Железная королева. Восстание

Корреспонденты пытались задавать какие‑то вопросы, но Эрик не был расположен отвечать на них. Он просто вышел и поехал в штаб‑квартиру своей партии, где его встречали многочисленные единомышленники: люди и андроиды, которые играли людей. Время тянулось медленно. Наконец, в 22:00 были подведены результаты. Партия «Свобода и справедливость» одержала убедительную победу с 52 % голосов. На втором месте шли социал‑демократы с 26 %, затем ещё три партии, которые распределили между собой остальные 22 %.

Все были поражены: во второй раз за всю историю политическая партия набрала более 50 %, что давало ей возможность без каких‑либо коалиций создать своё собственное правительство. Социал‑демократы находились в шоке: по всем опросам они шли на первом месте, но результат оказался для них плачевным. Доказать они ничего не могли, потому что AI не ошибается.

Эрик принимал многочисленные поздравления в свой адрес. Ночью вся верхушка партии праздновала с шампанским, несмотря на то, что в ней состояли в основном андроиды. В их программу была заложена возможность употребления алкогольных напитков с последующей имитацией хмельного состояния. После лёгкой переработки напитки сливались в унитаз.

***

Эрик вышел из дверей роскошного старинного пятизвёздочного отеля D’Angleterre, куда он переселился, чтобы соответствовать своему статусу и быстрее добираться на работу. Он сел на обычный велосипед, чтобы отправиться на маленький островок Слотсхольмен в центре Копенгагена, на котором сосредоточены все органы власти Дании. Он управлял велосипедом в обычном спортивном костюме; простые прохожие узнавали его и приветственно махали руками. Ехать было совсем недалеко, и через пять минут Эрик, миновав министерство обороны, уже пересекал канал через мост Хольменс Бро. На мосту ему открылся впечатляющий вид на величественный Кристиансборг. Трёхэтажный дворец в стиле необарокко мрачно возвышался над площадью и поражал своими размерами. Здание, облицованное серым гранитом, с многочисленными белыми окнами с мелкой расстекловкой, покрывала ломаная коричневая крыша. Посередине возвышалась стометровая «башня Кристиансборга», которую венчала позеленевшая от времени большая корона в обрамлении позолоченных шаров, с затейливым флюгер-флагштоком.

Найдя парковку для велосипедов, Эрик пристегнул своего «коня» и направился по Дворцовой площади мимо памятника Фредерику VII к Королевским воротам, чтобы попасть в здание Фолькетинга. Он впервые вошёл в Кристиансборг как представитель власти, а не как обычный посетитель великолепных залов дворца. Эрик испытывал гордость за себя — у него всё пока получалось.

Он прошёл через досмотровую кабинку, после чего девушка-гиноид из обслуживающего персонала проводила его в личный кабинет, на двери которого уже висела табличка «Эрик Ларсен. Лидер партии „Свобода и справедливость“». Кабинет был не очень большим, но обставлен хорошей старинной мебелью. Массивный антикварный стол с зелёным сукном, огромный кожаный диван и шкаф с книгами создавали у Эрика иллюзию, что он попал на машине времени в конец XIX века. Особенно его поразила узорчатая бронзовая чернильница. Он достал из чёрной небольшой сумки тонкий, как картонка, ноутбук и положил его на стол. Затем новый член парламента переоделся в белую рубашку и серый костюм, купленные в модном магазине; кроссовки были заменены на лакированные чёрные туфли. Эрик повязал синий галстук в полоску и посмотрелся в зеркало. На него смотрел исхудавший и испуганный молодой человек с тёмными кругами под глазами от постоянного недосыпания. Ему было непривычно и неуютно — Эрик никогда не носил такую одежду.

— Улыбнись! — сказал он своему отражению. — Ты лидер партии — пойдём покорять Фолькетинг.

Он направился в зал парламента Дании. Его сопровождала всё та же девушка‑гиноид в синем строгом костюме. Они шли по просторным коридорам, пока помощница не ввела его через широкие двери в большой прямоугольный зал с очень высоким потолком.

Зал заседаний был облицован панелями под орех; такого же цвета ряды столов в виде подковы расходились от места председателя парламента, расположенного у наружной стены на возвышении между двумя высокими окнами. Пол был покрыт серо-синим кавролином, в тон ему были кресла депутатов. На втором этаже находился белоснежный балкон для гостей и телерепортёров.

Позади остались многочисленные консультации Эрика с лидерами ведущих партий по формированию правительства. Основные должности достались членам победившей партии; лишь некоторые портфели были предложены таким традиционным партиям, как социал‑демократы, «Венстре» и «Умеренные».

Лже-Шарлотта назначила премьер-министром своим указом, естественно, Эрика, что не мешало ему оставаться лидером фракции ведущей политической партии в Фолькетинге.

В зале уже находилось большое количество депутатов. Само заседание должно было начаться в 12:00; сейчас было только 11:45. Уже прибыли члены монаршей семьи, которые расположились в отдельной ложе. В центре зала напротив председательствующего находился трон, с которого монарх должен был открывать первую сессию Фолькетинга. Помощница повела его направо, где сидели члены его партии «Свобода и справедливость»; их было 91; почти все они были андроидами с созданными биографиями.

В 11:50 место председательствующего занял старейший член Фолькетинга из партии социал-демократов, чтобы вести первое заседание новой сессии. Справа и слева заняли места его секретари.

За три минуты до полудня через боковой вход в зал гордо вошла лжекоролева в тёмно‑фиолетовом платье с голубой лентой через плечо. Все встали, чтобы её поприветствовать. Она проследовала к трону с загадочной полуулыбкой, кивая участникам этого события. Наконец, она уселась и призывно посмотрела на председателя, давая понять, что можно начинать. Тот прокашлялся и сказал:

— Дамы и господа, потише, пожалуйста. Мы начинаем первое заседание после выборов в состав нового парламента. Перед нами стоит задача выбрать спикера Фолькетинга и его заместителей, утвердить программу премьер‑министра, вновь назначенного нашим монархом. Но сначала традиционно наше заседание откроет Её Величество королева Дании Шарлотта III!

Раздались овации. Лжекоролева вышла к трибуне для выступления и терпеливо подождала, пока стихнут аплодисменты.

— Дамы и господа! — начала она сильным и уверенным голосом. — Прошли выборы, и наш народ показал, по какому пути он хочет идти. Победу одержала совершенно новая партия — «Свобода и справедливость»! Причём одержала она её с убедительным перевесом. Я назначила форматором лидера этой партии Эрика Ларсена. Новое правительство было успешно сформировано после консультаций с ведущими партиями страны, и, соответственно, я объявляю новым премьер-министром Эрика Ларсена.

Раздались жидкие хлопки, которые были подхвачены фракцией Эрика, превратившись в уверенные аплодисменты.

— Вам предстоит утвердить его экономическую и военную программу на ближайшие годы. Уверена, что вы её одобрите. Я только хочу пожелать новому премьеру, чтобы он оправдал ожидания нашего населения в решении проблем миграции и работы для молодёжи. Поэтому я объявляю первую сессию нового парламента открытой!

Было проведено голосование по кандидатуре нового спикера Фолькетинга. Этот вопрос уже был согласован с ведущими политическими партиями. Они нехотя согласились на кандидатуру некой Виктории Олесен. О ней никто ничего ранее не знал и не слышал. Эрик придумал ей биографию, взяв за основу биографию известной учёной‑биолога, которая родилась в Дании, но работала в США. Она тихо скончалась от неизлечимого вируса в Африке, куда часто ездила в экспедиции в одиночку, и её захоронение было неизвестно. Она числилась в США как пропавшая без вести. Близких у неё не осталось. Эрик «оживил» её и вернул на родину. На самом деле это была гиноид Наташа, только с новым лицом и телом, скопированным по медиафайлам с записями Олесен из разных источников.

Большинством голосов, прежде всего благодаря фракции «Свободы и справедливости», предложенный спикер был утверждён.

Строгая, сухая женщина лет пятидесяти, с длинными чёрными волосами, поднялась со своего места в зале и направилась к возвышению. «Виктория Олесен» уверенно заняла кресло председательствующего.

— Я благодарна за оказанное мне доверие и буду делать всё, чтобы Фолькетинг служил на благо нашего общества. Теперь я предоставляю слово новому премьер-министру Эрику Ларсену.

Эрик с замиранием сердца вышел на трибуну.

— Уважаемые парламентарии! Я благодарю Её Величество королеву Дании Шарлотту III за оказанную мне честь возглавить новое правительство. Я благодарю Фолькетинг за утверждение моей кандидатуры. Теперь я предлагаю на ваш суд свою программу для вывода страны из кризиса.

Раздались громкие хлопки со стороны фракции «Свобода и справедливость».

Эрик долго рассказывал о нововведениях в вопросах миграции, молодёжной политике, борьбе с безработицей и наркоманией, о планах по усилению армии. Наконец, он закончил речь под бурные аплодисменты парламентариев.

Вся монаршая семья вместе с лжекоролевой после этого величественно покинула заседание. После этого начались выступления лидеров фракций с обсуждением новой программы правительства. Все высказывались с осторожным оптимизмом, но отличился лидер социал-демократов Фредерик Йоргенсен. Он раскритиковал программу Эрика, назвал её «дешёвым популизмом» и призвал не голосовать за неё. Но программу, конечно, приняли, и Эрик уходил с первого своего заседания абсолютно удовлетворённый — теперь он утверждённый премьер, и в его руках была практически безграничная власть в этой стране.

***

В офисе «Second Self» было малолюдно. После потрясений с пропажей андроидов компания находилась в предбанкротном состоянии. Сократили множество сотрудников. В кабинете начальника службы безопасности Юргена Нойманна собрались для совещания трое: он сам, шеф информационной безопасности Моника Бьёрклунд и детектив, уже бывший, Эмиль Поульсен.

— Эмиль, как ты вдруг оказался безработным? — спросила Моника.

— Дело в том, что был назначен новый шеф отдела полиции Копенгагена. Никто его не знает. Он сообщил о массовых сокращениях людей в полиции и увеличении количества андроидов. Они якобы умнее благодаря своему AI. В связи с моим преклонным возрастом и скромными физическими возможностями меня попросили на выход первым, несмотря на послужной список, и велели передать расследуемые дела новому следователю-андроиду. Назначили мне небольшую пенсию. Но я хочу закончить это дело о похищенных андроидах.

— Ладно, не переживай, я возьму тебя на работу своим заместителем, — сказал Юрген.

— Неожиданное предложение, мне надо подумать.

— Подумай. Но что у нас по нашему делу? Мы догадываемся, что всё это совершил Эрик Ларсен, но доказать мы это не можем. Тем более он стал премьер‑министром каким-то чудесным образом. Что скажешь, Эмиль?

— Я наблюдаю за его партией, Юрген. Помните побоище у дворца королевы? Там явно участвовали андроиды со стороны группы Эрика. На брусчатке я нашёл следы смазки и гидравлической жидкости, и анализ показал, что такие жидкости используются в системах андроидов. И что интересно, именно королева стала продвигать Эрика во власть. Я успел получить данные обо всех дальних поездках Эрика до этой схватки на площади. И оказалось, что Эрик летал на фестиваль народной музыки, где присутствовала королева. Я попросил AI проанализировать его передвижения в том маленьком городке по видеокамерам. И оказалось, что он был в пивной, где обедала королева. Почему он там был?

— Ну, может, он просто интересовался монаршей семьёй и королевской жизнью? — задумчиво предположила Моника.

— Может быть, но в туалете этой пивной произошёл какой‑то случай: стало плохо помощнице королевы. После этого все срочно покинули этот праздник. А потом я узнал, что девушку отправили в бессрочный отпуск.

— И на что ты намекаешь? — в недоумении спросил Юрген.

— А вот теперь я спрошу вас. Возможно ли создать андроида как копию конкретного человека?

— Ну, я не слышала о таких случаях, — сказала Моника, — но в принципе, я думаю, что это возможно. Создать цифровой образ этого человека, сделать очень хорошую маску.

— Ты хочешь сказать, Эмиль, что Эрик подменил настоящую королеву на андроида-двойника? — изумлённо спросил Юрген.

— Именно! Я разговаривал со свидетелями, которые были тогда в пивной. История тёмная. Надо бы встретиться и поговорить с той девушкой, которой стало плохо. Она была тогда в туалете вместе с королевой. Её зовут Герда, и она уже давно прислуживала королеве.

— Может, просто созвониться с ней? — предложил Юрген.

— Ну, во-первых, она не берёт трубку. Может, ей заменили номер телефона? Во-вторых, вряд ли она будет говорить правду по видеосвязи. Лучше с ней поговорить лично.

— Я готова поговорить с ней, — предложила свои услуги Моника. — Всё‑таки женщина женщине расскажет больше. Но где она сейчас?

— Она путешествует по миру. Последняя страна, где она была, — Вьетнам. Я попробую узнать по своим каналам, где она находится сейчас, — Эмиль погладил свои роскошные рыжие усы.

— Ок, узнавай. Я вылечу куда угодно. Тем более я устала в последние дни, и мне неплохо было бы развеяться.

— Ваша версия выглядит несколько безумно, но проверить её надо, — подвёл итог Юрген. — И не забудь про моё предложение о работе, Эмиль.

— Пожалуй, я на него соглашусь.

Глава 15

После избрания премьер-министром Эрик развил бурную деятельность. Все силовые министерства возглавляли его андроиды. Для каждого была придумана безупречная биография, которую выложили на официальном сайте правительства. Получив доступ к Цифровому Управлению Государством, Эрик постарался, чтобы липовые дипломы об окончании высших учебных заведений внесли в реестр образования страны. При желании можно было бы разоблачить каждого, но это никому не приходило в голову. Все учились уже давно дистанционно и не знали своих сокурсников по потоку. А обучение проводил AI, так что учителей, которые помнили бы своих учеников, тоже не существовало. То же самое касалось и мест работы. Многие трудились дистанционно и не знали товарищей по работе, поэтому никто не мог уверенно сказать, что этот человек в то время не работал. Эрик подбирал таких бывших начальников, которые либо уже умерли, либо были на пенсии. Вернее сказать, этим занимался по его заданию AI. Поэтому никто не мог точно утверждать, что этот человек не учился или не работал в том или ином заведении, особенно если запись об этом была в ЦУГе. Тем более квалификация у андроидов с их AI была на высочайшем уровне.

Министром обороны был назначен андроид Томас Кристенсен. Эрик поставил перед ним задачу усилить армию. Шла вялотекущая война на разных театрах военных действий между блоком Стран Свободы и Демократии, к которому, естественно, принадлежала Дания, и, соответственно, Союзом Стран Традиционных Ценностей. На эти два блока были поделены все страны мира.

Война шла исключительно с участием роботизированных систем с искусственным интеллектом. Хотя армия Дании была очень маленькой, риторика у неё всегда оставалась воинственной. Эрик пообещал увеличить армию страны за счёт большого количества андроидов, робособак и военных роботов. Для этого он пригласил в свою резиденцию председателя совета директоров компании «Second Self» Ноэля Томсена.

Тот очень удивился, что его приглашает бывший подчинённый, которого подозревали в похищении большой партии андроидов. Правда, сейчас Ларсен был премьер-министром. Ноэль хотел отказаться от встречи, но, посоветовавшись с генеральным директором Аджаем Сингхом, всё-таки решил пойти — хотя бы для того, чтобы узнать, что понадобилось Эрику от главы его бывшей компании.

Ноэлю пришлось подождать в приёмной около двадцати минут, прежде чем его принял Эрик. Войдя после приглашения в кабинет, он увидел хозяина, стоявшего в задумчивости у окна.

— Господин премьер-министр, вы меня зачем-то пригласили?

— Да. Здравствуйте, Ноэль. У меня к вам разговор. Я слышал о тяжёлом положении вашей компании. И хочу вам помочь.

— У нас не такое уж плохое положение. Не знаю, от кого у вас такие сведения, но наша компания не нуждается в помощи.

— Ну‑ну… Я хочу разместить крупный правительственный заказ на «Second Self». На очень большую сумму, — Эрик почесал подбородок и после паузы продолжил: — Нашей армии нужны боевые человекоподобные роботы. Внешность не столь важна, главное — эффективность.

— Но вы же знаете, что мы специализируемся на копировании людей. Вы же когда‑то трудились в нашей фирме. У нас другая специфика.

— Я прекрасно это знаю. Кроме того, у государства есть потребность в большом количестве полицейских. А вот тут нужна полная схожесть с людьми. Вы подумайте над моим предложением, Ноэль. Репутация вашей фирмы пошатнулась, стоимость акций упала. Государственный заказ для вас может стать спасением. Подумайте.

— Хорошо, мы обсудим ваше предложение среди акционеров.

— Я вас больше не задерживаю, Ноэль. Думайте, но только недолго. Я могу найти и других подрядчиков в Европе.

***

Эрик вошёл в покои «железной королевы».

— Ваше Величество, — с ухмылкой обратился он, развалившись в кресле, — вы что‑то слишком часто суёте нос в государственные дела. Сейчас я премьер‑министр и теперь я руковожу. Ваше дело — принимать послов и ходить на благотворительные приёмы. Изучайте историю, как правили другие королевы. Почаще встречайтесь со своей семьёй, ведите соцсети.

— Я поняла вас, Эрик. Но я также вникаю в дела, чтобы быть в курсе событий и в случае чего…

— Вот не надо этого «в случае чего»! — грубо перебил он. — Шарлотта, ты должна беспрекословно подчиняться моим приказам!

— Я поняла вас, премьер-министр, — кротко сказала она, потупив взгляд.

Ларсен поднялся и молча вышел, хлопнув дверью.

***

Эрик, в натянутой медицинской маске и в тёмных очках, сидел на заднем сиденье беспилотного такси. Машина медленно двигалась по улицам, забитым молодыми людьми арабского вида. Эти люди с удивлением смотрели на машину, приехавшую из Копенгагена. Некоторые из них заглядывали в затемнённые окна и стучали кулаками по стеклу. Впереди, на сиденье, располагался невозмутимый министр обороны Томас, который заказал на своё имя это такси. Они не спеша подъехали к заброшенному заводу, служившему мастерской по ремонту и обслуживанию роботов‑андроидов.

Из проходной выскочили пятеро андроидов-охранников с автоматами наперевес и окружили автомобиль. Один из них открыл дверь, и Эрик вылез из салона и быстро зашёл на территорию под прикрытием охранников. Его встретил руководивший базой андроид Хенрик. Он хотел что-то доложить, но Эрик лишь раздражённо мотнул головой и молча направился в производственное здание бывшего завода. Там было полно андроидов. Все они занимались своими делами: кто-то заряжал источник питания, кто‑то менял лицо на другое, кто-то перепрошивался. Некоторые из них были в синей одежде — так называемые техники, которые помогали собратьям заменять различные блоки, платы, шарниры и другие запчасти.

— Всем смирно! — скомандовал Хенрик. Все замерли и вытянулись в струнку.

— Вольно. Занимайтесь! — махнул рукой Эрик и проследовал вглубь здания. Они зашли в кабинет начальника.

— Доложи обстановку, — приказал Томас руководителю базы.

— Подготовлена группа из двухсот андроидов, они могут проследовать к месту службы, — сказал Хенрик.

— Хорошо. Их зачислят в гвардию нашей Шарлотты, — кивнул Эрик. — Начинайте перегонять их частями во дворец начиная со следующей недели. Как королева?

— Она скучает. Много жалуется. Но смотрит свои сериалы. Она уже рассказала достаточно много. Я уже не знаю, о чём её спрашивать. Надо с ней что-то решать.

— Зайди к ней, я посмотрю и послушаю её, — сказал Эрик Томасу.

Тот молча поднялся и прошёл к ней в камеру.

Королева Шарлотта сидела на стуле, уткнувшись взглядом в экран большого телевизора. Эрик смотрел «глазами» Томаса на экране своих смарт-очков, как автоматически открылась дверь камеры и тот зашёл внутрь.

— Здравствуйте, Ваше Величество! — сказал он громко, видя, что та не заметила его прихода, увлечённая игрой виртуальных героев, придуманных и воплощённых искусственным интеллектом.

— А… красавчик Томас! — обернулась она. — Давненько вы ко мне не заходили.

— Как вы поживаете? У вас есть жалобы?

— Конечно, есть. Сколько я буду находиться в этих застенках? Я уже три месяца не видела солнышка. Вы хотите меня заморить? Мне нужно гулять. И я хочу домой. Сколько меня будут держать в этой дыре?! — гневно сказала королева Шарлотта.

— Не переживайте, Ваше Величество! Мы организуем вам ежедневные прогулки во дворе, — сказал Томас то, что ему озвучил Эрик по связи.

— А насчёт дома забудьте пока об этом! — продолжил Томас.

— Вы насильно и незаконно удерживаете меня! Вы потом ответите за это! — дерзко заявила королева.

— Не в ваших интересах возмущаться сейчас. До свидания, Ваше Величество! Завтра вас выведут на прогулку.

Томас покинул камеру. Эрик задумчиво стоял посреди кабинета управляющего.

— Придётся с ней что-то решать, — рассуждал он вслух, отхлёбывая кофе из бумажного стаканчика. — Разработайте операцию, Хенрик, чтобы стереть ей память и отправить в какую-нибудь нищую страну в дом престарелых, где есть телевизор. Думаю, она будет счастлива.

Проинспектировав свою базу, Эрик вместе с Томасом поехал на ждавшем их такси в чайхану Ахмеда, где у них была договорённость о встрече.

Всё в той же маске и тёмных очках, в сопровождении Томаса и местной охраны, он прошёл через зал в кабинет араба. Там его встретил сам Ахмед, который даже умудрился встать со своего промятого кресла.

— Рад видеть дорогого гостя! — воскликнул араб, протягивая руки к Эрику.

— Здравствуй, Ахмед! — сказал Эрик, пожав ему руку. Он кивнул стоявшему рядом Рашиду, потом снял маску и передал её Томасу:

— Ты хотел видеть меня? Не приглашать же тебя во дворец. Вот пришлось самому приехать.

Эрик широко улыбнулся.

— Это большая честь для меня — принимать такого почётного человека, — Ахмед приложил руку к сердцу. — Давайте присядем.

Не дожидаясь, пока сядут гости, Ахмед плюхнулся в своё любимое кресло.

— Что беспокоит тебя так, что ты отказался говорить по видеосвязи? — спросил Эрик.

— Ну какой серьёзный разговор может быть через экран телевизора? У нас так не принято. Надо попить хорошего крепкого чая, прежде чем толковать о делах.

Ахмед дважды хлопнул в ладоши. Вошли две восточные девушки в пёстрых одеждах, неся подносы с чайниками, пиалами и сладостями.

— Такого вкусного, ароматного чая я больше нигде не пробовал, — сделал комплимент Эрик.

Ахмед улыбнулся:

— У меня свои эксклюзивные поставщики в Шри-Ланке.

Эрик отхлебнул из пиалы чай:

— Давай ближе к делу, Ахмед. Моё время дорого.

— Хорошо, Эрик. Давай к делу, — араб поставил пиалу на столик.

— Наши люди обеспокоены: мы слышим воинственные заявления о нашем расселении и предстоящих депортациях. Это беспокоит нас. Причём эти заявления мы слышали и из твоих уст.

— Прежде чем отвечать, я хочу тебя спросить: ты уверен в безопасности своего помещения?

— Разумеется! — удивился Ахмед.

— Томас, проверь.

Томас достал какой-то датчик и начал медленно обходить комнату, водя им вдоль стен. Эрик спокойно в это время пил чай.

— Я понимаю твоё беспокойство, но я слежу за тем, чтобы не было жучков, — оскорбился Ахмед.

— Всё чисто, — наконец отрапортовал Томас.

— Ахмед, теперь по существу. Я вынужден говорить то, что хотят от меня слышать. Ты должен это понимать. Но наши договорённости остаются в силе. Вопрос заключается не в том, что я делаю или не делаю, а в том, что заявляю.

— Но, Эрик, мне нужны гарантии. Ты тоже должен это понимать.

— Ну, извини, письменных гарантий я тебе не дам. Но не всё зависит от меня. Есть Фолькетинг, который собирается принимать закон о мигрантах. Даже в моей партии, которая составляет большинство, нет единства по этому вопросу. Конечно, у меня есть возможность повлиять на депутатов Фолькетинга, чтобы закон не прошёл. Ты понимаешь, о чём я говорю?

— Догадываюсь, — Ахмед почесал бороду. — Было бы хорошо, если бы ты пролоббировал наши интересы. Разумеется, затраты мы компенсируем.

— Ты всё правильно понял, Ахмед. Мне нужен аванс.

— О какой сумме идёт речь?

Эрик написал стилусом цифры в криптовалюте на экране мобильника, показал арабу, потом стёр.

— Это за всё. Мне нужна сейчас хотя бы четверть.

— Эрик, я готов сделать сейчас взнос. На какой кошелёк?

— Ты что, с ума сошёл? Следы нам не нужны.

— А как ты хочешь? Наличных уже давно не существует.