Попаданец. Маг Тени. Книга 11

Немченко потянулся, скорее на рефлексах, чем желая снять отёчности. Наполненное энергией жизни тело стало значительно меньше уставать даже без всяких целительских заклинаний или зелий. То-то шурин Гент мог почти не спать, теперь адепт восьми стихий этому совсем не удивлялся.

– Ладно, и в самом деле однажды всё прояснится, – пробормотал землянин.

Чего от него хотят? Чтобы стал повелителем этого мира и построил здесь царство добра и справедливости? Не слишком ли непростая задача для бывшего финансового аудитора? Как там сказала Полина Георгиевна, ростовщик по образованию? Хохотнув, он поднялся и взял с сундука сумку, сразу же надев её через плечо.

Поправил одежду, посмотрел в висевшее на стене небольшое мутноватое зеркало, подмигнул отразившемуся там типичному молодому наёмнику, ушёл в сумрак и переместился на милю в направлении северной стены к району оружейных мастерских и лавок. Если верить схеме Карта ол Стирса, именно там они и должны располагаться. Лучшие клинки ковались в замках владетелей с использованием магии, а вот массовым производством мечей, секир и копейных наконечников славилась именно Яролия, чья сталь считалась лучшей на континенте. Благородный Анд, раз уж выдалась такая оказия, решил посмотреть, в чём секрет здешних мастеров. Внутрь кузнечных дворов никого не допускали, да разве ему нужно чьё-то разрешение?

Местом, где ол Рей появился после перемещения, оказался тупик проулка, точнее – выход узкой улочки одноэтажных, обнесённых деревянными оградами домов к густо заросшей высокими кустами и грабовыми деревьями речушки-вонючки. И тут землянина ждала очередная сцена простонародного быта. Немченко уже настолько привык постоянно оказываться свидетелем различных событий, что даже не испустил горестный вздох, хотя позыв к тому и возник.

– Тебе же ясно было сказано отстать от Дины? – говорил за спинами дружков-сверстников богато одетый парень лет восемнадцати, может, чуть меньше. – Говорил же, что пожалеешь, голь подзаборная?

Андрей находился всего в десятке шагов позади компании. Трое приятелей говорившего надвигались на пару – юношу и девушку, уже почти упёршихся спинами в плотную стену зарослей, – поигрывая дубинками, которые держали в руках. Ничем жертвы прессинга не напоминали нищих или бедняков, и юноша, и девушка были вполне прилично одеты: он – в кожаные штаны и куртку из тонкой кожи и рубаху цвета индиго, она – в лёгкое летнее светло-зелёное платье. Правда, по сравнению с четвёркой парней в дорогих шёлковых кафтанах и с золотыми украшениями на шеях и пальцах, действительно выглядели беднее.

Адепту восьми стихий конфликт между молодыми яролийцами был совсем неинтересен, и можно было бы направиться к выходу из проулка, вот только он сразу же с грустью понял, что так поступить не сможет. Слишком уж симпатичной оказалась та Дина, и очень много страха и отчаяния выражало её лицо.

Мысленно отругав себя, благородный Анд вышел из сумрака незамеченным никем, все шестеро присутствующих были слишком заняты выяснением отношений, и шагнул к забору, развязывая штаны, якобы зашёл в этот тупик по нужде.

– Гатин, пожалуйста, мы же ничего плохого тебе не сделали, – взмолилась девушка, обращаясь к самому разодетому, командовавшему своими приятелями жгучему брюнету. – Тебе ведь сестра моя нравилась.

– От неё я уже получил, что хотел, – противно засмеялся заводила. – Теперь твоя очередь. Ты не бойся за своего Логата, парни его только палками, как пса, побьют, чтобы не путался под ногами, зато затем у тебя будет шанс понравиться мне. Глядишь, и сама начнёшь потом ко мне бегать, Дина. Глупые, укрыться тут от нас хотели.

– Может, и я потом с ней позабавлюсь, Гатин? – спросил стоявший слева его носатый приятель, поддержав смех заводилы.

– Вас потом стража схватит, – попыталась угрожать девушка.

Её заявление вызвало уже общий хохот всей четвёрки. Ясно, они хоть и неблагородного сословия, но деньги и связи родителей наверняка помогут решить все проблемы с законом. Мажоры средневекового мира. Золотую молодёжь Немченко не очень любил в прошлой жизни. Здесь же, будучи сам не от сохи, стал относиться спокойно, однако сейчас разозлился.

– Эй, приятели, а чего это вы тут делаете, а? – громко спросил, изобразив, что уже закончил справлять нужду.

Смешки прекратились, и все четверо нападавших недоумённо обернулись. Прижатая же к стене зарослей пара сделала чуть заметный шаг в сторону, хотя бежать им – Андрей приметил – особо-то некуда, не нырять же, продравшись сквозь кусты, в наполненную нечистотами речку.

– Тебе чего надо, чужак? – скривился брюнет. – Сделал своё дело и вали отсюда, пока мы и с тобой не разобрались. Или думаешь, что можешь воспользоваться мечом? Попробуй, если хочешь сдохнуть на колу.

Забыв на время про юношу с девушкой, тройка приятелей Гатина, с некоторым трудом протиснувшись между заводилой и близко расположенными заборами, медленно двинулась к олу Рею с ухмылками на лицах и поигрывая короткими деревянными дубинками в руках.

– Да я бы, может, и ушёл по твоей просьбе, придурок. – Попаданец встал в центре прохода. – Но ты попросил меня без уважения.

– Наглеешь, чужак? – зло и коротко рассмеялся брюнет. – Что ж, сам напросился. Сначала будешь хорошенько проучен, а потом, я тебе гарантирую, ни одного найма в городе не найдёшь.

– Да ладно, – усмехнулся Андрей. – Можно подумать, ты или твоя семья могут и благородным олам указывать, с кем заключать договор, а с кем нет. Слушай, может, всё же просто смотаетесь отсюда?

Ответом ему стал удар палкой, который попытался нанести носатый. Немченко мысленно назвал его Буратино, хотя, конечно же, до размеров носа деревянного сыночка папы Карло тому было далеко. Именно эту характерную черту лица благородный Анд первым делом и сломал, уйдя в сторону и коротким, резким ударом сломав Буратино переносицу. Мог бы и вовсе вбить её в мозг, но убивать придурков он не хотел.

Взбираясь по лестнице магического могущества, попаданец не забывал постоянно тренироваться физически. В здоровом теле здоровый дух – это он хорошо помнил. Его сильные мускулы, ловкость, умения позволяли землянину легко расправиться с четвёркой мажоров без использования оружия, даже накинься те на него с мечами. Андрей и магию-то решил использовать, только чтобы оценить подарки Полины Георгиевны.

Атакующие заклинания стихии жизни не шли ни в какое сравнение с возможностями других стихий, однако у них имелось своё преимущество, все они воспринимались защитными амулетами как целительское воздействие и никак не отбивались. Единственное исключение – артефакты смерти, только вряд ли у золотой молодёжи среди надетых на них драгоценностей таковые найдутся. Там, скорее, огонь или вода, земля или воздух, первого-второго ранга.

Следующего противника Андрей легко пнул в голень. Легко-то легко, вот только при этом совместил удар с активацией заклинания хрупкости костей, обычно используемого при ампутациях поражённых гниением конечностей. Послышался треск, будто сломали сук, и к вою носатого придурка присоединился истошный крик второго. На то, чтобы уложить двоих, у ола Рея ушла секунда, но третьему хватило этого времени, чтобы понять, что их дела скверны. Вырядившийся в алый и оранжевый мажор оказался очень сообразительным и сразу же отступил к брюнету.

– Ты ещё пожалеешь! – выкрикнул тот, извлекая нож.

За такое никого по головке не погладят, да, видать, с детства избалованный вседозволенностью и безнаказанностью мажор совсем не умел сдерживать свои вспышки ярости. Привык, что все ему потакают.

– Эй, парень, у тебя ещё есть возможность спокойно уйти отсюда на своих двоих, – предложил вариант дальнейших событий землянин. – Подумай хорошенько.

– Гатин, может, правда не стоит? – предложил единственный остававшийся на ногах приятель заводилы. – Ну её, Дину-то. Что, баб мало?

Брюнет оказался глух к голосу разума. Зарычав, словно дворовый пёс, он кинулся вперёд, неумело размахивая стилетом. Немченко отступил на шаг и встретил несостоявшегося насильника мощным ударом ноги в грудь. Ударил так, что Гатина отнесло к ногам влюблённой парочки, прижавшейся друг к другу и с удивлением наблюдавшей за происходящим. Не верили, что кто-то мог осмелиться вступить в схватку с важными мажорами.

Отлетевший заводила не издавал ни звука, нокауты случаются не только от ударов в голову.

– Посмотрите, он там живой? – вывел попаданец из оцепенения спасённых и посмотрел на единственного ещё не повреждённого противника. – Хочешь продолжить?

– Н-нет, – замотал тот головой, попятившись.

– Ну тогда окажи своим дружкам помощь – лечилки, смотрю, имеются, и найдите себе девиц лёгкого поведения. Денег, что ли, нет?

– Е-есть.

– Ну вот и замечательно, – усмехнулся Анд и махнул рукой парочке. – А вы там чего стоите? Пошли за мной, провожу.

Глава 3

– Спасибо тебе огромное. – Девушка, с опаской пройдя за своим парнем мимо тел мажоров, которых их товарищ начал приводить в чувство с помощью лечебных амулетов, благодарно посмотрела на адепта восьми стихий, прижавшегося спиной к забору, чтобы освободить путь спасённой парочке. – Не знаю, как тебя зовут…

– Анд. Просто Анд. Я, да, действительно с севера. Решил вот полюбоваться вашим городом, а тут такое, – поправив меч в ножнах, развёл руками землянин. – Куда ни поеду, везде одно и то же, – пожаловался он на обстоятельства.

– Меня Дина зовут.

– Меня Арнет, – представился парень.

Он был чуть моложе нападавших, не отличался крепкой статью и заметно напряжён. Похоже, всё ещё не отпустило.

Немченко с некоторой долей иронии подумал, что в своей прошлой жизни в подобных обстоятельствах предпочёл бы не связываться с распоясавшимися хулиганами или в лучшем случае просто поднял бы шум – помочь-то он всё равно не мог ничем, лёг бы только рядом с жертвами. А в новом мире постоянно то одному, то другому помогает. Видимо, человек хороший, по-настоящему добрый, без показушности. Ведь эта парочка ему совсем ни к чему. Просто мимо проходил и выручил без всякой задней мысли.

Усмехнувшись над восхвалением самого себя, жестом поторопив спасённых, чтобы те не топтались, а шли дальше к выходу из проулка, направился было следом за ними, да тут подал голос пришедший в себя благодаря лечилке заводила Гатин.

– Тебе конец, сволочь! – злобно выкрикнул он, пустив в самом конце петуха. – Чужак, это я тебе говорю! И ты, Дина, ещё пожалеешь! Арнет, можешь забыть о должности в управе. Пойдёшь бочки таскать, грамотей!

Посчитавший уже свою миссию выполненной землянин был вынужден вернуться. Оказавшаяся уже на ногах четвёрка выглядела здоровой, и, если бы не кровь на рубахе носатого и не прилипшая к их одеждам грязь, ничто не говорило о только что полученной ими взбучке. Теперь мажоры, как до этого Дина с Арнетом, принялись пятиться к стене кустов. Желания по новой вступать в драку с некстати забредшим в этот угол наёмником они не проявляли. В глазах Гатина сверкала злость, а вот его приятели смотрели со страхом.

– Что ж ты такой неугомонный-то, а, придурок? – с досадой произнёс ол Рей и коротко, без замаха, пробил заводиле апперкот в челюсть, ломая её и вновь отправляя того в беспамятство. – Угрозы – оружие слабых. – Вы тоже хотите? – поинтересовался у троицы, те усиленно замотали головами. – Амулеты остались ещё, я имею в виду целительские? Нет? Ну и к лучшему. Может, так для него будет доходчивее. Несите уж домой к папе и маме.

Не хотел Андрей сначала, да Гатин своим языком сам напросился. Три гита, влитые в проклятие сумрака, гарантировали мажору крупные неприятности в ближайшие месяцы.

Спасённые дожидались своего спасителя на перекрёстке, взявшись за руки, и уходить не спешили.

– У меня есть три обора, и мы можем тебя угостить, – предложил парень.

– Если бы не вы, он бы… – Дина не договорила, но её мысль и так была понятна. – Пойдёмте?

– А пойдём, – неожиданно легко для себя согласился адепт восьми стихий.

Подумал, что час-два времени он может выделить себе на удовлетворение любопытства и посмотреть жизнь простых яролийцев. Так-то вроде очень всё схоже с Далиором, хотя некоторые отличия заметны. Даже две увиденные им здесь казни в виде разрывания лошадьми на новой родине попаданца использовались редко, а тут, как понял, это основной способ расправы с преступниками. Люди более активно жестикулируют и быстрее говорят, проглатывая окончания, одежды более яркие. В общем, чувствовалось, что находится за границей.

Ожидаемо, Анда в заведения центральных районов новые знакомые не повели, там для них было дороговато, поэтому направились в кварталы горшечников. По пути девушка рассказала, как Гатин соблазнил её сестру, обещая жениться, а добившись желаемого, бросил, да ещё и принялся насмехаться над бедолагой.

Таких историй землянин знал множество. Не стал Дине говорить, но её сестрица во многом сама виновата, головой надо было думать, а не мечтать о принце.

– Смотрю, здесь весело, – прокомментировал он сценку на крыльце трактира, к которому его привели.

Крепкий вышибала пинком отправил в полёт какого-то сильно пьяного мужичка, посоветовав тому вернуться, когда появятся деньги. Пока двери заведения были открыты, Андрей сквозь доносившийся из окон гул голосов и показавшейся знакомой музыки разобрал слова песни из Бременских музыкантов, той, где король уговаривает принцессу.

«Уже и сюда докатилось искусство из историй тени», – с усмешкой подумал ол Рей. Как он вычислил, главным источником распространения земной музыки являлись дети из богатых семей, кому довелось оценить иллюзионы и синема. Впрочем, и взрослые олы или простолюдины иногда требовали от музыкантов те или иные произведения, а уж вырвавшись на волю, песни быстро принялись распространяться по всему континенту. Может, и на другие материки добрались, но это Немченко ещё только предстояло определить в будущем, когда появятся время и возможность отправиться в дальние путешествия.

– Вон там свободно, – заметила Дина.

В зале, рассчитанном на сотню мест, занятыми оказались примерно две трети, но целиком свободный стол остался лишь один, почти в самом центре. Андрей предпочитал устраиваться где-нибудь в углу или хотя бы у стены, однако пришлось садиться во втором ряду.

Посетители здесь явно особым достатком не отличались – мелкие ремесленники и подмастерья, простые работяги и их подруги, даже семья с двумя детьми имелась, хотя у Андрея это вызвало недоумение: на путешественников те не походили, неужели нельзя дома пообедать? Или тяга к музыке сюда привела?

Квартет музыкантов и певец, прыщавый юноша лет семнадцати, уже перешли к исполнению местной песни, в которой ол Рей узнал одну из первых услышанных им в этом мире, о пастухе и пастушке, немного скабрезную, но без скатывания в откровенную пошлость.

Его спутников здесь знали, разносчица обратилась к Дине по имени и предложила вина, понизив голос и сообщив, что эль в этот раз сварен не очень удачно, чего-то жена хозяина недоглядела, то ли переварила, то ли каких-то ингредиентов не доложила. Андрей заметил смущённое переглядывание спасённых. Три обора – сумма вполне достаточная, чтобы посидеть в кабаке, но только при условии, если не станешь заказывать хорошее вино. Угощать же наёмника кислятиной, видимо, им не хотелось.

– Всё равно, давай тащи эль, – махнул рукой попаданец, удобнее устраиваясь на лавке. – Жажду им лучше утолять. На улице чересчур жарко последние дни.

– В наших краях летом всегда так, – с заметным облегчением сказала Дина. – Дожди редко бывают. Рая, неси пока по кружке нам троим, ну и чего-нибудь поесть.

От Полины Георгиевны он получил магическое умение, позволяющее обострять органы чувств – зрение, слух и осязание. На каждый вид достаточно одного гита энергии, чтобы пользоваться усилением в течение пяти часов. Что Немченко понравилось, так это возможность за этот срок возвращаться к нормальному восприятию, приглушая заклинание, то есть не надо каждый раз тратить единицу магии заново. Сейчас он начал теорию данного умения проверять на практике, точнее, тренировать. Там ещё нужна была привычка отсекать всё лишнее, чтобы не ослепнуть, не оглохнуть и не задохнуться от резко возросших потоков света, звуков или запахов.

Тренировку он начал со звука и мог только порадоваться, что без всяких сумрачных слухачей очень быстро научился, направляя внимание в разные стороны и на разные расстояния, узнавать, о чём говорят даже люди за окном. Кстати, как и большинство заклинаний жизни, это умение не рассматривалось защитными артефактами как угроза, ведь его часто применяли при диагнозе болезней. Вместо стетоскопов.

Одновременно слушать людей вокруг и беседовать со своими новыми знакомыми оказалось не так-то просто, но Немченко очень скоро привык и даже ни разу не потерял нить беседы.

– Честно? – усмехнулся он. – Плевать мне на этого придурка. У меня уже здесь, – похлопал по многоразмерной сумке, – лежит контракт с высокоранговым олом. Дружину он от себя отпускать не хочет, вот и нанял нас два десятка в сопровождение каких-то грузов и людей до порта. А там в порту найду новый, может, и на Эринем отправлюсь, давно хотел на южном материке побывать. Вы лучше о себе побеспокойтесь. Так-то что-то мне подсказывает, что у Гатина с его мерзким характером наверняка скоро возникнут неприятности, но может успеть и вам напакостить. Не боишься работу в управе потерять, Арнет?

– Да я уже с этим смирился, – усмехнулся парень. – И ладно. Мы с Диной скоро посетим храм, а там уж уедем к её дяде в Инсгур. Знающие грамоту и письмо везде работу найдут, так что не переживаем особо. Мать вот только оставлять не хочется, она у меня болеет. Тётя Пиола присмотрит пока, а потом мы её к себе заберём. Ведь заберём, милая?

– Конечно, любимый, – улыбнулась Дина.

Немченко считал, что две хозяйки на одной кухне редко уживаются, тем более когда не мать с дочерью, а свекровь с невесткой, но вдруг в данном случае всё хорошо получится?

– Ещё по одной? – неуверенно предложил Арнет.

– Ой, я всё, я эту не допила, – отказалась его невеста. – А вы-то себе закажите. Что мужчинам по одной кружке?

Вместимость здешних кружек была почти литр, к тому же эль и правда оказался не ахти, горьковат. Вкупе с нелюбовью Андрея к пиву вообще он вслед за Диной тоже отказался, заметив, что Арнету полегчало. Парень явно переживал, что его трёх оборов могло не хватить, он же и на еду раскошеливался.

Расстались друзьями, Анд получил приглашения в гости, но даже не старался запомнить адреса. Посчитал, что с этими молодыми людьми больше не встретится. Так это или нет, покажет время.

От трактира адепт восьми стихий направился к королевскому дворцу, выбирая момент, когда можно будет незаметно уйти в сумрак. Не успел.

Уже миновав очередную небольшую развилку, услышал визгливый женский голос:

– Вот он! Это он, господин десятник! Я его узнала! Он это точно!

Посмотрев направо, увидел у скобяной лавки в полутора десятках шагов от себя троих стражников и какую-то молодую рыжеволосую растрёпанную девицу явно из тех, про которых в его родном мире говорили – с низкой социальной ответственностью. Она, вытянув руку, раскрытой ладонью показывала в его сторону и продолжала блажить. По-другому и не скажешь, ол Рей видел эту потаскуху впервые. Впрочем, Немченко быстро понял, откуда ветер дует. Как бы тот самый Буратино из свиты Гатина ни поспешил спрятаться в толпе, взгляды, брошенные в его сторону девицей и стражами порядка, ясно дали понять, кто стоит за этим представлением.

Как им так быстро удалось вычислить Анда? Хотя тут ничего сложного, он ведь недалеко ушёл от места стычки, а пацаны здесь найдут кого нужно очень шустро.

– Эй, наёмник, остановись! – приказал хмурый десятник, полный высокий мужик лет под пятьдесят. – Тут к тебе вопрос есть.

– Что, думал, за меня заступиться некому? – опять взвизгнула шлюха из-за спин подошедших к адепту восьми стихий патрульных.

Двое стражников, сопровождающих своего унтер-офицера, ненамного старше ола Рея. Они, в отличие от начальника, напялившего на пузо броню, в лёгком кожаном доспехе. В таких удобнее гоняться за нарушителями. Оба откровенно ухмыляются, понимая настоящую цену устроенного спектакля.

– Кто ты, добрая женщина? – поинтересовался землянин.

– Не узнаёшь, негодяй?! Не узнаёшь?! – заорала та. – Деньги кто платить будет?! Думаешь, за меня заступиться некому?!

– Успокойся, Рунта, – обернулся к ней старший стражник, и она послушно замолчала, будто выключатель кто нажал, на миг чуть виновато посмотрела на Анда и тут же вновь приняла вызывающий вид. – Ты почему ей не заплатил оговоренное? – опять посмотрел десятник. – Сразу видно, что чужак. У нас тут свои правила. Никто не может обманывать. Это не у вас там… ты откуда?

– Из Далиора, – вздохнул Немченко, старательно сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

– У нас тут не у вас в Далиоре, у нас всё честно, – проговорил страж порядка, внимательно вглядываясь в обвиняемого. – За обман выплата в трёхкратном размере и до пяти дней под замком, как наш капитан решит. Или судья, если выяснится что-то серьёзнее, но там ты пятью днями не отделаешься.

– Он меня ещё и бил, когда я честно заработанное хотела стребовать. – Девица, никого не стесняясь, обнажила плечо почти до грудей, на нём и в самом деле виднелся огромный синяк. Правда, судя по цвету, заработала она его вчера или вообще позавчера. – Посмотрите, люди, посмотрите!

Адепта восьми стихий, понятно, ситуация не тревожила, а забавляла. Захоти, он тут сейчас полгорода разнесёт, а может, и весь город, хотя ловушка, которую ему устроили под Акрой миллетские и клертонская десятиранговые маги, откуда он с трудом выскользнул, уничтожив неудачливых охотников, его от излишнего самомнения отучила. Тем не менее в данных обстоятельствах ничего для себя угрожающего Немченко не увидел.

В прошлой жизни ему однажды довелось с однокурсником побывать в камере для временно задержанных, тогда ловили двух налётчиков, разгромивших и обчистивших банкомат. Полиция хватала всех подряд. Андрею с приятелем пришлось почти четыре часа провести в компании с дебоширами и пьяницами, но всё же разобрались, отпустили и даже извинились, там в дежурке девушка была лейтенант, симпатичная. В этом же мире он ещё ни разу в околоток в качестве подозреваемого не попадал. Подумал: «Что ж, надо и на эту сторону бытия посмотреть изнутри».

– Тебе придётся пройти с нами, – сказал десятник, а его подчинённые, перестав ухмыляться, встали по бокам ола Рея.

– Эй, что тут за крики? – Из базарной толчеи, протиснувшись между прилавками, к их группе подошли два наёмника.

Судя по говору и загару, это были местные. Оба черноволосые и с мечами за спиной. Такой способ крепления оружия Немченко видел лишь в фильмах, здесь в Гертале пока не встречал.

– Какие-то проблемы, десятник? – поинтересовался тот же солдат удачи и посмотрел на Анда. – Помощь нужна?

– Нет, – отказался землянин. – Мы тут сами разберёмся. К тому же я ещё не успел зарегистрироваться в гильдии.

– И что? – пожал плечами мужчина. – Тебе всё равно обязаны помочь, успел ты или не успел. Обращайся, если вдруг какие-то проблемы будут. Наш глава гильдии знает кого нужно во дворце. Мы скажем дежурному, что одного из наших задержали. Когда придёшь регистрироваться, сообщи, чем у тебя закончилось.

Наёмники некоторое время буравили взглядом десятника, по очереди хлопнули ола Рея по плечу, развернулись и скрылись в толпе. Всё-таки какая-то корпоративная солидарность у солдат удачи присутствовала.

– Куда идти-то? – спросил Немченко, не скрывая насмешки.

Начальник патруля подозрительно посмотрел на него – видимо, чутьё старого служаки подсказывало, что задержанный не просто так пребывает в полном спокойствии, – и буркнул:

– За нами иди. Рунта, а ты куда собралась? – окликнул он девицу, попытавшуюся отступить к скобяной лавке. – Ты тоже не отставай.

– Так я думала, вы и без меня…

– Думала она. Пошли! – гаркнул унтер-офицер.

Так, дружной компанией, они и двинулись наискосок через площадь, обходя кое-где торговые рядки. Десятник шёл будто ледокол впереди, за ним – задержанный с парой стражников по бокам, и замыкала процессию рыжая.

Бравада с девицы слетела. Похоже, опасалась последующей мести со стороны оклеветанного ею парня. Всё же обвинения не настолько серьёзные, чтобы казнили или отправили на каторгу, да и внезапное появление тех наёмников явно не вписывалось в планы оборотней в погонах, как троицу стражников уже окрестил попаданец. Коррупционными делишками хорошо заниматься без огласки. Возможное вмешательство гильдии продажным шкурам совсем не нужно.

Выбрались с площади и прошли до околотка буквально сотню шагов. Это было старое кирпичное строение в два этажа с полуподвалом, где через решётки узких окон, вцепившись в них руками, смотрели узники. Точнее, дышали. Видимо, внутри или душно, или вонюче.