Свадьбы не будет

Свадьбы не будет

Глава 1. Павел Лучко.

Через неделю у меня свадьба, я женюсь. Да, женюсь на девушке, которую знаю с детства, вместе в школе учились, вместе в институте, и вот свадьба. Сам Павел Олегович Лучко, сын известного в городе бизнесмена, женится на Веронике Игоревне Махновой, дочери не менее известного отца, Игоря Ивановича Махнова. Прекрасный союз, все так говорят о нас, а родители, и мои, и её, просто счастливы. А я сам? Наверное, тоже счастлив. О Веронике молчу, у неё со школы мечта — замуж за меня выйти, и вот, похоже, она скоро сбудется. Я улыбнулся, Ника, она от радости, что станет Лучко, по воздуху летает, целый месяц платье свадебное выбирала, вроде выбрала, я не видел, конечно, жениху нельзя до свадьбы видеть платье. Да я и не горю желанием его увидеть, в день свадьбы насмотрюсь. Сам я тоже купил костюм из последней коллекции известного в нашем городе кутюрье, если так можно назвать, ну, скажем проще, модельера. Кольца самые дорогие. Только...

Только... Таня... При воспоминании о ней у меня к горлу подступает ком. Таня, мой незакрытый гештальт. Где она сейчас? Говорили, что отец увёз её за границу, с той поры я не видел свою любовь, она не приехала в город ни разу за шесть лет. Почему? Стыдно? Зачем ты так подставила меня? Зачем украла то злополучное колье и подбросила в мой рюкзак? Зачем Марина пришла в школу в этом колье? Маринка Шахова блистала тогда в школе, на шее сверкало колье, когда Таня могла взять его? Снять незаметно с шеи Маринки она не могла, на это только профессиональные воры способны. Да зачем оно ей? Она ведь не из бедной семьи, отец Тани тоже известный человек в городе, только жена его, мачеха Тани, очень стервозная дама. Очень, она Таню терпеть не могла.

Таня... Моя первая любовь, такая сильная, такая нежная, что даже сейчас, вспоминая о ней, сердце моё замирает. Танька ты моя, зачем всё так вышло? Зачем? Задумался, тут завибрировал телефон, я вздрогнул даже.

-- Пашенька? Как дела, зай? Волнуешься перед свадьбой? - Ника звонит и сама, наверное, волнуется.

А ты как думала? Свадьба то она один раз в жизни.

--- Привет, зай, есть немного. - Улыбнулся ей, она мне рожки состроила. - Не понял, это намёк? То есть после свадьбы мне рога пилить придётся?

Ника с обидой на меня посмотрела, с притворной, кстати, обидой.

--- Что ты, любимый, я же шучу. - Засмеялась проказница. - Я тоже волнуюсь. И... Знаешь, Паш, таким как ты не изменяют. Понимаешь, о чём я?

Понимать-то понимаю, да только не всегда получается так, как мы понимаем.

--- И почему мне кажется, что ты меня идеализируешь? Поверь, это вовсе не так. Я простой смертный, как и все люди. Поэтому и таким как я изменить можно. Но смотри, я строго слежу за этим и не потерплю вранья.

Она закатила глаза, притворно изобразив обморок.

— Учту. У меня мыслей даже таких нет, ты же знаешь, что я с детства тебя одного люблю. Это настоящая любовь, я ради тебя на всё готова. Только не на измену.

Поживём — увидим, не ты одна такая, перед свадьбой в верности клясться готова, а статистику посмотришь, сколько разводов, и всё из-за измены.

--- Ну-ну-ну, не надо никаких жертв. Уверяю, я тоже не способен на измену, если вдруг я посмотрю на чужую женщину, то признаюсь тебе честно, тебе если кто-то понравится, ты тоже признаешься в этом. Мы же никогда не врали друг другу? И впредь врать не будем.

Она клятвенно сложила руки на груди, как перед причастием, подумал я, сам, естественно, не причащался, но видел, как это делают.

— Не будем, я так точно не буду, зай, ты меня знаешь, я за справедливость. Зайка моя, она любит меня. А вот я? Я... Не знаю. Сам не знаю даже, зачем женюсь. Должен же я как-то ответить на её любовь, такую долгую и бескорыстную.

Мы с ней взяли тайм-аут, неделю перед свадьбой никакого интима, и вот, видно, Ника соскучилась.

— Не волнуйся сильно, зай, я понимаю, перед таким событием в жизни, но... Свадьба закончится, и всё вернётся в прежнее русло. Я номер в гостинице заказал на первую брачную ночь, номер люкс. Я молодец?

- Ты самый, самый лучший в мире молодец. Я растрогалась до слёз.

Ишь ты, так уж и до слёз.

--- До слёз не надо. Слушай, давай в кафе сходим, в то наше, школьное, сто лет там не были. Вспомним чудесные годы. - Предложил я.

Она молча посмотрела на меня.

— Мы же договорились, Паш, неделю никакого интима. — Капризно надула губки Ника.

Вот чудачка, как будто в кафе приглашают сексом заниматься. Не юнец вроде, пубертатный период давно закончился, спокойнее стал.

— Да мы просто пообедаем, зай, я тебя ни на что не подбиваю. — Засмеялся тоже.

Ника вздохнула.

--- Ладно, уговорил. Целую, милый. У меня сегодня встреча с подругой, ну, с Маринкой, одноклассницей. Кстати, ты мальчишник собираешь?

А то! Оторвёмся с пацанами по полной! Я им ещё и девочек подгоню!

--- Да. На четверг всех пригласил, ты не поверишь, даже Сайкина и Зайкина в городе застал, они тоже придут, боксёры наши. - Вспомнил я наших чемпионов.

Да, эти два гордость нашего класса.

--- Неужели? Привет им всем. Я ведь тоже в четверг девишник устраиваю. Мы так всё классно придумали, фотки тебе скину с девишника.

Даже так? Ну посмотрю на ваши извращения.

- Что, и стриптизёра заказали? Смотри у меня.

Ника захохотала от души.

— Секрет. — Заинтриговала она меня.

Секрет так секрет, согласен.

— Ну хорошо. Ладно, завтра я за тобой заеду, и мы погрузимся в учебники, экзамены, уроки и перемены.

Наше любимое кафе называется «Школьник». Интересно, все ли повара там работают?

— Отлично, два взрослых человека с высшим образованием будут есть пирожки и булочки. Посмотрим, остались ли наши повара и официантки на своих местах, — задумчиво произнесла она.

— Ну а почему бы и нет? Мы все когда-то были школьниками.

— Посмотрим. Пока, милый.

— Пока.

***

Отключил телефон и снова погрузился в воспоминания. Таня, почему я никогда не забываю о тебе? Даже когда сплю с Никой, вижу тебя, а не её, и даже когда сексом с ней занимаюсь, думаю о тебе. Ирония судьбы, Ника с детства любит меня, а я с детства люблю Таню, только забыть не могу той её подставы, когда меня исключить могли из школы с волчьим билетом. Что она хотела этим добиться? Чтобы меня выгнали из школы? Но ведь выгнали её. Тогда многие в классе сказали, что она что-то клала в мой рюкзак. Хотя спустя время я почему-то сомневаюсь, что это сделала Таня. Случилось это на мой День Рождения. Давно. Шесть или семь лет назад.

Одноклассники поздравляли меня, как же, семнадцать лет пацану, которые раз в жизни бывают. Я довольный принимал поздравления, обнимая Таню, мою любимую Таню Краснову. Таня пообещала мне сюрприз, и я ждал, больше всего ждал от неё, у нас с ней третий год так: я ей на День рождения тайно подкладываю в рюкзак подарок, она мне на мой День рождения. Так и случилось в этот раз. Но...

На третьем уроке, как раз новейшая история была, вдруг Маринка Шахова схватила себя за шею.

— Колье... — прошептала она. — У меня колье украли. — Уже громче.

Все удивлённо посмотрели на Маринку, она заплакала.

— Что за колье? — Строгая наша учительница Александра Никитична подняла голову. — И вообще, Шахова, я же просила на мои уроки драгоценности не надевать!

Маринка посмотрела на неё, вытирая слёзы.

— Бабушкино колье с бриллиантами... — Чуть ли не навзрыд плакала Маринка. — Оно целое состояние стоит... — Слёзы полились у неё из глаз. — Меня отец убьёт, я его из сейфа забрала. Оно очень дорогое, папиной бабушки вещь.

Дорогое... Это уже серьёзно, как бы не начался сейчас бум.

- Кто видел колье на Шаховой? - Начала расследование Александра. - Если кто-то пошутил, прошу вернуть драгоценность хозяйке.

Весь класс подтвердил, что колье было на шее Маринки, но все как один говорили, что не брали и не видели колье.

- Но кто с тебя мог снять незаметно? Ты что, спала в это время? Как можно снять незаметно колье с шеи человека, если, конечно, он не спит? Невозможно. - Александра наехала на Шахову.

Маринка всхлипнула и пожала плечами.

— Не знаю... Кто-то незаметно... Наверное... — лепетала она сквозь слёзы.

Все замолчали, сочувственно смотрели на Маринку.

— Тогда надо милицию вызывать. Это не шутки! — Учительница достала телефон, собралась звонить. — Ах, как не вовремя, в моём классе ЧП. Мне же на пенсию пора, хотела уйти без позора, но...

— Не надо милицию... Меня отец... — снова зарыдала Марина.

Александра посмотрела на неё, соображая что-то, потом сказала:

— Значит, сейчас вызовем твоего отца, и пусть он сам решает твои проблемы. Мне ещё не хватало и правда с милицией связываться.

Она позвонила Шахову и директору школы. Минут через тридцать все были на месте. Шахов недоумённо смотрел на всех, пока не зная, по какому поводу его вызвали, когда узнал, то глаза его сузились.

— Это как же понимать?

Отец Маринки негодовал, сама Маринка тряслась от страха и только повторяла: «Украли, украли». Но кто?

— Ты зачем вообще взяла его? Ты хоть понимаешь, что наделала? — спрашивал строго Шахов свою дочь.

Маринка молчала, молчали все в классе.

— Какая цена у этого колье? — спросила Александра, стараясь быть спокойной. — И, пожалуйста, ведите себя приличнее, видите, девочке совсем плохо.

Шахов написал на листочке и показал ей. Лицо учительницы сделалось белым.

Несколько секунд она молчала, потом решилась на что-то.

— Так. Вытряхнули рюкзаки. — скомандовала она. — Сайкина и Зайкина нет, на соревнования уехали, остальные на месте.

Мы стали всё вытряхивать из рюкзаков содержимое. Я расстегнул свой и обмер... Колье лежало в моём рюкзаке. В голове моей всё помутилось. Кто? Зачем? Ничего не понимаю.

— Лучко? Это что такое? Ничего не понимаю. Павел? Тебе так деньги нужны? Почему ты это сделал?

От удивления я начал заикаться.

— Я... Я не брал ничего... Мне подбросили. Узнаю, кто это сделал, тому не жить. — Взял я себя в руки.

Класс удивлённо молчал.

— Павел, ты сын уважаемых родителей, я от тебя не ожидал. — Шахов присел на стул. Понятно, не ожидал от меня такого.

Как видно, никто не ожидал, а тут...

— Я ещё раз говорю, что ничего не крал! Зачем оно мне? И подставляться так я не собирался. — Не помня себя, ответил ему.

Он, не сводя с меня глаз, спросил:

— Тогда как колье оказалось в твоём рюкзаке? Объясни.

Что я должен объяснить? Ничего. Просто пожал плечами, давая понять, что не знаю.

— К твоему рюкзаку подходила Краснова и что-то положила. Я сам видел. — Сказал Славка Попов.

Тут весь класс загалдел.

— И я видел... И я видела... И я видел... — Весь класс показал на Таню.

Я просто одурел, не мог представить, что меня предаст самая любимая девчонка. Таня, зачем ты так? У меня зашлось дыхание.

— Вы можете забрать колье, мы приносим свои извинения. — Извинилась Александра за весь класс.

Тот хмыкнул самодовольно.

— Нет, Александра Никитична, извинения не принимаются. Вызывайте Краснова, то есть её отца, я буду говорить с ним. — Непримиримо ответил Шахов. — Или полицию вызвать? Пусть посмотрят, как вы воришек воспитываете.

Нет. Полицию учительница вызывать не стала.

-- Борис Кириллович, не надо скандал поднимать, просто кто-то неудачно пошутил. - Попробовала возразить Александра, она учитель заслуженный в своей сфере, её уважали не только ученики, но и их родители.

Тот не стал слушать её.

-- Вы считаете это шуткой, значит, я всё-таки вызову полицию. - Повысил голос Шахов. - Пусть она разбирается.

Класс замер, глядя на Таню.

-- Но я ничего... Я ничего не подкладывала ему, я не брала... - Плакала Таня, но её никто слушать не стал.

Я ушёл домой, мне никто не пытался остановить, а я был совершенно очумевший от этого случая. Неделю не ходил в школу. Ничего не знал.

***

--- Паш, скоро экзамены, надо на уроки ходить, ты не понимаешь разве? Что случилось, то и случилось. Пойми, это жизнь. — Мама вразумляла меня. — Не надо так переживать.

Действительно, надо в школу ходить, я что-то засиделся. Решил перебрать рюкзак. Стал доставать из него книги и на дне увидел коробочку. Что это? Ещё одно колье? Я этого не переживу больше. И так целую неделю, как дурак отупевший, сидел, никого ни слышать, ни видеть не хотел. Телефон вообще отключил.

Открыл коробочку, в ней лежал золотой браслет и записка. «С Днём рождения, любимый! С восемнадцатилетием!» И подпись: «Твоя Таня». Минут пять тупо смотрел на всё это. Как будто застыл.

Вот почему подходила Таня к рюкзаку, вот что она положила в него. Таня! Значит, поэтому все подумали, что это Таня положила то злополучное колье в мой рюкзак. Почему? Почему я не встал на её защиту? Зачем уехал домой из школы в тот день? Оставил Таню один на один с её бедой. Что там дальше было? Надо срочно к Красновым ехать, увидеть Таню, всё объяснить.

Не помню, как собрался и поехал к Красновым, стал звонить в их загородный дом, стучать. Вышла их домработница.

— Чего стучишь? Нет никого, не видишь объявление, дом выставлен на продажу, а хозяева за границу уехали. Всё. Нет никого! Уходи!

Уехали? Как уехали? Куда? Зачем они уехали? Почему?

— А Таня? — Я чуть в обморок не упал. — Она тоже уехала?

Домработница сделала скорбное лицо и покачала головой.

— И Таня! — Она поманила меня пальцем. И шёпотом сказала: — Их Шахов разорил совсем, весь бизнес забрал. Вот они за границу и уехали. Всё! Иди!

Шахов? Каким образом?

— Как разорил? Почему? — Что случилось в доме Краснова? Неужели из-за этого колье можно бизнес отобрать? Но это же безделушка, хоть и дорогая. Тем более что колье вернули хозяину.

Почему, не выясняя ничего, вот так взяли и всё отобрали у человека: бизнес, доброе имя? Я стоял возле ворот как оплёванный. Потерянный, сердце в груди замерло от таких новостей.

— Потому. Шахов сказал Максиму Захаровичу: «Весь бизнес на меня перепишешь, иначе твоя дочь-воровка сядет в тюрьму надолго». Да, весь город об этом говорит. Не слыхал что ли? Как первобытный, вся верхушка только и обсуждает тот случай с воровством, а он не знает. Ты же сын Лучко? Да. Таню кто-то, видно, подставил. Жаль, хорошая девчонка, только теперь ей путь в Москву заказан.

Подставил кто-то, это точно. И я, как идиот, сидел обиженный на весь белый свет. Что делать, не знал. Приехал домой, упал на постель и заорал так, что домработница прибежала.

- Паша?! Что случилось?! - От испуга заикаться начала. - Ты... Ты...

Ничего не случилось, вот абсолютно ничего! Кроме того, что я остался на бобах!

- Нормально всё, тёть Насть. - Больше ничего не сказал.

На следующий день я поехал в школу, там все поздравляли Сайкина и Зайкина с победой. Я тоже поздравил. Все вели себя так, как будто ничего не произошло.

Спустя немного времени об инциденте с колье забыли. Один я ходил как в воду опущенный, ни с кем говорить не хотел.

Да. Так вот и живу до сегодняшнего дня, о Тане ничего не знаю, даже понятия не имею, в какой она стране. Давно уже думать перестал, только вот сегодня подумал, за неделю до свадьбы. Почему? Сам не понимаю.

С Никой у нас начались отношения где-то через полгода после того случая, и вот до свадьбы до встречались. Она счастлива. А я?

***

С невесёлыми мыслями я подъехал к дому Ники.

— Паша, — обняла она меня, — что скажешь? Едем? Говорят, кафе стало шикарным, хозяин сменился, теперь это почти ресторан.

Ну, ресторан так ресторан, тоже неплохо.

— Привет, дорогая. Поехали. Посмотрим, что там, оценим.

Мы подъехали к школьному кафе. Для нас оно всегда будет ассоциироваться с детством.

Мы вошли в ресторан, сели за столик. К нам подошла официантка, и что-то сразу насторожило меня. Ещё не видя её лица, я почувствовал, как сердце сжалось. Что это?

— Добрый день. Меня зовут Татьяна. Что будете заказывать? — услышала я знакомый голос.

Подняв глаза, я замер. Думал, что голос просто показался мне знакомым. С утра я всё время о ней думал, о Тане.

— Таня? — это действительно была она. Она повзрослела и стала невероятно красивой. Даже тогда она была очень хороша.

— Паша... — выдохнула она.

Да, это была Таня Краснова. Она принесла нам меню, но от неожиданности оно выпало у неё из рук. Я замер, Таня тоже.

— Набрали официантов безруких! Мы не хотим у тебя обслуживаться! Смените нам официантку! — возмутилась Ника.

Это было неожиданно.

— Имеете право. Хорошо, я доложу старшей, вам пришлют другую официантку. Извините, — Таня быстро подняла меню и удалилась, растерянная.

— Паш, я только в дамскую комнату отлучусь и вернусь, — Ника поднялась с места, а я сидел, словно окаменев.

Ника ушла, но я не мог сдвинуться с места, ноги будто приросли к полу. Я снова увидел Таню. Она несла поднос с заказом к другому столику, но вдруг упала, и всё полетело на пол. Вино разлилось, блюда рассыпались. Это Ника толкнула её. Вот, значит, какая ты, моя невеста. Я тебя плохо знаю.

— Тут не только официантки безрукие, но и хромые попадаются, спотыкаются на каждом шагу! Пойдём отсюда, Паш! — Ника подошла ко мне.

Я схватил её за руку и потащил к выходу. Что со мной? Совсем с ума сошёл?

— Ты как себя ведёшь? Зачем толкнула Таню?

Она остановилась на секунду.

— А ты пожалел эту воровку? Я зашла к старшей и всё ей рассказала. Краснова вылетит с работы.

Я молча затолкал Нику в машину и поехал домой. Значит, она уже успела пожаловаться старшей, вылила на девчонку столько грязи. Эх, Ника, Ника...

— Паша, ну почему ты молчишь? — Всю дорогу она пыталась разговорить меня, но у меня не было сил что-то сказать.

Таня. Почему она здесь? Разве она не уехала за границу? Что она вообще делает в кафе?

Я довёз Нику до дома.

— Пока, Паш. Понять не могу, тебе нужно побыть одному.

— Очень нужно. И пойми, мне сейчас не до тебя. Мне нужно узнать правду о том, что тогда случилось.

— Пока, Ника. Уходи, пока я не нагрубил тебе. Оказывается, ты не умеешь вести себя в общественных местах. Официант — это тоже человек.

Таня. Почему она здесь? Куда она подевалась? Где она жила всё это время? Я должен поговорить с ней. Я поехал обратно. Таня, как же я рад снова тебя видеть. Почему ты здесь? Нам сказали, что вы все уехали.

***

Домой, естественно, не поехал, а снова подрулил к «Школьнику», сейчас я всё расспрошу, найду у кого.

— Здравствуйте, вы директор? Мне поговорить с вами надо. — Зашёл в кабинет к главной. «Елена Осиповна Архипова», так гласила надпись на табличке её кабинета.

Она посмотрела на меня то ли осуждающе, то ли она всегда такая?

— Я старшая здесь. Что вы хотели? Недовольны нашим обслуживанием? — Усмехнулась в ответ.

Я очень доволен, а ты, похоже, нет.

— Нет, дело не в этом. У вас здесь работает официанткой моя знакомая, но сейчас её почему-то нет. Таня Краснова.

Елена Осиповна задумалась.

— У нас нет такой сотрудницы, — ответила она.

Как же так? Час назад она была здесь, а теперь её нет?

— Она же сегодня нас обслуживала. Что значит «нет»? Это что, привидение?

Осиповна кивнула.

— А, это вы тогда устроили скандал? Ну что ж, радуйтесь, ваша знакомая больше здесь не работает. Её уволили. И она ещё должна тридцать тысяч: штраф, разбитая посуда, стоимость блюд и вина. Пятнадцать я вычла из зарплаты, а остальные пятнадцать она должна принести. Она тут всего две недели проработала, хорошо себя показала, а тут вы… знакомые.

— Ничего себе, вот это порядки!

— Почему так жёстко? Может, это не она виновата, а вы?

Заведующая вздохнула.

— Это не мы виноваты, а вы, — сказала она. — Ваша девушка толкнула её. Мало того, она наговорила мне о Татьяне таких гадостей. Я бы не стала её увольнять, но у нас правило: клиент всегда прав.

— Вот как... Ну что же, мы виноваты, и мы исправимся.

— Вот вам тридцать тысяч, — я положил деньги на стол. — Верните зарплату официантке. И мне нужен её адрес.

Елена Осиповна покосилась на пятитысячные купюры.

— Нет, молодой человек, ни адреса, ни телефона я вам не дам. Это против правил. У нас чётко прописаны правила, разглашать данные работников строго запрещено, вплоть до увольнения. Вы кто? Полицейский? Нет? Тогда напишите мне свой номер телефона. Если Татьяна не возьмёт деньги, я позвоню вам, и вы сами заберёте их. И ещё, приструните свою девушку. В этой ситуации она повела себя недостойно.

Но я не сдавался, мне нужно было найти Таню.

— Я всё понимаю. Может, дадите мне её адрес, хотя бы в виде исключения? Никто ничего не узнает. Мне очень нужно поговорить с ней, хочу извиниться за свою девушку.

Но она была непреклонна и, поправив свои кудряшки изящным жестом, сказала:

— Молодой человек, я крепко держусь за эту работу, у меня семья и дети, так что сами понимаете. А ваши извинения я передам Татьяне. Всё. Прошу вас покинуть кабинет, у меня нет времени на разговоры. Если вам нужен адрес Татьяны, ищите его сами, без моей помощи.

Как же тебя уговорить? Ты человек или камень?

— Это вопрос жизни и смерти. Пожалуйста, войдите в моё положение, — умолял я, но она оставалась непреклонной.

— А вы в моё. Нет. — сказала как отрезала.

Так и ушёл ни с чем, спрашивал, конечно, и у официанток, и у бармена Танин адрес, но все как по сговору отрицательно качали головами. Жесть! Жесть! Жесть! Только нашёл и снова потерял.

Глава 2. Таня Вайсер.

Ехала домой в слезах. Всё. Только устроилась в кафе, две недели отработала, и на тебе. Ника! Это она, она толкнула меня, всё не может мне Пашку простить. Паша Лучко, мой бывший парень, любовь у нас с ним была на зависть всем. Вот именно на зависть. Знала я, что Ника Махнова к нему неравнодушна и всячески старается добиться его расположения, а вот он... Он меня любил. И я его. Всё у нас договорёно было, после одиннадцатого класса собирались пожениться, да мы и так жили вместе. Золотое время было. Но...

В тот злополучный день, день восемнадцатилетия Паши, всё закончилось, и закончилось ужасно. Кто подложил это колье Паше в рюкзак, до недавнего времени вообще не знала, только совсем недавно случайно встретилась с Сашкой Зайкиным, и он показал мне ролик, где Маринка Шахова и Ника Махнова по сговору подбросили колье Паше.

Этот день стал для меня самым чёрным в жизни. Я лишилась всего. Многие тогда в классе видели, как я открывала рюкзак Павла и что-то туда положила, вот и решили все, что я колье спрятала в него. Но я положила подарок, браслет и записочку. В общем, обвинили меня в краже, отца в школу вызвали, он приехал бледный, не мог понять, как я, дочь его, примерная ученица, опустилась до такого. Да, меня обвинили в краже, которую я не совершала, мои объяснения никто слушать не стал. Колье цены баснословной было, оказывается, настоящие бриллианты в нём. Шахов предложил отцу выбор: или дочь сядет в тюрьму, или ты перепишешь на меня весь свой бизнес. Без вариантов. Отец выбрал меня, бизнес ушёл к Шахову.

Мы ехали из школы домой, я всю дорогу плакала, пытаясь объяснить отцу, что я не крала ничего, он молчал, только дома сказал:

— Не брала? А что же тогда весь класс показал на тебя? Ты меня разорила, сейчас же уходи из дома, я тебя больше знать не хочу! Кто мы теперь? Воры! Доверия друзей меня лишила, считай, что отца у тебя больше нет! Уходи!

Я ушам не могла поверить, отец, самый родной человек, отказался от меня, не говоря уже о Паше, он ещё раньше отказался, так я поняла, прямо в школе. Больше всех, конечно, рада была Юлечка, жена отца, моя мачеха, за что она меня так не любила, не знаю.