скачать книгу бесплатно
– Die Bolschewik kommen. Wir verlie?en Vitebsk und Bobruisk. In der Ukraine gibt es K?mpfe in Galizien. Gef?llt dir nichts verpasst?[31 - Большевики наступают. Мы оставили Витебск и Бобруйск. На Украине идут бои в Галиции. Вроде ничего не пропустил?] – и улыбнулся.
Савушкин в изумлении даже поначалу не знал, что ответить. «Оставили Витебск и Бобруйск»? А то, что колонны немецких пленных все дороги в Смоленской области забили – это что, фунт изюму? Что дюжина ваших генералов уже в плену, а ещё столько же – вот-вот сдастся – это как? Захваченными немецкими пушками наши сапёры болота гатят! Хотя… Может, ему на всё это просто наплевать? И Савушкин согласно кивнул.
– Die Situation ist kompliziert. Wir verlie?en Witebsk am 23. Juni und zwei Tage sp?ter, an der ?berquerung der Beresina, wurden unsere Fahrzeuge von russischen Flugzeugen niedergebrannt. Ivanen ging auf den Kopf![32 - Ситуация сложная. Мы покинули Витебск 23 июня, а уже через два дня на переправе через Березину наши автомобили сожгли русские самолёты. Иваны по головам ходили!] – Сейчас надо подпустить трагизма, желательно – со слезой…
Комендант в ответ лишь развёл руками.
– Das ist Krieg, mein Junge. Beim Heulen t?ten. Vor drei Jahren sind wir fr?hlich und trotzig durch Russland gelaufen, jetzt sind sie an der Reihe…[33 - Это война, мой мальчик. На войте убивают. Три года назад мы шли по России весело и задорно, теперь пришла их очередь…]
А коменданту-то, похоже, наплевать на всю эту заваруху, полыхающую вокруг… Сколько ему сейчас? За полтинник? Значит, воевал в ту войну. И пережил на своём фронтовом веку всё, о чём рассказывал «товарищ Ульрих» на лекциях – эйфорию патриотизма первых августовских дней четырнадцатого года, ярость наступления, горечь от потери товарищей, и, в конце концов – осознание полный бессмысленности ежедневно пожирающей тысячи жизней кровавой мясорубки… Старый и мудрый человек – которого старшие товарищи пристроили на непыльную должность военного коменданта в тихой польской глухомани. Небось, и обер-лейтенанта получил ещё тогда, в пятнадцатом-шестнадцатом году. Да так потом и демобилизовался. А в тридцать девятом его призвали снова, и опять – обер-лейтенантом. Так и тянет лямку, равнодушно глядя на суету вокруг. Плевать ему на эту войну… Что ж, тем лучше!
– Gustav, kannst du das Hauptquartier unsere division? Was wird f?r uns bestellt? Sie verstehen, die Situation ist kompliziert…[34 - Густав, вы можете запросить штаб нашей дивизии? Какие будут распоряжения для нас? Вы понимаете, ситуация сложная…] – И Савушкин посмотрел на коменданта с затаённым намёком на своё решительное нежелание получить быстрый ответ.
Фон Тильзе усмехнулся.
– Ich nehme an, es wird viel Zeit in Anspruch nehmen. Umzug, Adress?nderung… Ich denke, Sie m?ssen drei oder vier Tage warten![35 - Полагаю, это займёт достаточно много времени. Передислокация, смена адреса… Думаю, три-четыре дня вам придется подождать!]
Савушкин кивнул.
– Wir werden warten. Wir haben genug zu essen. Aber wir haben Kraftfahrzeuge verloren…[36 - Мы подождём. Продовольствия у нас достаточно. Но мы потеряли автотранспорт…]
Комендант снисходительно улыбнулся.
– Warum brauchen wir Landsleute? Ich werde dir helfen, Ernst. Ich habe einen Opel, der wegen einer Panne stehengeblieben ist. Sie unterschreiben es in Empfang – und gehen zu sich selbst![37 - Ну а зачем тогда нужны земляки? Я помогу тебе, Эрнст. У меня есть «опель», который оставили из-за поломки. Распишешься в получении – и езжай к себе!]
– Aufschl?sselung? Ist es fehlerhaft?[38 - Поломка? Он неисправен?]
Фон Тильзе махнул рукой.
– Genneke – du hast ihn gesehen, er hat dich zu mir gebracht – erst gestern hat er ihn repariert. Nimm es weg![39 - Геннеке – ты его видел, он привез тебя ко мне – вчера как раз его починил. Забирай!] – И с хитрым прищуром посмотрел на Савушкина. А затем спросил, как бы между прочим: – Eberhard Weidling-Sauckel, Mitinhaber der Stockerau Bank – nicht Ihr Verwandter? Sie sind aus dem brandenburgischen Weidling, oder?[40 - Эберхард Вейдлинг-Заукель, совладелец банка «Штоккерау» – не ваш родственник? Вы ведь из бранденбургских Вейдлингов, не правда ли?]
Савушкин про себя улыбнулся. Тонкий и деликатный намёк; пожалуй, с этим фон Тильзе можно иметь дело… Как там говорил майор Дементьев, деньги ещё никто не отменял? Похоже, наш случай, к тому же благородство коменданта выглядело как-то уж совсем неправдоподобно. И Савушкин, многозначительно промолчав и интимно улыбнувшись обер-лейтенанту, открыл свою полевую сумку, достал оттуда пачку рейхсмарок и, отсчитав триста – деликатно положил их на стол коменданту.
– Ich bin dir unendlich dankbar, Gustav! Du hast gerade meine Gruppe gerettet![41 - Я безмерно благодарен вам, Густав! Вы просто спасли мою группу!]
Обер-лейтенант кивнул, взял пачку банкнот, бережно пересчитал их и, спрятав в бумажник, в свою очередь, исчезнувший во внутреннем кармане кителя – промолвил:
– Verdammt, Ernst, die Front hat deine Manieren im Gegensatz zu anderen nicht verdorben! Kontaktieren Sie mich, ich werde immer bereit sein, Ihnen zu helfen![42 - Чёрт возьми, Эрнст, фронт не испортил ваших манер, в отличие от прочих! Обращайтесь, я всегда готов буду вам помочь!] – Затем, протянув руку, добавил: – Gib mir deine Reisezertifikate, ich werde meinen Stempel aufsetzen und sie dir ausstellen. F?nf Tage sind genug?[43 - Давай свои командировочные удостоверения, я поставлю свою печать и продлю их тебе. Пять дней хватит?]
Савушкин кивнул:
– Genug davon. Wir werden uns nicht beeilen, wann sonst k?nnen wir uns in einem solchen Sanatorium ausruhen? Wald, saubere Luft, freundliche polnische M?dchen…[44 - Достаточно. Спешить мы не будем, когда ещё мы сможем отдохнуть в таком санатории? Лес, чистый воздух, дружелюбные польские девушки…]
Комендант покачал головой.
– Nicht alles ist so wolkenlos. Seien Sie vorsichtig, aber das ist Polen…[45 - Не всё так безоблачно. Будьте осторожны, все же это Польша…]
Савушкин заинтересованно спросил:
– Partisanen? Armee des Landes? AK?[46 - Партизаны? Армия страны? АК?]
– Nein. Andere Organisation. Sie nennen sich[47 - Нет. Другая организация. Они называют себл…]… – Комендант наморщил лоб, щёлкнул пальцами, и, вспомнив, по-польски произнёс: – Bataliony Chlopskie!
Час от часу не легче, подумал про себя Савушкин. Какие ещё «батальоны хлопские»? Об эту польскую политику сам чёрт ногу сломит, честное слово… Ладно, надо пояснить герру обер-лейтенанту, что такое настоящие партизаны…
– Wir haben in Wei?ruthenien gek?mpft. Es gibt Partisanen – hinter jeder Kiefer hatte, unsere Division manchmal nicht genug Kraft, um eine Landstra?e im Wald freizuschalten…[48 - Мы воевали в Белоруссии. Там партизаны – за каждой сосной, иногда сил нашей дивизии не хватало, чтобы разблокировать просёлочную дорогу в лесу…]
Фон Тильзе кивнул.
– Ja, ich habe davon geh?rt. Monstr?ser Albtraum. Diese Russen kennen die Regeln der Kriegsf?hrung ?berhaupt nicht…[49 - Да, я слышал об этом. Чудовищный кошмар. Эти русские совсем не знают о правилах ведения войны…]
Ладно, пора закругляться. Печати на командировочных этот обер-лейтенант проставил, запрос в штаб четвертой авиаполевой дивизии отправит. Долго же он будет идти… – про себя усмехнулся Савушкин. И произнёс:
– Wo kann ich mein Auto abholen?[50 - Где я могу забрать мою машину?]
Комендант кивнул в сторону окна, выходящего во двор.
– Dunkelgrauer Opel-Kapit?n. Cabrio.[51 - Тёмно-серый «опель-капитан». С откидным верхом.]
– Benzin, ?l?
– Voller Tank, frisches ?l. In der Heizungsanlage – nicht einfrierende Fl?ssigkeit. Obwohl es jetzt nicht relevant ist…[52 - Полный бак, масло свежее. В системе отопления – незамерзающая жидкость. Хотя сейчас это не актуально…] – достав из верхнего ящика стола ключи, комендант протянул их Савушкину. – In f?nf Tagen warte ich auf dich.[53 - Через пять дней я вас жду.]
– Nochmals vielen Dank, Gustav. Du hast mir sehr geholfen!
Обер-лейтенант небрежно махнул рукой.
– Es gibt nichts zu reden. Kein Essen mehr – ruf mich an, ich schreibe dir drei Dutzend Rationen…[54 - Не о чем говорить. Закончатся продукты – позвони, я выпишу вам три десятка рационов…] – спохватившись, добавил: – Ich habe den Schnaps vergessen![55 - Я забыл про шнапс!]
Савушкин кивнул.
– N?chstes Mal! Au?erdem kenne ich das magische polnische Wort… bimber!
Комендант улыбнулся.
– Ja, polnischer Mondschein ist ein erstaunliches Produkt. Aber Sie sind vorsichtiger damit![56 - Да, польский самогон – продукт удивительный… Но вы с ним осторожнее!] – И добавил: – Nun, ich wage nicht zu z?gern! Gute Reise![57 - Что ж, не смею задерживать! Счастливого пути!]
Савушкин вышел из здания и, обогнув угол, оказался во дворе комендатуры. Кроме давешнего «опеля», который его сюда доставил, там стояла пара мотоциклов с колясками, грузовик с двумя газогенераторными бочками за кабиной, пятнистый кюбельваген без правого переднего колеса, и довольно потрёпанный жизнью тёмно-серый «опель-капитан» с откидным верхом. Судя по всему, предназначающийся Савушкину. Что ж, а жизнь-то налаживается…
К Савушкину подошел уже знакомый шофёр.
– Herr Hauptmann, bringen Sie zur?ck?[58 - Герр гауптман, возвращаемся назад?]
Капитан отрицательно покачал головой.
– Danke. Ich bin auf meinem[59 - Спасибо. Я на своем…]… – и кивнул на серый кабриолет.
Шофёр кивнул и молча отошел к своей машине.
Так, «опель-капитан». Хорошо, что Савушкину довелось управлять таким же авто под Корсунем. Там, правда, была стальная крыша, но откидная – даже лучше, чай, лето на дворе…
Савушкин сел за руль, завёл мотор – указатель уровня топлива, действительно, показал полный бак. Что ж, спасибо герру обер-лейтенанту! Трогаемся?
Стоп! Карта! Чёрт возьми, он ведь понятия не имеет, куда ехать!
Капитан оглядел салон – хрен там! Даже намёка нет на карту. Ладно, попробуем решить этот вопрос по-другому…
Выйдя из машины, Савушкин окликнул давешнего водителя:
– Genneke, hast du eine Karte?
Грузный водитель подбежал к «герру гауптману» и, виновато глядя чуть в сторону, ответил:
– Ich habe eine Karte, bin aber daf?r verantwortlich[60 - У меня есть карта, но я несу за неё ответственность…]…
Тон водителя вселил в Савушкина определенную надежду. Достав из бумажника банкноту в пятьдесят рейхсмарок, он протянул её Геннеке и, улыбнувшись, сказал:
– Tauschen Sie die Karte f?r dieses Blatt Papier aus[61 - Я меняю карту на этот листок бумаги].
Водитель кивнул, сбегал к своей машине и приволок карту, вставленную в плексигласовый чехол.
– Nehmen Sie es, Herr Hauptmann, ich kenne dieses Gebiet schon auswendig[62 - Возьмите её, герр Гауптман, я знаю эту местность наизусть…]… – и ловким движением руки выхватил пятьдесят марок из рук Савушкина.
Капитан молча улыбнулся, помахал Геннеке и, сев в свой «опель», выехал со двора комендатуры. Теперь – строго на север, в Серакув, ребята, небось, изнервничались до предела, да и старика Зарембу не помешает успокоить…
* * *
Что ж, подведём итоги. В целом день прошёл недурно, чистый убыток – триста пятьдесят рейхсмарок, месячный оклад командира роты. Это пассив. Зато в активе – легальные документы, подтверждённые местной фельдкомендатурой, машина с полным баком бензина и – налаженные отношения с комендантом. Что тоже – очень и очень недурно…
Первый этап операции прошёл успешно, они закрепились на месте, у них есть транспорт, надёжное убежище, достоверная, подтверждённая местными военными властями легенда, продукты и связь с Большой землёй. Это в плюсе.
Но есть два небольших минуса. Это расположенная на бивуаке за Изабелином неизвестная танковая дивизия с непонятным предназначением – которую крайне важно разъяснить; и неведомые ему Bataliony Chlopskie – от которых неведомо, что им надо ждать…
Ладно, утро вечера мудренее. Завтра начнём работать – заодно и узнаем, что это за хлопцы и в какие такие батальоны они сбились, и самое главное – зачем…
Глава четвертая
– Так, Женя, теперь – самое главное. Запиши и зашифруй. Южная окраина деревни Изабелин, квадрат восемнадцать – тридцать четыре, смешанный лес с преобладанием лиственных пород. Танковая дивизия на переформировании. Сто двадцать танков, преимущественно Т-4, триста пятьдесят автомобилей. Принадлежность выясняется. Далее. Признаков подготовки к отступлению не наблюдаем. Тыловые части и склады из Варшавы не выводятся. Идет переброска грузов и личного состава в Варшаву. Всё. Сколько времени уйдет на передачу?
Радист пожал плечами.
– Две минуты, от силы.
Савушкин кивнул.
– Хорошо. Пеленгаторов у них тут, скорее всего, нет, а если и есть – то вряд ли они за это время успеют взять пеленги, но бережёного Бог бережёт. Костенко!
Из соседней комнаты появился старшина.
– Возьмешь машину и радиста, выдвинетесь на северо-северо-запад, километров на десять – и отработаете сеанс. И сразу назад! Тут, как мне комендант говорил, и как мы с вами прошлой ночью бачили – по лесам всякого вооруженного народа изрядно таскается. Задача ясна?
Костенко кивнул.
– Всэ зрозумило. Зробымо!
Савушкин обернулся к Строганову.
– Женя, что там сводка?
Радист скептически хмыкнул.
– Идут потрохи. Бои вокруг Вильнюса, в Карелии заняли Кондопогу и окрестности, Второй Прибалтийский взял Идрицу, Полоцк и Россоны, и там ещё кучу деревень… Ещё Тракай. За старой границей – Лиду, Зельву, Ивацевичи, Коссово…К Пинску подходят на юге.
– Ясно. Брестское и Гродненское направления ещё не появились?
– Не, пока нет.
– Завтра-послезавтра должны появится. Ладно, давай, шифруй и собирайся!
Радист молча кивнул, и, достав из вещмешка шифроблокнот – принялся колдовать над колонками цифр.
Савушкин вышел во двор, нашел хозяина, копошащегося в сарае, и, оглядевшись вокруг, вполголоса произнёс:
– Пан Заремба, надо бы поговорить.
Хозяин кивнул, отложил в сторону хомут, который до этого подшивал, и вместе с капитаном поднялся в дом.
– Пан Заремба, нужна ваша помощь.
Хозяин молча кивнул, дескать, продолжай, я тебя слушаю.
Савушкин продолжил:
– Где, по-вашему, нам лучше всего устроить пункты наблюдения? Интересуют дороги в Варшаву – с севера и с запада.
Пан Заремба почесал затылок.
– Так сразу и не скажу… Шоссе или железные?
– И те и другие.
Хозяин дома задумался. Потом, хмыкнув и покачав головой, сказал Савушкину:
– Если с Лодзи – то Ожарув. Там и железная дорога, и авто. Ожарув аккурат меж ними. Без труда можно следить и за железной дорогой, и за шоссе. Но там немцы…
Савушкин едва заметно улыбнулся.
– А мы кто?