Я пришёл дать вам победу

— Только на ходу тебе сходить придётся. Мы тут не останавливаемся. — успокоившись сказал «хвостовик».

— Это не беда. Бывай, Фёдор. Ещё раз, спасибо тебе, — подпихивая полы шинели за ремень, поблагодарил на прощанье Шилов.

— Ты назад-то когда? Часто ездишь? Весело с тобой разговаривать. Может, ещё соберусь прокатиться.

— Часов через пять вертаться будем. А курсируем через день, — ответил Фёдор.

— Заходи. Буду рад. Почешем языки.

На завод Василий всё-таки заглянул. Если вдруг возникнут к нему вопросы, то зафиксированный визит будет хорошим прикрытием. Мандельштама на месте не оказалось, а клерки лишь разводили руками в сторону, мол, без хозяина решить ничего не можем. Говорить нужно исключительно с ним. Да, куртки шьём, но как таковой завод, решением власти, закрывается. Дорабатываем оставшееся сырье, а что будет дальше никому неизвестно. Хозяин общается с военными ведомствами, и, возможно, удастся возобновить работу завода для нужд армии.

Вот так фокус. И кто же наших доблестных комиссаров и чекистов будет теперь кожанами в недалёком будущем снабжать? Не порядок. Берём на заметку.

Станция бурлила. Несмотря на военное время, все буфеты функционировали. Таможенники в лёгких шинельках, укрываясь поднятыми воротниками от пронизывающего ветра, пританцовывали на платформе. Вдоль их группки, не обращая внимания на морозец и ветер, чинно расхаживали жандармы – все как под копирку, заложившие руки за спину. Службы демонстрировали полную готовность к жандармскому и таможенному контролю. Окно в регистрационном бюро приоткрылось, и в образовавшуюся щель вылетел охрипший голос:

— Я нашёл эту карточку!

Один из жандармов, видимо старший, не останавливаясь и не повернув головы, отмахнулся рукой. Со стороны моста известил о своём прибытии гудок паровоза и показались клубы дыма. Контролёры дружно выстроились в шеренгу на платформе вдоль пути.

Василий внимательно изучал прилегающие территории. Четыре