Фетиш

В этот момент телефон в кармане оживает, и на экране появляется сообщение от Джейсона. Я читаю, и на лице расплывается глупая улыбка:

“Новая зубная щётка в шкафчике. Полотенце там же. В холодильнике найдёшь чем позавтракать. Чувствуй себя как дома. А вечером жду в клубе”

Сердце колотится быстрее, пальцы слегка дрожат, когда я быстро набираю ответ. Меня охватывает странное чувство: смесь волнения и напряжения.

“Зачем ты сказал, что я снова приеду сегодня в клуб?” – спрашиваю я, как будто пытаюсь понять его намерения через экран телефона.

Следуя его совету, я иду в ванную. В шкафчике действительно лежат несколько новых зубных щёток, как будто Джейсон всегда готов к неожиданным гостям. Я достаю одну из них и начинаю чистить зубы, глядя в зеркало. В отражении я вижу глаза девушки, которая заигрывается с ложью.

Совесть, как назойливая муха, не дает покоя. Мысли о том, как плохо строить отношения на обмане, не оставляют меня. Сплюнув в раковину и прополоскав рот, я замечаю, что экран телефона снова мигает.

”Хотел, чтобы ты приехала. Сегодня будет больше звёзд, которых ты сможешь увидеть вживую,” – пишет Джейсон.

Я закатываю глаза, вспоминая вчерашний вечер, полный ярких огней и громкой музыки и ночь, которую мы провели под звёздным небом в поисках браслета.

“Вчера насмотрелась на звёзды. Спасибо, хватило,” – печатаю я, надеясь, что он поймёт намек.

“Приезжай. Возьми мою машину. А то мне пришлось ехать с Дэйвом,” – приходит его быстрый ответ.

Я застываю, пораженная его предложением. Неужели он действительно доверяет мне свою машину? Этот парень явно что-то задумал.

“Лучше возьму такси,” – отвечаю я, наблюдая за экраном в ожидании ответа.

Но Джейсон молчит, и его молчание давит на меня, наполняя воздух неуютной тишиной.

Я решаю принять душ, чтобы смыть с себя остатки ночных переживаний.

Стою под струями теплой воды, которая обволакивает меня. Каждая капля, падая на кожу, смывает ночные тревоги, оставляя лишь ощущение легкости и обновления. Вода стекает вниз, увлекая за собой все сомнения и беспокойства.

Это уже второй раз, когда я принимаю душ в этом доме, и мне невольно приходит мысль о том, что такая привычка может стать традицией – настораживает.

Спустившись на кухню, я открываю холодильник и удивляюсь его содержимому. На полках стоят аккуратно расставленные продукты – все свежее, разнообразное. Такое не ожидаешь увидеть в доме холостяка, и я улыбаюсь, представляя, как Джейсон скрупулезно закупается. Может, он не такой уж и хаотичный, как кажется на первый взгляд.

Принимая завтрак, я наслаждаюсь долгожданным одиночеством в просторном доме. Весь мир далеко, а я – его единственная хозяйка. Свобода, которая приходит с этим чувством, опьяняет, и я невольно задумываюсь, стоит ли мне покидать это место так скоро. Может, задержаться? Позволить себе еще немного этой сладкой иллюзии?

Я включаю музыку, и её звуки наполняют дом. "Platon, Parade of Planets – Poul lui" начинает играть, и я не могу удержаться от соблазна потанцевать. Пространство вокруг меня превращается в сцену, я – в главную героиню музыкального клипа.

Следом идёт: “Cheryl – Parachute”

Музыка захватывает меня, и я кружусь по комнате, забывая обо всем на свете.

Запыхавшись, плюхаюсь на диван. Пульсирующее сердце напоминает, что пора возвращаться к реальности, но мысль об этом вызывает легкую грусть. Я достаю телефон и, вспомнив о своей сумочке, быстро пишу сообщение Джейсону:

"Кстати, а где моя сумочка?”

Ответ прилетает почти мгновенно, как будто он ждал моего сообщения:

"Наверное, в машине в гараже осталась.”

Я улыбаюсь, представляя, как он, возможно, сейчас тоже думает обо мне. Эта мысль разливается теплом внутри, и я чувствую, что день обещает быть хорошим, даже если придется покинуть этот уютный мирок.

Собираю свои мысли и решаю спуститься вниз. Гараж встречает меня прохладой и запахом дорогого кожаного салона. Передо мной открывается вид, который захватывает дух: ряд блестящих автомобилей, каждый из которых мог бы попасть на обложку автомобильного журнала.

Какую именно машину он хотел, чтобы я взяла? Этот вопрос вертится в голове, но одновременно появляется азарт. Раз у него столько машин, то, если на одной из них вдруг появится царапина, это точно не станет трагедией.

Смелость и любопытство толкают меня вперед. Я медленно прохожу вдоль рядов автомобилей, касаясь пальцами их гладких поверхностей. Взгляд задерживается на одной из них – элегантной и спортивной, в идеальном сочетании черного металла и хрома. Без тени сомнения беру ключи от неё, и, предвкушая, сажусь за руль.

Мягкая кожа сиденья обнимает меня, когда я устраиваюсь поудобнее. Включаю зажигание, и двигатель мгновенно оживает, издавая низкий, удовлетворяющий рык. Выезжаю из гаража, и встречный ветер раздувает мои волосы, как будто освобождая от всех забот.

Это непередаваемое ощущение. Я будто в главной роли в голливудском фильме. Выезжаю из своего особняка на этой крутой тачке и на время позволяю себе помечтать, будто это всё моё, будто эта жизнь принадлежит мне.

Включаю радио, и динамики наполняют салон звуками "Oscar Anton – bye bye". Я подпеваю словам песни, ощущая, как музыка сливается с ритмом моего сердца. Солнце светит ярко, его лучи играют бликами на капоте, пока я проезжаю вдоль Голливудских холмов.

Каждое мгновение полно свободы и счастья, как будто сама судьба решила подарить мне этот день. Я улыбаюсь, чувствуя, что в эти минуты я действительно жива.

***

Уверенно шагаю в клуб, пробираясь сквозь толпу. Звуки музыки окутывают меня, а световые блики танцуют на стенах, создавая интимную атмосферу.

– Одри, ты приехала, – Дэйв подхватывает меня в свои объятия, его губы мягко касаются моих, и я ощущаю знакомое тепло.

Я украдкой бросаю взгляд на Джейсона. Он стоит чуть поодаль, его глаза на мгновение встречают мои, прежде чем он резко отворачивается, как будто старается скрыться в полумраке зала.

– Какая же ты у меня красивая, – Дэйв с любовью изучает меня взглядом, его голос полон гордости.

Джейсон лишь хмыкает, делая глоток виски. В его глазах мелькает что-то похожее на плохо скрываемое раздражение.

– Это же Стивенс? Мой бывший клиент. Не могу поверить, что он здесь, – Дэйв вдруг вскидывает голову в удивлении. – Любимая, я отойду ненадолго, а ты пока побудь с Джейсоном.

Я киваю, и Дэйв растворяется в толпе, оставляя меня наедине с другом. Джейсон делает легкий жест в сторону своего кабинета, и я следую за ним, чувствуя, как напряжение между нами нарастает с каждым шагом.

В кабинете музыка звучит глуше, но ее ритмы все еще отдаются в такт моего сердца. Стою у окна, наблюдая за танцующими огнями клуба, стараясь не встречаться взглядом с Джейсоном.

– Шикарно выглядишь в этом платье, – его низкий, бархатистый голос прорезает воздух, заставляя мурашки пробежать по коже.

Я молчу, делая вид, что не слышу, хотя каждая клеточка моего тела уже среагировала на этот голос. Джейсон движется по кабинету неторопливо, уверенно. Его широкие плечи обтянуты черной тканью рубашки, а рукава закатаны, обнажая сильные предплечья. Я невольно залипаю на его руках, представляя, как эти пальцы… нет, нельзя о таком думать.

– Выпьешь? – внезапно слышу прямо возле уха его горячее дыхание, от которого по коже расходятся волны мурашек.

Он протягивает мне бокал, и я ловлю шлейф его парфюма: терпкие древесные ноты, переплетенные с пряными специями. Аромат бьет в голову сильнее любого алкоголя – сначала обжигает, потом разливается жаром, затуманивая разум и заставляя забыть обо всем, кроме опасной близости его тела. Инстинкт кричит одновременно «беги» и «останься».

– Там приворотное зелье? – спрашиваю я, стараясь звучать язвительно.

– Нет. А тебе нужно зелье, чтобы захотеть выпить со мной? – отвечает Джейсон с той самой смертельно притягательной полуулыбкой, что сломает оборону любой женщины.

Любой, но не мою. По крайней мере, я пытаюсь себя в этом убедить.

– Тогда ты туда плюнул, – фыркаю я.

– У тебя богатое воображение, – в его голосе звучит искреннее веселье. – Возьми мой, если не доверяешь. Я еще не успел его… осквернить.

В его глазах пляшут черти, когда он делает шаг ближе.

Слишком близко.

Он протягивает свой бокал, и в его жесте нет ничего провокационного – почти обыденное предложение. Почти. Если бы не этот взгляд, который длится на секунду дольше, чем нужно.

– Значит, ты плюнул в свой, рассчитывая на обмен. Давай этот, – выхватываю бокал из его руки.

Делаю глоток, чувствуя, как терпкое вино обжигает горло. Или это от его пристального взгляда так горячо?

Джейсон прислоняется к столу, скрестив руки на груди.

– Ну как? Начинает действовать? – спрашивает он, и в его тоне звучит легкая насмешка. – Чувствуешь что-то необычное? Головокружение, учащенное сердцебиение, желание наброситься на меня?

Его голос становится глубже, интимнее, и я ловлю себя на мысли, что он мог бы читать телефонный справочник, а я бы все равно таяла от этих интонаций.

– Нет. Это обычное вино, – стараюсь говорить холодно, хотя внутри все горит от его близости. – А оно обладает опьяняющим свойством, а значит и привораживающим.

– Значит, любой алкоголь – приворотное зелье? – он приподнимает бровь, явно развлекаясь нашей перепалкой. – Интересная теория. Тогда, может, проблема не в вине, а в компании?

Он делает паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе.

– Некоторые люди опьяняют и без алкоголя.

Он не уточняет, о ком говорит – обо мне или о себе. И это сводит с ума.

Наши взгляды встречаются – и что-то между нами щелкает.

Волна жара поднимается по шее. Кожа вспыхивает. Я сжимаю бокал сильнее, пытаясь удержать хоть какой-то контроль над ситуацией. Над собой.

Но Джейсон видит. Он все видит.

Я отворачиваюсь, делая вид, что меня интересует танцпол. Но он не дает мне сбежать – оказывается ближе, намного ближе. Настолько, что я чувствую тепло его тела.

– Так зачем мне тебя привораживать? – его голос звучит почти у самого уха. – Разве ты не считаешь, что я хочу тебя просто затащить в постель?

Его прямота заставляет меня вспыхнуть. Картинки, которые рисует воображение, совсем не те, что должны возникать при мыслях о друге парня.

– Считаю, – выдыхаю я, пытаясь сконцентрироваться на чем-то кроме его губ.

– Для этого приворот не нужен. Доступ в постель получить легче, чем к сердцу, – произносит он, и его пальцы невзначай касаются моего запястья, заставляя пульс сбиться с привычного ритма.

– А доступ в постель к девушке лежит через доступ к её сердцу, – я отступаю на шаг, чтобы собраться с мыслями. – Конечно, не у всех так.

– У тебя так? – он поднимает бровь, и этот простой жест выглядит настолько сексуально, что у меня пересыхает в горле.

– У меня так. И доступ к моему сердцу ты не получишь, так как оно уже занято другим, – говорю я, хотя с каждой секундой все труднее помнить о Дэйве.

Джейсон усмехается – медленно, хищно, словно я только что сказала что-то очень наивное.

– Знаешь, где ошибка в твоей логической цепочке? – его губы изгибаются в полуулыбке, а голос становится ниже, интимнее. – Ты сначала отдаешь сердце, а потом уже открываешь доступ к телу. Но когда сердце уже отдано, а мужчина хочет лишь секс… – он приближается еще на шаг, и его взгляд скользит по моим губам, – …страдает именно оно. Сердце. Начинать с постели куда безопаснее. Никаких разбитых сердец. Только удовольствие. Хотя… – пауза, наполненная напряжением, – …готов поспорить, что именно для меня ты нарушишь все свои правила.

Его самоуверенность одновременно раздражает и возбуждает, а хрипотца в голосе заставляет воображение рисовать совсем неприличные картины.

Я закатываю глаза, пытаясь скрыть, как сильно меня волнует этот откровенный флирт.

Где же Дэйв?

Поскорей бы он пришел, потому что моя решимость держаться подальше от Джейсона тает с каждой секундой.

Ставлю бокал с вином на стол и иду к панорамному окну. Отсюда открывается вид на весь клуб. Высматриваю Дэйва внизу. Он стоит рядом со своим знакомым, увлеченно болтая. Такой правильный, надежный, предсказуемый…

Мне должно стать теплее от мыслей о нем, ведь Дэйв совсем не такой как Джейсон. Его никогда не интересовал легкий доступ в постель. Но почему тогда от одного только присутствия Джейсона мое тело горит, а от мыслей о Дэйве – ничего?

Внезапно чувствую, как сильная рука медленно обхватывает мою талию. Его прикосновение посылает волну жара по всему телу, и внутри все сжимается от предвкушения. Я резко вздрагиваю и поворачиваюсь к нему. В глазах Джейсона пляшут опасные огоньки, его взгляд окутывает меня невидимой силой, лишая воли к сопротивлению.

Он притягивает меня ближе, не разрывая зрительного контакта. Горячее дыхание касается моих губ, и я чувствую, как последние крупицы здравого смысла испаряются. Его парфюм окутывает меня, как невидимый кокон, а твердые мышцы груди прижимаются к моему телу, не оставляя шанса на побег. Между нами пульсирует что-то первобытное, горячее – притяжение, которое невозможно игнорировать.

– Чувствуешь? Твое тело уже приняло решение. Даже если твое занятое сердце все еще спорит. – Он наклоняется ближе.

Его пальцы нежно поднимают мой подбородок, и прежде чем я успеваю осознать, его губы уже на моих. Поцелуй – страстный, жадный, требовательный – как буря, захлестывает меня с головой. Волна жара прокатывается от губ вниз, вспыхивает огнем и разливается по венам, пробуждая дремавшие инстинкты и жажду, о которой я не подозревала.

Сознание возвращается резко, как удар грома. Я вырываюсь, отталкивая его прочь. Моё нутро переполнено негодованием и растерянностью. Влепляю ему пощёчину, громкий звук эхом разносится по комнате. Джейсон замирает, его глаза расширяются наполняясь чем-то тёмным.

– Убери руки! Ты просто животное, – произношу я, но мой дрожащий голос выдает, насколько сильно я хочу прямо противоположного.

Джейсон

Одри, с дерзким взглядом и огненным блеском в глазах, бросает мне вызов. Она стоит, скрестив руки на груди, её чёрное платье обтягивает фигуру, как вторая кожа. От одного взгляда на её изгибы у меня пересыхает во рту. Каждый раз, когда я вижу её, моё тело реагирует слишком быстро.

– Ты грязное животное, не умеющее держать свой член в штанах, – её голос, пропитанный ядовитым презрением, перекрывает грохот музыки.

Её слова задевают за живое, но одновременно распаляют ещё больше. Позволяю яду её слов просочиться под кожу, чувствуя, как учащается пульс. Медленно растягиваю губы в хищной улыбке, хотя внутри всё горит от желания схватить её прямо здесь.

– Животное, говоришь? – делаю шаг вперёд, намеренно возвышаясь над ней. Мой голос становится низким, с хрипотцой, от которой, я знаю, у неё всегда бегут мурашки по коже.

Её глаза расширяются, зрачки темнеют – явный признак возбуждения, как бы она ни пыталась это скрыть. Она отступает, пока не упирается спиной в холодное стекло. Запах парфюма Одри – пьянящая смесь ванили и жасмина – окутывает меня, затуманивая рассудок.

– Какой у нас грязный ротик, – шепчу я, протягивая руку. Мои пальцы скользят по её шее, чувствуя, как часто бьётся пульс под нежной кожей. Она пытается увернуться, но мы оба знаем – это лишь игра. Её кожа горит под моими прикосновениями, и я едва сдерживаюсь, чтобы не наброситься на неё прямо сейчас.

Разворачиваю её к стеклу, прижимаясь сзади всем телом. Внизу, в мерцающих огнях клуба, танцует толпа. Среди них – Дэйв, не подозревающий, что его девушка сейчас дрожит в моих руках.

– Хотел бы тебя трахнуть, Одри? – мой шёпот обжигает её ухо, язык дразняще проводит по мочке. Она вздрагивает, и я чувствую, как её тело подается назад. – Пиздец как хочу. Особенно сейчас, когда он там внизу.

Провожу носом по её шее, вдыхая её запах, упиваясь им.

– Трахать тебя и смотреть на него, не подозревающего, как его девушку в данный момент жарит его друг. И как она сладко стонет, говоря, что я лучший.

– Отпусти меня, урод, – её голос срывается, выдавая истинные чувства. В нём смешались страх, возбуждение и желание, которое она так отчаянно пытается скрыть. Но её тело не умеет лгать – оно плавится в моих руках, как воск.

Одри отчаянно пытается вырваться, но я только сильнее вжимаю её в стекло. Её тело, такое мягкое и податливое, заставляет меня терять голову. Чувствую, как под тонкой тканью платья часто вздымается её грудь. Каждый вздох, каждое движение отзывается во мне волной острого желания.

Её рука тянется к моей, пытаясь ослабить хватку. Перехватываю запястье и медленно, давая ей возможность осознать каждое мгновение, опускаю её ладонь на свой пах. Твердость под пальцами заставляет Одри задержать дыхание.

– Чувствуешь? – мой голос становится хриплым от возбуждения.

Впиваюсь взглядом в её расширенные зрачки, замечая, как она прикусывает нижнюю губу – этот невинный жест сводит меня с ума.

– Отпусти, животное! – её голос срывается на полушёпот, выдавая её истинные чувства. – Дэйв сейчас поднимется сюда и убьёт тебя.

Медленно растягиваю губы в опасной улыбке, чувствуя, как тело Одри дрожит в моих руках. Провожу большим пальцем по её нижней губе, наслаждаясь прерывистым дыханием.

– Животное сейчас бы уже трахало тебя, не раздумывая, – шепчу ей прямо в губы, едва сдерживаясь, чтобы не впиться в них поцелуем. – Но мой член ещё в штанах, как видишь. И войдёт в тебя только тогда, когда ты сама об этом попросишь.

Она молчит, её длинные ресницы трепещут. Её близость сводит меня с ума, но я заставляю себя отступить на шаг. Пусть сама решает. В этой игре я даю Одри выбор, хотя каждая клеточка моего тела кричит о желании обладать ею.

– Животное так бы поступило? – спрашиваю, удерживая её взгляд.

В её глазах плещется целый океан эмоций – страх, желание, смятение и что-то ещё, что Одри пытается скрыть даже от самой себя.

Секунду она стоит неподвижно, словно статуя, а затем срывается с места. Стук её каблуков по полу отдается в моей голове как удары молота. Остаюсь один, пытаясь совладать с бушующим в крови желанием. Её запах всё ещё витает в воздухе, сводя с ума. Провожу рукой по лицу, зная, что этой ночью сон не придёт ко мне. Как и все ночи с тех пор, как я впервые увидел её.

Алый след от помады на бокале притягивает мой взгляд, словно магнит. Беру его в руки, не в силах оторваться от этого интимного отпечатка её присутствия. Чёрт возьми, я как одержимый представляю, как её губы касались тонкого стекла, оставляя этот дразнящий след. Наклоняюсь, втягивая едва уловимый аромат помады, смешанный с терпким запахом вина. Острое желание пронзает меня насквозь – хочу почувствовать эти губы на своих губах, а не на бездушном стекле.

Медленно провожу большим пальцем по алому следу, и моё воображение рисует совсем другую картину: как я нежно касаюсь её мягких губ, как они приоткрываются навстречу моим прикосновениям, как Одри тихо вздыхает от удовольствия. Чувствую, как напрягаются мышцы, пульс учащается – достаточно просто думать о ней, чтобы моё тело мгновенно реагировало.

С усилием возвращаю себя в реальность. Какого чёрта она творит со мной? Я всегда держал эмоции под контролем, а сейчас превращаюсь в сентиментального идиота. И дело даже не в желании – я хочу не просто её тело, я хочу… Эта мысль пугает меня больше всего.

Злость на собственную слабость накрывает горячей волной. Я позволил какой-то девчонке забраться мне под кожу, заставить меня терять контроль. Швыряю бокал об пол, и звон разбитого стекла эхом отражает бурю в моей душе. Но даже среди осколков я всё ещё вижу этот чертов алый след, как напоминание о том, что я уже не могу просто так выбросить Одри из головы.

Я в полном дерьме.

Глава 6

Джейсон

– Ты серьёзно всё это сказал ей? – Колин не скрывает удивления, когда я заканчиваю рассказывать о вчерашнем вечере.

Мы сидим в моём офисе на сорок третьем этаже – он устроился на краю стола, а я развалился в кожаном кресле, закинув ноги на столешницу. Свободная поза, но внутри всё напряжено. Стоит только прикрыть глаза, как я снова вижу её – тонкие запястья, изящную шею, россыпь веснушек на скулах. Чёрт, как же сложно выбросить Одри из головы.

Пожимаю плечами, изображая безразличие, хотя внутри всё ещё жжёт от воспоминаний. После встречи с ней меня буквально трясло от желания. Пришлось срочно звонить Монике – она всегда готова примчаться по первому зову. Отличный секс, никаких обязательств. То, что нужно. Вот только даже в самый разгар я продолжал думать о других губах, других глазах… Чёртова Одри.

Колин качает головой, разглядывая меня как диковинный экспонат. Он слишком хорошо меня знает.

– Я тебе уже говорил, что ты придурок? – его голос полон иронии, но в карих глазах видна искренняя тревога.

– Каждый раз, – парирую я, растягивая губы в усмешке. Провожу рукой по щетине – надо бы побриться. Хотя Одри, кажется, нравятся небритые мужчины… Твою мать, опять она.

Колин бросает в рот зелёную "m&m's", его пальцы нервно постукивают по столешнице.

– Каждый раз я думаю, что ты меня уже ничем не удивишь. Сначала Дженни, потом Моника, теперь Одри… – он медленно тянет слова, словно взвешивая каждое из них. – Уже можно делать ставки на то, когда ты её трахнешь?

Во мне поднимается глухое раздражение от того, как грубо это прозвучало. Одри другая. Она не Дженни и не Моника. И думать о ней в таких терминах почему-то неприятно.

Я смотрю в окно, где за стеклом шевелятся ветви деревьев, и отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал ровно:

– Думаю, с ней получится дольше, чем обычно. Но я готов ждать.

Колин вздыхает: его скептический взгляд прожигает меня насквозь.

– Дольше? А ты не думаешь, что никогда? Она могла ведь всё рассказать Дэйву.

Я медленно опускаю ноги на пол и подаюсь вперед. От одной мысли о ней вместе с ним у меня темнеет в глазах.

– Дэйв пока молчит, значит, она ничего не сказала, – произношу я тихо, с опасной ноткой в голосе. – А значит, она на крючке.

Колин фыркает, его недоумение почти осязаемо. Но мне плевать. Я получу Одри. Чего бы это ни стоило.

– Как ты спокойно об этом так говоришь? Я бы уже поседел на твоём месте от стресса.

Я слегка наклоняюсь вперёд, ощущая знакомый прилив адреналина. Он растекается по венам, заставляя каждую клетку тела вибрировать от возбуждения. Перед глазами снова встаёт образ Одри – её изящная фигура в облегающем платье, длинные волосы, которые так и хочется намотать на кулак… Я одёргиваю себя. Нет, сейчас не время думать о том, как сладко было бы заставить её стонать подо мной.

– Для меня это кайф. Без риска не могу жить, – мой голос звучит хрипло. – Только в моменты, когда я вишу на волоске от опасности, я чувствую, что действительно живу.

Колин цокает языком, окидывая меня тем самым своим психоаналитическим взглядом, от которого хочется поморщиться.

– Хороший психотерапевт мог бы избавить тебя от твоей адреналиновой зависимости. Я тебе уже давал визитку доктора Эджертона, не надумал обратиться?

– К чёрту психотерапевтов, – резко отвечаю я, отмахиваясь от его слов.

Мне не нужна помощь. Особенно сейчас, когда я так близок к цели.

Телефон вибрирует, экран загорается. Сообщение от Дэйва заставляет моё сердце пропустить удар. Я замираю, вглядываясь в строчки текста.

– Дэйв написал, – произношу я ровным тоном, хотя внутри всё переворачивается от предвкушения.

Колин мгновенно подбирается, его челюсти перестают двигаться.

– Что там? – в его расширившихся глазах читается тревога.

– Пишет, что улетает в Нью-Йорк на судебное заседание по делу клиента.

Я чувствую, как уголки губ непроизвольно приподнимаются в хищной улыбке. Судьба явно на моей стороне.

Колин немного расслабляется, но в его взгляде всё ещё мелькает беспокойство.