Не верь ему

Я отработала до одиннадцати. Ноги гудели, руки пахли средством для мытья. Но я улыбалась. В кармане лежали первые деньги. Маленькая сумма, но моя. Заработанная. Честная.

Я вышла из пиццерии и вдохнула холодный ночной воздух. Было темно. Фонари горели тускло. Я пошла к общежитию, сжимая в кармане купюры.

И на парковке увидела его.

Дэн. Он стоял у чёрного внедорожника. Не один. Рядом с ним — Макс. Они разговаривали о чём-то. Я хотела пройти мимо, но Дэн заметил меня.

— Кузнецова, — сказал он громко. — Стой.

Я остановилась. Не подошла. Просто стояла на тротуаре.

— Поздно ходишь, — сказал Дэн, подходя ближе.

Макс остался у машины. Смотрел с усмешкой.

— Работала, — ответила я.

— Я знаю. Слышал.

— Откуда?

— У меня везде уши, Кузнецова. Я все про тебя знаю.

Я ничего не сказала. Дэн стоял близко. Слишком близко. Я чувствовала запах его парфюма — дорогой, с нотками табака.

— Ты думаешь, — сказал он тихо, — что работа в кафе решит все твои проблемы? Тридцать тысяч. Осталось меньше месяца, ты заработаешь половину. А остальное откуда?

— Я справлюсь, — сказала я.

— Не справишься. И ты это знаешь.

Я подняла на него глаза. В темноте его лицо казалось ещё более острым, ещё более опасным.

— Что тебе нужно, Дэн?

Он улыбнулся. Той самой улыбкой — спокойной, изучающей.

— Мне нужно, чтобы ты поняла одну вещь. Ты не сможешь выжить здесь сама. Ты слишком громкая, слишком заметная, слишком упрямая. Тебя сломают. Аня, её отец, другие. Или я.

— Или ты? — переспросила я. — Ты хочешь меня сломать?

— Я хочу, чтобы ты выбрала меня, — сказал Дэн. — Добровольно.

Он сделал шаг назад. Посмотрел на меня сверху вниз.

— У тебя есть деньги? — спросил он.

— Нет.

— У тебя есть связи?

— Нет.

— А у меня есть то и другое. И я готов помочь. Но не просто так. Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала.

— Что?

— Не сейчас. Сначала отработай неделю в пиццерии. Пойми, что это не выход. Потом поговорим.

– Ну что, давай подвезу. Поздно.

– Я дойду сама, – сказала я, проходя мимо.

– Уверена? Поздновато для прогулок.

– Уверена.

Он усмехнулся, но не стал настаивать. Только пожал плечами и сел обратно в машину.

– Как хочешь, Кузнецова. Удачи.

Я пошла дальше. Идти было около пятнадцати минут. Дорога шла через парк, потом через узкие улочки, где горели редкие фонари. Я слышала звук своих шагов, эхом отражающийся от стен. А потом услышала шаги за спиной. Я обернулась. Трое парней. Взрослые, крепкие. Они шли не спеша, но явно в мою сторону. Я ускорила шаг. Они ускорились. Я остановилась. Они остановились.

– Эй, красотка, – сказал один из них, улыбаясь кривой улыбкой. – Куда так спешишь? Поздно уже, давай мы тебя проводим.

– Не надо, – сказала я, стараясь говорить спокойно. – Я сама дойду.

– Да ладно, – сказал второй, подходя ближе. – Мы дружелюбные. Мы только познакомиться.

Я сделала шаг назад. Они сделали шаг вперёд. Я видела, как они окружили меня. Я слышала, как бьётся моё сердце. Я чувствовала, как внутри меня нарастает паника.

– Отойдите от меня, – сказала я, стараясь говорить твёрдо. – Я буду кричать.

– Кричи, – усмехнулся третий. – Никто не услышит.

Он протянул руку и схватил меня за талию. Я дёрнулась, но он держал крепко.

– Отпусти, – сказала я. – Отпусти меня!

Третий парень подошёл сзади и обнял меня за плечи. Я чувствовала, как его руки скользят по моей спине, как он сжимает меня.

– Какая ты горячая, – усмехнулся он, наклоняясь к моему уху.

Я вырвалась. Я оттолкнула его локтем и ударила первого по груди. Они засмеялись. Я видела, как они переглядываются.

– Ой, какая дерзкая, – сказал первый.

– Иди к нам, мы тебя успокоим, – сказал второй.

Я почувствовала, как его рука скользнула по моей спине вниз и сжала мою попку. Я закричала. Я не контролировала себя. Я просто закричала. Громко, отчаянно, так, как никогда не кричала раньше.

– Ты чего орёшь? – спросил первый. – Мы же ничего плохого не делаем.

– Убирайтесь, – сказала я, чувствуя, как дрожит мой голос. – Убирайтесь сейчас же, или я буду кричать ещё громче.

Они засмеялись, ослабили хватку, я рванула бежать, что есть мочи.

Я слышала, как они смеются за моей спиной. Я стояла, чувствуя, как мои колени дрожат. Я бежала, не оглядываясь. Я бежала, пока не увидела свет общежития.

Я забежала в комнату, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось где-то в горле. Лена сидела на кровати с книгой и подняла на меня глаза.

– Даша? Ты чего такая бледная? Что случилось?

Я смотрела на неё и не могла говорить. В груди было пусто. Я чувствовала только страх.

– Меня… – я сглотнула. – Меня остановили трое парней. На дороге.

– Что?! – Лена вскочила. – Что они хотели?

– Они приставали, – сказала я. – Окружили меня.

– Они не тронули тебя? – спросила Лена. – Они не сделали тебе больно?

– Нет, – сказала я. – Но я испугалась. Я никогда так не боялась.

Лена смотрела на меня с тревогой.

– Всё хорошо, – сказала она. – Ты уже в безопасности.

Я присела на кровать. Руки всё ещё дрожали. Я чувствовала, как внутри меня закипает злость. На себя. На них. На этот город.

– Кто они были? – спросила Лена.

– Я не знаю. Было темно. Я не видела их лиц. Только тени, только голоса.

— Как в пиццерии, понравилось? — пыталась отвлечь подруга меня разговором.

— Работа есть. И Дэн меня ждал на парковке.

— Что?!

— Он сказал, что я должна его выбрать.

— Выбрать? — Лена села на кровати. — В каком смысле?

— Не знаю, — сказала я. — Но он что-то задумал. Я чувствую.

— Даша, это опасно. Дэн Терехов не просто так к людям подходит. У него плохая слава.

— Я догадываюсь, — сказала я. — Посмотрим.

Я легла на кровать. Я смотрела в стену и чувствовала, как страх медленно уходит, уступая место усталости. Я легла на кровать и закрыла глаза. Я хотела забыть этот вечер.

В голове — его слова.

«Я хочу, чтобы ты выбрала меня».

Выбрала для чего? Что он задумал?

Закрыла глаза. Все завтра, а сегодня я очень устала.

Глава 6. Сделка

Я работала в пиццерии каждый вечер после пар. Руки привыкли к горячей воде, к тарелкам, к жирному налёту на сковородках, нужно купить перчатки. Все время забываю. Ноги, спина болели, но я терпела. Я считала деньги. Откладывала каждую копейку.

За шесть дней я заработала чуть больше пяти тысяч. До тридцати было ещё далеко. Срок поджимал. Я смотрела на чек и чувствовала, как внутри нарастает паника.

Лена видела моё состояние. Она не задавала лишних вопросов. Просто ставила передо мной кружку чая и садилась рядом. Иногда мы молчали. Иногда разговаривали о парах, о преподавателях, о глупых одногруппниках. Хотя больше было хороших ребят, мажоры не в счет.

В пятницу вечером я возвращалась из пиццерии уже привычным маршрутом. Теперь в моем кармане есть газовый балончик. Мимо парковки, мимо чёрного внедорожника, который стоял на том же месте, что и неделю назад.

Я хотела пройти мимо. Быстро. Не глядя. Но Дэн вышел из машины раньше, чем я успела.

— Кузнецова, — сказал он. — Садись.

— Поздно, мне нужно домой, — ответила я.

— Садись, — повторил он. В голосе не было просьбы. Приказ.

Я остановилась. Посмотрела на него. В свете фонаря его лицо казалось вырезанным из камня.

— Надолго?

— На разговор.

Я подошла к машине. Дэн открыл заднюю дверь, жестом пригласил сесть. Я заколебалась на секунду. Но шагнула внутрь. В салоне пахло дорогим парфюмом и свежестью. Дэн сел рядом, не за руль.

— Ты много работаешь, — сказал он. — Но ты не заработаешь даже половину. Осталось две недели.

— Я не считаю.

— А я считаю. У меня есть предложение. Ты придёшь ко мне на мероприятие. Завтра вечером. Один раз. И я оплачу твою форму.

— Что за мероприятие? — спросила я настороженно.

— Вечеринка. Ничего такого. Я просто хочу, чтобы ты была там. В качестве моего гостя. Один вечер.

— Я не хожу на вечеринки с незнакомцами.

— С тобой будут мои люди. Ты будешь в безопасности. Я даю слово.

Я смотрела на него. Он не улыбался. Не насмехался. Смотрел серьёзно.

— Почему я?

— Ты мне нравишься. Не играешь, не притворяешься. Мне надоели те, кто всегда говорят «да».

— А ты хочешь, чтобы я сказала «нет»?

— Я хочу, чтобы ты сказала «да». Один раз.

Я молчала. Внутри меня боролись страх и любопытство. С одной стороны — тёмные глаза, чужой мир, неизвестность. С другой — тридцать тысяч, которые сжигали меня заживо.

— Я могу подумать? — спросила я.

— До завтра. Вечером за тобой приедет машина. Ты скажешь «да» или «нет» водителю.

Я кивнула. Открыла дверь, вышла из машины. Пошла к общежитию.

Лена не спала, когда я пришла. Она сидела с учебником, но глаза были на меня.

— Что он хотел?

— Он предложил сделку. Вечеринка. Он оплатит форму.

— Ты согласилась?

— Пока нет. Я сказала, что подумаю. Но мне кажется, это заманчиво. Посетить вечеринку и форма оплачена, если он разбрасывается деньгами, почему бы не воспользоваться.

Лена закрыла учебник.

— Это опасно. Дэн не просто так приглашает девушек.

— Я знаю.

— И что ты решишь?

Я посмотрела в окно. Там, за стеклом, горели редкие фонари.

— Если я откажусь — я не оплачу форму. Меня выгонят. Если соглашусь — я хотя бы пойму, что он хочет.

— Это может быть ловушка.

— Может. Но у меня нет выбора.

Я легла на кровать. Закрыла глаза. Завтрашний вечер приближался, и я не знала, что меня ждёт.

Утро началось как обычно. Я встала, умылась, натянула форму. Серый пиджак, белая рубашка. Волосы в хвост. Лена уже пила чай на подоконнике и смотрела в окно.

– Ты сегодня какая-то задумчивая, – сказала она.

– Просто не спалось.

– Из-за вечера?

– Из-за всего, – соврала я. – Иди уже, опоздаешь на пары.

Лена улыбнулась, взяла рюкзак и вышла. Я пошла следом.

Первая пара была по стилистике. Преподаватель, тот строгий мужик, опять вызывал всех подряд. Меня он не тронул. Я сидела в третьем ряду, записывала лекцию механически. Мысли были далеко. О вечере.

На перемене я вышла в коридор и наткнулась на парня, которого раньше не видела. Высокий, худой, в очках. Рюкзак на плече, мятая футболка под пиджаком – не похож на мажора. Свой.

– Привет, – сказал он, заглядывая в мою сторону. – Ты Кузнецова?

– Допустим.

– А я Костя. Первый курс, философский. Мне Саня сказал, что ты лучшая на потоке по лингвистике.

– Саша много говорит, – сказала я, но улыбнулась.

– Он сказал, что ты можешь помочь с одним вопросом. У меня зачёт по языковедению, а я в этом вообще ноль. Ты не могла бы посмотреть мои тезисы?

Костя смущённо почесал затылок. Очки съехали на нос. Он их поправил.

– Когда надо? – спросила я.

– Да хоть на следующей неделе. Я не горю. Но если посмотришь, буду благодарен.

– Давай, – сказала я. – Приноси. Я после третьей пары буду библиотеке . Найду время.

– Спасибо, – Костя выдохнул с облегчением. – А то я уже думал, что завалю. Там столько терминов, а я гуманитарий в душе, но не в голове.

Я засмеялась.

– Ты философ. Вы должны любить слова.

– Люблю, – признался Костя. – Когда их кто-то другой использует. А самому писать – это сложно.

– Тренируйся. И приходи с тезисами. Я гляну.

Костя улыбнулся, поправил очки, махнул рукой и убежал в свою аудиторию. Я пошла на вторую пару.

Короткий диалог поднял настроение. Здесь есть и нормальные люди. Не все мажоры. Есть такие же, как я. Пусть немного. Но есть.

Вторая пара прошла в тумане. Преподаватель по фонетике заставлял нас читать скороговорки. Я открывала рот, произносила звуки, но мысли были о другом.

Вечером я стояла у зеркала в общежитии и смотрела на себя. Чёрное платье, которое я взяла из дома. Простое. Строгое.

– Ты уверена? – спросила Лена.

– Нет. Но у меня нет выбора. Не думаю, что он не сдержит слово.

В восемь вечера к общежитию подъехала чёрная машина. За рулём сидел Макс. Он усмехнулся, так гаденько, когда я вышла.

– Садись, Кузнецова. Дэн ждёт.

Глава 7. Вечеринка

Машина ехала по ночному городу. Макс молчал. Я тоже. В салоне играла тихая музыка, что-то зарубежное, с тягучим голосом певицы. За окнами мелькали огни. Магазины, кафе, люди. Чужая жизнь.

Я смотрела в окно и думала о том, как оказалась здесь. В чужой машине. Еду к чужому человеку, который решил, что я ему нужна. Месяц назад у меня была совсем другая, спокойная жизнь, в маленьком городке.

Через двадцать минут мы остановились у высокого здания в центре. Стекло, бетон, подсветка. Никакой вывески. Просто дверь с кодовым замком.

Макс вышел первым. Открыл мне дверь.

– Идём, – сказал он.

Я пошла за ним. Внутри было тихо. Лифт поднялся на двенадцатый этаж. Двери открылись, и я услышала музыку. Приглушённую. Не громкую. Пахло дорогим алкоголем и чем-то сладким.

В холле стояли люди. Молодые. Красивые. В дорогих костюмах и платьях. Они разговаривали, смеялись, держали в руках бокалы. Никто не смотрел на меня. Для них я была просто ещё одной девушкой в чёрном.

– Дэн на террасе, – сказал Макс и указал в сторону стеклянной двери. – Иди.

Я прошла через зал. Чувствовала на себе взгляды, но не оборачивалась. На террасе было прохладно. Горели электрические свечи. И он стоял у перил, спиной ко мне, с бокалом в руке.

– Ты пришла, – сказал Дэн, не оборачиваясь. – Я не думал, что придёшь.

– Я пришла, – ответила я. – Что дальше?

Он повернулся. Посмотрел на меня. Внимательно. Оценивающе. Без улыбки.

– Ты выглядишь… иначе, – сказал он. – Тебе идет платье.

– Спасибо.

Дэн протянул мне бокал с чем-то прозрачным.

– Не пью, – сказала я.

– Тогда просто постой со мной. Не нужно ничего делать. Просто быть здесь.

Я взяла бокал, но не пила. Просто держала в руках. Мы стояли молча. Где-то внизу шумел город. Ветер трепал мои волосы.

– Идём, – сказал Дэн. – Я хочу тебе кое-что показать.

Он взял меня за руку и повёл внутрь. Через зал, мимо танцующих, мимо смеющихся людей. Мы зашли в комнату, которая оказалась большой гостиной. Мягкий диван, низкий столик, на столике – бутылка и несколько бокалов.

Дэн сел на диван, жестом пригласил меня сесть рядом.

– Ты нервничаешь, – сказал он. – Это видно.

– Я не люблю большие компании.

– Я тоже. Но иногда приходится.

Он взял бутылку, налил в бокал. Протянул мне.

– Выпей. Это успокаивает.

– Я не пью на вечеринках.

– Тогда просто держи, – он улыбнулся. – Как хочешь.

Я взяла бокал. Дэн поднял свой.

– За твой первый вечер в моей компании.

В горле пересохло, я все таки сделала небольшой глоток. Напиток был сладким, с лёгкой горчинкой. Я не заметила, как выпила половину.

– Вкусно, – сказала я.

– Дорогая коллекция.

Дэн смотрел на меня. В его глазах был странный огонёк. Я не поняла тогда, но через несколько минут почувствовала.

Жар. Разливающийся по телу. Сердце забилось быстрее. Внутри возникло странное волнение. Я сжала бокал сильнее.

– Ты как? – спросил Дэн. Голос стал тише.

– Жарко, – сказала я. – Здесь слишком жарко. Мне нужно в дамскую комнату.

– Это потому, что ты выпила. Посиди скоро пройдет.

Я поставила бокал на столик. Ощущения становились всё сильнее. В груди разливалась волна. Почему-то хотелось двигаться, дышать глубже, прикоснуться к чему-то прохладному.

– Что ты мне дал? – спросила я, пытаясь держать голос ровно.

– Ничего, что тебе повредит. Просто немного свободы.

Он взял меня за руку. Я не отдёрнула. Наоборот, я почувствовала, как его пальцы обжигают кожу, и захотела больше.

– Дэн… я не понимаю…

– Не нужно понимать, – сказал он тихо. – Просто чувствуй.

Он поднёс мою руку к своим губам. Поцеловал пальцы. Я смотрела на это как в тумане. Где-то на периферии была мысль, что это неправильно. Но она тонула в сладкой волне, которая поднималась внутри меня.

– Ты красивая, – сказал Дэн. – Ты не понимаешь, как сильно ты красивая.

Он потянул меня к себе. Я упала на его колени, не успев даже испугаться. Его руки легли на мою талию. Я смотрела на него. Лицо было ближе, чем должно быть.

– Я… мне нужно..в уборную..– начала я, но он перебил.

– Тшш..Не говори «нет». Не сейчас. Просто будь.

Его губы коснулись моей шеи. Я выдохнула. Громко. Мне было всё равно. Хотелось ещё.

Не поняла, как Дэн уложил меня на диван, мягкий диван, его тело сверху. Он смотрел на меня. Глаза тёмные, горячие.

– Я хочу тебя, – сказал он. – Ты этого хочешь?

Я не ответила. Потому что в этот момент я хотела. Сильно. Хотела ощущать его руки, его губы, его тяжесть. Я кивнула, но понимала, что это не правильно. Потом, когда он поцеловал меня, я забыла обо всём.

– Подожди..- мысли путались.

Его руки гладили мои плечи, спускались ниже. Я не сопротивлялась. Я хотела этого. Не могла понять, что со мной происходит.

Дэн был умелым. Нежным. Он целовал мои ключицы, шею, губы. Его горячее тело прижималось ко мне. Где-то в гостиной играла музыка. Я слышала её фоном.

– Ты дрожишь, – сказал он.

– Не знаю… почему…

– Я знаю, – он улыбнулся, и в этой улыбке была победа.

Он снял с меня платье. Показалось, очень умело и быстро. Я не сопротивлялась. Его пальцы коснулись кожи, и я выгнулась навстречу.

– Дэн…

– Молчи. Просто молчи.

Когда он вошёл в меня, я закусила губу. Боль пронзила тело. Но она быстро ушла. Остался только огонь. Я чувствовала его руки на своей талии, его дыхание на своей шее. Я слышала его голос, который шептал что-то на ухо, но слова терялись в моём сознании.

– Какая ты… – прошептал он, ведя рукой по моему бедру. – Ты даже не понимаешь, какая ты сейчас красивая.

Я видела его лицо. Глаза блестели. Он улыбался. Ему нравилось. Ему нравилось, что я потеряна, что я не контролирую себя, что я вся дрожу под его руками.

– Даша… – сказал он. – Посмотри на меня.

Я смотрела. Он двигался медленно. Плавно. Каждое движение отдавалось во мне волной.

Он целовал мои губы, мои глаза, мои плечи. Везде, где касались его пальцы, оставалось тепло. Я чувствовала, как он напряжён, как его дыхание становится глубже.

– Ты моя, – прошептал он. – Скажи это.

– Я… – начала я.

– Скажи.

– Я твоя.

Он улыбнулся, и я забыла обо всём.

В какой-то момент я открыла глаза. Стеклянная стена. Там, за ней, люди. Они стояли в ряд и смотрели. Я видела их лица. Они улыбались. Один из них держал телефон. Снимал.

Но лава которая была в моей крови, всё ещё горела, расплывалась по моему телу. Я смотрела на них и не чувствовала стыда. Только странное возбуждение.

– Смотри на меня, – сказал Дэн. – Не на них. Только на меня.

Он схватил меня за подбородок и повернул к себе. Я смотрела в его тёмные глаза. В них была уверенность. Он знал, что делает.

Когда всё закончилось, я лежала неподвижно. Грудь поднималась часто. Голова кружилась. Я чувствовала, как Дэн встал, как надел рубашку.

Я закрыла глаза. И провалилась в темноту.

*****

Утро. Я проснулась от света. Солнце било в окно. Я лежала в огромной кровати. Белая простыня. Чисто. Аккуратно. Я не помнила, как попала сюда.

Попыталась сесть и почувствовала слабость. Голова гудела. Внизу живота тянуло. Я посмотрела на себя. На мне была белая рубашка. Не моя. Большая. Мужская.

Я снова легла. Закрыла глаза. Воспоминания начали возвращаться. Сцены, отрывки, лица. Бокал. Сладкий напиток. Жар в теле. Дэн. Его руки. Его губы. И люди за стеклом. Телефон. Они снимали.

Я открыла глаза. На тумбочке лежала записка.

«Кузнецова. Твоя форма оплачена. Отработала. Прекрасно справилась с ролью. Теперь ты – часть клуба. Мы ещё увидимся. Дэн».

Я схватила записку. Перечитала три раза. Потом сжала в руке.

О, Боже.. что я натворила.

Клуб. Дэн устроил это. Он специально всё организовал. Напоил. Сделал это на глазах у людей. За деньги. Конечно, за деньги. Такие, как он, не делают ничего бесплатно.

Я зарылась лицом в подушку.

Какая же ты дура! Что я наделала? Как я могла согласиться? Как я могла позволить ему это сделать?

Я не могла контролировать себя. Мне что-то подсыпали.

Я встала. Подошла к зеркалу. На шее – следы. Красные. Синие. Я провела пальцами и вздрогнула. Я была пустой. Я была грязной. Я была использованной. Я смотрела на себя и ненавидела себя. Я ненавидела это тело, которое предало меня. Я ненавидела эти руки, которые касались его. Я ненавидела себя. Я не знала, как жить дальше. Я не знала, как смотреть в глаза маме. Я не знала, как вернуться в свой маленький город, где все знают друг друга. Где все будут знать, что я стала шлюхой. Где все будут знать, что я переспала с незнакомцем. И я чувствовала, как внутри меня разрастается пустота. В груди было так больно. Я сидела на холодном полу ванной и плакала. Я плакала, пока слёзы не кончились. А потом я просто сидела и смотрела в одну точку. Я не знала, что делать. Я не знала, как жить дальше.

Я закрыла гла