Два мира. Паутина рвётся

А где-то за пределами видимости, среди камней и деревьев, находились те, кто устроил эту засаду. Они не торопились выходить. Они не кричали. Не праздновали победу. Они просто ждали, пока всё вокруг окончательно затихнет…

Новая добыча

Алексей уже давно перестал считать работу в кузнице чем-то необычным. Хотя ему было достаточно сложно привыкнуть к монотонной и размеренной работе молотом. Что часто заканчивалось кровавыми мозолями на руках. Первые дни после того, как ему удалось запустить водяное колесо, наладить передачу вращения и заставить меха работать без постоянного участия человека, он то и дело спускался в пещеру просто для того, чтобы посмотреть, как ведёт себя механизм. Ему нравилось наблюдать за размеренным движением деревянных шестерён, за тем, как тяжёлый вал медленно проворачивается под напором воды, как рычаги приводят в движение меха, а из горна вырывается ровное горячее дыхание. Теперь же всё это стало частью привычного распорядка.

Кузница больше не требовала от него постоянного внимания. Разумеется, оставлять её без присмотра на продолжительное время он всё ещё не решался: деревянные передачи нуждались в периодической проверке, крепления следовало осматривать, а водяное колесо могло неожиданно наткнуться лопастями на принесённую течением ветку или обломок дерева. Однако для обычной работы оборудования вполне хватало нескольких проверок в течение дня.

Именно поэтому очередную заготовку для меча он решил обрабатывать не внизу, а наверху, возле башни. Это был уже не первый его опыт с адамантитом. После предыдущих экспериментов Алексей значительно лучше понимал, как вести себя с этим странным металлом, хотя до настоящего понимания его природы ему было ещё очень далеко. Серебристые прожилки по-прежнему оставались загадкой. Он научился добиваться того, чтобы при многократной проковке они вытягивались, переплетались и распределялись внутри тёмной основы более равномерно, но не мог пока объяснить, почему металл реагирует именно так и какие процессы происходят в нём при нагреве.

Нынешняя заготовка была результатом нескольких дней работы. Ещё недавно она представляла собой грубую полосу металла с неровными краями, а теперь постепенно приобретала очертания клинка. Правда, до готового меча ей было ещё очень далеко. Требовалось выправить геометрию, убрать следы ковки, сформировать спуски, проверить равномерность толщины и только после этого переходить к окончательной обработке режущей кромки.

Это была очень кропотливая работа, не требовавшая постоянного применения тяжёлого молота, зато отнимавшая немало времени. Особенно теперь, когда Алексей собирался шлифовать поверхность, постепенно снимая тонкий слой металла и проверяя, не обнаружатся ли под ним какие-нибудь скрытые дефекты.

Поэтому он заранее подготовил небольшое рабочее место под скальным навесом. Туда отправились деревянные опоры, несколько камней разной зернистости, ёмкость с водой, тряпки и прочие мелочи, без которых подобная работа превращалась в мучение. Саму заготовку он перенёс наверх на руках, предварительно завернув в плотную ткань, чтобы не повредить уже обработанные участки.

Получалось довольно удобно. Возвращаясь с охоты или после сбора трав, можно было выкроить час-другой и продолжить шлифование. Не приходилось каждый раз спускаться в подземную кузницу, разжигать светильники, проверять оборудование, а затем снова подниматься с заготовкой. Внизу оставались тяжёлые работы, нагрев и ковка, наверху — всё, что требовало спокойствия и времени.

В тот день Алексей как раз занимался очередным участком клинка. Он закрепил заготовку на деревянных опорах, слегка наклонив её, чтобы удобнее было контролировать поверхность. Рядом стояла миска с водой, в которой он время от времени смачивал шлифовальный камень. Работал он медленно, без лишнего нажима. Короткие движения сменялись более длинными, направленными вдоль будущей режущей кромки. После нескольких проходов он вытирал металл, осматривал получившуюся поверхность и снова принимался за дело.

На тёмной стали уже проступали тонкие серебристые линии. В некоторых местах они шли почти параллельно, в других пересекались под небольшими углами, образуя сложный рисунок, который особенно хорошо был заметен при боковом освещении. Алексей всякий раз задерживал на нём взгляд. Он пока не знал, насколько сильно подобная структура повлияет на окончательные свойства клинка, но результаты прежних испытаний заставляли относиться к этим прожилкам с особым интересом. Он как раз собирался сменить камень на более мелкий, когда краем глаза заметил движение возле небольшого стола, стоявшего у стены башни. Точнее, движение было не совсем обычным. На металлической пластине, которую он некоторое время назад забрал у ракшаас, и в последнее время постоянно держал под рукой, вспыхнул один из светлых символов. Затем рядом появился второй. Следом третий.