Сыщик Каин. Хроники Универсума

Бежать приходилось через самые нестабильные участки. Сначала провалился в зону нулевой гравитации и пролетел несколько метров, отталкиваясь от плавающих обломков, пока не вынырнул обратно в область обычного тяготения, где его с силой швырнуло на пол. Боль в боку при этом вспыхнула адским цветком. В другой раз пересекал пространство, где время текло вспять: собственные следы на пыли исчезали впереди, а из-за угла доносились крики. Это сбивало с толку, заставляло терять ориентацию. Мимо проползло нечто, похожее на живой кристаллический организм. Каин оцепенел, пока тварь не скрылась в трещине, боясь привлечь внимание.

Инфернальный взор, не подверженный иллюзиям, показывал картину целиком: трое – он, слабеющий и окровавленный, Кри, дрожащий на плече, и эфирная клетка с поющей душой. И против них – десятки охотников, смыкающие кольцо. Их становилось всё больше, вероятно, тут действует целая банда контрабандистов. Энергетические нити уже окружали, создавая почти осязаемую сеть. Мозг лихорадочно перещёлкивал варианты, но не находил выхода. Вляпался инспектор теней, опытный боец и детектив, по полной программе вляпался.

Каин попытался использовать «Запись» с иллюзией, создав отвлекающий образ себя, бегущего в другую сторону. Иллюзия сработала, но лишь отвлекла пару преследователей. Как и монеты внимания, продержалась недолго. Обманывать врагов при помощи магии в этом пространстве – крайне дорого.

Основная группа, ведомая каким-то чутьём или следящим заклинанием (которые тут тоже работают нестабильно), продолжала преследование.

Очередь из импульса заставила пригнуться двух полупризраков, но ответный выстрел техноманта прошёл так близко, что опалил волосы на виске. Этак убьют, если не предпримет чего-нибудь. А что предпринять, когда твои магические артефакты почти превратились в тыкву, не знал.

Боль в боку превратилась в огненный шар, который разрывался с каждым ударом сердца. Прислонился к ржавой балке, достал «Запись» с базовым заклинанием регенерации. Кристалл треснул в пальцах, выпустив жалкую искорку энергии, которая едва затянула верхний слой кожи, но не остановила внутреннее кровотечение. Всё здесь работало против него. Даже простейшая магия давала сбой. Место, где законы Универсума не работали.

Их настигли на перекрёстке двух рухнувших эстакад. Впереди – тупик из спрессованных обломков. Сзади и с боков – оборотни, полупризраки, пара техномантов с оружием и боевой рободемон, способный выжечь полквартала. Откуда он взялся, интересно? Этих железных демонов – синтез живой плоти, магии и техники – давно не использовали в военных целях, разве что на подземных рудниках с их помощью пробивали штреки.

Кри, чувствуя безвыходность, снова сорвался вперёд, пытаясь повторить свой трюк с отвлекающим манёвром. Пронзительно завизжал и полетел вдоль стены, оставляя яркий след. Один из техномантов хладнокровно навёл на него ствол. Раздался щелчок, и бесёнка отбросило силовым полем обратно к ногам Каина, аура померкла, и он затих, беспомощно подрагивая.

Кольцо сомкнулось окончательно. Каин прислонился спиной к холодному металлу, одной рукой прижимая клетку, другой сжимая эфирный импульс. Последний заряд. Он был готов продать свою жизнь дорого, забрав с собой на тот свет побольше этих ублюдков. Однако с разряженным оружием да с неработающей магией тут мало что можно сделать. Разве что геройски погибнуть и посмертно получить орден от ведомства. Впрочем, за частный заказ, даже полученный от богини, ордена не дадут.

Из эфирной клетки снова полилась музыка. Не печальная и не пронзительная, как прежде, а мощная, полная невероятной, почти яростной надежды. Прозвучала, как удар колокола. Оборотни замедлили шаг, полупризраки колебались, техноманты опустили оружие. Казалось, сама Подкладка прислушалась к песне и отступила.

Душа, заключённая в эфирную клетку, пытается его спасти. Она умеет управлять чувствами. Однако чары рассеялись так же быстро, как и возникли.

– Долби её! – проревел кто-то из задних рядов, и стволы снова поднялись.

Послышались новые выстрелы. Каин, подхватив лежавшего на полу бесёнка в одну руку и клетку в другую, – скрылся за обломками эстакад, но дальше тупик, в который сам себя загнал. И теперь только и оставалось – погибнуть, попытавшись уложить хотя бы одного техноманта.

И тогда сквозь толпу охотников прошёл демон, распихивая всех широченными плечами. Он был огромный, на голову выше самых рослых оборотней. Рога испещрены шрамами, свидетельствующими о бесчисленных битвах. Боевую секиру, исписанную рунами, он держал в ножнах за спиной.

Толпа расступалась, как вода перед Моисеем – из уважения, страха или того и другого сразу.

Каин напрягся, готовясь к последней схватке, решив, что это предводитель. Демон остановился между толпой и загнанным в угол инспектором теней и развернулся к ним лицом.

– Этот человек находится под моей защитой. По долгу чести.

Техномант наставил на демона оружие.

– Ты кто такой? Кто тебя притащил сюда?

– Я сам себя притащил. Имя хочешь узнать? Заргус моё имя. Заргус из клана Проклятых.

– Уберите его! – заорал техномант.

Однако никто и не пошевелился: оборотни, полупризраки и другие нечеловеческие твари и не думали исполнять приказ, а даже, наоборот, отступили на несколько шагов, и техномант остался один на один с демоном.

– Хочешь меня убрать? Убери.

– Борк! Подстрели его!

Рободемон не спеша, громыхая железом, подкатил к техноманту и навёл два ствола орудия на Заргуса.

– Не советую, – демон нагнул рогатую голову. – Нам лучше подружиться. Ты ведь тоже когда-то был таким, как я? Ты ведь знаешь, что может сделать клан, который стоит за моей спиной? Тебя разберут на металлолом, продадут на чёрном рынке, а сознание впаяют в панель управления общественного сортира. А рога пустят на спиртовую настойку и выпьют за твоё здоровье. Ах, да, рогов-то у тебя уже нет.

Борк проскрежетал что-то нечленораздельное и убрал стволы внутрь. Техномант повторил приказ, и трое оборотней всё же рванулись вперёд, держа клинки наготове. Демон не обнажил секиру. Первого встретил прямым ударом кулака в грудь – раздался глухой хруст, и оборотень отлетел назад, тяжко рухнув на землю. Руку второго демон перехватил и скрутил с такой лёгкостью, будто ломал сухую ветку, и, не выпуская, бросил на третьего. Оба с грохотом столкнулись и покатились по полу. Больше желающих испытать судьбу не нашлось.

– Уходите, – сказал демон. – Или убейте меня.

Толпа дрогнула и откатилась. Два техноманта, мужчина и женщина, остались одни. Заргус стоял, набычившись и слегка наклонив рогатую голову. Огромный и сильный, мышцы бугрились даже в тех местах, где обычно их не заметно. Он и не думал обнажать оружие – ему хватило бы и кулаков. А импульсные пукалки в их руках против демонов были бессильны. Рободемон Борк смог бы расстрелять Заргуса из своих пушек и превратить в фарш, но тот дал понять, что за этим последует.

– И вы тоже валите прочь, – повторил Заргус. – Если не желаете умереть и оказаться в Некрополисе. А если испытываете такое желание, то я – ваш безвозвратный билет.

Техноманты подчинились грубой силе и, ворча что-то под нос, с ненавистью поглядывая на демона, отступили. Вскоре и они, и их приспешники удалились, растворившись в глубине Подкладки.

Каин, всё ещё прислонившись к балке, смотрел на демона. Боль и потеря крови лишили остатков сил.

– Чем… обязан твоему вниманию ко мне? – спросил охрипшим голосом.

Заргус развернулся к нему. Горящие глаза изучали раненого инспектора теней, скользнули по кровоточащей ране, по клетке в руках.

– Долг чести. Кровный долг. Ты, Каин, когда-то спас репутацию моего клана. Расследование ограбления банка эмоций. Все улики указывали на наших. Ты нашёл настоящего преступника – техноманта-архивариуса. Ты вернул нам честь, когда все остальные готовы были выставить нас преступниками. Клан Проклятых ничего не забывает. Ни обид. Ни долгов.

В памяти Каина всплыли образы. Да, было дело. Он тогда раскрутил, уцепившись за ниточку, и поначалу даже и не догадывался, куда эта нить приведёт. А ведь, начиная расследование, тоже был уверен, что это сделали демоны из Проклятых. Техномант тогда ловко всё обставил, подставив демонов. Но не знал, что за расследование возьмётся инспектор теней Каин, иначе придумал бы план получше.

– И этот долг… обязывает меня защищать? – переспросил Каин, с трудом выпрямляясь и стиснув зубы от боли.

– Обязывает отдать за тебя жизнь, если потребуется, – без тени пафоса ответил Заргус. – Пока долг не будет считаться выплаченным по моим понятиям. Но лучше помолчи, не трать силы. Где твоё убежище, инспектор? Я тебя отведу. Но тебе нужно к медику.

Заргус шагнул вперёд, взял его под руку. Кри, придя в себя, робко устроился на плече демона.

– Клетку. Не забудь взять клетку, – произнёс Каин. – Она может быть важной уликой в моём расследовании.

Так и шли – истекающий кровью инспектор теней и новый, непрошенный, но чертовски эффективный телохранитель, чья грубая сила и прямолинейная честь – как неожиданный якорь в бушующем мире Подкладки.

Долг чести в Городе был прочной валютой, ценившейся выше эфирных монет. Он не имел веса и не отображался на сканерах, но те, кто считал честь превыше всего, всегда выплачивали этот долг сполна. Для таких, как Каин и Заргус, это был единственный незыблемый закон в мире, где все остальные правила то и дело переписывались Директивом.

Был ещё Игнас, старый контрабандист и друг Каина, который на своём вертолёте бороздил самые гнилые трущобы на границе с Некрополисом, остававшийся живым лишь благодаря инспектору. Годами ранее патруль Легиона взял его на прицел у входа в кабак «Забвение». Пуля с зарядом фазового смещения, предназначенная для Игнаса, была на волосок от сердца, когда Каин, тогда ещё не инспектор теней, оказался рядом. Не был обязан спасать контрабандиста – а по уставу так и вовсе должен арестовать. Но живым глазом Каин увидел не преступника, а затравленного зверя. Решение было мгновенным: выстрел из импульса в систему охлаждения патрульного транспорта и резкий толчок Игнаса в ближайший вентиляционный коллектор. «Твой долг – не мне, а следующему, кто окажется на краю», – бросил тогда Каин, растворяясь в толпе, прежде чем тот смог что-то сказать.

Каину в Универсуме задолжали многие. И, может быть, когда-нибудь их помощь будет весьма кстати. На этот раз рядом оказался Заргус.

Глава 6

Каждое движение отзывалось в ране Каина, а реальность Подкладки продолжала подкидывать сюрпризы. Шли они через зону, где пространство сложено в гармошку, заставляя делать двадцать шагов, чтобы продвинуться на пять. Потом пересекали плато, где с неба падали хлопья пепла, пахнущего сожжёнными воспоминаниями. Мощная рука демона – единственная точка опоры для Каина.

Заргус привёл инспектора не в Лимб, а в один из районов на окраине, где в пещерах, выдолбленных в скале, обосновались маг-медики, не задававшие лишних вопросов. Лазарет представлял собой грубый грот, освещённый голубоватыми кристаллами. Медик, существо в одеждах с множеством хирургических щупалец вместо рук, жестом пригласил Каина на каменный стол. Одно щупальце с линзой на конце бесстрастно обследовало рану.

– Энергетический ожог четвёртой степени, осложнённый глубоким разрывом тканей и магическим загрязнением, – проговорил медик безразличным тоном, будто констатировал погоду. – Стандартная регенерация не подойдёт. Некротический след необходимо выжечь, иначе шрам будет проводить атаки на нервную систему. Обезболивающее тут не поможет, будет больно.

Каин, сжав зубы, кивнул.

– Действуй, я потерплю.

Два других щупальца с бритвенной точностью рассекли обугленные края раны. Инспектор глухо вскрикнул, когда третий отросток с раскалённым докрасна наконечником вошёл в плоть. Противное шипение царапнуло слух, запах горелого мяса заполнил пещеру.

Заргус, стоявший у входа, молча наблюдал, руны на лезвиях его секиры за спиной ловили отблески всполохов. Кри на плече жалобно запищал и спрятал мордочку, уткнувшись в шею демона.

– Загрязнение устранено, – медик отложил инструменты. – Теперь стабилизация. Будет ещё больнее.

Щупальца с силой прижали Каина к столу. Четвёртый отросток с синим кристаллом на конце приложили к обожжённым тканям. Жаркая волна пронзила тело. Каин застонал, пытаясь вырваться, но щупальца держали с силой гидравлических прессов.

– Нервные окончания необходимо перезапустить, – без тени сочувствия пояснил медик. – Побочный эффект – временная парализация и тактильные галлюцинации.

По коже побежали мурашки из иголок, а перед глазами поплыли пятна света. Видел тени, слышал шёпоты – эхо боли, которое кристалл вытягивал из тела. Процедура длилась вечность, оставив одеревеневшие, но целые мышцы и свежую, розовую кожу на месте раны.

– Гематогенный гель восстановит кровоснабжение. Не напрягаться двое суток, – медик нанёс на зажившую рану липкую прозрачную субстанцию и потом протянул щупальце к Каину. – Оплата.

Каин показал открытую ладонь, и маг-медик, приложив к ней сканер, снял положенную ему выплату.

Инспектор, ослабевший, но способный двигаться, с помощью Заргуса добрался до своего жилища.

– Твой долг… – начал Каин, но демон прервал его.

– Не выплачен, пока ты не встанешь на ноги полностью и пока угроза не устранена.

– Но ты не обязан…

– Я остаюсь. Я сам решаю. Это мой долг, инспектор, а не твой.

Заргус отступил в тень, снял со спины боевой топор и поставил у стены.

Каин вздохнул, потрогал залеченный бок и принялся за клетку. Устройство оказалось изумительно сложным. Золотистый кокон не имел видимых замков, пазов или интерфейсов. Стандартные сканеры и инструменты техномантов, которые инспектор раздобыл при случае, не давали никакого результата – поверхность была монолитной. Подключил инфра-взгляд, нацелил на клетку.

. Он отложил прибор и, прикоснувшись пальцами к поверхности клетки, закрыл глаза, позволив своему сознанию коснуться того, что находилось внутри. Ни потока воспоминаний, ни эмоций. Лишь пустота, белый шум. И в центре шума – слабый голос.

– Имя?

Пространство отозвалось эхом:

– Лира…

– Кто ты?

– Музыка… Я была… музыкой. Звуком. Композитором… Кажется, я писала музыку.

Больше ничего. Ни деталей жизни, ни лиц, ни мест. Только смутное, инстинктивное знание о себе, как птица «знает», что она – птица.

Каин разорвал контакт. Активировал серебряную иглу Аниры, вызывая богиню.

Анира явилась так же бесшумно, как и в прошлый раз. Взгляд, полный вращающихся галактик, скользнул по Заргусу, задержался на Кри, осмотрел демона, оценил размер его топора, затем упал на клетку.

– Ты нашёл одну из похищенных, – констатировала, не выражая ни радости, ни удивления.

– Я выкрал её у воров.

Анира протянула руку, не касаясь клетки.

– Она останется с тобой. Её присутствие… может стать ключом. Помочь найти остальных.

«Оставить её?» – пронеслось в голове. Он хотел возразить. Сказать, что у него и так хватает проблем: бесёнок-непоседа, демон-телохранитель, невесть откуда взявшийся. Слишком много друзей, а он привык жить один. Но… эта музыка. Она разбила его цинизм, как стекло.

– Кто она такая? – спросил Каин, и собственный вопрос удивил инспектора. – Её музыка… она что-то всколыхнула во мне. Да и воров очаровала.

Анира замерла на мгновение, будто сверяя запрос с некими космическими архивами.

– Она была выдающимся композитором. – Она сделала паузу. – Ты продвинулся в своём расследовании. Позволь и мне выполнить часть нашего соглашения. Я раскрою тебе то, что обещала. Твой предыдущий сосуд жил в мире, известном как Земля. Тебя звали Иван Андреевич Каин. Следователь. Опытный сыщик. Своё последнее дело до конца ты не довёл.

Образы вспыхнули в сознании Каина, чужие, но до боли знакомые. Вид из окна на мокрый от дождя асфальт. Папка с материалами на столе. И имя преступника, которое успел узнать. Все улики собраны в папке. Но он совершил ошибку. Одну единственную ошибку. Не знал, что в деле замешано начальство. Это его и погубило.

– Ивана Андреевича Каина схватили, когда возвращался домой, к жене и детям. На другой день собирался передать дело прокурору. Дело так и осталось нераскрытым, – голос Аниры вернул в настоящее. – А его самого отвезли в лес и утопили в озере. Долго пытали, пытаясь узнать, где папка с уликами. Ты жаждал завершения. Я отметила потенциал. И предоставила тебе… новые возможности, выбрав для реинкарнации и представила Директиву новую кандидатуру инспектора теней. И ты стал отличным сыщиком, Каин. А теперь у тебя много помощников.

Каин молчал, переваривая полученную информацию. Вся циничная усталость, одержимость порядком – всё не случайно. Это перенос незаконченного дела из одной жизни в другую.

Анира исчезла. В кабинете воцарилась тишина. И её нарушил Кри. Бесёнок, сидевший время на плече Заргуса, спрыгнул на стол, и ткнул лапкой в клетку.

– Грустно, – чётко произнёс Кри тонким голоском. – Лира… грустно.

Каин и Заргус переглянулись. Это было ново. Раньше бесёнок не разговаривал.

– Да, – согласился Каин, глядя на трепещущий в клетке белый свет. – Это грустно. Но мы исправим.

Кри подкатил к сидевшему за столом Каину, взобрался по руке на плечо и погладил маленькой ладошкой по голове.

– И ты… грустно. Предательство и смерть.

Снова вернулся к клетке, постоял там, задумчиво глядя на Лиру.

– Исправим, – уверенно сказал Кри и, подбежав к ящику с «записями», попытался стащить оттуда кристалл с радостью. – Помочь!

Заргус фыркнул, и из ноздрей вырвалось пламя.

– Питомец заговорил. Теперь у тебя полноценный отряд, инспектор. Как мне к тебе теперь обращаться? Каин или Иван Андреевич?

– Иван Андреевич! – запищал Кри и, схватив кристалл, бросился бежать.

Каин отобрал у Кри кристалл, сунул ему пустую «запись», которую бесёнок принялся радостно гонять по полу. Инспектор смотрел на клетку с Лирой, на болтающего Кри, на неподвижного Заргуса в углу.

Незавершённое дело из прошлой жизни, в настоящей – личность музыканта, демон-телохранитель и говорящий бесёнок. Отличная команда. Расследование только начиналось.

Глава 7

Каин снова взялся за эфирную клетку, вооружившись инфра-взглядом и набором увеличительных линз. Изучал каждый микрон позолоченной поверхности, водил сканером, ловя малейшие аномалии эфирного поля. И нашёл. Почти невидимое, вытравленное лазером на молекулярном уровне в месте стыка двух пластин – клеймо. Символ, напоминающий шестерёнку, в которую вплетена молния. Герб Гильдии техномантов.

– Значит, не обычные бандиты-контрабандисты, – пробормотал он. – Инженеры.

– Что нашли? – в сознании прозвучал слабый мелодичный голос. Лира.

– Причину твоего заточения, – мысленно ответил Каин. – Ты ничего не помнишь? Ничего, кроме музыки?

– Помню… тишину. Долгую тишину. Потом… свет. И желание… петь, – слова Лиры были похожи на музыкальные фразы. – Хочешь, я сыграю? Музыка – всё, что я умею.

Каин кивнул, забыв, что Лира не видит. И тогда из клетки полилась музыка. Не та, отчаянная и полная надежды, что звучала в Подкладке, и не яростный гимн перед лицом смерти. Тихая, глубокая мелодия, словно воспоминание о чём-то безвозвратно утраченном. Заполнила кабинет, касаясь самых потаённых уголков.

. Кри уселся на столе, лиловая аура подрагивала в такт музыке, а в глазах стояли слёзы.

Когда последняя нота отзвучала, в комнате повисла тишина.

– Сильно, – произнёс Заргус. – Я не любитель высокого искусства, мне по душе боевые марши… однако… грудь мою разрывает от чувств.

– Кри… плакать, – пискнул бесёнок, вытирая лапкой глаза.

Каин молча встал.

– Гильдия Техномантов. Главный анклав в Лимбе. Нам нужно там осмотреться.

– Ненавижу техномантов, – проговорил себе под нос Заргус.

– Но без них Универсум развалится на осколки миров.

Любой в городе на стыке миров знал, что Универсум поддерживается усилиями техномантов. Однако управляли Универсумом не техноманты, а высшие из Эфириума. Хотя можно предположить, что техноманты и Директив слились в единую структуру, но точно это никому не известно. И над этим всем царила богиня реинкарнаций.

Время было не позднее, и ещё можно успеть. Каин решил посетить аукцион, на котором техноманты распродают различные магические устройства. Там можно было купить всё. А раз уж среди контрабандистов были два представителя гильдии, то, возможно, связь есть. Отсюда и следует начать поиски.

Демон по совету инспектора оставил свою секиру дома, чтобы не распугивать посетителей. Да и не пустят туда с оружием. Впрочем, с такой рожей могли и без оружия не пустить – очень уж устрашающе выглядел Заргус.

На бульваре Тихой Радости столкнулись с процессией монахов-молчальников, продающих амулеты эмоциональной чистоты. «Очистись от ненужных страстей!» – монотонно бубнил один, кидаясь под ноги Каину. Заргус легко отодвинул его, не замедляя шага.

В Переулке Внезапных Озарений уличный торговец попытался всучить Каину «гарантированно работающую» схему вечного двигателя. «Всего за одну монету внимания!» – кричал он. Каин, не глядя, отстранил его, бросив через плечо: «Твой двигатель нарушает второй закон термодинамики». Торговец оскорблённо замолк.

Кри, сидя на плече Заргуса, пытался поймать летающие голографические рекламные слоганы, безуспешно хватая лапками. Особенно навязчивый предлагал усовершенствованные модели эфирных клеток. Демон фыркнул, и короткая струйка пламени испарила назойливую картинку.

– Здесь слишком много пустых слов, – проворчал Заргус, глядя на толпу техномантов, оживлённо обсуждавших коэффициенты полезного действия новых генераторов.

– Надо же как-то впарить свой товар.

Каин наблюдал, как группа учеников в одинаковых серых робах с почтительными поклонами расступалась перед высокопоставленным мастером Гильдии, чьи пальцы унизаны сложными инструментами вместо колец.

Район Гильдии резко контрастировал с окружающим, дышащим магией Лимбом. Здания представляли собой строгие геометрические формы из полированного хромисталя, опутанные гирляндами проводников, по которым перетекала энергия. Вместо неоновых вывесок – голографические дисплеи, отображающие схемы, уравнения и рекламу новейших разработок. По ровным мостовым бесшумно скользили механические экипажи на антиграв-подвесках. Храм технологий, где магия служила лишь топливом.

Их целью был «Аукцион Прогресса» – мероприятие для избранных, проходившее в здании, похожем на гигантский кристалл. Охранники на входе, выставив сканирующие приборы, оценили скромный вид, но пропустили – сказывался статус Гильдии, открытой для всех, у кого есть деньги, или хотя бы какие-то предложения.

Голографические каталоги парили над полом, а аукционист, техномант с имплантированным голосовым модулем, представлял лоты.

– И следующее – партия эфирных клеток марки «Омега». Два экземпляра. Чистейший источник энергии для ваших персональных мано-двигателей. Гарантированная ёмкость, полная экологичность!

На подиуме демонстрировали позолоченные коконы. Покупатели – аристократы в сияющих одеждах, маги с посохами, инкрустированными кристаллами, – поднимали таблички с номерами. Цены взлетали до заоблачных высот.

– Интересная безделушка, – раздался голос ухоженного техноманта в белом одеянии. – Желаете выставить свой лот? Вижу, вы принесли с собой… образец.

Взгляд упал на клетку с Лирой, которую Каин держал в руке.

– Мы пока присматриваемся, – холодно ответил Каин. – Изучаем рынок.

– Разумно. Такие… источники… всегда в цене, – техномант кивнул и отошёл.

Каин почувствовал беспокойство. Не знал, были ли эти клетки из той партии. И тогда мысленно обратился к Лире:

– Ты чувствуешь что-нибудь? Кого-нибудь из тех, кто был с тобой?

В ответ клетка в руках дрогнула. И снова, едва слышно, полилась музыка – тревожная, вопросительная. И через мгновение из-за спины ухоженного техноманта, с двух столов, где лежали непроданные клетки, донёсся ответ. Два тихих, печальных аккорда, вплетающихся в мелодию Лиры.

– Это не те, что были со мной, когда ты меня нашёл! – мысленный голос Лиры прозвучал взволнованно. – Но они очень похожи! Я чувствую какую-то силу.

Каин встретился взглядом с Заргусом. Демон почти незаметно кивнул.

– Ваш образец, я вижу, особенный, – снова появился техномант в белом. – Музыкальная модификация. На аукционе стоила бы…

– Я пока лишь присматриваюсь, – оборвал Каин, и техномант вежливо кивнул и отошёл.

Аукционист, техномант с голосовым модулем, усиливавшим речь до металлического резонанса, жестом пригласил ассистента. Тот вынес на бархатной подушке первую из двух клеток.

– Лот номер сорок семь! Эфирная клетка «Омега», серийный номер дельта-три-ноль-девять, – голос звенел в идеальной акустике зала. – Энергоёмкость – двенадцать тысяч стандартных эфирных единиц. Гарантия стабильности – пять столетий. Способности носителя: уникальное чувство ориентации в пространстве. Рекомендуется для питания мано-двигателей личного транспорта. Начальная цена – пятьдесят тысяч квинт.