По ту сторону леса

– Чем тебе не угодили Древние?

Отшельник чуть заметно улыбнулся:

– Да ничем. Я им, наверное, даже благодарен.

Новые ответы породили новые вопросы. Но Оми не торопился. Он знал: при должном терпении все сами всё расскажут. Тем более Шама оказался довольно словоохотлив.

– Благодарен? За что? – не выдержала и спросила Ная.

Шама взглянул на девушку и улыбнулся.

– За вас.

– Странный ты всё-таки, – подытожил Оми.

За разговором они вышли на большую открытую площадку, сильно заросшую высокой подземной травой и небольшими кустами. Целый светящийся сине-зелёный океан с холмиками и темными островками. Оми вгляделся: островками оказались остатки каких-то повозок. Они чем-то напоминали самоходные повозки Империи, но выглядели более совершенно. А вот холмиками на поверку были животные, походившие на маленьких бычков, что разводили в Империи ради пищи. Только эти отличались более крупными размерами, светились сине-зелёным, почти сливались с травой и имели две пары мощных рогов.

Шама дал знак остановиться.

– Захватывает дух? – спросил он. – Нам туда.

Отшельник кивнул на здание, что чёрной глыбой возвышалось аккурат посреди этого сюрреалистичного поля, словно цитадель посреди океана.

– Они опасны? – покосился на бычков Оми.

– «Светляки»-то? Если не трогать, то нет. Но тут могут быть и более интересные зверушки. И камешком их не отогнать, – улыбнулся Шама.

– А говорил про крыс…

– Крысы будут. Будут. Просто их кто-то спугнул.

– А как же заяц?

Шама хитро улыбнулся.

– Местные зайцы – сверххищники.

Выдержав паузу и насладившись удивлёнными лицами ребят, он добавил:

– Шучу. Их почему-то не трогают. Может невкусные или ядовитые. А вот здешних крыс любят кушать.

– Может подстрелим одного, покушаем заодно? – предложил Оми.

– Может, если у тебя получится. У меня ни разу не вышло. Ладно, – Шама резко посерьёзнел, – слушайте инструкцию.

Часть 2. Над лесом…

«Буря» плыла над лесом в сторону Тиба. Прощание с Белкой получилось скомканным и неуклюжим. Томе было неловко за себя и свои мысли. Король стал заверять, что вернётся при первой возможности, за что получил сначала по башке от Белки, мол, не ребёнок уже. Но потом, сообразив, просто молча по-отечески обнял её. А вот Лиса удивила – обняла Белку и сказала, что её, Лису, подменят на время отсутствия. А Белка лишь попросила себя беречь. Оказалось, что они не просто знакомы, а очень даже дружны. Лиса часто наведывалась в Молемай и забегала в «Ложку» перекусить. А потом стала привозить некоторые продукты из деревни для постоялого двора. На том и подружились.

Тому забавляло, что за всё это время не всплыл их общий знакомый. Хотя, судя по всему, Король из деревни не выходил. Ну а Белке и подавно в деревню не надо было. Жизнь бывает ироничной.

Все эти мысли пролетали одна за другой сквозь лёгкую дрёму: капитан отдыхал, отдав управление судном Королю. Сам Тома сейчас тонул в кресле, что вытащил на палубу, и наслаждался тишиной и покоем. Он понимал, что покой этот временный. Деси в Тибе однозначно привлечёт внимание. А уж за Королём точно приставят соглядатая. Тут даже Олпе не прикроет – слишком колоритная компания. Прям ностальгия.

– О чём задумался? – Король тоже не отказал себе в удобстве: поставил стул, рядом ящик, который выполнял роль стола. На «столе» стояли несколько бутылок и миска с вяленым мясом.

– Я сплю.

– Ага. Так о чём сны-то?

Тома приоткрыл один глаз.

– О том, как быстро нас за задницу Совет возьмёт.

– А разве не взял ещё? В «Ложке» бойцов двоих видел? Явно не туристы.

– Они вряд ли по нашу душу. Заметил, какие грязные? Они с пустыни пришли. Хотя ты прав, за нами скорее всего наблюдают.

Тома встал с кресла, подошёл к ящику и взял кусочек мяса.

– Олпе хотят сместить, и она испугалась за свою девочку. Ну и Вульф с компанией. А тут этот булыжник. Вот и воспользовались. Придумали им задачку.

– А может стоило рассказать?

– Чтобы Оми с Наей головы положили за стариков? Они их единственная семья.

Король посмотрел на Тому и отхлебнул.

– Ну тогда твоя правда. Слушай, познакомь меня уже с этой стервой, а?

– А где, кстати, Лиса?

– Отдыхает, она – не мы. Ей спать надо.

– Да мне так-то тоже, – Тома, зевая, потянулся, а потом рассмеялся.

– А ты чего от Белки прятался? – вдруг спросил Король.

– О чём ты?

– Ну серчала на тебя. Поди увидел, что стареет?

Тома промолчал. Он поставил бутылку обратно на ящик и сложил руки на груди, убрав ладони под мышки.

– Как ты с этим справляешься? Мне очень тяжко. Они уходят и уходят. А Белка, она же как дочь…

– Я просто знаю, что всё конечно. Всё заканчивается. Жизнь, отношения. Целые эпохи. И от этого не убежать, сколько ни бегай. А вот упустить момент можно, особенно впопыхах. Ведь кто знает, когда с кем свидимся ещё раз? Я, когда осознал себя, когда понял, что ты постарел, вдруг подумал, что уже не попрощаюсь с Вульфом, что пропустил почти всю жизнь Белки. Но всё оказалось сильно лучше.

Король усмехнулся и бросил взгляд на Тому.

– Держи, – он похлопал по штурвалу. – Я сейчас.

Король спустился в каюты и вернулся с несколькими бутылками, которые поставил на свой импровизированный стол, а одну протянул Томе.

– Давай, за старых друзей, – он легонько коснулся бутылкой о бутылку Томы и продолжил. – Время скоротечно, капитан. Поэтому не стоит бегать от себя. Делай, что должно, даже если на сердце больно. А бояться – это нормально. Тем более бояться потерять близкого человека. Я вот тоже боюсь, потому и не бегаю. От страха ведь не убежишь. И знаешь, что ещё? Если ты напился, потерять флягу не так обидно. Подумай над этим.

– Целая проповедь, – Тома почувствовал, что отлегло немного.

– А то, я ж этот… служитель Забытого Бога. Несу слово божье, мать его.

– У тебя неплохо получается.

– Да уж… хоть что-то могу.

Сказано это было печально, и Тома не понял, почему. Уж кто-кто, а Король умел и знал много. Впрочем, Тома также знал, что Король всегда себя корил за что-то из прошлого.

– Ладно, – вернулся к своему обычному состоянию Король, – что там нынче с Тибом? Грызутся?

– Грызутся, что им ещё делать, – вздохнул Тома. – Внизу-то всё отлажено. Каждый при деле, все в достатке.

– А чего грызутся-то тогда? Раньше хотя бы выбирали, каким путём пойдут, а что теперь?

– Кто их знает, Совет давно закрылся ото всех. В сон уже никто не уходит.

– Понятно, забродила страна.

– Забродила?

– Ну, Совет скис.

– Скис?

– Ага, теперь только перегонка вернёт им вкус жизни.

– Издеваешься?

– Почти. Похоже, Совет себя изжил и понимает это. Вот и придумывают проблемы на ровном месте, чтоб полезными казаться и на покой не уходить. Они не первые и вряд ли последние. Власть пленит. Уж не знаю, страдает ли этим Олпе, но, в любом случае, мы можем попасть под раздачу.

– Кстати, совсем забыл. Лиса и Шама сказали, что Лес проснулся. Ты понимаешь, о чём они?

– Да. Там, – Король указал на запад, в сторону Леса, – живут истинные хозяева планеты. И что-то им не понравилось.

– Может это как-то связано с метеоритом?

– Ставлю всю свою выпивку на то, что это с ним и связано.

Король поднял голову и вгляделся небо:

– Какое спокойное, да? Давай понадеемся, что таким оно и останется.

Томе показалось, что Король пытается что-то там разглядеть, и тоже инстинктивно поднял взгляд. Обычное вечернее небо.

Капитан упал в кресло и закрыл глаза. Если Король был прав, то ему надо очень хорошо подумать, как показать Тиб Лесу. Он прекрасно понимал, что демонам Тибу противопоставить нечего.

Часть 3. Всего не предусмотришь

Ная медленно, максимально тихо шла через светящееся море. Она вслушивалась в шорохи, вглядывалась в шевеление травы. В этот раз они двигались треугольником, прикрывая друг другу спину – опасность могла настигнуть с любой стороны. Оказалось, остерегаться надо было не бычков-«светляков», как их назвал Шама, а тех, кто ими питался. По его словам, они относились к семейству пантер и походили на ирбисов, только с более жёсткой шерстью, которая ещё и свет отражала – их одинаково плохо видно и в светящейся траве, и в темных углах подземного города.

Ная пришла к выводу, что местная фауна очень схожа с фауной на поверхности, только, похоже, мутировала или эволюционировала. Надо будет уточнить у Шамы. Сейчас же куда более важная и актуальная задача – следить за своим направлением и оповещать о подозрительном движении.

– Ная, свет! – крикнул Шама.

Ная, как обсудили ранее, бросила вверх «свечу», а сама прикрыла глаза. Пространство вокруг на миг озарилось ярким светом, режущим глаза. Постепенно сияние стало угасать, но его всё равно хватало, чтобы подземная ночь казалась светлым днём. Бычки, что паслись неподалёку, ослепнув и испугавшись, кинулись в разные стороны.

– Побежали! Рядом! – скомандовал Шама.

И они побежали. На пути Ная увидела искрящихся кошек – тех самых ирбисов. Из-за яркой сферы, что сейчас висела над полем, по их шерсти бегали сумасшедшие блики. Казалось, что их охватило ослепительное белое пламя. Кошки тоже подослепли и растерялись. Шама достал один из огнестрелов, направил вверх и, видимо, выстрелил: раздалось несколько громких резких хлопков. Нае заложило уши. Кошки бросились врассыпную.

– Не ос…я! – что-то кричал то ли Шама, то ли Оми.

Они почти миновали ирбисов, но тут рядом пронёсся «светляк», который влетел в Оми, откинув его в сторону. Парень пролетел куклой несколько метров и упал в траву. Сам бычок даже не заметил Оми и, пробежав ещё немного, врезался в двух кошек.

У Наи на мгновенье остановилось сердце. Она не понимала, что делать. К Оми подскочил Шама, ловко его закинул на плечо и кивнул Нае, мол, за мной. Но потом он посмотрел чуть в сторону, припал на колено и сделал несколько выстрелов. Ная повернула голову и увидела, что Шама стреляет прямо в ирбиса. Тот шипел, морда кровоточила, но как будто какого-либо существенного ущерба выстрелы не наносили.

– Ог…ь! Ная! – сквозь грохот стрельбы, рёв ирбиса и топот «светляков» Ная разобрала слова Шамы.

Она сжала кулаки, образовав вокруг них пламя, и метнула его в кошку. Конечно, оно начало распадаться практически сразу, как только слетело с рук, но, хвала всем богам, долетело до морды ирбиса, и тот всё-таки отступил. Местами загорелась трава, но пламя почему-то не спешило никуда разбегаться.

Ная почувствовала руку Шамы на плече. Да, бежать! И они ринулись к зданию. Ная сильно надеялась, что кошки за ними не рванут, а быки уже разбежались. Она кинула взгляд на Оми, тот тряпкой висел на плече отшельника. Лишь бы живой…

Наконец они добрались до спасительных стен. Как только Ная и Шама забежали внутрь, отшельник аккуратно положил Оми, достал трубку, дёрнул шнур, и пространство наполнилось красным светом. Потом он вернулся к девушке:

– Н..я, слы..ш.ь?

– Уши заложило.

Шама подошёл к девушке и приложил руки к её ушкам. Ная почувствовала тепло и приятное покалывание.

– Лучше?

– Да, – слух восстановился. Оставался лёгкий звон, но он совершенно не мешал.

– Посидите тут, надо вернуться за ружьём, – Шама посмотрел прямо в глаза Наи. – Думаю, с Оми всё в порядке, просто головой приложился и отключился. Но если что – починю, хорошо?

Как будто в подтверждение слов Оми издал хриплый звук и чуть пошевелился. Ная это заметила краем глаза. Осознав, что она пристально смотрит на Шаму, Ная отвернулась и обхватила себя руками.

– Не бойся, пока горят трубки, вы в полной безопасности. Ладно, я быстро, не кисни.

Ная снова подняла глаза на отшельника. Он оставался спокоен, как будто не было только что сумасшедшего бега, стрельбы, а Оми просто прикорнул. Шама подмигнул Нае.

– Всё, ушёл.

Он выскользнул наружу, прикрыв за собой дверь. Тишина. Ная вытащила все вещи из рюкзака и сделала из него импровизированную подушку. Подложив рюкзак под голову Оми, она потрогала его лоб. Жара не было. Видимых повреждений, на первый взгляд, тоже нет. Кажется, Оми и правда в порядке. Ная выдохнула.