Приличная школа. Пытки

– А…а… моё ухо, отпустите, ― жалобно проговорила Марина.

– Отведу тебя к Толику на воспитание, ― сказал директор и всё же отпустил её ухо.

– Нет, только не к Толику, ― с ужасом взмолилась Марина. Директор схватил её за футболку со стороны спины и начал толкать к выходу.

– Живо вперёд.

– Но я же ни в чём не виновата, ― пискляво сказала Марина.

– Кто виноват? Может быть, я?

– Это девочки, они ненавидят меня.

– Значит, умоляй их о пощаде, ползай у них на коленях, ― сказал Директор.

– Шутите что ли? ― с ироничной ухмылкой спросила Марина. Они оба вышли из кабинета, и директор начал запирать свою дверь. В этот момент Марина увидела табличку на двери, где написано: директор, Максим Сергеевич.

– Если на твою постель помочились, виновата в этом ты, ― грозно разъяснил директор. Марина мысленно повторила про себя имя и отчество директора, чтобы их запомнить. Она всегда считала важным правильное обращение к человеку. Надеялась, что тогда он станет добрее…

– Но это же несправедливо, Максим Сергеевич? ― жалобно проговорила Марина. Максим неторопливо просунул ключ в замочную скважину и начал крутить. Щелчки замка вызывали в ней ещё большее волнение, приближали наказание…

– Жизнь несправедливая штука, ― с ухмылкой сказал Максим, ― особенно здесь.

– Здесь нет жизни, черти что творится.

Максим внезапно повернулся и снова схватил её за правое ухо, начал скручивать, будто намереваясь оторвать.

– А-а-а…― закричала Марина.

– Ошибаешься, деточка. Твоя жизнь здесь не менее реальна, чем в полном цикле, ― сказал Максим начал ещё сильнее скручивать её ухо, будто этим пытаясь доказать правдивость своих слов, ― ещё сомневаешься?

– А-а-а… прошу, ― протяжно закричала Марина, ― не делайте так… а…

– Ещё раз скажешь, что это нереальная жизнь? ― спросил Максим, глядя в её глаза.

– Реально, всё реально! ― закричала Марина. ― Мне очень больно.

За уши Максим повернул её лицом к лестничной площадке. Его кабинет находился с торца здания в самом углу, и был наиболее близким к лестничной площадке.

– Прошу… я не хотела Вас обидеть, ― запищала Марина.

– Шагай наверх, ― приказал Максим и отпустил её.

– Эхе… эхе… ― захныкала Марина и низко опустила голову, начала потирать своё ухо.

– Живо, ― требовательно вскрикнул Максим, который шёл позади неё.

– Прошу, не отводите меня к Толику… я боюсь его, ― жалобно попросила Марина.

– И правильно боишься, он умеет наказывать, ― сказал Максим. Он схватил её сзади за ночную рубашку и поднялся на несколько ступенек вверх, тянул Марину за собой.

– Я иду сама, иду, ― испуганно проговорила Марина. Она поняла, что нет смысла сопротивляться и лучше вообще этого не делать. Максим Сергеевич казался жестоким. Даже хуже, чем Остап или Толик. Возможно, Марина так думала потому, что он любил скручивать её уши… в такие моменты ей всегда казалось, что её ухо начинает разрываться, а боль будто доходила до самого мозга.

Глава 18. У Толика

Марина испугано шагала вверх по ступенькам и даже боялась жаловаться. Ей казалось, что если она скажет ещё хоть слово, Максим снова схватит её за уши.

– Эхе… эхе… ― слезливо похныкивала Марина.

– Поживёшь, освоишься. Вперёд, живее, ― поторопил её Максим. В этот момент они уже поднялись на четвёртый этаж, сердце Марины колотилось от напряжения и страха. По словам директора, он собирается передать её на наказание Толику. Это сильнее всего её пугало.

– Пожалуйста, не наказывайте меня, ― запищала Марина, когда они приближались в столовую, ― я же не знала, что нельзя выходить в ночной сорочке.

– О том, что эта приличная школа ты тоже не знала? ― с возмущением спросил Максим и снова схватил её за ухо, теперь уже за левое.

– А-а-а… не надо, ― вскрикнула Марина и потянулась к своему уху. Но на этот раз она уже не осмелилась прикоснуться к руке Максима, чтобы помешать скручивать своё ухо. Она держала свою руку на расстоянии и болезненно стонала: ― а…а…

– Отвечай, деточка, не знала?

– Я знала, что это приличная школа, ― с усилием проговорила Марина, глядя ему в глаза.

– И ты думаешь, что полагается ходить в ночной сорочке по школе?

– Но ведь мы сидели так в классе, ― пробормотала Марина себе под нос. Максим потянул её за ухо ещё сильнее, притянул лицом ближе к своему лицу.

– Что-что-что? ― переспросил Максим.

– А… прошу, не делайте так, ― взмолилась Марина. Её уху было слишком больно, и жаловаться она могла только на это…

– Когда разговариваешь со мной, отвечай по существу, ― грубо пояснил Максим, продолжая скручивать её ухо. Марина разинула рот и протяжно вскрикнула:

– А-а-а…

– Отвечай.

– Вы правы, я поступила неправильно, ― взволнованно проговорила Марина, ― нельзя было выходить в таком виде.

– Заслужила наказание? ― спросил Максим. Он смотрел прямо на её лицо, а его взгляд пугал её.

– Эхе… эхе…― слезливо захныкала Марина и закрыла свои глаза.

– Что-то не слышу ответ, ― пожаловался Максим. Он держал её за ухо и тянул за собой.

– Да, я заслужила наказание, ― проговорила Марина. Она поняла, что пока не скажет это, он не отстанет от неё с вопросами.

В скором времени они подошли к Толику. Марина шла, покосив голову, и стонала от боли, а Максим продолжал скручивать её ухо.

– Я привел к тебе новенькую. Напои её как следует, а потом поставь в темнице.

– Да, господин директор, ― довольным голосом сказал Толик и сразу же начал вставать.

– А…а… ― тихо стонала Марина и посмотрела на Толика, тот сразу же улыбнулся ей в ответ.

– И принеси для неё колготки.

– Хорошо, господин директор.

Максим отпустил ухо Марины, и она тяжело вздохнула, сразу же потрогала своё ухо.

– Если не будет послушной, разрешаю порку без применения эликсира.

В последних словах директора «без применения эликсира» Марина видела нечто плохое. Она думала, что директор просит избить её и оставить без лечения, чтобы она сильнее страдала. Но на самом деле Максим говорил «не переходи за рамки допустимого», то есть, ― «побей, но несильно». Мужчины поняли друг друга, но только не Марина их. Она продолжала бояться и уже чуть ли не дрожала от страха.

– Понял, ― сказал Толик и вылез из-за стола, с ехидной улыбкой посмотрел на Марину, ― думаю, мы с ней поладим.

– Будь паинькой, ― игриво предупредил Максим, чуть ли не прошептав эти слова в ухо Марине. Но сильнее всего она боялась Толика, потому что считала его странным извращенцем.

– Но почему Вы сами меня не накажете? ― неожиданно спросила Марина, обращаясь к директору.

– У меня нет на это времени, ― ответил Максим и деловито покрутил галстук, ― хорошо вам повеселиться.

– Я не хочу веселиться с ним, ― возмутилась Марина, ― Вы о чём вообще?!

Марина снова начала подозревать «приличную школу» в распутных вещах, боялась, что её изнасилуют, а потом побоями заставят молчать. Она бы не удивилась, если бы нечто подобное происходило здесь.

Толик подошёл к Марине и схватил её за оба предплечья, а потом начал плавно толкать к стене.

– Он о том, что мне нравится наказывать маленьких девочек, ― ответил Толик.

Марина зажмурила глаза и захныкала:

– Эхе… эхе…

И она уже слышала отдаляющиеся шаги Максима.

– Не оставляйте меня с ним, ― плаксиво попросила Марина. Но она уже и не знала, слышит её Максим или нет? И ему точно было всё равно…

– Он оставил тебя, ― игриво сказал Толик и прислонил её спиной к стене, ― постой пока здесь, а я скоро вернусь.

– Вы куда? Что задумали?

Толик стукнул её по носику указательным пальцем и весело ответил:

– Принесу тебе колготочки и попить.

– Но я не хочу пить! ― возмутилась Марина.

– Придётся захотеть, ― с ухмылкой сказал Толи и снова несколько раз постучал по её носику.

– Что Вы делаете?

– Утешаю тебя, ― сказал Толик и тут же подмигнул ей. Марина показательно сморщила нос.

– Это омерзительно.

Эти её слова до жути не понравились Толику, будто даже задели его. Он обеими руками схватил её за плечи и крепко сжал.

– Я кажусь тебе омерзительным? ― спросил Толик, глядя в её глаза.

– А-а-а… нет, я не это хотела сказать, ― взволнованно проговорила Марина. Он так сильно сжимал её плечи, что ей стало очень больно и захотелось кричать.

– А что ты хотела сказать? ― спросил Толик.

– Просто Вы странно себя ведёте. Вы не должны себя так вести.

– Как я себя веду? ― задал Толик вопрос. И он говорил так, будто ждёт от неё неправильный ответ, чтобы сильнее наказать. Ей даже показалось, что он хочет её побить.

– Это же приличная школа, Вы не должны со мной заигрывать, ― весьма самоуверенно рассудила Марина.

– Разве я перешёл границы? ― спросил Толик. Он продолжал крепко сжимать её плечи, но Марине уже было не так больно, как поначалу. Она даже привыкла к этому.

– Нет, не знаю…

– Не знаешь или не перешёл? ― переспросил Толик угрожающе, пожирая её глазами.

– Думаю, что не перешли… точно не перешли.

Толик прищурил глаза, а потом всё же отпустил её плечи.

– Будешь меня слушаться, ― требовательно заключил Толик.

– Ладно, буду, ― взволнованно проговорила Марина. В этот момент Толик схватил её за запястье и чуток оттянул от стены, а потом второй рукой похлопал её по спине.

– Если не будешь слушаться, сделаю больно сюда, ― пригрозил Толик,― ты же слышала директора, он разрешил тебя высечь.

– Нет, пожалуйста, ― испуганно проговорила Марина. У неё до сих пор болели пальцы оттого, что Остап её побил указкой. И ей казалось, что она до сих пор ощущает обжигающую боль на лице… её щёчки уже исцелились благодаря эликсиру, но боль от порки она помнила очень отчётливо. И Марина понимала, что если Толик начнёт бить её по спине, тоже будет делать это сильно.

– Боишься порки? ― с ехидной улыбкой спросил Толик. Он был уверен, что это так, но всё равно спрашивал. И ему очень нравилось видеть страх и волнение на её лице.

– Меня уже наказывали сегодня, ― пожаловалась Марина.

– И что с того, ― с безразличием сказал Толик.

– Мне сказали, что здесь не наказывают два раза за день, ― сказала Марина.

– Хе… хе-хе… ― засмеялся Толик и несколько раз постучал по её носику, ― тебя кто-то обманул.

– Это неправда, да? Вы можете меня наказать?

– Кажется, тебя для этого привели, ― напомнил Толик. Обеими руками он начал поглаживать её плечи от шеи и до локтей. Марина закрыла глаза и тяжело выдохнула. Старалась не нервничать, но у неё не получалось. Марина ощущала, как удары её сердца учащаются. Она очень хотела отшвырнуть от себя этого Толика.

– Пожалуйста, хватит,― взволнованно проговорила Марина.

– Открой глазки, ― потребовал Толик.

– Зачем… ― пропищала Марина.

– Открой, ― грозно повторил Толик. И Марина заставила себя это сделать. Она медленно открыла глаза и посмотрела на него.

– Не надо меня бить, прошу, ― жалобно попросила Марина. Она поняла, что очень боится порки… уж слишком больно наказывал её Остап. Она не была готова пережить нечто подобное снова, второй раз за день. Её сердце замерло от ужаса.

– Будь паинькой и всё будет хорошо, ― сказал Толик, стукнул её по носику, а потом как-то внезапно скрылся за дверью, ― я сейчас подойду.

– Да, я буду ждать, ― обещала Марина.

– Это я тебе настоятельно рекомендую, ― язвительно крикнул Толик. Его голос был слышен за дверью, но его самого она не видела. Марина понимала, что если она попытается бежать, тогда ей достанется ещё сильнее. Об этом намекнул и Толик. Он уже чем-то громыхал за дверью, и Марине было до жути интересно узнать, чем же?

Толик вернулся к ней минут через 5—7. Марина ждала его, испытывая всевозрастающий страх. А её ноги будто подталкивали её к побегу… но Марина не стала сбегать. Здравый ум оказался сильнее мимолётных желаний.

– А вот и я, соскучилась? ― игриво спросил Толик, когда вернулся к ней. В одной его руке была литровая пластиковая бутылка, до краёв наполненная водой. А во второй его руке Марина увидела колготки и ещё какой-то непонятный элемент одежды из эластичной ткани.

– Да, я соскучилась, ― ответила Марина. Её слова означали, что она устала его ждать, но не надеялась, что он поймёт. Возможно, он решил, что она тоже заигрывает с ним. Но Толик никак не прокомментировал её ответ.

– Я принёс тебе одёжку, ― сказал Толик. Он аккуратно поставил бутылку с водой на край своего стола, а потом одежду понёс к ней.

– Сначала надеваешь вот это, ― сказал Толик, а потом повесил одёжку из эластичной бежевой ткани на её плечо.

– А что это? ― спросила Марина.

– Нечто вроде купальника с открытой спинкой, но с длинными рукавами, ― объяснил Толик.

– Это чтобы можно было избить меня? Вы собираетесь меня бить? ― взволнованно спросила Марина.

– Если будешь паинькой, не буду бить, ― игривым голоском обещал Толик и стукнул её по носику.

– И вы заставите меня выпить ту воду? ― спросила Марина и, нахмурив брови, посмотрела на бутылку с водой.

– Выпьешь весь литр, но не сейчас, ― ответил Толик. В этот момент он и колготки повесил на её плечо. Потом просунул ладонь за её спину, и, как бы обнимая её, повёл внутрь другой комнаты к кабинкам туалета.

– Вы хотите смотреть, как я переодеваюсь? ― предположила Марина.

– Хочу, но это запрещено, ― прошептал Толик в её ухо. Марина заволновалась ещё сильнее и начала тяжело дышать. Она уже была уверена, что сейчас он заведёт её в кабинку и начнёт раздевать. Её сердце билось с бешеной скоростью, а тело бросило в жар. Но как только они дошли до туалетных кабинок, Толик открыл ей дверь и сказал:

– Проходи внутрь и переодевайся. Смотри не задерживайся.

– Спасибо, ― радостно сказала Марина и даже улыбнулась ему. Когда она становилась на ноги в кабинке, её голова была видна. Видимо, так продумали специально, стены и двери туалетных кабинок были низкие.

– За что спасибо? ― игриво спросил Толик.

– За то, что не смотрите, ― ответила Марина.

– Посмотрю, если уйдёшь со мной, ― тут же сказал Толик.

– Если куда уйду?

– В другой цикл, разумеется.

– Нет уж, ни за что! ― возмутилась Марина.

– Почему ни за что? ― спросил Толик.

– Это что, шутка такая? Я должна объяснять, почему не хочу быть изнасилованной? ― сказала Марина. У неё так и чесался язык обозвать его глупым, раз уж он задаёт такие вопросы.

– Конечно! Это лучше, чем жить здесь за гроши.

– Мне здесь ничего не платят, ―торопливо сказала Марина.

– Зато дают прощение.

– Что-то я его не вижу, ― насмешливо сказала Марина и торопливо сняла с себя футболку. Она уже поняла, что Толик не собирается далеко уходить, пока она переодевается. Так и будет стоять за дверью.

– Вас этому научат на уроке программирования, ― сказал Толик.

– Да ладно, у нас и такой предмет есть? ― удивилась Марина.

– Да, есть. И эта школа не просто так существует. Она нужна для того, чтобы вы не потерялись, когда попадёте в незнакомое подразделение, ― объяснил Толик.

– Мне уже подружка рассказала про это.

– А она рассказала тебе о том, что за эротические наказания дают больше прощения? ― спросил Толик.

– Да, рассказала, но меня это не интересует, ― высокомерно и весьма самоуверенно ответила Марина.

– Но ведь тебя интересует Рай? ― тут же спросил Толик. Марина захихикала.

– Только не рассказывай мне, что нужно развратничать, чтобы попасть в Рай. Не пойду я в никакие эротические наказания.

– Ад ― это система наказания, и она подчиняется определённым правилам. Никого не волнует, каким путём ты получишь прощение. Важно её получить.

– Можно даже украсть? ― сразу же спросила Марина.

– Нет, вот украсть точно не возможно, ― уверенно сказал Толик, ― но можно заработать быстрее.

– Я уже поняла и больше не желаю слышать про этот способ, ― с недовольством сказала Марина.

– Какая разница, как доехать от дочки «А» в точку «Б»?

– Даже не пытайся переубедить меня, ― упрямо сказала Марина, желая заткнуть ему рот.

– Правильно, деточка, никакой разницы нет, ― лучше доехать на такси.

– А я вот выберу вариант пешком.

– Ну и напрасно! Больше всего платят в подразделении боль, ― сказал Толик, ― но туда идти я тебе точно не советую.

– А ты работал там? ― спросила Марина. Неожиданно ей стало интересно это узнать.

– Я не справился, ― немного виновато и даже стыдливо объяснился Толик.

– То есть как это? Ты не смог пытать?

– Смог, но делал это не достаточно жестоко. Мне сказали, что я не подхожу.

– Сочувствую, ― протянула Марина. Как раз в этот момент она натягивала на себя эластичный купальник с открытой спиной, с длинными рукавами и с закрытым декольте. Про себя она уже думала, что это «забавная одёжка».

– Не надо сочувствовать, ― сразу же сказал Толик, ― я не сожалею, что ушёл оттуда.

– Наверняка там тебе лучше платили, ― предположила Марина, ― больше, чем здесь?

– Разумеется, но деньги не главное.

– Кажется, я это где-то слышала,― захихикала Марина.

– Мы несильно отличаемся от тех людей, которые жили в твоём мире… имеется в виду там, откуда ты пришла.

– Ну, я поняла тебя.

– На самом деле это тот же самый мир, просто другое измерение, ― объяснился Толик.

– Это неважно, я влипла по уши.

– Ты умерла, и в тот мир уже не вернёшься, ― напомнил Толик, ― и тебе нужно как-то приспосабливаться.

– У меня это плохо получается, ― пожаловалась Марина.

– Ты можешь недельку поучиться здесь, а потом предлагаю пойти со мной.

Это уже прозвучало так, будто Толик выстроил серьёзные планы относительно её будущего. Естественно, это её не устраивало и до жути пугало.

– Я это уже слышала, ― протянула Марина, ― и ещё раз скажу тебе «нет».

– Я тебе не нравлюсь внешне? ― спросил Толик.

– Нравишься, ― быстро ответила Марина. Она не хотела обижать его отрицательным ответом хотя бы потому, что это неправда. Он действительно ей нравился.

– Тогда ты можешь пойти со мной.

– Ни за что!

– Поверь мне, здесь ты будешь страдать не меньше, ― весьма уверенно предвещал Толик, ― и сегодня ты в этом убедишься.

– Ты задумал сделать со мной что-то плохое? ― спросила Марина. В этот момент она распахнула дверь туалетной кабинки и взглянула Толику в глаза. Он сразу же схватил её за руку и потянул за собой.

– Тебя привели ко мне, чтобы я наказал тебя, ― напомнил Толик, ― думаешь, это приятно будет?

– Только не бей, пожалуйста, ― взволнованно попросила Марина, ― я сделаю всё, что ты скажешь.

– Этот настрой мне нравится. Обожаю послушных, ― сказал Толик и похлопал её по оголённой спине. Его хлопки казались тяжёлыми и грубыми, действовали на неё пугающее. И Марине не переставало казаться, что он с ней заигрывает, ― недопустимо заигрывает. Но она боялась сильно жаловаться по этому поводу. Марина понимала, что Толик уже давно здесь работает и прекрасно знает, что правомерно, а что нет. В какой-то степени она уже признавала себя мученицей. Убеждала себя помалкивать и всё терпеть.

Глава 19. Отчаяние

Когда Марина вышла из туалета, её страх многократно возрос.

– Что именно ты будешь делать со мной? ― взволнованно спросила Марина.

– Где? Тут или там?

– В смысле тут или там?

Марина не поняла его вопроса.

– Хочешь узнать, что я буду делать с тобой, если ты уйдёшь со мной в другой цикл? ― спросил Толик. В этот момент он неожиданно схватил её за волосы и заставил откинуть голову назад.

– А-а-а… ― вскрикнула Марина от боли и потянулась к голове, ― я не знала, что вам можно так делать.

– Думала, что мы не можем тащить вас за волосы? ― с ухмылкой спросил Толик, глядя в её напуганные глаза.

– Да, думала, не можете…

– Видишь в этом разврат? ― спросил Толик. Он ещё сильнее потянул её за волосы, крепко сжимая свой сильный кулак. Марина сразу же скрутилась от боли и исказила лицо.

– А… прошу… а…

– Видишь в этом разврат? ― переспросил Толик.

– Я не знаю, нет, ― с трудом проговорила Марина и снова протяжно вскрикнула: ― а-а-а…

– Вот я тоже не вижу, ― сказал Толик и начал толкать её к выходу. Вёл туда, где у него находится пост, а на столе ждёт её бутылка с водой.

– И что? Какое это отношение имеет к нашему разговору?

– На эротических наказаниях я делаю тоже самое, только платят тебе за это больше, ― сказал Толик и за волосы оттащил её наружу. Марина поняла, что это очередная попытка убедить её уйти с ним. Но Марина мысленно уже обещала себе, что ни за что на свете не примет его обманчивое предложение. По взгляду Толика она понимала, что он неистово её жаждет, мечтает изнасиловать, поиздеваться над ней.

– Нет, я уверена, что там хуже, ― жалобно проговорила Марина.

– Я бы сказал там поприятнее, ― возразил Толик, а потом отдельным пунктиком добавил: ― иногда.

В этот момент он наконец-то отпустил её волосы, Марина обиженно посмотрела ему в глаза.

– Нет уж, изнасилование никогда не покажется мне приятным, ― упрямо возразила Марина.

– А ты не воспринимай это насилием. Я же тебе не предлагаю прямо сейчас уйти со мной, ― напомнил Толик.

– А когда предлагаешь? ― спросила Марина.

– Я уже говорил тебе: поработаешь у меня недельку другую, а потом я скажу тебе, нравишься ты мне или нет, ― немного игриво объяснил Толик и начал дёргать бровями. Марина зажала губы и предосудительно помотала головой. Уж слишком нахальными показались ей его слова.

– Ах ты! Я могу ещё не понравиться тебе?! ― с наигранным возмущением спросила Марина. Толик захихикал.

– Можешь не понравиться, если соблазнять не умеешь.

– А вот и не умею соблазнять и не собираюсь уметь, ― с детским упрямством ответила Марина и скрестила руки у живота. Толик игриво постучал по её носику.

– Начнём твоё наказание.

Марина закрыла глаза и тяжело вздохнула. Как раз в этот момент Толик схватил её за предплечья и начал разворачивать.

– Лицом к стене, ― приказал Толик.

– Вы хотите избить меня? ― взволнованно спросила Марина.

– Ремнём, если слушаться не будешь.

– Я буду слушаться, ― сразу же сказала Марина.

– 50 приседаний.

– Так много? ― жалобным голосом спросила Марина.

– И считать не забывай, ― сказал Толик и начал отходить от неё. Это Марину немного успокоило. Означало, что он не собирается её бить, во всяком случае, сейчас.

– А зачем считать? ― спросила Марина.

– Я люблю, когда считают. Это меня заводит, ― игриво признался Толик.

– Мне кажется, тебя другое заводит,― ворчливо проговорила Марина. Больше себе под нос, нежели ему, но Толик всё равно хорошо её расслышал.

– Мм… и каковы же твои догадки? ― спросил Толик.

– Ты смотришь на мою голую спину, ― пожаловалась Марина. Она была уверена в этом и до жути смущалась. А ещё её спина ощущала холодок.

– Не только на спину смотрю, но и на твою выпирающую попку, ― игриво добавил Толик.

– Ничего у меня не выпирает, я обиженно возразила Марина.

– Попка у всех выпирает, ― весело сказал Толик и неожиданно приказал: ― начинай приседать, я уже заждался.

– Один, ― произнесла Марина и начала медленно опускаться на корточки, быстро поднялась и произнесла: ― два.

– Отличненько, ― язвительно сказал Толик и похлопал в ладоши. Марина тяжело вздохнула и произнесла:

– Три.

– Давай детка, давай!

– Четыре…

Несмотря на то, что Толик отвлекал её своими язвительными комментариями, считать она не забывала. И ей постоянно было слышно, как он посмеивается над ней. Примерно к двадцатому приседанию Марина сильно выдохлась и уже с трудом поднимала себя.

– Кажется, тебе стимул нужен, ― сказал Толик и начал подходить к ней. И в этот же момент Марина услышала, как он расстёгивает пряжку своего ремня.

– Нет, прошу, не надо меня бить, ― взволнованно взмолилась Марина. Она повернула голову в его сторону и увидела, как Толик уже замахивается на неё ремнём.

– Это поможет тебе ускориться? ― спросил Толик.

– А-а-а… ― протяжно закричала Марина.

– Продолжай приседать и отвечай мне, ― потребовал Толик. В следующий момент он замахнулся и наградил её спину очередным ударом. Если первый крик Марины был от страха, второй уже был от боли. Второй удар пришёлся по тому же участку её кожи, что и первый.

– А-а-а… больно… ― жалобно проговорила Марина и начала сползать вниз. Делала вид, что приседает, но её тело таким образом пыталось убежать от следующего удара. В какой-то степени ей это удалось. Когда Марина села на корточки, Толик её не бил. Выжидал момент, когда она поднимется.

– Считать забываешь? ― подметил Толик.

– Это был двадцать второй раз, ― ответила Марина. И в этот момент она очень испугалась, что Толик не засчитает ей пропуск. Она вспомнила, как жестоко Остап заставлял её считать… если она пропускала счёт, за это тоже наказывал. А сейчас она даже перескочила. Марина не помнила, как произносила 21.