banner banner banner
Рубин Карашэхра
Рубин Карашэхра
Оценить:
Рейтинг: 4

Полная версия:

Рубин Карашэхра

скачать книгу бесплатно

– Ладно, не важно. Значит, спать будем завтра… – на удивление спокойно отреагировал Буллфер и продолжил весело: – Ну и вид у вас, господа, должен вам сказать! Как будто неделю ночевали на помойке. Немедленно приведите себя в порядок и выберите образы поприличнее. Мы отправляемся с визитом к даме!

Глава пятая,

в которой мы собираемся в гости

Образ ему мой не нравится, как же! Сам провалялся неделю в чистоте, при полном уходе, носится теперь – шерсть блестит, хвост трубой. Он-то пережил ангельский телепорт в бессознательном состоянии! Его никто физиономией по камням не возил!

Так, ворча про себя, я сидел по шею в ледяной воде и отчаянно скребся, смывая с себя остатки лечебной грязи.

За кустами плескался ангелок, и я с завистью слушал его восторженные звонкие вопли. Конечно, им, ангелам, дай волю – с утра до ночи мыться будут, а мы, демоны, народ консервативный, спокойный, здравомыслящий, ну, раз в неделю морду тряпочкой протер, щеткой шерсть на холке продрал, и порядок. Вечно Буллфер со своими дурацкими нововведениями привяжется. Ясное дело, не у него же после этого бессмысленного мытья от сырости блохи заведутся, будешь потом чесаться, как придурок. И вообще, интересно, куда это он с самого утра запропастился? Загнал нас с ангелочком в реку, а сам смылся куда-то.

– Гэл?! Ну как вы там?

Вот тоже наказание! Чистый, сияющий Энджи выпорхнул из-за кустов и завис в воздухе над моей головой, часто взмахивая белоснежными крыльями. Я впервые видел, как он летает, должен признаться, выглядело это красиво.

– Может быть, вам помочь?

Еще чего не хватало! Я вспомнил свою издевку, с которой предлагал ему услуги банщика в первый день нашего знакомства. Конечно, теперь он может с полным правом посмеяться надо мной. Но ангелочек и не думал смеяться. С дружеским вниманием он смотрел на меня сверху и совершенно искренне предлагал свою помощь.

– Давайте я помогу вам. – В его глазах заблестели лукавые искорки. – Или вы меня стесняетесь?

– Вот еще! Глупости какие!

– Тогда вылезайте сюда.

Я слова не успел сказать, как он уже вцепился в меня принялся тереть, скоблить и делать такие комментарии, что у меня глаза на лоб полезли.

– Забавно, а я и не знал, что у вас шерсть на спине, я думал, вы совсем гладкий… повернитесь. А она у вас не такая, как у Буллфера, у него она похожа на кротовью шкурку, очень короткая и мягкая… Наклоните голову… Ух, жесткая какая! Вам летом не жарко?

– Мне зимой не холодно, – пропыхтел я. – Осторожно: Больно же!

– Извините. У вас здесь репей пристал… А хотите, я вас глиной потру? Она очень хорошо грязь смывает.

– Я тебя сам сейчас глиной потру, если ты не прекратишь с меня шкуру сдирать! Больно!

– Терпите! Я не виноват, что вы за собой не следите! Стыдно! Состоите на службе у Хозяина, и так себя запустили!

Я открыл было рот, чтобы наконец сказать нахальному ангелочку все, что я про него думаю, как вдруг он ловко схватил меня за волосы и макнул в воду с головой. Чуть не утопил! Отплевываясь и отфыркиваясь, я вырвался из его рук и пулей выскочил из реки. Все! Хватит с меня!

– Гэл! Гэл! – смеясь, кричал Энджи мне вслед. – Куртку забыли!

Но я не остановился, пока не добежал до пещеры. Там я повалялся по траве, чтобы высушить шерсть, и, закрыв глаза от удовольствия, растянулся на солнышке. Хорошо. Все-таки ангелы понимают толк в мытье.

– Гэл! – голос Буллфера прогремел, как всегда, неожиданно, я даже подпрыгнул, принимая вертикальное положение. – Ты что здесь делаешь? Где Энджи? Я тебе что сказал?! Ни на шаг от него не отходить! Не оставлять его одного! Если с ним что-нибудь случилось, я с тебя шкуру спущу!

Ну вот, погрелся на солнышке, называется, отдохнул! Что с его ангелом сделается?! Кому он нужен?! Тоже мне сокровище! Вон, пожалуйста, летит, покоя от него нет!

– Гэл, вы оставили, – он передал мне брошенную одежду. Естественно, про меня тут же забыли. Буллфер кинул на траву мешок, который притащил с собой, развязал его, ангелок заглянул туда и вытащил легкую зеленую курточку.

– Что это?

– Это тебе. И вот еще, – демон достал брюки такого же травянисто-зеленого цвета, мягкие кожаные сапожки, берет с фазаньим пером. – Прими человеческий облик и переоденься.

Глаза ангелочка вспыхнули почти детским восторгом, он схватил свой новый наряд и умчался в пещеру одеваться. Как ребенок, честное слово! А Булф снова запустил руку в мешок и вытащил одеяние побольше размером, поскромнее расцветкой, но с дополнением в виде тонкой кольчуги и широкого серебряного пояса с внушительными ножнами, из которых торчала рукоятка кинжала, украшенная молочно-белым опалом.

– Это тебе, Гэл. Выбери какой-нибудь образ посолиднее, постарше… Ну, сам сообразишь.

Я бережно принял из его рук одежду, ладонью погладил дорогой плотный материал благородного стального цвета полюбовался кинжалом и сказал растроганно:

– Спасибо, хозяин. А для себя вы что принесли?

Булф усмехнулся как-то странно, в третий раз полез в свой мешок с подарками и вытащил… великолепное глубокое седло, окованное серебром.

– Это что?

– Седло, не видишь, что ли.

– А… понятно, – сказал я, повторяя интонации ангелочка.

– Ничего тебе не попятно, – ответил Буллфер, извлекай вслед за седлом такую же богато отделанную уздечку. – Давай, иди переодевайся.

Озадаченный, я направился к пещере, и тут же мне навстречу выскочил счастливый, преображенный Энджи. Как я и думал, в своем новом образе он сохранил все ангельские черты, только крылья пропали, да лицо стало совсем как у обычного четырнадцатилетнего мальчишки, курносого, без всякого потустороннего сверхъестественного сияния в глазах. Ангелок надел свой зеленый костюмчик и нацепил беретку с пером.

– Гэл, смотрите! Ну как?!

– Обалдеть! – сказал я честно. – Ни за что бы не догадался, кто ты на самом деле.

Он покраснел от удовольствия и побежал хвастаться перед Буллфером.

Я тоже немного поколдовал над своим внешним видом, приняв облик мужчины средних лет, благородной суровой наружности, с сединой в волосах и шрамом на щеке. Ежась от прикосновения железа к тонкой безволосой коже, натянул кольчугу, поверх нее серую куртку, штаны, сапоги, туго затянул пояс, навесив на него кинжал, немного походил, привыкая к новому образу, и степенной, неспешной походкой вышел из пещеры. Увидев меня, ангелок удивленно распахнул глаза, а Буллфер довольно кивнул.

– Отлично! Именно то, что я хотел. Мужественный воин и его молодой благородный господин. Энджи, – обратился он к ангелочку, – ты умеешь общаться мысленно?

– Да, – ответил тот. – Только сейчас не знаю, насколько хорошо.

– Главное, чтобы ты мог понять хотя бы в общих чертах, чего я хочу.

– Я пойму, но зачем это тебе?

– Сейчас увидишь. Настройся на меня.

Ангелок послушно закрыл глаза, чуть поморщился от боли, когда Буллфер «прикоснулся» к нему сознанием, потом потер висок и сказал вслух.

– Да, слышу… Не так громко… Нет, хорошо. – И уже открывая глаза, спросил: – И все же. Буллфер, не понимаю, зачем?

Но Буллфера не было. Рядом с ним, переступая с ноги на ногу, потряхивая роскошной длинной гривой, стоял великолепный огненно-рыжий жеребец.

Как и всякий мальчишка такого возраста. Энджи сначала в немом удивлении уставился на коня, потом подпрыгнул от восторга и схватил Буллфера за шею.

– Вот это да! Какой хороший! Какой красивый! Умница! – лопоча всякую чушь, он гладил жеребца по шее, трепал его гриву и чуть не целовал в морду. – Красавец! Рыжий!

– Энджи. Прекрати, – сказал я строго, чтобы унять щенячий мальчишеский восторг ангела. – Какой он тебе Рыжий?!

– Да знаю я! Знаю! – воскликнул мальчишка нетерпеливо. – Конечно, я помню, что это по-прежнему Буллфер, но… нет, ты не поймешь! Теперь это мой конь!

Похоже, в новом облике у ангелочка крыша съехала окончательно.

– Хватит валять дурака! Ехать пора.

Я поднял седло и нерешительно подошел к жеребцу, тот покосился на меня горящим черным глазом, и на морде его появилось довольно-таки насмешливое выражение. Забросив седло на гладкую лошадиную спину, я затянул подпругу, надел уздечку, стараясь не встречаться с Буллфером взглядом.

– Значит, так, милорд, вы младший сын моего старого боевого друга, который поручил мне заботиться о вас, воспитывать и обучать воинской премудрости. Я везу вас домой к папочке, вы с непривычки устали в дороге, и благородная леди Виктория не может не пустить нас отдохнуть после дальней дороги, чтобы узнать, что происходит в соседних землях, и посплетничать. Понятно?

– Понятно, – ответил мальчишка и вытащил из мешка огромное красное яблоко, которое Буллфер припас, надо думать, для него. – А далеко нам ехать?

– Чуть больше суток, наверное. А если бы вы запомнили координаты, то меньше часа.

– Не ворчи, – сказал он, с хрустом вгрызаясь в яблоко. А то я скажу папе, что ты плохо меня воспитывал.

Жеребец громко фыркнул и тряхнул гривой.

– Ну-ка, полезайте в седло, ваша милость, – сказал я хмуро, предчувствуя, каким веселеньким будет для меня это путешествие.

– Я сам! – Энджи оттолкнул мои заботливые руки и самостоятельно вскарабкался на спину коня. Я хотел последовать за ним, Но Буллфер так на меня посмотрел, что пришлось поспешно отдернуть руку и осторожно взяться за конец повода. Глупо было рассчитывать, что мне перепадет удовольствие прокатиться на спине Хозяина.

Ладно, мы не гордые и пешком прогуляемся.

Так мы шли некоторое время. Потом Энджи запустил огрызком яблока в кусты и сказал:

– А знаете что, люди так не ездят.

Я оглянулся на него:

– Как «так»?

– Ну, я сижу в седле, а ты, почтенный старый воин, идешь пешком. Это глупо. Во-первых, так мы проедем втрое дольше, во-вторых, просто выглядит подозрительно.

Я пропустил мимо ушей «старого воина», в своем человеческом облике кроме мальчишеской нахальности ангелок приобрел еще и сообразительность. Одно другого стоит.

– Да, ты прав, но…

Жеребец остановился, посмотрел на меня огненными глазами, стукнул копытом по земле и отвернулся. Видимо, это следовало считать приглашением. Не без робости я забрался в седло, за спину Энджи и подобрал повод.

– Теперь правильно, – довольно сказал ангелок. – Можно ехать.

Никогда раньше я бы даже представить не мог, что мне придется путешествовать на хозяйской спине. Надеюсь, Булф не посчитает это унизительным и не припомнит мне потом эту поездку.

Жеребец громко фыркнул, дернул головой, вырывая из моих рук слишком сильно натянутый повод, и побежал вперед быстрой размашистой рысью, так что земля полетела из-под копыт. С такой скоростью можно было бы за несколько суток добраться до форта Виктории, но, конечно, этого Буллферу было мало; через некоторое время я почувствовал, что пространство вокруг начинает скручиваться и туманиться.

Глава шестая,

в которой Энджи совершает чудеса героизма, а Хозяин ведет себя очень грубо

Мы двигались вперед огромными скачками, погружаясь на короткое время в туман телепорта и выныривая обратно. Каждый такой «прыжок» покрывал расстояние в несколько десятков миль. Удобный способ передвижения. Так Буллфер перелетел пустынную часть пути, а когда начались заселенные земли, пришлось умерить прыть и дальше ехать «по-человечески»…

Дорога стала шире, по обочинам ее появились фруктовые деревья, из-за которых выглядывали белые деревенские домики. Периодически мы обгоняли повозки местных жителей. Лошади шарахались при виде Буллфера, а крестьяне долго смотрели нам вслед.

Помнится, самое первое посещение Срединного мира откровенно разочаровало меня. Здесь было чересчур просторно и светло, я чувствовал себя слишком неуютно без надежной защиты каменных стен и потолка над головой. К тому же погода менялась постоянно, становилось то холодно, то жарко, с неба или лился противный дождь, или что еще хуже, сыпался снег. Но я все-таки оборотень, обладающий повышенной способностью приспосабливаться к любым условиям. К неудобствам я быстро привык и в следующий раз чувствовал себя на земле вполне комфортно Конечно, у меня было не слишком много свободного времени для путешествий, поэтому в Срединном мире я не появлялся уже давно и теперь с любопытством оглядывался по сторонам.

Деревеньки, которые мы проезжали, были похожи одна на другую. Маленькие беленькие домики цеплялись огородами один за другой и прятались от жаркого солнца под высокими раскидистыми деревьями. Телеги, трясшиеся по дороге, поднимали тучи пыли, которая не спешила оседать и еще долго висела в воздухе. В лопухах на обочине копошилась домашняя живность, чирикали птицы, и весь этот человеческий мир пах как-то особенно: уютом, беззаботной доверчивостью, едой… Демоны очень хорошо умеют чувствовать такой аромат, впрочем, ангелы, кажется, тоже, но у них он вызывает только умиление, а у нас желание немедленно напасть, схватить и съесть…

Изредка я замечал вдали каменные руины. Построенные в незапамятные времена высокие замки были похожи на крепости с узкими щелями-окнами и крутыми скатами крыш. Демоническая архитектура – монолитная кладка, острые зубцы, хищные морды горгулий, украшавшие карнизы. Дух захватывает, когда видишь эти величественные сооружения, пусть даже наполовину лежащие в развалинах Сколько веков прошло с тех пор, как в них никто не живет и они стоят разоренные, покинутые, мертвые.

Не останавливаясь, мы ехали до самого вечера. Наверное, Буллфер мог проскакать так еще долго, но Энджи, сидящий впереди, начал дремать, и мне пришлось придерживать его, чтобы он не свалился на землю, да и мое человеческое тело начинало уставать.

Хозяин пару раз оглянулся на нас и в следующей деревне решительно направился к таверне. Значит, он тоже устал и мечтает о тихом, теплом стойле… в смысле комнате. Ангелок тут же проснулся.

– Буллфер, может быть, не надо?! – он повернулся ко мне. – Он хочет, чтобы мы переночевали здесь. Считает, что мы утомились, но я не устал. Правда.

– Он прав, – сказал я. – Нам всем нужно отдохнуть и поесть…

Я широко распахнул дверь и, не обращая внимания на заинтересованные физиономии посетителей, направился прямо к стойке. Энджи скромно держался за моей спиной.

– Хозяин! – гаркнул я, бросая на стойку золотой. – Вина, жареного мяса, молока, хлеба, в общем, тащи все, что есть, овса для моей лошади и лучшую комнату!

Трактирщик подхватил золотой, угодливо кланяясь, проводил меня с мальчиком в самую спокойную часть зала и даже протер полотенцем стол, что должно было означать его особое к нам расположение. Как только мы сели, перед нами появилась гора провизии, которой можно было накормить не менее пяти голодных человек и одного слегка проголодавшегося демона. Посетители с молчаливым уважением наблюдали за тем, как я управляюсь с бараньей лопаткой. Трактирщик смотрел на меня, словно на родного, подсчитывая чаевые, которые с нас можно содрать, а хорошенькая служаночка перелетала от нашего стола на кухню с пустыми тарелками, возвращалась обратно с полными, одновременно успевая строить мне глазки. Хорошо, что хозяина нет с нами, хоть расслабиться можно, не выслушивая едких комментариев по поводу моего обжорства и отвратительных манер. Посмотрел бы на своего Энджи. В человеческом облике он вел себя совсем молодцом. Аппетит у мальчишки был как у голодного щенка, хотя, конечно, он умел управляться с ножом и вилкой одновременно и не ел ничего мясного.

Все-таки человеческий образ многое упрощает, снимает ограничения, помогает расслабиться. Никакой ответственности, никаких условностей. Можно сидеть за одним столом с человеком и ни разу не вспомнить, что тебя вообще-то бесит их слабость и беспомощность. Сам такой же!

Люди вокруг, все еще поглядывая на нас время от времени с любопытством, продолжили прерванный разговор. Я прислушался. Обсуждали будущий урожай и пришли к выводу, что просо в этом году ничего себе, а пшеница не уродилась, и если Хозяин не снизит налог на зерно, то, чего доброго, можно зимой и без хлеба остаться.

– А если ИМ вместо пшеницы овсом отдать… – говорил маленький курчавый человек, по виду зажиточный, потому как, несмотря на жару, вырядился в хромовые сапоги. Демонам-то все равно. Главное – насыпано в мешках чего-то, и ладно. Они только в мясе разбираются, положено к Хозяйскому столу столько-то говядины в месяц, так говядиной и расплатись. У НИХ за этим строго следят.

Эх, услышал бы я его во времена правления Буллфера, показал бы ему овес…

– Так ведь у нас теперь вроде не Хозяин, а Хозяйка, – отозвался рыжий шебутной мужичок, который успевал не только принимать участие в разговоре, но и заговорщически перемигиваться с трактирщиком. – Господин Маркус вчера на ярмарке был, так там объявляли, что прежний Хозяин низложен и подвергнут анафеме, а теперь следует поклоняться Высочайшей Хозяйке.

– Нам-то все равно, кому поклоняться, – сказал первый. – Главное, что теперь наверняка налоги вдвое поднимут или войну какую затеют…

Крестьяне покосились в мою сторону, и тот, что предлагал заменить пшеницу овсом, покашлял и почтительно осведомился, не знает ли благородный господин, то есть я, будет война или нет, потому как видно, что господин едет издалека и наверняка слышал что-нибудь по дороге о грядущих переменах.

Я поморщился и пробормотал с набитым ртом, что войны никакой не намечается, а вот налоги повысят. Собрание успокоилось и радостно зашумело о том, что если налоги повысят, то это ничего, путь повышают, на то они и демоны, чтобы с людей деньги собирать, главное, чтобы войны не было. А там уж они как-нибудь приспособятся.

Мне почему-то стало тошно. Наверное, оттого, что Хул уже везде раструбила о своем счастливом воцарении. Хорошо, что Буллфер не слышит этих разговоров…

Через некоторое время, когда я, заглушив первый голод, приступил к осознанной дегустации и стал замечать, какие аппетитные формы у крутящейся рядом служаночки, а Энджи начал дремать, дверь в очередной раз распахнулась, и в таверну влетел еще один смертный. Выглядел он так, словно на улице с ним встретился Буллфер во время своей боевой трансформации. А может, и правда встретился. С него станется… Человек подбежал к стойке, навалился на нее грудью и что-то невнятно прошептал. Трактирщик почтительно покосился в нашу сторону и вполголоса забормотал в ответ. Я услышал: «Жеребец это ихний… того господина… и мальчик с ним…»

Так, что дальше?! Энджи мгновенно проснулся, тоже услышав странный разговор, и тревожно посмотрел на меня. Я же на всякий случай незаметно проверил, легко ли достается клинок из ножен. Любитель лошадей, наконец, отклеился от стойки и решительно направился к нам, без приглашения уселся за стол, уставился на меня безумными глазами и спросил: