Тилларина. Говорящая с миром

– Разве у вас нет своих чертогов? – спросила Тиллрина, всё ещё не в силах отвести взгляд от преобразившегося дома.

– Есть, – отмахнулась богиня. – Но там как-то… пусто, что ли. Словно нежилые они. Или, может, я просто не привыкла к ним. Так что, если ты не против, мы решили пока остаться здесь. Позже, когда мир полностью наполнится жизнью и у меня появится больше работы, мы, наверное, переберёмся в свои чертоги.

– Здравствуй, Элмара, – произнёс Аарик, до этого момента хранивший молчание. Его голос звучал спокойно и уважительно.

– О, какие люди… Ну, точнее, не люди… но ты же меня понял, – ответила богиня, обнажив зубы в весёлой улыбке. Её глаза искрились весельем.

– Спасибо тебе, – неожиданно произнесла Элмара, глядя на ректора с искренней благодарностью.

– За что? – искренне удивился Аарик, приподняв бровь.

– За то, что позаботился о нашей девочке, – ответила богиня, тепло глядя на ректора.

– А разве я мог иначе? – пожал плечами Ульмер, слегка смутившись от такого признания.

– Ты удивишься, сколько существ поступают иначе, – с горечью в голосе произнесла Намара, её взгляд стал отстранённым. В памяти всплыли непростые отношения собственной дочери и Тиль.

– Так, – Аарик хлопнул в ладоши, привлекая внимание Тилларины и тем самым разряжая напряжённую атмосферу. – Мир жаждет твоего внимания. Что ты там придумала?

Девушка немного смущённо спросила:

– А мне обязательно придумывать только полностью новые расы для Анэтары?

– Не обязательно, – ответил отец. – Ты можешь создать тут кого угодно. В любом случае ни одни создания не будут похожи друг на друга как копии. Каждый демиург при сотворении живых существ будет добавлять в них что-то своё, уникальное. И пусть внешне они будут очень похожи, какие-то отличия всё равно будут. Например, люди – они в любом мире люди. Однако где-то обладают магией, где-то нет, где-то живут пятьдесят лет, где-то двести. Всё зависит от тебя.

Тилларина на мгновение задумалась, а затем несмело проговорила:

– Тогда первым народом, который будет населять земли Анэтары, станут эльфы.

На лице Аарика появилась понимающая улыбка.

С лёгкостью создав портал, Тиль переместила их с отцом в самое сердце густого леса. Опустившись на землю, она коснулась её ладонями, закрыла глаза и мысленно потянулась к разуму Анэтары. Мир с готовностью принял её идею и ответил тёплой, согласной волной энергии.

Когда Тилларина открыла глаза и выпрямилась, лес вокруг них словно ожил. И без того высокие кроны деревьев устремились ввысь, их верхушки терялись где-то в облаках. Стволы стали настолько огромными, что обнять их можно было бы, лишь собрав множество людей в цепочку. Ветви деревьев начали переплетаться, срастаться, образуя причудливые арки и галереи.

Аарик с изумлением наблюдал, как деревья превращаются в целый диковинный город, раскинувшийся над землёй. Деревянные наличники окон украшали изысканные резные цветочные орнаменты, а листья волшебных жилищ сияли мягким золотистым светом. Сотни таких домов тянулись вдаль, насколько хватало глаз.

В центре новосозданного города возникло величественное здание, словно сотканное из хрусталя и солнечного света. Его красота была настолько поразительной, что у Аарика перехватило дыхание.

– Что происходит? – почти шёпотом повторил он, не в силах оторвать взгляд от великолепия вокруг.

– Я подумала, что прежде чем создать народ, нужно позаботиться о том, где они будут жить, – спокойно объяснила Тиль.

– А это что за здание? – спросил отец, указывая на хрустальный дворец.

– Храм, – просто ответила Тилларина. – Всем нужно во что-то верить. Я просто упрощаю им путь к призыву богини… или бога.

Закрыв глаза, Тилларина погрузилась в водоворот собственных ощущений. Магия созидания, подобно невидимым волнам, расходилась от неё во все стороны, наполняя мир новой жизнью. В свежепостроенных жилищах уже раздавался звонкий детский смех, слышались оживлённые разговоры и мелодичный звон посуды.

Аарик, заворожённо наблюдая за происходящим, не мог оторвать взгляда от невысокого эльфа, неспешно проходящего мимо. Каноничные черты расы – длинные заострённые уши, миндалевидные глаза, тонкие, изящные черты лица – гармонично сочетались в его облике. Но что поразило Аарика больше всего – это отсутствие привычной надменности во взгляде, столь характерной для первородных эльфов в других мирах.

В свой первый народ Тилларина вложила всё самое светлое: жажду творить добро, искренность и благодарность, способности к стихийной магии и лекарскому делу, таланты к музыкальным искусствам. Долгие месяцы она кропотливо продумывала каждую деталь их создания – от анатомического строения до магических способностей. Продумывала не только внешность, но и предназначение каждого представителя народа, их занятия и ремесла.

Особую роль играла история. Тилларина понимала: чтобы эльфы не чувствовали себя чужими в этом мире, они должны искренне верить в своё прошлое и будущее. Она создала для них целую систему мифов и легенд, наполнила их жизнь смыслом и глубиной.

Особое внимание девушка уделила старейшинам, наделив их такой мудростью, будто они существовали тысячи лет назад. И вот теперь один из таких мудрецов направлялся прямо к ним. Его стройная фигура, подтянутая и грациозная, словно воплощала собой совершенство. Он был одет в белоснежную мантию, на шее висел золотистый знак, говорящий о его высоком положении. Белоснежные волосы были искусно заплетены в сотни тончайших косичек.

– Приветствую тебя, о великая создательница, – склонил голову старейшина, и в его голосе звучала такая глубина и уважение, что Тилларина невольно задумалась.

«Кажется, я действительно перестаралась с мудростью», – промелькнула мысль в её сознании, когда она заглянула в глаза старейшины и поняла: он знает. Знает, что их создали только что.

15 Глава. Ножиданные подселенцы

– Свет, ты видишь?

– Да, Тень, я вижу.

– Мы поможем?

– Мы поправим.

Две грани одной сути внимательно наблюдали за тем, как Тилларина творит свой мир – мир, который она создавала неправильно. Слишком светлым он получался, слишком добрым. Такой мир не мог существовать в реальности.

Тень окинула взором бескрайнюю панораму вселенных и заметила, как в одном из миров горстка тёмных созданий под защитой своей богини пытается создать портал в неизвестность. Они спасались от хаоса, который почти целиком поглотил их мир.

Свет кивнул в знак согласия, влил свою силу в тёмный портал и скорректировал его координаты, направив их к Анэтаре. В следующее мгновение покинутая планета окончательно пала под натиском хаоса. Мутировавшие создания ринулись в яростную схватку, борясь за место в новой иерархии.

Тиль хотела было поприветствовать в ответ эльфийского старейшину, но внезапно мир замер, будто время остановилось. Затем всё вокруг затряслось и заволновалось, словно поверхность воды от брошенного камня.

– Анэтара? – мысленно закричала девушка, чувствуя, как страх сковывает её сердце.

На мгновение солнце скрылось за луной, погружая мир во тьму. А потом… потом раздался стон – миллионы голосов одновременно ворвались в сознание Тиль, превращая её разум в какофонию звуков.

– Говорящая с миром, – раздался в её мыслях голос, похожий одновременно на шёпот и крик.

– Что происходит? – воскликнула она, пытаясь справиться с наваждением.

– Тёмные, – последовал краткий, но пугающий ответ.

В голове Тиль вспыхнули яркие мыслеобразы: на опушке леса стояла сотня странных существ, похожих на людей, но окутанных аурой незнакомой магии.

– Это не я их создала! – в растерянности воскликнула Тиль, обращаясь к Анэтаре.

– Я знаю, – прозвучал лаконичный ответ.

– И что теперь делать?

– Ты – создательница этого мира. Только тебе решать, могут ли они остаться здесь. Если хочешь, я могу перенести тебя с отцом к ним.

– А ты можешь? – в очередной раз удивилась девушка и получила в ответ снисходительно-утвердительную волну.

В этот момент Аарик осторожно тронул дочь за локоть, вырывая её из странного

транса и возвращая в реальность.

– На Анэтаре появились незваные гости, – напряжённо произнесла Тиль, её голос дрожал от волнения.

– Пойдёшь со мной поговорить с ними? – спросила она, глядя на ректора.

– Конечно, – ответил ректор, мгновенно активируя защитные заклинания. Его руки засветились, когда он накидывал на них обоих мощные щиты от физического, ментального и магического воздействия.

– Возьми его за руку, – снова прозвучал в голове Тиль спокойный голос мира.

Она подчинилась, переплетая свои пальцы с пальцами отца. В этот момент изумлённый эльф увидел, как Тиль и Аарика накрыло земляной волной – она захлестнула, словно морской прилив, чтобы через мгновение вытолкнуть их из земли в нескольких метров от пришельцев.

Одна из фигур стремительно развернулась к ним, и Тиль с нескрываемым интересом принялась изучать незнакомку. Кипенно-белые волосы, заплетённые в сотни тончайших косичек, были искусно соединены между собой серебряными цепочками. Чёрная как ночь кожа контрастировала с миндалевидными глазами, в которых плавали рубиновые радужки. Острые эльфийские уши, утончённые черты лица, гибкое тренированное тело с изящными женственными изгибами – всё в ней дышало силой и грацией.

На незнакомке был искусно подогнанный кожаный доспех, подчёркивающий её фигуру. Она демонстративно выставила вперёд пустые ладони, показывая свои мирные намерения.

– Приветствую тебя, о создательница столь прекрасного мира! – произнесла она. – Меня зовут Лилит, и я покровительница великого народа дроу.

Мелодичный голос тёмной богини лился подобно сладкому мёду, на мгновение заставив Тиль поддаться её располагающим чарам. Однако мощная ментальная защита, возведённая ректором, почти полностью погасила эту эмоциональную атаку. Те немногие остатки очарования, что всё же проникли в сознание девушки, были мгновенно развеяны разъярённым драконьим рёвом, раздавшимся в её мыслях.

Лилит едва заметно нахмурилась, почувствовав сопротивление, но быстро вернула себе невозмутимый вид.

– Приветствую богиню дроу, – хмуро произнесла Тиль, её голос звучал настороженно. Аарик, стоящий рядом, молча склонил голову в уважительном полупоклоне.

– Что привело вас на мою землю? – Тиль сделала особое ударение на слове «мою», давая понять, кто здесь хозяйка положения.

– Я спасала своих детей от поглощения хаосом, – с грустью ответила Лилит. – Нашего прекрасного дома больше не существует, – в её голосе прозвучала искренняя тоска и боль, которая тронула Тиль гораздо сильнее, чем любая магия очарования.

– Вы хотите остаться здесь? – прямо спросила девушка, догадавшись о намерениях гостьи.

Лилит неопределённо пожала плечами, а затем произнесла:

– Я не могу ощущать весь мир в полной мере, потому что он пока не принял меня. Но я чувствую, что здесь не так много разумных. Разве мы кому-то помешаем?

Тиль почувствовала, как её разум снова робко касается магия очарования. Она поморщилась и твёрдо сказала:

– Если ты хочешь, чтобы я хотя бы подумала об этом, прекрати мухлевать. Ты меня злишь.

Лилит лукаво улыбнулась, в её глазах заплясали озорные огоньки.

– Извини, привычка, я всё же тёмная богиня, – однако в её голосе не было ни капли раскаяния, лишь какое-то странное веселье, словно она наслаждалась этой игрой в противостояние.

Тилларина нерешительно посмотрела на отца, ища поддержки, но Аарик лишь слегка приподнял бровь, словно говоря: «Это твой мир, тебе и решать». Девушка на мгновение замешкалась, а затем задумчиво произнесла:

– Тёмная богиня и её тёмный народ…

– Тьма не равна злу! – резко перебила её Лилит, в голосе прозвучала сталь. – Тебе ли не знать, что нет света без тьмы?

Тиль молча кивнула, признавая правоту тёмной богини.

– Хорошо, – наконец произнесла она. – Создавая этот мир, я обещала, что каждый здесь найдёт свой дом. Раз прыжок в неизвестность привёл вас именно сюда, я принимаю вас.

В этот момент земля словно ожила. Анэтара согласилась с решением своей создательницы и, приняв Лилит как новую богиню, быстро считывала из её воспоминаний необходимую информацию.

Дроу, или тёмные эльфы, не любили дневной свет, предпочитая жить под землёй. И сейчас тёмный континент стремительно преображался – перед глазами присутствующих возник вход в обширные территории подземных пещер, в которых были высечены целые дома, извилистые переходы и даже подземные озёра, чтобы новому народу было привычно и комфортно. Звон проявившихся тёмных чертогов эхом разнёсся по подземным коридорам.

Лилит благодарно склонила голову, а её «дети» все как один опустились на одно колено, прижав кулаки к груди.

Лишь двое – князь и княгиня – не опустились на колено, но склонили головы и также прижали кулаки к сердцу в знак глубочайшего уважения. Лилит едва заметно кивнула им, и оба величественно приблизились.

– Для нас честь познакомиться с демиургом нашего нового мира, – прозвучал нежный, мелодичный голос княгини, в котором слышалось искреннее почтение.

После этих слов они развернулись и повели своих подданных в тёмное нутро новообразовавшихся пещер, где дроу предстояло обустроиться и обжиться. В воздухе буквально ощущалось всеобщее облегчение тёмных. Больше не нужно было сражаться с хаосом, не нужно было бояться разрушительных прорывов, не нужно было постоянно убегать от надвигающейся угрозы.

Лилит, сверкнув игривым взглядом в сторону Аарика, простилась с Тиль и, пообещав непременно ещё пообщаться, растворилась в воздухе, направляясь в свои новые чертоги.

Отец и дочь остались одни, наблюдая, как последние фигуры тёмных эльфов теряются в сумрачных глубинах.

– Неожиданно, конечно, – всё ещё растерянно произнесла девушка, её голос звучал немного ошарашенно.

– Я думаю, это вмешалось равновесие, – задумчиво проговорил ректор, глядя вдаль, где исчезали последние фигуры дроу.

Тиль удивлённо посмотрела на него, в её глазах читалось непонимание.

– Да, я всё думаю над словами богини: «Без тьмы – нет света». А ведь в твоём мире совсем не было бы тьмы и зла…

– Я хотела мир, в котором все будут счастливы, – протянула Тилларина, её голос звучал немного обиженно.

– Я понимаю, – мягко улыбнулся отец. – Но ты должна дать своим созданиям свободу выбора. Ты не можешь отнять у них возможность быть такими, какими они хотят.

Представь себе абсолютно положительный мир, только добро, только свет и радость.

В воздухе повисла долгая, тяжёлая пауза, во время которой Тиль пыталась осмыслить слова отца.

– Представила, – буркнула девушка, наконец.

– И как? – мягко подтолкнул её к ответу Аарик.

– Выглядит не настояшим, – тихо призналась Тиль.

– Вот и я о чём, – улыбнулся Аарик и легонько щёлкнул её по носу.

Тиль мысленно обратилась к Анэтаре с просьбой переместить их к её дому. Через несколько минут девушка уже входила в родные стены, держа на руках весело улыбающуюся Лиару, и рассказывая бабушке о том, что произошло.

– А где, кстати, Намара? – спросила Тилларина, осознавая, что не видела дриаду с момента своего сегодняшнего перемещения.

– О, – протянула богиня смерти с загадочной улыбкой. – Прогуляйся в священный лес. Это стоит того, чтобы увидеть собственными глазами.

Тиль кивнула и направилась к изумрудно-золотистой роще, отделённой от основной части леса тонкими нитями журчащих ручейков. С каждым шагом она всё отчётливее слышала детский смех, который становился всё громче и звонче.

Выйдя на залитую солнечным светом поляну, девушка замерла, поражённая открывшейся перед ней картиной. В центре поляны сидела… нет, не дриада – настоящая богиня леса. А вокруг неё, словно маленькие феи, кружились три крошечные девчушки с зеленоватой кожей, в платьях из живого мха и с волосами всех оттенков коричневого цвета.

Заметив гостью, малышки на мгновение замерли, а затем, словно испуганная стайка птиц, спрятались за спиной Намары.

– Тиль, – улыбнулась она, поднимаясь навстречу. – Всё получилось.

Её мягкая улыбка сияла любовью, когда она оглянулась на детей.

– Только трое? – спросила Тилларина.

Намара снова перевела взгляд на неё.

– Пока трое, – поправила она. – Каждой душе необходимо разное количество времени, чтобы набраться сил.

– Пойдём, покажу тебе ещё кое-что, – загадочно проговорила покровительница магических существ и поманила девушку за собой.

Они вышли из рощи и углубились в лес. Там, в самой чаще, под золотыми магическими пологами медленно формировались гигантские стволы. Миллиметр за миллиметром наращивалась кора, вытягивались ветви. На одном из деоевьев словно замерло высеченное из коры лицо.

– Это что? – не удержалась от вопроса девушка.

– Это будущие энты, – проговорила Намара. – Мир сам буквально под ноги мне выбросил их волшебные ростки.

В мысли Тиль вторглась теплая волна от Анэтары.

– Для чего они нужны? – продолжала любопытствовать она.

– Будут смотрителями леса. А еще станут охранять молодых дриад, – снова улыбнулась богиня.

Тиль и Аарик вернулись в академию уже тогда, когда ночь полностью окутала мир своим тёмным плащом. Ректор с удовлетворением отметил, что его контроль над магическим источником дочери больше не требуется – Тилларина научилась самостоятельно управлять своей силой, не рискуя исчерпать её до дна.

– Тилларина, – произнёс Аарик, прежде чем попрощаться с дочерью. – Я хочу, чтобы ты подумала о создании сразу двух рас в следующий раз.

Девушка внимательно посмотрела на отца, не до конца понимая, к чему он ведёт.

– Послушай, – начал объяснять ректор. – Сейчас у тебя есть два континента. Светлый, населённый лесными обитателями и эльфами, и тёмный, где поселились дроу. Чтобы поддерживать баланс, тебе нужно будет равномерно наполнять их энергией.

Тиль задумчиво кивнула, принимая к сведению слова отца. Она пообещала, что постарается работать в этом направлении и наконец закрыла за собой дверь личной комнаты.

16 Глава. Зелье для демона

– Не все из вас обладают знатным происхождением и солидным банковским счётом, – говорил магистр Торрен, прохаживаясь вдоль шеренги учеников. – Многие из вас, у кого преобладает наклонность к боевой магии, после завершения обучения пойдут наёмниками в охрану знатных семейств своих миров.

Поэтому, – мужчина поднял палец вверх, – вам необходимо изучать не только то, как защититься самим, но и как защищать своего подопечного. Сегодняшнее занятие будет посвящено тому, чтобы довести в целости и сохранности вашего напарника от одного угла тренировочного поля до другого, при этом вас непрерывно будут атаковать однокурсники.

Торрен остановился и обвёл внимательным взглядом притихших учеников. Его пронзительный взгляд словно проникал в самую душу каждого из них.

– Помните: ваша главная задача – не показать собственное мастерство, а обеспечить безопасность напарника. Даже самый сильный маг бесполезен, если не может защитить того, кто находится под его опекой.

Он взмахнул рукой, и в воздухе появились светящиеся линии, обозначающие маршрут. Ученики переглянулись, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Кто-то нервно поправлял мантию, кто-то проверял готовность защитных амулетов, а некоторые уже мысленно просчитывали возможные тактики защиты.

– Напоминаю правила: напарник не должен получить ни единой царапины. За каждое нарушение – штрафной балл. Пары формируются по жребию. Начинаем через пять минут. Готовьтесь.

– А если мне нет нужды работать охранником? – раздался чей-то недовольный голос из строя.

Магистр Торрен остановился и медленно повернулся в сторону нарушителя спокойствия.

– То вы всё равно будете проходить эту часть обучения, как и все остальные, – спокойно ответил он. – Неужели вы думаете, что в вашей жизни никогда не наступит момента, когда вам будет необходимо защитить кого-то близкого?

– Надеюсь, что нет, – нервно ответили с задних рядов.

Торрен скептически хмыкнул и, не меняя выражения лица, повторил:

– Готовьтесь.

Собственно, вся подготовка заключалась в том, чтобы скинуть тяжёлые мантии, оставшись в боевой форме. Одежда состояла из облегающих штанов из ткани, которая не стесняла движений, и тонкой рубашки с длинными рукавами. Поверх рубашки был надет укреплённый прочными металлическими пластинами жилет, надёжно защищавший торс от ударов и порезов. Пластины были искусно вплетены в ткань, создавая иллюзию обычной одежды.

Затем каждый взял своё ученическое оружие. Оно было зачаровано особым способом – лезвие окутывала едва заметная магическая дымка, которая не позволяла оружию наносить серьёзные раны. При попадании в цель оставались лишь магические светящиеся метки бирюзового цвета, которые ярко горели в течение нескольких минут, сигнализируя о том, что противник выведен из строя. Метки не причиняли боли и исчезали без следа через некоторое время.

Тиль выбрала привычную катану с идеально заточенным лезвием, которое блестело в свете магических фонарей. Её вторая рука сжимала длинный узкий стилет с изящной гравировкой на рукояти. Она внимательно проследила взглядом за сосредоточенным Дамианом, который рассматривал двуручный меч. Его массивное лезвие тускло поблескивало, а искусно выкованная гарда казалась надёжным щитом для руки.

– Время! – проговорил Торрен, привлекая всеобщее внимание. Он взмахнул руками, и с его ладоней слетели разноцветные магические искры – по две каждого цвета. Они сначала взлетели под потолок, где хаотично перемешались в причудливом танце, а потом, словно маленькие светлячки, разлетелись по одному к каждому студенту, образуя пары для сегодняшней отработки.

Тилларина с явным неудовольствием отметила, что Дамиан попал в пару с Марго. Она раздражённо откинула упавшую на глаза чёлку и отвернулась, напряжённо выискивая глазами своего напарника.

– Привет, – со смущённой улыбкой проговорил Наэль, появляясь перед ней. – Кажется, тебе не повезло с распределением. Ты-то меня сможешь защитить, а я специализируюсь на целительстве… Даже не представляю, что нам делать.

– Прекрати, – постаралась подбодрить расстроенного парня Тиль. – Магистр не запрещал защищаемому объекту пользоваться оружием или магией, так что прорвёмся. Ты будешь ставить щиты, а я охлаждать боевой пыл самых настырных.

Наэль несмело улыбнулся в ответ, но в его глазах всё ещё читалась неуверенность. Он поправил свой жилет, проверяя крепления защитных пластин, и окинул взглядом тренировочное поле, где уже закончили формироваться пары.

Тиль заметила, как некоторые ученики перешёптываются со своими напарниками, обсуждая тактику. Кто-то уже выстраивал защитные барьеры, готовясь к нападению. Магические фонари мерцали ярче, словно предвкушая предстоящее зрелище.

Она перехватила рукоять катаны поудобнее, чувствуя привычную тяжесть оружия в руке. Стилет уютно устроился в ножнах на поясе.

– Не переживай, – добавила девушка, ободряюще хлопнув напарника по плечу. – Мы справимся. Просто делай то, что умеешь.

– Кто готов показать пример? – раздался голос Торрена, эхом отразившийся от стен тренировочного зала.

Дамиан, не медля ни секунды, решительно вытащил вперёд упирающуюся Марго, которая явно не горела желанием проходить это испытание в первых рядах. Девушка пыталась сопротивляться, но его крепкая хватка не оставляла ей шансов.

– Отлично, – усмехнулся магистр, наблюдая за этой сценой. – Всем позволено использовать атакующие заклинания лишь до третьего уровня силы. Никаких долгосрочных проклятий или смертельной магии. Фамильяры не должны помогать.

Его строгий взгляд остановился на Луи, который сидел в первом ряду. Белоснежный лис с пушистыми ушами расстроенно опустил голову, запрыгнул на скамью у стены и, демонстративно отвернувшись от происходящего, свернулся в клубок. По аудитории прокатился приглушённый смех.

– Начали! – громко хлопнул в ладоши Торрен, и в тот же миг воздух над тренировочной площадкой загудел от напряжения. Магические потоки заклубились, создавая едва заметное мерцание.

Дамиан и Марго заняли свои позиции. Девушка всё ещё выглядела недовольной, но уже более собранной. Её руки слегка дрожали, сжимая рукоять короткого меча. Дамиан же, напротив, был спокоен и сосредоточен, его двуручный меч казался продолжением руки.

Собственно, довести своего напарника до финиша без каких-либо царапин не смог никто. Некоторые, в том числе и Наэль, с этого занятия отправились прямиком в лазарет, где им предстояло провести ближайшие несколько часов, залечивая магические синяки и ссадины. Остальные немногочисленные оставшиеся на ногах ученики расстроенно собирали и раскладывали по местам своё оружие, тихо перешёптываясь и анализируя свои ошибки.

– Как думаете, что вы сделали не так? – проговорил наблюдающий за ними магистр Торрен, сложив руки на груди.