Фетиш

Я чувствую, как по позвоночнику прокатывается волна мурашек от звука моего имени в её устах. Для неё моё появление явно сюрприз. Только пока не пойму – приятный или нет.

– Одри, рад тебя видеть, – отвечаю я с деланной небрежностью, хотя внутри все переворачивается от её близости.

Она молча ведет меня к своему кабинету. Я следую за ней, невольно любуясь её грациозной походкой. Кабинет оказывается небольшим, но уютным – светлые стены, панорамное окно с видом на город, несколько живых растений на подоконнике.

Одри опускается в кресло напротив меня, и только сейчас я замечаю то, что упустил в первые секунды. На её тонком запястье поблескивает изящный браслет —тот самый, что я отправил ей вчера. Звенья из бриллиантов мерцают, словно дразня меня. Непроизвольная улыбка касается моих губ.

– Вижу, тебе понравился мой подарок, – произношу я, не сводя глаз с браслета. Внутри разливается странное удовлетворение.

Одри медленно поднимает взгляд. В её изумрудных глазах мелькает что-то похожее на замешательство, смешанное с раздражением.

– Что? – её голос звучит сухо, одна идеально очерченная бровь приподнимается.

Я откидываюсь на спинку кресла, чувствуя себя победителем. Странно, я ожидал сопротивления, яростных споров, попыток вернуть подарок. Но она, похоже, быстрее сдалась, чем я предполагал.

Вдруг её взгляд падает на браслет. Она издает короткий раздраженный звук и проводит ладонью по лбу, словно пытаясь стереть неприятную мысль. Краска медленно заливает её щеки.

– Нет, – её голос звучит надломленно, – Это совсем не то, что…

Она резко выдвигает ящик стола – звук царапает тишину комнаты. Её пальцы, слегка подрагивая, извлекают маленькую бархатную коробочку. Та с глухим стуком приземляется на стопку документов.

– Вот твой подарок. Я собиралась его вернуть, а это…

– Подделка, – перебиваю я с усмешкой, наслаждаясь тем, как темнеют от гнева её глаза. – Ты оказалась хитрее, чем я думал. Решила оставить браслет себе, а мне подсунуть фальшивку? И остаться при этом такой чистой и невинной?

Она резко вскидывает голову. В глазах плещется ярость, ноздри трепещут от возмущения.

– Да как ты смеешь? – её голос дрожит от едва сдерживаемого гнева. – Этот браслет, – она почти яростно указывает на своё запястье, – мне вчера вечером подарил Дэйв. А твой, – она толкает коробочку в мою сторону, – даже не распакован. Забери его. Мне. От тебя. Ничего. Не нужно!

Я медленно подаюсь вперед, упираясь локтями в стол. От её близости внутри поднимается темная волна адреналина, затапливая разум первобытным желанием доминировать. Чем сильнее она сопротивляется, тем больше мне хочется сломить это сопротивление.

– Мне всё равно, какой браслет ты носишь, – говорю я, намеренно смягчая голос и наблюдая, как она нервно теребит тонкую цепочку на запястье. – Подаренный мной или Дэйвом, но забирать я его не собираюсь. Оставь, вдруг пригодится, если с одним что-нибудь… случится.

Одри вздрагивает от моего намёка, её пальцы сжимаются в кулаки.

– Нет, ты должен его забрать, – она впивается в меня взглядом, в котором читается плохо скрываемое раздражение.

Я медленно откидываюсь на спинку кресла, позволяя себе неторопливо изучить её кабинет. Замечаю, как она незаметно поправляет выбившуюся прядь волос – жест, выдающий её нервозность.

– У меня мало времени, Одри, – произношу я с нарочитой ленцой. – Я приехал обсудить маркетинговый план продвижения моих ночных клубов, а не… камушки. – Последнее слово я выделяю особенно. – Давай вернёмся к делу.

Она шумно выдыхает, её плечи едва заметно опускаются. На долю секунды маска профессионализма соскальзывает с её лица, обнажая что-то глубоко личное.

– Конечно, – цедит она сквозь зубы, но я улавливаю в её голосе нотку невольного уважения.

Я намеренно медленно устраиваюсь удобнее, скрещивая руки на груди. Её взгляд на мгновение опускается на мои предплечья, прежде чем вернуться к лицу.

– У тебя есть идеи? – спрашиваю, не разрывая зрительного контакта, пытаясь пробиться за стену её профессиональной отстранённости.

Она отклоняется назад, машинально пропуская пальцы через волосы.

– Для начала я изучаю сам продукт, прежде чем представить концепцию продвижения.

– Отлично, – растягиваю губы в улыбке, от которой она едва заметно напрягается. – Значит, вечером мы поедем в мой клуб, чтобы ты могла лучше познакомиться с продуктом, который тебе предстоит продвигать.

Поднимаюсь, нависая над её столом.

– Клуб открывается ночью, поэтому заеду за тобой в десять.

Её глаза расширяются, на щеках проступает едва заметный румянец.

– Что? Но моё рабочее время… – начинает она, но я уже разворачиваюсь к двери, чувствуя, как её взгляд прожигает мне спину.

Останавливаюсь в дверях, медленно оборачиваюсь через плечо. Наши глаза встречаются, и время будто замирает.

– Время. Да. У меня оно закончилось, поэтому увидимся вечером. – Небрежным жестом кладу визитку на край её стола. – Адрес напишешь сюда.

Выхожу, не дожидаясь ответа, но кожей чувствую волны напряжения, исходящие от неё. Это будет интересный вечер.

Глава 4

Одри

"В чём мне идти?" – в отчаянии думаю я, судорожно перебирая вещи в своём гардеробе. Половина гардероба уже свалена на кровати в хаотичной куче, напоминающей последствия небольшого торнадо. Пальцы скользят по разным фактурам – шелк, хлопок, деним – но ничего не кажется подходящим.

"Надо надеть что-то поприличнее", – твержу я себе как мантру, хотя желудок уже сводит от нервного напряжения. Не хочу, чтобы он подумал… А впрочем, какая разница, что он подумает? Но почему-то есть разница, и от этого осознания жар разливается по щекам.

Наконец, мой взгляд падает на бежевое платье с длинными рукавами и аккуратным воротником – мой верный спутник на всех деловых встречах. Оно всегда казалось мне сдержанным, но элегантным – именно то, что нужно.

Натягиваю его через голову, чувствуя знакомый запах кондиционера для белья. На секунду появляется надежда, но она тает быстрее снега в июле, когда я замечаю первые признаки катастрофы. Подмышки начинают намокать от волнения, и я чувствую, как паника медленно поднимается к горлу. "Чёрт, чёрт, чёрт!" – мысленно кричу я, наблюдая, как на светлой ткани расползаются влажные пятна.

В отчаянии хватаю другое платье, похожего кроя. Вспоминаю о маленькой хитрости из TikTok – решение кажется спасительным. Трясущимися руками пытаюсь приклеить ежедневные прокладки к подмышкам, но они отказываются сотрудничать, отклеиваясь быстрее.

Время утекает. Сердце колотится где-то в горле, а в висках пульсирует от напряжения. До встречи остается всего сорок минут, а я все еще стою посреди спальни в одном белье, окруженная горой отвергнутой одежды.

И тут мой взгляд падает на "то самое" платье – черное, с глубоким декольте и идеальным пушапом. Я купила его в порыве безумства и ни разу не надевала, считая слишком откровенным. Но сейчас…

"Будь что будет", – шепчу я, натягивая его на себя. Шелковистая ткань скользит по коже, идеально облегая все изгибы. В зеркале отражается совсем другая я – уверенная, сексуальная, притягательная. Грудь в этом платье выглядит так, словно ее можно заметить с орбитальной станции, но странным образом это придает мне уверенности.

– Ну что ж, – усмехаюсь я своему отражению, – по крайней мере, потные подмышки больше не проблема.

Бросаю взгляд на телефон, лежащий на туалетном столике среди россыпи косметики. Джейсон должен приехать с минуты на минуту, но вместо его сообщения экран высвечивает фото улыбающегося Дэйва. Меня бросает в жар – я совсем забыла предупредить его! В этой безумной суете с переодеванием и подготовкой к встрече я даже не додумалась позвонить собственному парню.

Пальцы дрожат, когда я принимаю вызов. Его бархатный голос мгновенно окутывает меня теплом. По телу пробегает знакомая волна нежности. Но сейчас к ней примешивается острое чувство вины, которое сдавливает грудь.

– Привет, милый, – говорю я, прикусывая губу и стараясь, чтобы беспокойство не просочилось в мой голос.

– Рад слышать тебя, любимая, – его голос звучит уверенно и ободряюще, как всегда. В нем та особенная хрипотца, от которой в груди разливается тёплая волна.

Я отворачиваюсь от панорамного окна, через которое только что рассеянно наблюдала за вечерней суетой города – светящимися окнами офисов, спешащими домой людьми, мерцающими вывесками. Прислоняюсь к прохладной стене, и она немного отрезвляет меня. Сегодняшний визит Джейсона никак не идет из головы – его пристальный взгляд, странные намеки, то, как он небрежно облокотился на мой стол…

– Ты знаешь… Сегодня ко мне в офис пришел Джейсон, – начинаю я, тщательно подбирая слова.

– Да, я знаю, – в его голосе слышится довольная улыбка, от которой мой желудок неприятно сжимается. – Я очень рад, что он решил обратиться в твое агентство по моей рекомендации.

Рад? По его рекомендации… Внутри все холодеет.

– Постой… Ты рекомендовал ему обратиться в наше агентство? – выдавливаю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Конечно! – воодушевленно отвечает Дэйв. – Джейсон давно искал толкового маркетолога, и я не мог не рассказать ему, какая ты у меня невероятно талантливая. К тому же, ты сама жаловалась, что начальница почему-то зажимает новые проекты…

– Дэйв, – я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Ты же знаешь, как важно для меня добиваться всего самостоятельно. Мы столько раз это обсуждали…

– Эй, солнышко, – его голос смягчается. – Я просто хотел помочь двум дорогим мне людям. Что плохого в том, что я свел вас?

Свел нас…

– Мне кажется, Джейсон не совсем…

– Не волнуйся насчет него, – перебивает Дэйв с какой-то странной настойчивостью. – Уверен, вы отлично поладите.

Я механически иду на кухню и включаю чайник, пытаясь хоть немного упорядочить мысли. Наблюдаю, как прозрачные струйки пара поднимаются вверх, закручиваясь в причудливые спирали. Внутренний голос настойчиво шепчет, что что-то здесь не так.

– Он хочет, чтобы я с ним поехала посмотреть его клуб, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно, хотя внутри все сжимается от одной мысли об этом. Пальцы крепче стискивают телефон.

– Да, Джейсон дотошный в таких вопросах, – соглашается Дэйв. – Любит показать свою империю во всей красе. Но я уверен, ты справишься. К тому же, я подъеду к вам, как только освобожусь от этой чертовой встречи с инвесторами.

– Правда? – выдыхаю я, и комок тревоги в груди начинает таять. Прислоняюсь лбом к прохладному стеклу, глядя на огни вечернего города внизу. Дэйв всегда знает, как успокоить меня, даже когда я совсем теряюсь в водовороте своих мыслей и страхов.

– Конечно, детка. Ты же знаешь, я не оставлю тебя одну в такой ситуации, – его голос звучит как обещание, как якорь в бушующем море моих сомнений.

Улыбка сама расползается по лицу, а внутри разливается приятное тепло. Я делаю глоток чая, чувствуя, как уверенность постепенно возвращается ко мне.

– Ты лучший, знаешь об этом? – говорю я с нежностью. – Тогда до встречи. И… спасибо.

– Люблю тебя, – шепчет он перед тем, как мы завершаем разговор.

Опускаю телефон и прижимаю его к груди. Сердце бьется ровнее, спокойнее. Что бы ни задумал Джейсон, с Дэйвом рядом я справлюсь с этой ситуацией. Теперь я в этом уверена.

В последний раз кручусь перед зеркалом, пытаясь одернуть непослушное черное платье, которое, кажется, живет своей жизнью. Ткань так и норовит подняться выше, обнажая еще больше кожи, хотя куда уж больше? Глубокое декольте, открытая спина, длина чуть ниже той грани, за которой начинается статья за нарушение общественного порядка.

Дверь комнаты Аманды открывается со скрипом (надо бы смазать эти чертовы петли), и подруга застывает в проеме, окидывая меня таким взглядом, будто я собралась на похороны в купальнике.

– Так-так-так… – она картинно прищуривается. – Это та самая "приличная одежда", которая должна была остудить пыл нашего озабоченного красавчика? Одри, дорогая, ты точно не перепутала "отпугнуть" с "соблазнить"? В этом платье ты выглядишь как главный приз в лотерее "Исполни все свои грешные фантазии".

– Да знаю я! – раздраженно фыркаю, снова дергая подол. – Но либо это, либо костюм Санта-Клауса с прошлогоднего корпоратива. Все остальное в стирке.

– В стирке? Все? Одновременно? – Аманда театрально хватается за сердце. – Какое удивительное совпадение!

– Слушай, мы едем в ночной клуб, а не на чтение Библии. И вообще… – начинаю защищаться, но телефон в сумочке начинает вибрировать как сумасшедший.

"Выходи" – лаконичное сообщение от Джейсона заставляет мой желудок сделать сальто.

– Все, он внизу! – хватаю клатч, проверяя наличие помады и ключей. – Пожелай мне удачи!

– Удачи, – хмыкает Аманда. – И помни: если что, у меня есть подруга-адвокат. Специализируется на делах о сексуальных домогательствах.

– Аманда!

– Что? Просто заботливая подруга напоминает о важном, – она невинно пожимает плечами. – И да, если вдруг твой план "отпугнуть" не сработает, я жду подробностей.

Закатываю глаза и вылетаю за дверь под ее довольный смех. Ну что ж, Джейсон, посмотрим, кто кого…

Выхожу на улицу. Сумерки медленно окутывают город, придавая всему вокруг загадочный вид. Джейсон стоит у обочины, облокотившись на свой ярко-красный Ferrari, который отражает последние отблески вечернего света. Машина выглядит так, будто её только что забрали из салона: её гладкие линии притягивают взгляд.

Джейсон одет в элегантную чёрную рубашку, подчёркивающую его спортивную фигуру. Его волосы аккуратно уложены, а на лице играет уверенная, чуть насмешливая улыбка. Взгляд, устремлённый в мою сторону, вызывает во мне смешанные чувства – я знаю, что должна держаться от него подальше, но его магнетизм сложно игнорировать.

Его взгляд задерживается на моем декольте, и я замечаю, как уголки его губ поднимаются в ехидной улыбке, словно он уверен, что я выбрала такой откровенный наряд специально для него. Я стараюсь не обращать внимания на его самоуверенность и мысленно напоминаю себе: "Спокойно, Одри, скоро приедет Дэйв.”

Джейсон галантно открывает дверь Ferrari, и я чувствую, как сердце начинает биться чаще от его близости. Неловко пытаюсь устроиться в низком спортивном сиденье, чувствуя, как мои колени почти упираются в приборную панель. Аромат дорогой кожи и легкий запах парфюма Джейсона окутывают меня, вызывая легкое головокружение.

Когда он садится рядом, я ощущаю жар, исходящий от его тела. Он поворачивает ключ зажигания, и мощный рев двигателя вибрацией отдается во всем моем теле. Ferrari плавно выезжает на дорогу, врываясь в поток машин. Салон машины тесный, и я чувствую каждое движение Джейсона: его руки, уверенно сжимающие руль, его плечо, почти касающееся моего. Стараюсь сосредоточиться на дорожных знаках за окном, чтобы не смотреть в его сторону, но магнетическое притяжение его присутствия сложно игнорировать.

– Вот, кстати, твой браслет, я тебе его возвращаю, – говорю я, стараясь придать голосу твердости, протягивая ему коробочку.

Джейсон закатывает глаза, как будто это спор, в котором он давно устал участвовать.

– Опять? Я тебе уже объяснил своё мнение по этому вопросу. Оно не изменилось, – произносит он с явным раздражением, но в голосе слышится легкая насмешка.

Я кладу коробочку между нами и откидываюсь на спинку сиденья, скрещивая руки на груди. Дорожные огни мелькают за окном.

– Моё тоже. Я не принимаю подарки от друзей моего парня, – отвечаю я, стараясь держаться уверенно.

Джейсон на мгновение отрывается от дороги, его глаза встречаются с моими. В них пляшет озорство, смешанное с вызовом.

– Это не подарок, а компенсация за испорченный вечер, – говорит он, его губы изгибаются в легкой ухмылке, но глаза остаются серьёзными.

– Ещё хуже. Каждая вещь несёт не только материальную ценность, но и воспоминание, связанное с ней. Я не хочу носить на руке постоянное напоминание чужих сексуальных сцен, – отвечаю я, стараясь отодвинуть картины вспыхнувшие в моей голове.

Джейсон ухмыляется, как будто мои слова его забавляют.

– Но на твоей руке точно такой же браслет, – замечает он, кивая на украшение на моем запястье.

– Нет, этот браслет – напоминание о Дэйве. О его любви ко мне. О том, как я ему ценна и как он дорожит мной. О нашем вечере, полном романтики и любви.

Я вижу, как лицо Джейсона меняется: желваки начинают играть, как будто он пытается сдержать внутреннюю бурю.

– Ладно, я понял. Раз он тебе не нужен, тогда давай избавимся от него, – с этими словами он выхватывает коробочку и швыряет ее в воздух.

Я наблюдаю, как она улетает прочь в закат. Моя челюсть автоматически отвисает, и я не могу поверить своим глазам. Теперь несколько тысяч долларов валяются на голивудских холмах. Но им не привыкать к такой роскоши.

– Что ты сделал? Зачем? – восклицаю я, но Джейсон уже не обращает на меня внимания.

Он включает газ на полную, и я вжимаюсь в кресло, чувствуя, как поток ветра проносится мимо нас, словно мы – ураган, несущийся по дороге.

Мы подъезжаем к клубу, и я не могу отвести взгляд от неоновой вывески, которая ярко светится на фоне ночного неба. "Hollywood Secret" – название, которое у всех на слуху. Этот клуб словно магнит притягивает всех, кто хоть немного связан с миром шоу-бизнеса. Мне казалось, что я никогда не переступлю его порог. Но вот я здесь, стою рядом с Джейсоном, в предвкушении.

Охранники приветствуют хозяина с уважением. Их взгляды скользят по мне, оценивая, но не задерживаются. Я стараюсь держать голову гордо поднятой, хотя внутри всё перевернулось от волнения. Мы входим внутрь, и я сразу чувствую, как музыка обволакивает меня, проникая в самое сердце.

– Первый этаж открыт для всех, – Джейсон наклоняется ближе, чтобы я могла расслышать его сквозь музыку. От его близости по коже бегут мурашки. – Но настоящий "Hollywood Secret" находится наверху.

Я окидываю взглядом роскошный интерьер первого этажа. Клуб пока полупустой, но это лишь добавляет атмосфере таинственности. Девушки-официантки в элегантных чёрных платьях скользят мимо нас, бросая быстрые взгляды, полные скрытого любопытства.

Джейсон ведет меня к отдельному лифту, возле которого стоит охранник в строгом костюме. Увидев моего спутника, он молча кивает и отступает в сторону. Двери лифта бесшумно открываются.

– Сюда могут попасть только избранные, – говорит Джейсон, нажимая кнопку верхнего этажа. В тусклом свете лифта его профиль кажется высеченным из мрамора. – Знаменитости, влиятельные люди… те, кто может позволить себе действительно эксклюзивный отдых.

Чувствую себя Золушкой, случайно попавшей на королевский бал. Двери лифта бесшумно раздвигаются, открывая роскошный лаунж с панорамными окнами от пола до потолка.

– Так вот оно что, – выдыхаю я, пытаясь скрыть благоговейный трепет в голосе. – Теперь понятно почему клуб так называется. Голливуд умеет хранить секреты, но не от меня.

Джейсон загадочно усмехается, его зеленые глаза блестят в приглушенном свете, словно темный изумруд. Я ловлю его взгляд и тут же отвожу глаза, чувствуя, как щеки заливает румянец.

Замираю на мгновение, поражённая великолепием открывшегося вида. Ночные огни Лос-Анджелеса мерцают внизу, как россыпь бриллиантов на черном бархате. Здесь, наверху, воздух кажется особенным – более разреженным, пьянящим. Атмосфера интимная, загадочная, манящая.

Джейсон едва заметно кивает мне, приглашая следовать дальше. Я иду за ним, стараясь держаться непринужденно. Мои каблуки утопают в мягком ворсе ковра, когда мы поднимаемся по винтовой лестнице на второй этаж. Перед нами открывается просторное помещение со стеклянной стеной во всю высоту, откуда как на ладони виден весь клуб.

– Вау, – шепчу я, подходя ближе к стеклу. – Мы можем наблюдать за всеми отсюда. А нас могут увидеть с той стороны?

– Это умное стекло, – Джейсон встает рядом, от него исходит легкий аромат терпкого парфюма. – Можно настроить одностороннюю видимость или сделать его полностью прозрачным.

Он достает из кармана небольшой пульт управления.

– Хочешь проверить?

Мы выходим на стеклянный балкон, и я всматриваюсь вниз, где в полумраке клуба движутся силуэты людей.

– Сейчас ничего не видно. Как будто тонированное стекло, – говорю я, прикладывая ладонь к прохладной поверхности.

– А теперь смотри, – Джейсон нажимает кнопку на пульте, и стекло мгновенно становится прозрачным.

– Невероятно! – восхищенно выдыхаю я. – Настоящее волшебство.

– Скорее, современные технологии, – в его голосе слышится нотка самодовольства.

Мы возвращаемся в его кабинет, и я замечаю, как его рука на мгновение касается моей поясницы, от чего по коже разбегаются мурашки.

Украдкой смотрю на свои часы, словно пытаясь притянуть стрелки быстрее к нужному часу. Время тянется медленно, и я мысленно умоляю Дэйва поторопиться. Джейсон, заметив мое беспокойство, подходит ближе, его движение плавное, как у хищника, который обнюхивает свою добычу. Его голос едва слышен из-за музыки, и он склоняется ко мне, чтобы заговорить.

– Что-то не так? – спрашивает он с лёгкой улыбкой, в которой сквозит самоуверенность. Его глаза сверкают, будто он знает какой-то секрет, который я пока не разгадала.

Я делаю вид, что рассматриваю вид за стеклом, вдыхая окружающую атмосферу, и стараюсь звучать как можно спокойнее, хотя внутри всё кипит.

– Всё в порядке, просто не привыкла к такому окружению, – отвечаю я, жестом показывая на толпу, где мелькают лица знаменитостей.

Джейсон кивает, не отводя от меня взгляда, в котором читается нескрываемый интерес. В его глазах проблескивает что-то вроде вызова.

– Ты привыкнешь, – уверенно говорит он. – Это место – магнит для сливок общества.

Я поворачиваюсь к нему, стараясь не выдать волнения.

– "Магнит для сливок общества"? Отличный слоган, – говорю я, невольно усмехнувшись. – Это что, Джонни Депп? А там семейство Кардашьян? Не могу поверить.

– Да, они часто у нас, – отвечает Джейсон, следя за моим взглядом, в котором мелькает лёгкая насмешка.

Я поднимаю бровь.

– Ты уверен, что твоему клубу нужен маркетолог?

Джейсон подходит ещё ближе, его пальцы едва касаются моего локтя.

– Уверен, – тихо говорит он, его голос становится ниже, почти интимным, словно он хочет, чтобы это услышала только я.

Я резко дергаюсь, чтобы отойти от него подальше. Внезапно я чувствую, как что-то холодное скользит по моему запястью. Это мой браслет зацепился за пряжку ремня Джейсона. Я смотрю вниз как раз в то время, как застёжка разваливается, и бриллиантовые звенья рассыпаются по полу, сверкая в свете ламп.

– Чёрт, – выдыхаю я, опускаясь на колени, чтобы собрать их.

Окруженная хаосом из бриллиантов, собираю их по крупицам. Холодный мрамор под пальцами, блеск камней, как маленькие осколки надежды, рассыпанные по полу.

– Нет, нет, нет, – мантрой повторяю я.

Внутренний голос кричит: "Дэйв будет расстроен, если узнает, что я потеряла его подарок.”

– Какая жалость, – раздаётся над головой голос Джейсона, и я чувствую, как он нависает надо мной, как тень. В его словах слышен сарказм. – Вот был бы у тебя второй точно такой же браслет…

Я поднимаю взгляд и встречаюсь с его глазами. В них пляшет насмешка, от которой меня бросает в дрожь.

– Твой браслет мне не нужен, – резко отвечаю я, пытаясь вернуть себе контроль. – Я куплю сама. Такой же, чтобы не расстраивать Дэйва. Сколько он стоит?

– Двадцать, – спокойно говорит Джейсон.

– Что двадцать? – я замираю, чувствуя, как растёт напряжение.

Он молчит, но его взгляд говорит сам за себя.

– Двадцать тысяч долларов?! – мой голос звучит громче, чем я планировала.

Джейсон лишь кивает, словно подтверждая очевидное.