову руками.

— Вставай.

— Я думал, вы...

— Не думай. Иди.

Они добрались до грузового лифта. Макс ввел код, который ему выдали заранее. Лифт не работал.

На панели мигала красная строка: аварийный режим.

— Замечательно, — сказал Макс.

— Что теперь?

Макс посмотрел на служебный люк рядом с шахтой.

— Теперь будет неприятно.

Через восемь минут они вышли на технический балкон уровнем ниже, где ветер ударил в лицо горячим ночным воздухом. Внизу шумел город, но здесь, между стеклом и небом, звук был странно приглушен.

Марков задыхался.

Макс привязал его страховочным тросом к креплению.

— Не смотри вниз.

Марков посмотрел.

— Господи...

— Я сказал не смотреть.

— Мы не можем здесь пройти!

— Ты можешь остаться.

Марков замолчал.

Узкая сервисная галерея тянулась вдоль фасада здания до соседнего блока. Под ногами была металлическая решетка. Ветер гулял между башнями, будто хотел стряхнуть их вниз.

Макс шел первым. Марков двигался за ним, цепляясь обеими руками за поручень.

На середине галереи у Макса завибрировал телефон.

Он не стал смотреть.

Не сейчас.

Они добрались до соседней двери. Макс открыл ее аварийным ключом, втолкнул Маркова внутрь и закрыл за собой.

Там было темно и тихо.

Слишком тихо.

Макс поднял пистолет.

— Стой за мной.

Но опасности не было. Только пустой технический отсек, запах пыли и кондиционированного воздуха.

Через служебные помещения они спустились еще на несколько уровней и вышли к парковке для персонала. Там их ждал черный внедорожник с открытым багажником и водителем, который не должен был задавать вопросов.

Водитель увидел кровь на Максе, лицо Маркова и решил, что вопросы действительно лишние.

— Куда? — спросил он.

— Второй маршрут, — сказал Макс.

— Его отменили.

Макс посмотрел на него.

Водитель сглотнул.

— Понял. Второй маршрут.

Маркова посадили на заднее сиденье. Макс сел рядом. Машина выехала с парковки, смешалась с потоком ночного города и через несколько минут уже неслась по широкой дороге между сияющими башнями.

Марков дрожал. То ли от шока, то ли от кондиционера, то ли от осознания, что спасение почему-то не принесло облегчения.

— Вы должны выслушать меня, — сказал он.

Макс достал из аптечки салфетку и прижал к порезу под ребром.

— Нет.

— Это важно.

— Для тебя — да.

— Для всех.

Макс медленно повернул голову.

Марков встретил его взгляд и впервые заговорил без корпоративной наглости.

— Aegis Global. Вы слышали это название?

— Сегодня уже слышал.

— Это не просто ЧВК. У них контракты с правительствами, корпорациями, фондами. Они работают там, где официально никто не может работать.

— Это рекламный буклет?

— Это предупреждение.

Макс молчал.

Марков наклонился ближе, поморщившись от боли.

— В Европе скоро произойдет что-то очень плохое. Я не знаю деталей. Я видел только часть документов. Финансовые каналы, инфраструктура, энергетика, системы доступа. Там фигурировало слово... странное слово.