Полная версия:
Воспоминания убийцы
Ничего не ответив, мальчишка вперил робкий взгляд в пол. Вероятно, он считал свою проблему унизительной.
– Конечно, поверить человеку, которого встретил сегодня в первый раз, трудно… Но у моей дочери так же, как и у тебя, был травмирующий опыт. Некто ворвался в наш дом, вырубил меня тупым предметом, обмотал моей девятилетней дочери скотчем рот и убил мою жену. Дочь оказалась единственной, кто видел преступника в лицо.
Чэу медленно поднял голову и посмотрел на Чону. Было видно, что один разговор об этом вызвал в нем страх.
– Слава всевышнему, сейчас с ней все в порядке. У меня как у врача есть заметные успехи в данной области. Я попробую излечить тебя от травмы, которую ты заработал в тот день, так же как исцелил травму своей дочери. Доверишься мне?
– Да… – кивнув, едва слышно пробормотал ребенок.
– Брат, давайте сначала что-нибудь поедим. Умираю от голода. Закажем цыплят?
– Чэу, знаешь, мы на днях ходили с ним в суши-бар с конвейерной лентой, и представляешь что? Суши не успевали подъехать на ленте, как улетали к нему в рот. Он ведь не вакуумный пылесос; стыдоба-то какая. У других посетителей не было даже шанса отведать хотя бы кусочек из-за этого увальня. Да и сами повара, готовившие суши, не поспевали за его скоростями.
– Ты же сказал, ешь сколько душе угодно.
– Ну, что уж теперь. Ах! Ты не человек.
– Так сколько цыплят закажем? Можем спокойно заказать тушек пять-шесть…
– Пять-шесть? Эй! Кто это есть-то все будет? А, мальчик? Пять тушек не многовато ли?
– Нормально. Я сам ел по полторы.
– А, так полторы тушки – это прямо абсолютная необходимость для молодого растущего организма. Видимо, я многого не знаю.
Чэу, вероятно расслабившись за наблюдением перепалки этих двоих, наконец смог улыбнуться. И эти трое подчистую уничтожили пять цыплячьих тушек, не оставив после себя и кусочка.
– Ну что, раз мы поели, приступим.
Чэу откинулся в кресле, на голове у него был закреплен шлем с электродами. На экране светились активные участки мозга парня.
– Для начала я задам тебе пару простых вопросов. Что ты ел вчера на ужин?
– Поужинал в круглосуточном магазинчике рамёном в стакане и рисовым треугольником.
– Что ты делал на прошлых выходных?
Покончив с разного рода вопросами, Чону наконец задал тот, что крутился у него на языке все это время:
– Расскажешь, что делал в день рождения мамы в этом году?
– Зашел после уроков в магазин косметики купить маме подарок. Увидев перед домом отца с другом, пошел сразу в квартиру. Вечером отпраздновали день рождения, и я лег спать.
В тот день Чэу определенно видел того барыгу. Глаза Чону, слушавшего парня, загорелись.
Немного погодя Чэу ввели наркоз, и он уснул. Инук промокнул мягким платком выступившую на лбу и веках мальчика испарину, всем сердцем надеясь, что теперь его кошмарные воспоминания исчезнут.
Когда операция по стиранию и переносу памяти подошла к концу, на Чону накатила усталость, и, прикрыв веки, он привалился к стене. Минуты текли, и воспоминания в голове Чону начали вспыхивать подобно обрывкам сна.
* * *Стоял студеный зимний вечер, когда световой день короток.
По пути из школы домой Чэу заглянул в местный магазин косметики. Сотрудник магазина дружелюбно обратился к переминавшемуся с ноги на ногу Чэу:
– Молодой человек, вы что-то ищете?
– Подарок маме на день рождения.
Накануне вечером он прошелся взглядом по туалетному столику матери. Мальчик пытался выяснить, какой косметикой пользуется мама, но, как ни странно, все флакончики были пусты.
– Что за… Все ведь использовано.
В небольшом мусорном ведерке рядом с туалетным столиком валялись открытые пробники. Хотя они были не настолько стеснены в финансах, чтобы мама не могла себе приобрести косметику, она, похоже, взяла за правило откладывать деньги на случай, если они неожиданно понадобятся ее умнице сыну.
Пусть и из недорогой линейки, но Чэу приобрел целый набор, состоящий из увлажняющего крема, лосьона и эссенции, и отправился домой. «Теперь следует избавиться от всех пустых баночек у мамы на столике», – крутилось у него в голове.
Чэу уже заворачивал в переулок, ведущий к дому, когда произошло это.
Даже отсюда ему было видно, как идет его отец, а за ним быстрым шагом следует мужчина невысокого роста, но крепкого телосложения. Тело Чэу мгновенно одеревенело, и он застыл на месте. Это явно был тип, похожий на того, кто ошивался перед их домом, когда мальчику было девять лет, а затем пырнул его отца ножом. Казалось, мужчина мог в любую секунду выхватить из-под кофты острый нож и замахнуться им на отца. Сцена перед глазами разворачивалась будто в замедленной съемке.
– А? А? – Не вникая в ситуацию, он попытался дрожащими руками набрать 112[10], но силы покинули руки, и он выронил телефон. Из-за внезапно захлестнувшего его страха голос отказывался слушаться.
– П… па, па… – Чэу через силу переставлял ноги, которые словно свело судорогой. Прежде чем подозрительный мужчина успел добраться до отца, он крикнул во всю мощь легких:
– Папа!
В тот момент отец и мужчина в нахлобученной на голову шляпе одновременно обернулись и уставились на Чэу.
– А? Сынок! У меня тут дела с другом. Заходи пока домой. Я тоже скоро приду.
– А…
Отец сел в машину, на которой, судя по всему, приехал тот мужчина. Когда Чэу переступил порог дома, его ноги подкосились, и он рухнул на колени. После, доплетясь до комнаты, мальчик залез с головой под одеяло и трясся в рыданиях. Изо рта текли слюни. Вернувшаяся в тот момент мать заметила состояние сына и обескураженно притянула его к себе:
– Что такое? Что случилось? Снова те воспоминания?
– Прости, мама. Сегодня твой день рождения, а я вот так.
Она прижимала к себе захлебывавшегося, словно младенец, слезами сына. Какое-то время они оба еще плакали. Затем Чэу вытащил из рюкзака подарок маме:
– Мама, это тебе.
Когда они уже успели немного успокоиться, вернулся отец:
– Что с вами? Что случилось?
– Ничего, мне сынок принес подарок.
– Что тут скажешь. Это настолько трогательно? Хе-хе-хе! – Он неловко рассмеялся и протянул коробку с тортом.
– Зажжем свечи, – предложил отец сидевшим вокруг торта Чэу с матерью. – Дорогая, Чэу. Я планирую уйти с работы. Открою в провинции автомастерскую, и заживем новой жизнью. Знаю, что вы с мамой все это время переживали из-за меня. Мне всегда было стыдно перед нашим умным сыном. Я подумал, не хочу становиться даже на толику таким отцом, который создает препятствия на пути собственного ребенка. Это и есть мой подарок на день рождения. – Он собирался покончить со всем этим, пойдя на дело в последний раз, переехать в провинцию и начать новую жизнь.
* * *Инук выдернул Чону из воспоминаний:
– Брат, есть что в воспоминаниях? Лицо того урода.
– Нет, – прошелестел Чону.
Отец мальчика не знал, но в тот день Чэу вновь столкнулся с последствиями травмы. В страхе он не смог как следует разглядеть лицо того мужчины. Лицо мужчины, которое Чону выудил из воспоминаний, было подернуто белой дымкой, так что распознать его было невозможно. Вот и все.
– А-а… Вот как. – Услышав Чону, Инук не смог скрыть свое разочарование.
– Сеул, Тэ-А-тридцать, пять-ноль-шесть-один.
– А?
– Номер его машины. Сохранился в памяти. – Чону растерянно записывал номер машины на бумажке.
– Проблема в том, что это левая машина[11], такие сложно выследить, да и высока вероятность, что от нее уже избавились.
– Это да. – Он был уверен, что разгадка близко, но все снова пошло наперекосяк.
2
Преследование
Чису всегда с сомнением относилась к теме исследований Чону.
– Чону, стирание прошлого – это какой-то трюк. Нельзя на пустом месте сказать, что этого никогда не было. Люди в итоге просто-напросто превращаются в дураков.
– Да, возможно, ты и права. Но даже так есть люди, которые ставят сам факт жизни на первое место, несмотря на возможность превратиться в идиотов. Память подобна чудовищу, пожирающему настоящее. Человек без конца возвращается в воспоминания и в итоге теряет способность жить настоящим. Здесь и сейчас существует только тело, разум же застревает в моменте получения травмы. Эта зараза подобна пиявке: чем сильнее пытаешься отцепить, тем неистовее она присасывается.
– Верно, поэтому забвение и зовется Божьим благословением. Но, понимаешь ли… Не говорит ли это о том, что забвение и есть сфера Божья? Ты можешь с уверенностью утверждать, что, прикасаясь к чьим-то воспоминаниям, ты в действительности помогаешь человеку?
– …
– Возможно, то, что ты сотрешь человеку память, лишит его какого-то шанса.
– Какого?
– Шанса преодолеть эти воспоминания самостоятельно.
– Человек не способен победить воспоминания. Чем отчаяннее человек сражается с воспоминаниями, тем сильнее они врезаются в его мозг.
– Тогда что насчет трансплантации памяти? Воспоминания ведь сугубо личный опыт определенного человека и его субъективная интерпретация. Не заблуждение ли думать, что возможно полностью перенести воспоминания одного человека другому?
Чону, сгорбившись, сидел в абсолютно пустом храме, занимавшем обветшалое здание в окрестностях дома. Когда надежда обнаружить подсказку в воспоминаниях Чэу рухнула, он почувствовал, будто нечто, удерживавшее его на краю пропасти, лопнуло.
Дарует ли ему прощение Бог за попытку влезть в головы других? Он прикрыл глаза, погрузившись в молитву:
«Господь, даже если потом наступит раскаяние, я не могу остановиться. Лишь продолжая греховным путем двигаться дальше, возможно найти истину. Какая истина предстанет передо мной в конце этого греховного пути? Господь, разрешишь ли мне докопаться до истины, даже если я вот такой?»
Не успел Чону выйти из храма на мокрую от дождя улицу, как ему позвонила Хесу, давняя подруга и по совместительству лечащий врач его дочери.
– Хесу, что стряслось?
– Давно не виделись, если у тебя есть время, предлагаю встретиться за чашечкой чая или чего-то покрепче. Есть разговор.
– Больше всего меня пугают слова «есть разговор». Это что-то связанное с Суа?
– Да. Подробности при встрече. Сильно не переживай.
* * *Чону был многим обязан Хесу. Когда он валялся в течение четырех дней без сознания, именно Хесу выступала и лечащим врачом, и защитником Суа. Она наблюдала Суа три года; в последнее время частота их встреч сократилась до одного раза в месяц.
Хесу первой пришла в кафе и, попивая грейпфрутовый чай, ждала Чону. Завидев его, она приветственно махнула рукой. Она была поистине привлекательной женщиной со своими локонами по плечи, подпрыгивавшими при каждом движении, белоснежной кожей и пухлыми коралловыми губами.
– Вчера у нас был сеанс с Суа. Вот то, что она нарисовала, когда я попросила ее изобразить маму, – сказала она, протягивая Чону нарисованный цветными карандашами рисунок.
При одном взгляде на рисунок сердцебиение Чону участилось и на мгновение потемнело в глазах. На рисунке была изображена женщина с двумя огромными крыльями за спиной; она летела вниз со скалы.
– Нет слов.
– Скажи? Это ведь странно? Может, она что-то вспоминает.
После стирания памяти Суа Чону объяснил ей, что мама умерла из-за болезни. Но что тогда, ради всех святых, нарисовала Суа? Трудно поверить, что такое изобразил ребенок, который ничего не помнит. Скорее это напоминало попытку проводить в последний путь трагически погибшую мать.
– Что до скалы, которую нарисовала Суа, это…
– Да, это наш дом. Похоже на нашу высотку.
– Даже с учетом крыльев это, очевидно, картина падения. Я была в ступоре, увидев нарисованное, на языке крутилось множество вопросов, но я просто похвалила ее.
– Как она себя вела во время сеанса? Я абсолютно не почувствовал в ней изменений.
– Я тоже. Это была все та же солнечная и улыбчивая Суа.
Чону было тяжко при мысли о том, что его маленькой Суа пришлось перенести операцию, еще и на мозге. Во время операции он воздействовал гораздо более слабым разрядом тока, чем это требовалось. Важнее было пре= дотвратить возможные последствия, нежели успешно провести операцию.
Чону не возлагал больших надежд, но, когда Суа стала прежней после операции, он уверовал, что все прошло успешно. Не то чтобы он не размышлял о том, как бы все сложилось, пересади он воспоминания Суа. Но Чону не смел подвергнуть Суа еще большему риску.
– Вероятно, вместо того чтобы полностью стереть память, я всего лишь ослабил межнейронные связи. Возможно, остались какие-то смутные обрывки воспоминаний, когда не различить, где сон, а где явь. Эмоциональная реакция на воспоминания притупилась. Другого объяснения я не нахожу.
Внутри Чону боролись два чувства: с одной стороны, он был бы рад, не вспомни Суа о том ужасе, с другой – насколько было бы здорово, укажи она прямо на преступника.
– Ты в порядке? Выглядишь так, будто тронь тебя – и развалишься. – Она осторожно похлопала его по плечу.
– Может, это оттого, что в последнее время я нормально не сплю? Ничего страшного. Не волнуйся. – На мгновение его охватило желание выложить ей, кто, казалось, глядела прямиком в душу, все. С трудом, но он сдержал этот порыв. Чону поспешил уйти, прежде чем его решимость испарится и он даст слабину.
* * *Уже в машине по пути домой после встречи с Хесу он, будто прося совет, пробормотал:
– Чису, что мне делать? Помоги мне. Я по тебе сильно скучаю.
Как только он вспомнил о ней, плотину сдерживаемых до этого эмоций прорвало. Он припарковался на обочине, чтобы совладать с разбушевавшимися чувствами. В груди пекло: вероятно, стресс спровоцировал обострение гастрита. Тогда на ум внезапно пришли слова тети:
«У Чису был любовник».
Тетя ошибалась. Чону доверял Чису. Он и представить себе не мог такого варианта развития событий, при котором Чису ушла бы от него и начала встречаться с другим. Но его все еще не покидал вопрос, зачем Чису в тот день встречалась с неким мужчиной.
Чону был почти у дома, когда резко повернул назад. Пункт назначения изменился. Он ужасно скучал по ней, но теперь ему не оставалось ничего, кроме как идти по ее следам.
Был будний день, девять часов вечера. Никаких гарантий, что, приехав сейчас, ему удастся встретиться с тем мужчиной, не было, и тем не менее его будто что-то тянуло, и он отправился в юридическую фирму «Хансе». У него промелькнула мысль зайти в кофейню на первом этаже здания, где Чису встретила знакомого.
Чону выяснил, о ком говорила тетя. Не потребовалось проводить никакого расследования. На сайте фирмы был лишь один адвокат по фамилии Чо. Рядом с внушительного размера фотографией профиля висела краткая информация:
Чо Минчжэ
Тел.: 02-6003-7хх2
E-mail: jmj@han-se.com
Сфера деятельности: уголовное дело, споры в сфере строительства и недвижимости, семейное дело, общая юридическая практика, коммерческий арбитраж
На фотографии он был в очках без оправы и в темно-синем костюме. Телосложение выглядело довольно худощавым для его высокого роста.
Прежде чем зайти в кафе, Чону спустился на подземную парковку и заглушил двигатель. В тот момент он заприметил мужчину на красном Porsche, припаркованном прямо напротив.
«Ха! Это он».
Чо Минчжэ; это точно был он. Мужчина будто сошел с фотографии, размещенной в профиле на сайте компании. Благодаря тому, что Чону изучил информацию обо всех юристах данной фирмы, он мог с уверенностью сказать, что перед ним стоял адвокат Чо.
Чону вновь завел двигатель. Он пришел в себя только тогда, когда уже гнался по пятам за машиной мужчины. В это время ему бы следовало уже быть дома или где-нибудь в ином месте, но он не мог все бросить. Красный Porsche свернул в переулок в Чхондамдоне. Перед неизвестным баром едва держалась на ногах пьяная вдребезги женщина, под руку ее поддерживал, судя по виду, служащий парковки. Машина медленно сбросила скорость и притормозила прямо перед женщиной. Та, пошатываясь, забралась внутрь; при этом мужчина, сидевший на водительском кресле, не предпринял ни единой попытки как-то помочь ей.
Машина мужчины, набрав скорость, куда-то направлялась. Прошло около часа с тех пор, как Чону начал преследование. Он не смог бы внятно объяснить, по какой причине вдруг решил погнаться за мужчиной, но путь, по которому следовала машина впереди, выглядел весьма подозрительно. Они подъехали к безлюдному берегу реки Ханган. Чону жил в Сеуле всю свою жизнь, но он и не подозревал, что у Хангана есть такое пустынное место. Чону продолжал издалека следить за машиной адвоката Чо. За наглухо тонированным окном невозможно было рассмотреть, что происходит снаружи. С досадой решив, что в таком случае зря тащился, Чону опустил стекло. Ночная прохлада коснулась его щек.
В следующий миг… раздался едва различимый крик женщины. Чону затаил дыхание и весь обратился в слух. Может, он что-то не так расслышал. Ведь это могло быть всего лишь мяуканье кошки, жужжание насекомого или завывание ветра, дующего с реки.
И вот снова. Краткий вскрик, но он определенно принадлежал женщине. Чону аккуратно извлек телефон и вышел из машины. И крадучись двигался в сторону припаркованного Porsche. Казалось, будто разросшийся бурьян трется о его ноги. Приблизившись к машине, он заметил, что та раскачивается из стороны в сторону. Вновь раздался краткий резкий вскрик, и он уже без колебаний постучал в окно.
Внутри резко стало тихо, и окно поползло вниз.
– Ты кто? – с раздражением бросил мужчина.
– У вас все нормально? – игнорируя его, обратился Чону к сидящей на соседнем кресле женщине.
– Ты из полиции? Тебе какое дело до того, чем я занимаюсь в машине с любимой? Бесишь прямо.
Пронзительный женский крик, раздавшийся в машине, ударил по барабанным перепонкам. Тогда-то до Чону и дошло, что он совершенно превратно понял ситуацию.
– Простите. – Он поспешил принести извинения и припустил прочь.
Сзади раздался щелчок открывшейся двери автомобиля, и мужчина стремительно нагнал Чону:
– Любезный! Ну-ка постой.
Чону подумывал проигнорировать зов и продолжить путь к припаркованной машине, но остановился на месте. Адвокат Чо вышел вперед:
– Ты кто такой? Зачем преследуешь меня? – Он застопорился и, нахмурившись, приподнял очки рукой. – Ты… ты же муж Чису. Верно? Зачем ты здесь?
Он с первого взгляда опознал Чону. Ситуация перевернулась, и теперь настала очередь Чону, а не адвоката Чо, впасть в замешательство:
– Простите. Это… Я немного недопонял ситуацию…
– Да нет же, я спрашиваю, зачем ты следил за мной?
– Мой знакомый рассказал, что видел, как вы встречались с Чису. Я и не подозревал, что у Чису был подобный друг. Ведомый любопытством, я случайно увидел вас на парковке фирмы и незаметно для себя последовал за вами. Довольны?
– Невероятно… Ты сейчас меня в чем-то подозреваешь? Уж не я ли в твоем воображении убил Чису? Разве это не ты убил ее? – со злой усмешкой процедил адвокат Чо. – А что, в фильмах и сериалах, да в тех же новостях, если умирает жена, убийцей всегда оказывается муж. Умирает муж, убийца – жена. Даже когда я сам начинаю копаться в деле, итог всегда один.
– Заткнись. Тебе стоит захлопнуть рот.
– Не строй такую злобную мину. Я просто спросил, ты ведь преследовал меня. – Он гаденько ухмыльнулся уголком рта и достал из бумажника визитку. – Если у тебя есть ко мне дело, не стоит гоняться за мной, как крысеныш, запишись по-человечески на прием через секретаря и приходи.
Чону молча взял визитку и развернулся. В тот момент адвокат громко прокричал:
– Чису не была счастлива!
– Су… ка, как ты смеешь говорить своим мерзким ртом о Чису? – Чону сжал руки в кулак, но не обернулся в ответ на эту провокацию. Вместо этого он изо всех сил стиснул зубы и процедил слова себе под нос. Заведенный адвокат Чо точно так же кипел от гнева. Ожидавшая в машине женщина с написанным на лице любопытством поинтересовалась происходящим:
– Милый, это кто?
– Муж моей первой любви.
– Что? Что ты сказал?
– Ай! Короче. Просто поехали. Доброшу тебя до дома.
– Что за бред! Мы серьезно просто уедем?
– Прости. Завтра наберу.
Адвокат Чо был не из тех людей, которые нравились Чису. По крайней мере, так думал Чону. Он не жалел денег на свои хотелки: на машины, одежду, любовниц – и был излишне самоуверен. Его достоинство заключалось в том, что он не обладал излишней скромностью.
* * *На следующее утро, едва стукнуло девять часов, Чону набрал номер, указанный в визитке:
– Добрый день. Звоню, чтобы записаться на встречу с адвокатом Чо Минчжэ.
– Минуту. Адвокат Чо сейчас на встрече… Как могу вас ему представить?
– Хан Чону.
– Записала.
Прошел час, но адвокат Чо так и не перезвонил. На все последующие звонки секретарь упрямо повторяла, что адвокат не может сейчас ответить.
– Ах ты мелкий гаденыш. – Даже зная, что вновь ничего не добьется, Чону еще раз набрал номер. И вот, наконец, встречу удалось назначить через час, в семь часов вечера.
– Передайте, что встреча будет платной, – в разговор с секретарем внезапно прорвался возглас адвоката Чо. Секретарь передала его слова:
– Вы согласны с тем, что за вечернюю консультацию будет взиматься плата?
– Да-да. Просто передайте ему, что за желаемое я заплачу ему вдвойне.
– Что? Вдвойне? Я что ему, таксист?! Деревенщина. – Голос адвоката стал громче. Кажется, разговор велся по громкой связи.
– Я тебе говорю, что заплачу, а ты все равно бесишься. Давай тогда созвонимся напрямую. Зачем нам посредник в разговоре?
– Что, бешусь? Этот гад переходит всяческие границы.
– Тогда ждем вас. – Секретарь поспешила повесить трубку прежде, чем они начнут свой по-детски нелепый спор.
Кафе на первом этаже фирмы было битком набито людьми. Вдоль двух стен тянулись огромные книжные стеллажи, что прибавляло шарм интерьеру, свежеиспеченный хлеб выкладывали на прилавок четыре раза в день. Двое неловко сидели друг напротив друга, спрятавшись за кофе.
– Как вы встретились с Чису?
– Случайно. Чису шла в кофейню по пути из соседнего книжного, где как раз приобрела книги, а я возвращался в офис со встречи и уже собирался подняться наверх, прикупив себе кофе, как по воле судьбы мы столкнулись друг с другом.
– Вот только не надо нести бред про судьбу, – пробормотал Чону, не обращая ни малейшего внимания на человека напротив.
– Ты это мне?
– Хватит. После этого вы снова встречались?
– В тот день мы обменялись номерами и встречались еще где-то пару раз за кофе. Ей, как и прежде, нравились триллеры. Поэтому, возвращаясь домой из командировки в Англию, я купил ей в подарок популярный триллер, еще не изданный в Корее. Она была в восторге. На этой почве мы встречались еще несколько раз.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
По курсу на момент редактирования текста (середина июля 2025 г.) стоимость 1000 вон в российских деньгах – ок. 56 руб.
2
Чонгук (Джонгук в иной транскрипции; р. 1997) – ведущий вокалист бой-бэнда BTS.
3
В иной транскрипции соджу – национальный корейский алкогольный напиток широкого диапазона крепости, дистиллят браги из батата, риса или пшеницы.
4
Самгёпсаль – одно из наиболее популярных в Корее блюд, куски свиной брюшины, самостоятельно поджариваемые на гриле.
5
Краткая формулировка по-английски того, что написано выше, как и в следующем случае.
6
На суши-конвейере цвет тарелки маркирует цену блюда; видимо, в данном случае те суши, что лежат на желтых и синих, – самые дешевые.
7
Блюдо корейской кухни, варенные в пряном бульоне свиные рульки или ножки.
8
Номер вызова пожарных и скорой помощи в Корее.
9
Тонкасы – корейское блюдо из свинины, похожее на шницель; «ван» обозначает большой размер порции.
10
Номер полиции.
11
Тэпхочха (대포차) – машина, по факту зарегистрированная на другого владельца (не является угнанной, такие машины продают на черном рынке вследствие долгов или чего-то подобного).
