Избранная

— Ардэн Тадж, почему вы задерживаете соревнования?! — ещё на подходе гремел он. — Если вы сейчас же не проследуете к старту, будете сняты с соревнований!

Лишь приблизившись, он наконец заметил Анну.

— Кто это? — нахмурился он.

— Избранная мензина Одаша, — отчеканил Ардэн. — Кто‑то послал за лекарем?

Распорядитель с явным сомнением окинул воина взглядом, затем опустил глаза на девушку, изображавшую обморок.

— Оставьте девушку слугам, а сами — на старт, — процедил он с недовольством.

— Вы, видимо, не расслышали меня, — прошипел Ардэн, поднимая Анну на руки так, что она оказалась прямо перед носом распорядителя.

Тот скривился, обернулся в сторону Повелителя. Джихиньяр Баладжар, сидящий на возвышении, был явно раздосадован — он что‑то резко выговаривал своему верному советнику. Но айшир Анаташ, несмотря на преклонные годы, не терял бдительности: его острый взгляд скользнул по сцене, и он мгновенно распознал девушку на руках Ардэна.

Советник, годами доказавший свою проницательность, быстро окинул арену взглядом — Одаша нигде не было. В тот же миг он понял замысел Анны. Едва заметная усмешка тронула его седые усы, и он вновь отвлёк внимание Повелителя на себя.

Но распорядитель не ведал о хитром манёвре советника. Недовольство Повелителя он принял на свой счёт. Дрожащей рукой он достал из широкого рукава белоснежный платок и вытер пот со лба.

— Ардэн Тадж, вы всех задерживаете! — снова прошипел он, сверля стража взглядом.

— Кого я задерживаю? Не все участники на месте, — резко парировал Ардэн.

— Приказ Повелителя — начать второй тур!

Мужчины вступили в жаркий спор, полностью позабыв об Анне, хотя она по‑прежнему покоилась на руках одного и находилась под самым носом у другого.

В этот момент к ним, тяжело дыша, подбежал старый лекарь, сжимая подмышкой деревянный сундучок. Двое молодых помощников едва удерживали его под руки — сам он уже едва стоял на ногах.

— Кому плохо? — переведя дух, вклинился он в спор.

Распорядитель и Ардэн удивлённо переглянулись, затем синхронно опустили взгляды на Анну.

— Вот, — изрёк распорядитель, — отдайте девушку и всё.

— Вы, кажется, всё ещё не понимаете, — повторил Ардэн с ледяной твёрдостью. — Это — любимая наложница мензина Одаша. Если с ней что‑то случится… Вы лично будете держать ответ перед мензином, перед главой гарема махирад и перед самим Повелителем.

Лицо распорядителя побледнело. Он растерянно обернулся к лекарю, словно ища поддержки. В этот миг к группе присоединился ещё один страж — он передал приказ Повелителя: начать следующее соревнование немедленно.

Распорядитель выслушал, кивнул, бросил последний вопросительный взгляд на Ардэна. Воин стоял непоколебимо.

Наконец распорядитель сдался. Он подал знак закрыть ворота — это означало, что опоздавшие уже не смогут принять участие в состязании. Хмыкнув, он поспешил на своё место, откуда наблюдал за происходящим.

Анна понимала: такой исход их не устроит.

Она «очнулась» — резко, бодро — и соскочила с рук Ардэна.

— Мне уже намного лучше, спасибо. Господин лекарь, вы просто волшебник, — произнесла она с лучезарной улыбкой. Схватив Ардэна за руку, она потянула его прочь.

Старый лекарь лишь изумлённо смотрел ей вслед, пока наконец не повис на руках своих помощников.

Анна отвела Ардэна в сторону.

— Вы должны принять участие в дальнейшем соревновании, — твёрдо сказала она. — Мы должны следовать нашему плану.

— Но ведь ворота уже закрыли. Мензин просто не попадёт на арену, — возразил Ардэн.

— Не думайте об этом. Вы должны сделать то, о чём мы договаривались, — повторила она. — Не волнуйтесь.

Ардэн бросил взгляд на распорядителя, который уже давал последние наставления глашатаю. Обернувшись к девушке, он вновь поразился невероятной синеве её глаз.

Нежно сжав её маленькую ладошку, всё ещё удерживающую его руку, он отпустил её. Шагнул к своей лошади, одним плавным движением взлетел в седло и направился к линии старта.

— Госпожа, вам следует пройти на своё место, — с нажимом произнёс один из помощников распорядителя, словно вбивая каждое слово в пространство между ними.

Анна проводила взглядом Ардэна, затем медленно обернулась к говорившему. В её глазах вспыхнул немой вызов.

— Откройте ворота, — отрезала она, и в голосе зазвучали стальные нотки приказа.

— Приказ распорядителя — держать ворота закрытыми до самого окончания Турнира, — ответил мужчина бесстрастно, словно повторял заученную мантру.

— Мензин Одаш всё ещё не появился. Он вернётся с минуты на минуту. Вы же не станете препятствовать сыну Повелителя? — настаивала Анна, шагнув ближе.

Но помощник остался глух. Напротив — заметив решимость в её взгляде, он подал знак стражам приблизиться. Анна вскинула бровь, оценивая его храбрость — или, скорее, слепое послушание.

— Прошу вас, пройдите на своё место. Соревнование вот‑вот начнётся, — натянуто улыбнулся мужчина. — Эти люди проведут вас к трибунам и присмотрят, чтобы с вами ничего не случилось.

— Или чтобы я ничего не натворила, да? — хмыкнула Анна, и в её усмешке сквозила горькая ирония.

Помощник виновато опустил глаза, развёл руками — мол, я лишь исполняю приказ. Анна перевела взгляд на самого распорядителя. В голове щёлкнул замок догадки: это его замысел. Он ловко переложил ответственность на подчинённого — если с Анной что‑то случится, виноват будет помощник; если она попытается что‑то предпринять — снова он, недоглядевший, допустивший ошибку. А распорядитель останется в стороне, чистый и неуязвимый.

Делать было нечего. Анна развернулась и направилась к трибунам, чувствуя, как внутри разгорается огонь бессильной ярости. Нина встретила её удивлённым взглядом, затем вопросительно покосилась на стражей, сопровождавших избранную.

В двух словах Анна обрисовала ситуацию.

— Это происки Бильшияр. Я уверена в этом, — хмуро процедила Нина, сжимая подлокотники кресла. — Говоришь, они закрыли ворота?

Анна молча кивнула, не отрывая взгляда от арены. Глашатай уже получил последние инструкции и шагал к помосту. Время, выигранное их дерзким представлением, истекло. Сейчас всё начнётся — а Одаша всё ещё не было.

— Не волнуйся. Он успеет, — твёрдо сказала Нина, но в её голосе звучала не просто уверенность — она словно знала нечто, недоступное Анне. — А с воротами мы сейчас тоже всё решим. Абби!

Евнух скользнул прочь, исполняя приказ госпожи. Нина вложила в руки Анны бокал, настойчиво поднесла к её губам:

— Пей.

Анна сделала пару глотком, едва ощущая вкус. Наложница излучала непоколебимую уверенность, будто знала: всё сложится, как нужно. Но в душе Анны царил хаос.

Глашатай громогласно провозгласил начало второго соревнования. Быстро зачитал правила, пожелал участникам удачи. Зазвучали трубы — долгий, пронзительный зов, от которого вздрогнула вся арена.

Соревнование началось.

Участники одновременно тронулись с места. Толпа взорвалась криками, поддерживая всадников. За спиной Анны раздался резкий возглас Тамиши:

— Но как же так?! Одаш ещё не…

Её слова потонули в гвалте. Садише, оглушённая рёвом толпы, лишь рассеянно кивнула, а Бильшияр сделала вид, будто не услышала. Она улыбалась, непринуждённо переговариваясь с другими наложницами, и в этой улыбке Анна прочла торжество.

Избранная снова прикусила губу, сдерживая рвущееся наружу волнение.

И вдруг — грохот, от которого замерла вся арена.

Анна вскочила, бросилась к перилам.

На арену ворвался Одаш — верхом на чёрном, словно сама ночь, жеребце. Животное было невероятно: огромное, с густой, струящейся гривой и хвостом, похожим на шёлковый шлейф. Оно встало на дыбы, громко заржало — казалось, ещё миг, и оно сбросит седока.

Но Одаш справился. Одним чётким движением он заставил коня развернуться и устремиться вслед за уже отдалившимися участниками забега.

— Чёрный Демон! — выкрикнул кто‑то из толпы.

И этот крик, словно искра, вспыхнул в десятках голосов, разлетелся по трибунам:

— Чёрный Демон! Чёрный Демон!

Арена замерла, заворожённая зрелищем: всадник и конь, слившиеся в единый вихрь тьмы и воли, мчались вперёд, бросая вызов судьбе.

Невероятно, но старший сын Повелителя вновь приковал к себе всеобщее внимание. Словно невидимая нить связала каждого присутствующего с этой парой — черноволосым всадником и угольно‑чёрным зверем. Даже Анна, забыв о собственной тревоге, застыла, заворожённая зрелищем.

Одаш и Чёрный Демон слились в единый поток тьмы и воли — два сердца, бьющиеся в унисон. В воздухе витало нечто первобытное, дикое, но подчинённое железной воле всадника.

Толпа взорвалась:

— Мензин Одаш! Чёрный Демон!

Клич раскатывался по арене, подхватываемый сотнями голосов, отскакивая от стен, заполняя собой каждый уголок.

Внизу, у подножия трибун, появились Чоксо и Абби. Их взгляды нашли Анну — она склонила голову в безмолвной благодарности. Девушка не знала, как им удалось провернуть задуманное, но их вклад был неоспорим.

Анна окинула взглядом ликующую толпу, скандирующую имя старшего мензина, затем перевела взгляд на самого Джихиньяра Баладжара. Повелитель выглядел… заинтересованным. В его глазах читалось удивление — не гнев, не пренебрежение, а искреннее любопытство.

Совсем иное выражение лица было у его возлюбленной. Бильшияр пылала яростью. Её пальцы судорожно сжимали веер, а щёки пылали от гнева. Анна невольно посочувствовала тем слугам, которых старшая наложница отправила в конюшни — их наверняка ждёт суровая расплата.

Но в душе Анны шевельнулась странная благодарность. Ведь если бы не этот злонамеренный поступок, не было бы и столь грандиозного эффекта.

Когда взгляд Бильшияр наконец упал на избранную старшего мензина, Анна не сдержалась — улыбнулась и склонила голову с почтительным поклоном. Старшая наложница задохнулась от такой наглости, яростно замахав веером перед раскрасневшимся лицом.

— Это просто невероятно! — выкрикнула Нина, пытаясь пересилить многоголосый рёв толпы.

И Анна не могла не согласиться.

Девушка вновь подалась вперёд, впиваясь взглядом в всадников, заходивших на второй круг.

Невероятное зрелище: Одаш на Чёрном Демоне не просто догнал ушедших вперёд соперников — он начал их опережать. Каждое движение коня, каждый наклон всадника были исполнены грации и силы.

На третьем круге Одаш обогнал больше половины участников. К концу четвёртого он уже занимал четвёртое место. Мощь и скорость Чёрного Демона поражали воображение.

Анна не сомневалась: Ардэн, идущий пятым, намеренно сдерживал своего скакуна. Он давал мензину возможность вырваться вперёд, одновременно мешая остальным настигнуть его.

Оставался последний, решающий круг. Пятерка лидеров уверенно двигалась к финишу.

Одаш начал настигать третьего всадника — и вскоре обошёл его. Это произошло прямо напротив женских трибун, и Анна отчётливо разглядела изумление на лице незнакомого наездника.

Второе место занимал племянник айшира Анаташа. А впереди, далеко оторвавшись от остальных, мчался Магнеш — младший сын Повелителя, полностью поглощённый азартом погони. Он, казалось, даже не подозревал о том, что творится у него за спиной.

Одаш уверенно продвигался вперёд и вскоре занял второе место. Но времени не хватило. Магнеш был слишком далеко впереди.

«Если бы они стартовали одновременно…» — мысленно вздохнула Анна. Она была уверена: в равных условиях старший мензин пришёл бы первым. Чёрный Демон превосходил всех остальных скакунов. Он без труда одолел бы даже знаменитого Ястреба, принадлежащего Магнешу.

Финишная черта.

Победителем второго тура стал Магнеш Баладжар.

Второе место — Одаш.

Третье — племянник айшира Анаташа.

Четвёртое — Ардэн.

Толпа ликовала, ожидая финиша остальных участников.

Анна вернулась на своё место.

— Ты поняла, что только что произошло? — тут же обратилась к ней Нина, едва избранная опустилась в кресло.

Глаза наложницы горели от переизбытка эмоций. Она схватила кубок и сделала несколько жадных глотков прохладного напитка, пахнущего мятой и цитрусом.

— Одаш пришёл вторым, — задумчиво произнесла Анна. — Но думаю, это не проблема.

Нина тихо рассмеялась, ставя кубок на небольшой столик между их креслами. В её глазах плясали озорные огоньки, а на губах играла едва уловимая улыбка.

— Не проблема? Ты, видимо, всё‑таки ничего не поняла, — произнесла она, и в голосе прозвучала нотка торжественного предвкушения. — Этот день станет легендой. Ведь Одаш Баладжар только что совершил то, что все считали попросту невозможным.

Анна перевела взгляд на арену. Последние участники наконец достигли финиша, и глашатай громогласно объявил об окончании второго состязания. Всадники начали спешиваться.

Одни сияли от радости — их лица озаряли улыбки, они смеялись, поздравляли друг друга, кланялись ликующей толпе. Было видно: несмотря на итоговые результаты, само состязание стало для них настоящим праздником.

Другие же, напротив, выглядели подавленными. В их глазах читалась горечь поражения — они не желали покидать список участников Турнира, надеясь на большее.

Анна вновь отыскала взглядом Одаша. Он уже спешился и, крепко удерживая узду, ласково гладил Демона по шее, что‑то тихо приговаривая. Конь вёл себя на удивление смирно — казалось, он внимательно слушал своего наездника, то и дело пофыркивая и покачивая головой.

Но стоило двум грумам приблизиться, чтобы увести животное — как это делали с остальными скакунами, — Чёрный Демон внезапно взвился на дыбы. Его истошный рёв разорвал воздух, копыта бешено били в пустоту, едва не задев одного из слуг.

Одаш едва удержал его. Резким окриком он отогнал застывших в страхе грумов — судя по их поспешному бегству, приказ был не из ласковых. Лишь когда они удалились, конь начал успокаиваться.

В итоге Одашу пришлось самому отвести его обратно в конюшню.

Анна повернулась к Нине, в её взгляде читалось недоумение.

— Что ты имела в виду? — спросила она.

— Чёрный Демон, — пояснила Нина, и её голос зазвучал как рассказчица древних преданий. — Этот конь давно стал легендой, что передаётся из уст в уста не только во дворце, но и далеко за его пределами. Его подарили Повелителю больше года назад — привезли на корабле из далёкого Дрейна. О чём именно договорились Джихиньяр и король Дрейна, мне неведомо. Неизвестно и то, что между ними произошло. Но в итоге монарх прислал этот дар, заявив, что Чёрный Демон — лучший конь из его табуна. И оседлать его сможет лишь истинный кхараэт — воин, достойный вести дела и скреплять союзы.

Повелитель, не подозревая подвоха, решил испытать подарок в тот же день. Итог был плачевен: он был сброшен, получив при этом травмы. Многие тогда полагали, что коня убьют. Но Джихиньяр не сдался — раз за разом пытался приручить его, и каждый раз терпел поражение.

Наконец, ему это надоело.

Следующим попытался Магнеш — и тоже безуспешно. Были и другие смельчаки, но никто не смог даже сесть на него. Люди начали шептаться, что это порождение самой Тьмы.

В конце концов, Чёрного Демона отвели в самую дальнюю конюшню и словно забыли о нём. Но слухи расползлись быстро. Так родилась легенда о кхараэт, который сможет укротить Демона.

Нина замолчала, давая Анне время осмыслить услышанное.

— Сегодня легенда стала явью, — продолжила наложница, и в её голосе зазвучала торжественная нота. — Одаш стал кхараэт. Неважно, какие результаты он показал в состязании. На это никто не обратит внимания. Все будут говорить лишь о том, что он совершил невозможное — приручил Чёрного Демона. Даже Повелитель и Магнеш не смогли этого сделать.

Анна не сдержала улыбки. В душе разлилось тёплое чувство удовлетворения — именно этого они и добивались.

Сегодня они доказали всем: Одаш Баладжар достоин называться сыном своего отца. Достоин быть наследником.

Нина едва ощутимо коснулась руки Анны. Та обернулась — и по кивку подруги перевела взгляд туда, куда указывала наложница.

Бильшияр.

Старшая наложница не сводила с Анны пристального, пронизывающего взгляда, сощурив глаза до узких щёлок. В её взгляде читалась холодная ярость — она наконец поняла, кто стоял за всем этим «безобразием», кто разрушил её тщательно выстроенные планы.

Анна неспешно подняла бокал, словно салютуя противнице. Сделав неторопливый глоток, она с лёгкой полуулыбкой отвернулась.

— Не дразни её, — тихо, с ноткой упрёка произнесла Нина. — Она опасна.

— Просто не смогла удержаться, — честно призналась Анна, и в её глазах мелькнула искра дерзкого веселья.

Нина лишь покачала головой. Годы, прожитые во дворце, научили её ценить осторожность. Она знала: мстительная натура Бильшияр способна породить куда более изощрённые козни, чем та вспышка гнева после пинайта Одаша. Нынешняя стычка могла оказаться лишь разминкой перед настоящей бурей.

***

Пока на арене выступали местные артисты, развлекая публику перед началом третьего, заключительного испытания, судейская коллегия уже подвела итоги и подготовила списки. Кто‑то покидал Турнир, кто‑то готовился к новому испытанию — бою на мечах.

Женщины перешёптывались, смеялись, бросали кокетливые взгляды на молодых воинов, которые, не стесняясь, красовались перед ними. Но зоркий взор семмы Соен не упускал ни одной детали. Она бдительно следила, чтобы веселье не перешло границ дозволенного.

Садише Баладжар удовлетворённо опустила взгляд на Бильшияр. Та пылала злобой, сжимая кулаки, её лицо искажала маска негодования. Улыбка махирад стала шире.

«Лучше и придумать нельзя», — мысленно отметила она.

Несмотря на все ухищрения старшей наложницы, у её любимого сына появился серьёзный соперник. И кто бы мог подумать — Одаш! Одно его выступление в заезде на Чёрном Демоне навсегда войдёт в летописи столицы, а может, и всей Аркахаллы.

Взгляд старой женщины скользнул к Анне. В нём мелькнула задумчивость.

«Могло ли всё это случиться по её воле? — размышляла она. — Разве способна простая рабыня так повлиять на ход событий?»

Садише решила: нужно присмотреться к этой девушке повнимательнее.

***

Анна не подозревала, какие мысли роились в голове матери Повелителя. Всё её внимание было приковано к помосту, куда вышел глашатай.

Зазвучали трубы — громкий, торжественный призыв, заставляющий всех обратить взоры к центру арены. Когда гул толпы стих, зычный голос глашатая разнёсся над трибунами: он зачитывал имена тех, для кого Турнир завершился, и тех, кто пройдёт в следующий этап.

Восемь участников.

С помощью жеребьёвки сформировали четыре пары. Под оглушительные аплодисменты воины вышли на арену, встали друг против друга.

Анна напряжённо всматривалась в соперников:

Одаш — напротив него светловолосый незнакомец, чьё лицо ничего ей не говорило;

Ардэн — в паре с племянником айшира Анаташа;

Магнеш — его противником оказался тот самый могучий воин, чью тренировку Анна однажды наблюдала;

две другие фигуры — совершенно незнакомые.

В победе Магнеша она не сомневалась: его сила и мастерство были очевидны. В Ардэне — тоже: ей казалось, что лучшего мечника во всём дворце не сыскать. Но за Одаша сердце сжималось. Возможности его соперника оставались для неё тайной. А Анна терпеть не могла играть вслепую.

— Не волнуйся, — тихо произнесла Нина, заметив её беспокойство. — Одаш выиграет. В этом раунде — обязательно.

Анна вопросительно подняла взгляд.

Наложница лишь коварно улыбнулась:

— Его соперник — «свой» человек.

Что это значило, Анна не поняла. Но Нина явно не собиралась пояснять.

Трубы взревели, разорвав напряжённую тишину, и глашатай громогласно провозгласил начало состязания. Мечи скрестились с пронзительным звоном, словно сами небеса откликнулись на этот вызов.

Анна впилась взглядом в Одаша, стараясь не упускать из виду и остальных участников. Каждый удар, каждый выпад она проживала вместе с ним — сердце замирало при опасной атаке, облегчённо вздыхало при удачном отражении.

Старший мензин держался достойно. Его движения были чёткими, выверенными — ни тени растерянности, ни намёка на слабость. Он уверенно парировал удары соперника и сам наносил стремительные, точные выпады.

Не менее впечатляюще выглядели и Ардэн с Магнешем. Они словно танцевали со смертью — их клинки сверкали в воздухе, не оставляя противникам ни единого шанса на победу.

В последней паре борьба шла на равных. Оба воина демонстрировали поразительное мастерство, их мечи переплетались в причудливом ритме, будто вели собственный диалог. Если по истечении времени никто не возьмёт верх, им предстоит сразиться с победителями других пар.

Но тут внимание Анны привлёк неожиданный переполох на трибуне Повелителя. Она невольно отвернулась от арены, и в тот же миг её взгляд уловил поразительную картину:

Джихиньяр Баладжар поднялся во весь свой величественный рост. За ним, словно послушная волна, встали и все члены Совета. Повелитель что‑то произнёс — Анна не расслышала слов, — и широким жестом указал на сражающихся внизу воинов. Затем он первым направился к выходу, а за ним, не смея ослушаться, потянулись и остальные советники.

— Куда они уходят? — брови Анны невольно сдвинулись в недоумении. — Соревнование ведь ещё не окончено…

— А зачем Повелителю ждать окончания? — раздался рядом ледяной голос, от которого по спине пробежал холодок.

Анна и Нина мгновенно вскочили, склонившись перед появившейся старшей наложницей. Бильшияр стояла над ними с выражением самодовольного превосходства, её глаза сверкали, словно два острых клинка.

Она медленно перевела взгляд вниз, туда, где первый раунд завершался триумфом её сына. Магнеш уверенно шёл к победе — это было очевидно каждому.

— Вы что‑то сказали, госпожа? — с притворной любезностью осведомилась Нина, растягивая губы в улыбке.

Бильшияр метнула в неё раздражённый взгляд — видимо, надеялась уязвить наглость наложницы. Но Нина оставалась невозмутимой.

— Я сказала, — с нажимом произнесла старшая наложница, — что Повелителю нет смысла ждать окончания соревнований. Всем и так ясно, кто станет победителем.

В этот миг многолюдная толпа взорвалась радостными криками. Женщины одновременно обернулись к арене.

Как и ожидалось, Магнеш одержал верх в своей паре. В тот же миг Одаш поверг своего соперника — его клинок замер в дюйме от груди противника, обозначая безоговорочную победу.

Анна не смогла сдержать улыбки. Она медленно повернулась к помрачневшей Бильшияр.

— Я бы не спешила с выводами, — тихо, но твёрдо произнесла она.

Глава 2

Старшая наложница, словно ядовитая змея, метнула в девушку испепеляющий взгляд. Задрав подбородок, она с царственной надменностью прошествовала к своему месту, каждым движением подчёркивая собственное превосходство. Анна и Нина, не отрывая глаз от этой сцены, неспешно опустились на скамьи, обмениваясь молчаливыми взглядами, полными невысказанных мыслей.

Ардэн одержал верх над своим противником — и это была победа не грубой силы, а хладнокровного расчёта. В последней четвёрке, где Анна не знала ни одного из бойцов, разыгралась драматичная сцена. Один из мужчин на миг отвлёкся, бросив взгляд на поверженных соперников, опустивших мечи. Этого мига хватило его противнику: стремительным, отточенным движением он выбил оружие из рук оппонента. Так определился последний победитель первого раунда финального тура.

Наступила короткая передышка. Пока измождённые бойцы восстанавливали дыхание и копили силы для следующего испытания, распорядитель игр в окружении помощников вновь провёл жеребьёвку. Судьба распорядилась так, что Ардэн оказался в паре с Магнешем, а Одаш стал соперником последнего из четвёрки победителей. Казалось, сами боги решили оставить самое захватывающее зрелище на финал: предстояла решающая схватка между двумя братьями — поистине грандиозное событие, достойное легенд.