Между

Татьяна Ильюшина

Между

Глава 1

Вадик, маленький мальчик с большими серыми глазами и лучезарной улыбкой, от которой у него появлялись забавные ямочки на щеках, наслаждался первым днем отпуска и чувствовал себя абсолютно счастливым. Ведь когда тебе только девять лет, море – это лучшее, что может случиться жарким летом. И совершенно неважно, где оно находится: в Турции, Испании или Сочи. Главное, что взрослые разрешают плескаться в теплых волнах часами, строить песчаные замки на берегу и есть соленую горячую кукурузу, только что купленную у уличного торговца. Хотя последнее не всегда бывает безопасно для желудка, но разве думают об этом девятилетние мальчики, в первый раз за последние два года оказавшиеся на пляже? Об этом даже сами взрослые редко вспоминают в такие моменты.

Поселок Красные камни, где отдыхала семья мальчика, входил в состав Большого Сочи и насчитывал двенадцать тысяч местных жителей. За сезон туда приезжало еще около пятидесяти тысяч туристов. Место тихое и ничем не примечательное. И даже, вопреки названию, никаких красных камней там не встречалось. Хотя на пляже там и тут лежали огромные гладкие валуны цвета сливочного мороженого. На некоторых из камней были вкрапления других цветов: черного, коричневого, редко розовато-красного. По легенде, которую непременно рассказывали экскурсоводы, проезжая поселок Красные камни, данные валуны выбросило на берег во время сильнейшего шторма, случившегося лет двести назад. Местные же утверждали, что камни эти были всегда, скатившись в далеком-предалеком прошлом с одной из ближайших гор. Туристам докопаться до истины не представлялось возможным, и каждый верил в версию, которая ему больше нравилась.

Вадика валуны интересовали лишь с точки зрения лазания по ним. Некоторые камни образовывали достаточно внушительные холмики, на которые мальчик без устали карабкался. Мама-папа поначалу пытались сдерживать его прыть, но вскоре разомлели на солнце и сдались. Конец июня в этом году выдался жарким, но народу на пляже загорало еще не очень много, всё же основной поток отдыхающих приходился на июль и август.

Мама-папа, ба и Варька – та еще воображала и по совместительству старшая сестра Вадика, наплавались в море и теперь жарились на солнце, подставляя ему то животы, то спины, точно были огромными сосисками на шампурах, и невидимые едоки крутили их, чтобы корочка равномерно образовывалась со всех сторон. Вадика такой тюлений отдых не вдохновлял. В одном из холмиков он обнаружил лаз между камнями, который вел в подобие пещеры, где вполне себе мог поместиться девятилетний не слишком крупный мальчуган. Вадик был мелким, поэтому влез туда без проблем. Проблемы возникли, когда он захотел вылезти обратно. В импровизированной пещере оказалось темно и скользко. Вадик никак не мог подтянуться на руках до отверстия с выходом и запаниковал.

Страх накрыл его сразу и резко, будто кто-то окунул Вадика с головой в бочку с водой. Богатая фантазия тут же представила картину его замумифицированного тела, которое найдут в злосчастных камнях через много десятков лет. А до этого момента мама-папа, ба и Варька будут каждый день искать его по всему побережью, лить слезы и вспоминать, как несправедливы они к нему иногда бывали. На этом месте Вадик даже улыбнулся, но лишь на миг. Потому что в следующую секунду до его ушей долетел еле слышный шепот. А может, шум от камешков, которые перекатывало море. Хотя на шепот походило больше. Слов было не разобрать, но сердце Вадика забилось быстро-быстро, и как он ни пытался дышать спокойнее и глубже, у него ничего не получалось. Вадик начал кричать, но к своему ужасу понял, что, как в одном из его ночных кошмаров, вместо крика из горла вылетают лишь непонятные булькающие звуки.

Вадик закрыл уши руками, чтобы не слышать мерзкий шепот, но тот продолжал звучать у него в голове, как ни в чем не бывало. Мальчик заплакал. Он почувствовал себя беспомощным, одиноким и очень-очень маленьким. И глупым. Глупым, глупым мальчиком, который вечно не слушается маму с папой и поэтому постоянно попадает в подобные ситуации.

Шепот прекратился также внезапно, как и начался. Вадик немного успокоился, взял себя в руки и еще раз попытался подтянуться до отверстия с выходом. На этот раз у него всё получилось. Тут же, забыв обо всех пережитых ужасах, Вадик, счастливый, что наконец-то выбрался наружу, побежал к маме-папе, спросить, когда они пойдут домой. Купаться и лазить по камням ему сегодня больше не хотелось.

***

– Значит, телефон ты мне не дашь? – Вадик исподлобья смотрел на сестру, лежащую на кровати напротив. Ей недавно исполнилось тринадцать, и она его ни во что не ставила.

– Даже и не мечтай. Ни на десять минут, ни на пять. Почитай книжку или погуляй. Не приставай ко мне и не разговаривай со мной, не видишь, что ли, я занята! – с недовольным видом Варька повернулась к нему спиной и уперлась взглядом в очередной рилс на экране смартфона.

«Дура!» – подумал Вадик про себя, но вслух ничего не сказал, так как надеялся, что сестра еще может передумать. Такое развитие событий, конечно, представлялось маловероятным, но, как говорят взрослые, чем черт не шутит.

За окном раздался раскат грома. Вадик припал к стеклу и успел досчитать до восьми, прежде чем вечернее небо окрасила вспышка от первой молнии. Тут же небо прорезала еще одна, а потом еще и еще.

– Варя, смотри, сразу несколько молний одновременно! – восторженно воскликнул Вадик. Несмотря на зарождающийся страх, он всегда боялся грозы, мальчик не мог оторваться от захватывающей картины разгулявшейся за окном стихии.

Варька лениво перевернулась на кровати, встала и подошла к окну.

– Это же Юг, что ты хочешь. Здесь всегда такие грозы, – с видом знатока сообщила она, – а теперь помолчи, я видео снимаю.

Варька действительно достала телефон и принялась пилить контент для своего блога, как она это называла. Вадик вздохнул и отодвинулся ближе к углу окна, чтобы не мешать сестре.

Гроза на улице набирала обороты. Теперь уже гром и вспышки раздавались одновременно и нельзя было определить, что появлялось раньше: свет или звук. Домик, который они снимали на базе отдыха «Райское место», трясся и будто подпрыгивал вверх-вниз. Казалось, еще немного и он развалится, как домик поросенка Ниф-нифа или Нуф-нуфа под напором страшного серого волка. Начавшийся дождь оглушил детей. Он с такой силой барабанил по крыше, что на втором этаже, где находилась их комната, первые минуты стоял такой грохот, что кроме него они ничего больше не слышали. Поэтому когда мама неожиданно появилась у них за спиной оба вздрогнули от неожиданности.

– Мама! – Варька вложила в свой возглас всё переполнявшее её негодование.

– Прости, прости, я не специально, звала вас еще снизу, – мама поставила на стол у стены пластиковые тарелки с двумя бананами, бутербродами с колбасой и сыром и двумя чашками чая из пакетиков. – Сегодня, как вы понимаете, ужин в столовой отменяется, поэтому придется есть то, что мы успели купить. Думаю, этого должно хватить, чтобы не умереть с голоду.

Мама весело улыбнулась, подмигнула и потрепала Вадика по волосам. Ему это не понравилось, так как было похоже, будто мама обращается с ним как с малышом, а он уже давно взрослый. Вадик недовольно мотнул головой и взял с тарелки банан.

– Варя, я, по-моему, уже рассказывала, что когда была маленькой и жила в деревне, у нас довольно часто во время грозы молния попадала то в чей-то сарай, то в дом, поэтому все очень боялись и вешали галоши на розетки, как только начинало греметь.

– У нас нет галошшш, – недовольно пробурчала Варька и сразу добавила: – К тому же в те древние времена, наверняка, не было громоотводов.

– Я и не предлагаю искать галоши, – возразила мама, – просто выключи телефон от греха подальше. Ты же знаешь, что, работая, он притягивает молнию. А по поводу громоотводов, я лично не проверяла, есть ли они на этих домиках. Ты, думаю, тоже. Хотя, должны быть.

Мама замолчала и как зачарованная уставилась на вспышки молний за окном. На улице совсем стемнело. Варька нехотя выключила свой смартфон и спрятала его под подушку.

– Я бы посоветовала вам лечь пораньше спать, всё-таки мы сегодня с дороги и все немного устали. К тому же в такую погоду не погуляешь, телевизор внизу отказывается ловить сигнал, а телефоны под запретом. Завтра с самого раннего утра пойдем купаться, поэтому вам не помешает хорошенько выспаться и набраться сил! – Мама устало улыбнулась и поднесла руку ко лбу, будто у неё внезапно и очень сильно разболелась голова.

– Если там не будет шторма. Спокойной ночи. – Варька легла на кровать и демонстративно отвернулась к стене, давая понять, что разговор закончен.

Мама поцеловала Вадика в макушку и ушла вниз. Дождь стал тише, и с первого этажа долетали голоса папы и ба. Они оживленно о чем-то разговаривали и смеялись. Через минуту мамин голос присоединился к ним.

Вадик съел несколько бутербродов, попил чай и последовал примеру сестры: лег на кровать и отвернулся к стенке. Варька встала, выключила свет и включила телефон. Плевать она хотела на мамины предупреждения и просьбы. Вадик тяжело вздохнул.

Мальчик думал, что тут же заснет, но ничего не получалось. Сам не понимая почему, он чувствовал всё возрастающую тревогу. Сердце снова ушло в галоп. Вадик пытался внушить себе, что это потому, что приходится спать в незнакомом месте, да еще и в грозу. Он вообще всегда плохо спал где-либо, кроме дома. Но сейчас ему почему-то казалось, что причина в другом. Перед глазами стоял образ пещеры, а в ушах снова звучал шепот. Еще и ветер за окном завывал, будто голодное животное в поисках пищи. Вадик попытался представить, как оно могло бы выглядеть, но на ум приходили только образы из фильмов про оборотней. А это, он чувствовал, совсем не то.

В комнате было тепло, но Вадик поежился и натянул одеяло до самого подбородка. Зажмурил посильнее глаза. Мальчик долго ворочался, но в конце концов сон всё же пришел к нему. Правда, был он поверхностный, тревожный и обрывочный. Вадику снилась пещера, шепот и темнота. Он чувствовал, как его сердце бьется всё быстрее и быстрее, как страх обволакивает с ног до головы. Во сне он снова пытался подтянуться на руках и искал опору ногами, но так ничего и не находил. Вадик знал, что это всё не по-настоящему. Он знал, что утром проснется, и всё снова будет хорошо.

Глава 2

Кафе «Медуза» по праву считалось одним из самых популярных в поселке Красные камни. Оно располагалось на центральном пляже и представляло собой двухэтажное деревянное здание, выкрашенное в белый цвет. Для посетителей работали две большие террасы с видами на море. На первом этаже стояло двадцать два круглых столика, рассчитанных на два-три человека каждый, и находился небольшой огороженный детский уголок с куклами, машинками, парочкой конструкторов для малышей и набором детской посуды. На втором этаже располагалось двенадцать столов, рассчитанных на большие компании, с длинными голубыми диванчиками по обе стороны. Ценник «Медузы» был относительно недорогой, и средний чек на человека составлял около полутора-двух тысяч, включая спиртные напитки.

Помимо «Медузы» в поселке работало еще семь кафе и пять столовых, так что выбор, где поесть, отдыхающим предоставлялся вполне неплохой. Но только у «Медузы» по вечерам в сезон встречалась полная посадка, и даже иногда заранее бронировались столики, особенно на втором этаже.

Света работала в «Медузе» с середины мая и намеревалась задержаться здесь как минимум до конца сентября. На майские праздники она приехала в Красные камни со своим знакомым, с которым, как ей казалось, у них всё серьезно. Света даже ожидала от него предложения руки и сердца на фоне морского заката, но не срослось. На второй же день отдыха они разругались в пух и прах, и будущий несостоявшийся муж оставил Свету в гостинице, а сам отбыл в неизвестном направлении. Света почти неделю пыталась до него дозвониться, но тщетно.

Оплата за гостиницу подходила к концу, но Свете совершенно не хотелось возвращаться обратно в родной Владимир. Возможность провести всё лето на море казалась такой заманчивой, что Света, недолго думая, обошла все злачные места поселка, после чего устроилась работать официанткой в «Медузу». Ей поступило еще несколько предложений по поводу трудоустройства, но решающим в её выборе стало предоставление бесплатного жилья от кафе. Большинство работников «Медузы» жили в специально построенном для них доме на территории работодателя, совсем недалеко от центрального пляжа и места работы. Комнатки там были крошечные, с общими удобствами на этаже, но зато такое жилье позволяло существенно экономить зарплату. Питание для сотрудников также предоставлялось бесплатно. И хотя платили официантам немного, зато не забирали личные чаевые и не заставляли их делить с другими сотрудниками.

В общем, Света своей работой в «Медузе» была довольна. И даже один выходной в неделю её не расстраивал, так как, вопреки ожиданиям, завести новый роман в курортном поселке оказалось не так уж и просто: в Красных камнях отдыхали в основном семьями, и одиноких мужчин-туристов можно было пересчитать по пальцам одной руки. Местные же жители Свету не очень интересовали, ну разве что сотрудники «Янтаря» – коммерческой фирмы, сотрудничающей, как поговаривали, с Министерством обороны, – смотрелись интересно и оставляли всегда хорошие чаевые. Но у Светы пока никак не получалось завязать отношения с кем-то из них, так как в кафе они приходили редко.

Хотя сегодня, несмотря на разыгравшуюся грозу, работники «Янтаря», все как на подбор подтянутые крепкие мужчины от двадцати восьми до сорока лет, заняли сразу четыре столика на втором этаже, явно отмечая какое-то событие на работе. Счет обещал быть внушительным. Света услужливо кружила между их столиками, заставляя других посетителей ждать. Но уж очень ей хотелось получить большие чаевые и заодно устроить наконец-таки свою личную жизнь.

Молнии сверкали не переставая, причудливо разрезая горизонт во все стороны. Море волновалось, белые барашки всё чаще появлялись на его поверхности то тут, то там. Ветер трепал парусиновые занавески на втором этаже «Медузы», и они хлопали, словно крылья грозных фантастических драконов, высматривающих себе добычу.

Света забежала в комнату для персонала, чтобы по-быстрому освежить блеск на губах и поправить прическу – на работе их заставляли убирать волосы, поэтому Света ходила с хвостом. Один из «янтаровских» явно на неё заглядывался, нельзя было упускать такой шанс.

Света улыбнулась своему отражению в зеркале, выглядела она превосходно: худенькая блондинка с длинными густыми волосами, симпатичная, с россыпью веселых веснушек на щеках. Редко кто давал ей больше двадцати пяти лет.

Света уже собралась возвращаться в зал, как на руку ей что-то капнуло.

«Неужели из-за ливня начала протекать крыша?» – подумала она, но, посмотрев на свою руку, нахмурилась и замерла в недоумении. Подняла взгляд на своё отражение в зеркале: так и есть, кровь.

Кровь текла тонкой струйкой из правой ноздри, огибала уголок свеженакрашенных губ, спускалась по подбородку и капала вниз на руку.

«Что за черт? – Света схватила чьи-то лежащие на полке под зеркалом салфетки и принялась вытирать кровь. – Этого еще недоставало».

Остановить кровь оказалось непросто, она всё текла и текла, явно не желая сворачиваться. Света истратила половину пачки салфеток, прежде чем смогла с ней справиться. Вернувшись обратно в зал, она увидела, что столики, за которыми сидели сотрудники «Янтаря», теперь пустовали.

– Яна, как давно они ушли? Кто закрывал им счет? – спросила Света у другой официантки, обслуживающей сегодня второй этаж.

– Я закрывала. Ты куда-то пропала, а им кто-то позвонил, и они оперативно собрались и ускакали. Оставили аж две тысячи чаевых! Представляю, как тебе сейчас обидно!

Света смотрела на довольное лицо Яны, рыхлое и некрасивое, на её наглые поросячьи глазки и думала только о том, как бы не вцепиться ей в волосы и не выдрать их все на фиг.

– Это. Мои. Чаевые. Ты. Должна. Их. Отдать. – Света говорила медленно, будто пробуя каждое слово на вкус, и потом с отвращением его выплевывая. Она прикладывала неимоверные усилия, чтобы не перейти на крик и брань.

– Ну вот еще! – хрюкнула Яна. – А не надо в рабочее время уходить из зала на двадцать минут. Сама виновата. Лучше отстань от меня, а то расскажу Петровичу, что тебя не было, еще и штраф на пятерку прилетит. Будет тебе уроком.

– Но у меня пошла кровь носом, я не могла её остановить, там вся комната персонала была ею залита!

– Избавь меня, пожалуйста, от этих подробностей. Если у тебя проблемы со здоровьем – возьми больничный и иди лечись. Никто не должен входить в твоё положение. А сейчас, если не возражаешь, мне нужно работать. Чем и тебе советую заняться!

Слезы обиды навернулись у Светы на глазах, она стояла, сжав кулаки, и никак не могла прийти в себя. Всё, что она хотела, это подкараулить Яну после работы и хорошенько её проучить. Так, чтобы она на следующий же день уволилась и навсегда исчезла из Красных камней.

Но это, конечно, были только фантазии. Кое-как доработав смену, Света поплелась домой под дождем, даже не накинув сверху дождевик. Дождь привел её в чувство и немного успокоил. Войдя в свою комнатку, она скинула мокрые вещи на пол и, как была, упала на кровать, тут же провалившись в сон. Ей снились молнии, хлопающие занавески «Медузы» и кровь на полу. Много крови.

***

Утром Света проспала, впервые за почти полтора месяца работы в «Медузе». Почему-то не сработал будильник на телефоне, а на улице было так хмуро, что, несколько раз просыпаясь, Света думала, что еще очень рано, и снова отключалась. Когда же она всё же встала, часы на стене показывали десять утра. А кафе меж тем начинало работать в девять.

«Блин! Блин, блин, блин!» – Света собрала с пола свою одежду, внутренне поблагодарив мироздание, что джинсы за ночь высохли даже в таком состоянии. Форменную футболку она взяла новую из шкафа, вчерашнюю же кинула в тазик под стулом – он служил ей корзиной для грязного белья. Телефона нигде не было.

«Да где же ты, сволочь!» – обшарив по пятому разу крохотную комнатку, она решила завязывать с поисками и бежать на работу.

На улице всё оказалось еще хуже, чем выглядело из окна: серое небо, туман и отсутствие даже малейшего намека на солнце. Все краски вокруг словно выцвели и потускнели. Света добежала до кафе за две минуты, уже приготовив в уме историю, почему она опоздала, но рассказывать её не пришлось, так как «Медуза» стояла закрытая и безлюдная.

От удивления Света даже забыла ругнуться. Машинально она полезла в карман джинсов за телефоном, но потом вспомнила, что потеряла его. Она обошла вокруг кафе целых три раза, не до конца доверяя себе и боясь ошибиться. Подергала заднюю дверь, центральную и дверь, ведущую в кладовки, но все они были закрыты и не открывались.

«Может, они решили по какой-то причине взять выходной, а мне забыли сказать?» – Света прокрутила в голове несколько возможных причин, но ни одна из них её не удовлетворила.

Она спустилась к пляжу и пошла вдоль моря к кафе «Виктория» – их главным конкурентам. Оно находилось метрах в семистах от «Медузы». Волны прекратились, море лишь тихонько колыхалось, ничем не напоминая о вчерашнем шторме. Однако пляж был совершенно пустой, хотя обычно определенное количество отдыхающих обязательно купалось в любую погоду.

«Странно», – подумала Света и слегка ускорила шаг. Ей стало немного не по себе от такого безлюдия.

Кафе «Виктория», как и «Медуза», тоже встретило её закрытыми ставнями и дверями. Что никак не получалось списать на обычное совпадение.

«Да что здесь произошло, пока я спала, куда все подевались?» – у Светы возникло огромное желание заорать что-то из серии: «ЛЮДИ, АУ, ВЫ ГДЕ?» Но она сдержалась. Потому что, во-первых, всему происходящему могли быть логические объяснения, которые пока ей просто не пришли на ум. Ну или, во-вторых, с ними со всеми могло случиться что-то нехорошее. Тогда её крики могли привлечь того или тех, кто это нехорошее устроил.

Света встряхнула головой, отгоняя дурные мысли и плохие предчувствия, аккуратно присела на гальку возле «Виктории». Нужно было спокойно подумать и решить, что делать дальше, куда идти.

Ходить туда-сюда по пляжу смысла никакого нет, только потеря времени. К тому же Свете не хотелось так явно светиться. Её одинокая фигурка на фоне моря бросалась в глаза с абсолютно любого ракурса. А учитывая, что непонятно, куда все исчезли, ходить по открытой местности ей казалось рискованным. Гораздо более разумным представлялось вернуться в поселок и обойти его хотя бы по основным улицам. Не может быть, чтобы, кроме Светы, тут больше никого не было.

Она привстала, намереваясь воплотить свою идею в жизнь, как вдруг увидела, что на пляж недалеко от «Медузы» вышел человек. Света обрадовалась, уже намереваясь закричать ему, что она здесь, но вовремя заметила, что с незнакомцем явно что-то не так. Сильно не так.