Я. Не. Лгу

Юстициар прищурился, будто пытаясь разглядеть в её словах второе дно.

— Понятия не имею, что такое «энергетическая ёмкость». Боги сами решают, какую магию даровать смертным.

— И почему бы вам не попросить у них что-нибудь более полезное?

Кажется, собеседник хотел ответить что-то грубое. Сдержался.

— Спроси у чародеев.

Она кивнула, решив, что не станет.

Отряд, наконец, снова собрался.

— ...и я посмотрел бы, — донёсся шепоток из-за спины. Судя по тому, как резко обернулся юстициар, с каким предупреждением взглянул на подчинённых — и с какой ожидающей тревогой на неё — расслышал он больше Мириам и слова эти ей бы не понравились.

Чар для подслушивания Названная не знала. Обострять восприятие умела, но не видела смысла. Ни для кого не секрет, что храмовники не желают ей ничего хорошего. Даже лучше, что выражают неприязнь прямо. Проще. Никто из молодых магов не обманется фальшивой доброжелательностью, не очаруется красивыми цитатами из лживых церковных книжек.

Лучше бы им не связываться с храмовниками вовсе.

Других вариантов, кроме как притащить их к себе, к сожалению, не было.

А она искала.

Значит, за общением подчинённых с чужами придётся следить.

Наконец, они добрались до убежища. Узкий лаз — один из непримечательных входов — вынудил выстроиться в колонну по двое. Мириам попыталась выйти вперёд, но юстициар шагнул следом, на миг прижавшись к её плечу своим.

Прикосновение обожгло, словно удар.

Названная опустила глаза к земле, вздохнула и коснулась стены, провела на ней кончиками пальцев. Ужасная привычка, дурацкая, недостойная. Касания и опора на тактильность — признак дилетантов. Ученики, чей неподготовленный разум не справлялся пока с истинным зрением, работали на ощупь. Бездарности, не способные осуществлять тонкие манипуляции одной лишь волей, помогали себе руками.

Мириам касалась нитей просто потому, что любила их касаться. Мурашки ученического восторга расходились от кончиков пальцев, воскрешая в душе светлый трепет и детский восторг от прикосновения к самой сути материального мира.

Названная Мириам имела право на любые причуды — никому и в голову не пришло бы обвинить её в неумелости. Мириам, остающаяся Названной лишь потому, что ни у кого прежде не отбирали этот титул, стоило быть осмотрительнее, не давать лишнего повода для сплетен.

Камень отозвался медленней обычного. Жёсткие нити кольнули кожу, словно проявляя непокорность.

Преддверья — не Пустоши, где власть Лордов абсолютна, но и не нормальный мир, где для их ненависти нет места. Чуть надавив — подушечки пальцев ушли в камень на несколько миллиметров — Мириам заставила твердь принять её волю.

Тонкая нить отделилась от собственно кружева, потянулась вдоль прохода, вплетаясь в узор. Мириам добавила силы, и по стене зазмеилась светящаяся линия.

— Пошли, — скомандовала Названная.

Когда проход расширился, а вдоль стен появились магические светильники, она вытянула свою нить обратно.

— Давно здесь обосновались? — словно бы между прочим спросил юстициар. Мириам посмотрела на него искоса, улыбнулась, будто не заметила подтекста.

Разумеется, вернуться в известное храмовникам убежище уже не получится.

— Некоторое время. Как раз сворачивались.

Холодный свет бликовал в почти чёрных волосах спутника, синими точками отражался в глубоко посаженных глазах.

— Столько труда, — протянул юстициар со странным выражением.

— По большей части не нашего, — пришлось признать Мириам. Рано или поздно храмовники всё равно узнают о прошлых хозяевах логова.

Впереди показались её люди, что дало возможность отложить неприятный разговор.

С лица Ины можно было писать картину. И без того крупные ореховые глаза расшились, словно до этой секунды Связующая считала план Мириам нелепой шуткой. Потом помощница спохватилась и стёрла удивление с лица. Волей, а не Вуалью, а потому отвращение на нём осталось.

Когда храмовники подошли ближе, оно усилилось в разы.

Мириам хмыкнула мысленно — густое амбре из жжёного сахара и палёных волос сопровождало побывавший в бою отряд. Так пахла кровь демонов, а пролито её было в избытке. Забавно, но Названной запах нравился. Всегда нравился, сколько она себя помнила.

— Ина, — представила Мириам подчинённую, а затем добавила с улыбкой, — Связующая. Как и я.

— Я... помогу вам... — попыталась помощница проявить инициативу, но запнулась и замолчала.

Мириам продолжила невозмутимо.

— Всё идет по плану? Никаких неожиданностей?

Разговор о делах, возможность отчитаться о выполнении оставленных перед уходом приказов, привела Ину в чувство.

— Да, Связующая. Работы продолжаются, проблем нет.

— Хорошо. В таком случае, размеси людей юстициара Кая. Отведи их к Алану осмотреть раненых. Пускай сделает всё, что в его силах, — особо выделила Названная предпоследнее слово.

Храмовники станут щитом, между магами и местными тварями, а потому о них следует позаботиться. Но тратить эликсиры или свитки, что могут потребоваться своим — нет.

Мириам надеялась, что никто кроме Ины намёка не поймёт.

— Мне нужен план, патрули и боевые силы, которыми вы располагаете, — потребовал юстициар.

Связующую передёрнуло. Мириам могла ей только посочувствовать.

Ах, нет. Не могла.

— Ты их получишь, — пообещала она.

Юстициар кивнул так, будто ожидал отказа, но разве отказ имел смысл? Не исключено, что опыта в сражении с демонами у храмовников больше. Мириам чаще дралась с людьми. Знать бы ещё, по какой причине оказался здесь его отряд, чего добивался. Этот вопрос нужно будет задать одним из первых, как только такая возможность появится.

Ина увела храмовников, а Мариам пошла собирать информацию, которую можно показать новым союзникам.

Глава 4

Кай

Прежде Каю не доводилось интересоваться бытом Альминских безбожников: каковы их дома, посуда, мебель. Теперь он — невольно — об этом задумался. Мириам с её тяжёлой, расшитой золотом мантией, наводила на мысли о строгой и лаконичной роскоши. Тёмный камень, на котором видно каждую песчинку, деликатный шёлк, что единожды испачкав, уже не почистишь и, обязательно, хрустальные бокалы на высоких ножках.

Ещё у магов обязаны быть слуги — не сама же альминка стирает свою многослойную одёжку. Да и пол с такими рукавами не вымоешь, обед не сваришь. Этим должны заниматься обычные люди.

Вторая Связующая, впрочем, оказалась одета скромнее первой. Длинная мантия — тёмно-синяя, расшитая голубым, но слоёв поменьше. Полы едва касаются земли, а не стелются следом. Рукава не болтаются понизу.

Кай отметил, что эта Связующая в миролюбивом жесте пальцы не переплетала.

— Под жилые помещения выделены три комнаты, — рассказывала она, ведя их по однообразному тоннелю с грубо обработанными стенами, — ваш отряд не поместится полностью ни в одной из них. Как и наш. Вдобавок к этому они находятся в разных частях комплекса. Таким образом, ради лучшей координации и скорости реакции на внешние угрозы, людей придётся распределить.

— Лучше мы ляжем в коридорах, — кисло ответил Кай, — уверен, здесь найдутся тупики.

Ина посмотрела на него неприязненно, словно на крысу, невозмутимо жрущую хозяйское зерно:

— Сейчас я отведу вас в лазарет.

С этим Кай спорить не стал. Ирма — их целительница, невзначай подошла поближе, пристроилась за спиной.

Чародеи Балинора врачевали тела, не вступая в спор с душами. Заклинания, что даровал им Отец Круговорота, были естественны, а потом благи. Магия альмицев работала иначе. Воспринимая и тело, и разум, и душу лишь необычайно сложным механизмом, безбожники без какого-либо трепета перебирали людей, как вязальщица переплетает неудачный носок.

Жрецы говорили, что такое «лечение» всегда человека меняет. Причин не верить им у Кая не было. За каждым из своих людей он признавал право от помощи магов отказаться, однако, тяжело раненный, окончательно провалившийся в бред, оставался на совести целительницы.

Ирма колебалась.

Дверь в лазарет преграждала кровать.

Широкая постель, куда комфортнее той, к каким привык Кай в казармах, стояла прямо в дверном проёме на всех четырёх ножках. Юстициар моргнул удивлённо, решив поначалу, что ему показалось. Дверной проём был на локоть уже кровати. То место, где доски и матрац должны были упереться в камень, уходило в стену, будто её сколотили прямо в проходе.

Ни вперёд, ни назад двинуть её не получится.

— Ина, — раздалось изнутри лазарета.

Девушка — светловолосая и немного полная, вылетела в коридор, ступая по воздуху, словно по полу. Заклинательница носила серые брюки и голубую тунику с коротким рукавом. У пояса висела горсть талисманов, а на груди болтался амулет с крупным камнем, весьма напоминающим тот, что украшал мантию Мириам.

Кай запомнил это.

На его группу новоявленная магичка посмотрела с боязливым интересом, словно на опасное животное, отгороженное крепкой решёткой.

— Я промахнулась, — повинилась светловолосая, — что-то ещё можно сделать?..

Скулы Связующей покраснели. Магичка, не справившая с порученной работой, отвела глаза в сторону.

Кровать приподнялась над землёй и углубилась в проём, словно нож в масло. Связующая Ина, в отличие от Мириам, не использовала руки, творя магию одной лишь волей.

Затем заклинательницы вошли в лазарет, и Кай направился следом, сделав своим людям знак пока оставаться в коридоре.

Помещение оказалось небольшим — шесть кроватей, не учитывая той, с которой возникла проблема. Оборудовать его начали совсем недавно — часть мебели стояла в центре комнаты, ещё не расставленная по местам. У ближайшей стены располагался стол для операций, крупный шкаф и несколько ящиков, чьё содержимое прямо сейчас расставляли по полкам трое магов в мантиях разных цветов и покроев.

Связующая опустила кровать на пол. На том месте, что прежде застряло в стене, остался ровный, словно бы отшлифованный срез. Ина вздохнула и обратилась к коллегам, наблюдающим со стороны.

— Алан, это к тебе. Займись раненным.

Кай вышел в коридор и указал внести в лазарет бредящего. Если решение принять не может Ирма, то это сделает он.Вардан — их боевой чародей, смотрел на юстициара с большим сомнением. А вот Грант, которого Кай порой считал излишне догматичным, с пониманием.

Остальные раненые, глядя на решимость командира, пошли следом — сами или с помощью товарищей.Ещё часть людей, хорошенько подумав, Кай послал за пострадавшими присматривать.

Затем вышла Ина.

— Теперь я покажу, где вы расположитесь, — сказала она безапелляционно и повернулась спиной, явно ожидая, что оставшиеся храмовники последуют за ней.

— Нет.

Связующая сделала ещё несколько шагов, словно не услышала. Но Кай оставался на месте, и ей, в конечном счёте, пришлось обернуться.

На миловидном лице застыло недоумение.

И пускай юстициар понимал — злить хозяев опрометчиво, но позволять таскать себя, словно куклу, тоже не дело.

— Вначале я увижу план помещений и выходов. Затем узнаю, какими силами вы располагаете. И только после этого мы обсудим, где будут спать мои люди.

Лицо Связующей разгладилось. Раздражение, удивление, злость — всё ушло, будто никогда его и не было. Кажется, тварь приняла к сведению его непокорность и решила, что в лицемерии нет никакого смысла.

Так было проще. Кай любил честность.

— Идите за мной.

Теперь она повела их куда-то в глубину по узким, извилистым тоннелям. Почти сразу со стен пропали лампы, и коридор погрузился во мрак. Связующую он не беспокоил. Позаботиться об освещении Каю пришлось самому — короткой молитвой зажечь священный символ на доспехе.

Затем они дошли до нужного помещения, и шок юстициара едва не заставил его напасть на провожатую, стоящую спиной.

А та будто и не заметила ничего.

— Ждите здесь, я позову Мириам.

Ино ушла, оставив их в зале, откуда когда-то были расширены преддверия.

Ровный квадрат, выдолбленный в скале, а затем отполированный человеческими руками. На полу и стенах виднелись дыры — следы от убранных цепей и кандалов. Под потолком они остались висеть, видимо, не мешая магам. Вдоль стен установили стеллажи, стулья и даже узкую софу. В центре комнаты находился алтарь из тёмного камня — трогать его альминцы не стали не то от лени, не то сочтя приятной деталью интерьера.

Каю казалось, что здесь пахнет кровью.

Это невозможно — преддверья захватили регион больше трёх сотен лет назад. Ни следа не осталось от давно проведённого ритуала.

А всё равно казалось.

— Думаешь, это были альминцы? — спросил Грант.

Юстициар обернулся на помощника.

Удивительно, но маги оставили их одних, совершенно не заботясь ни о секретности, ни о сохранности стоящих на стеллажах бумаг. Видимо, действительно закончили и собрали всё важное.

— Возможно, — согласился юстициар, — но сейчас мы будем об этом молчать.

Кай не умел читать по губам, но готов был поклясться, что словом, беззвучно выдохнутым Грантом, было «твари».Маги не заключали союзов с демонами — это правда. Они подыгрывали Пустошам, называя это амбициозными исследовательскими работами.

Шаги за спиной заставили Кая обернуться. Связующая Мириам явилась в сопровождении Связующей Ины и ещё одной магички. На отряд храмовников — двенадцать человек — она посмотрела с подчёркнутым удивлением.

— Здесь не нужно столько людей. Отбери тех, кто что-то решает, юстициар, а остальные пусть идут отдыхать.

— Мне нужны все, кто присутствует здесь, — возразил он лишь ради того, чтобы не позволить Мириам распоряжаться им, словно наёмным охранником.

— ...Хорошо, — ответила она ровно, пускай и после неприятной паузы, — я принесла то, что ты хотел.

Пока помощники Мириам разворачивали карты — развешивали их прямо в воздух — она представила неизвестную:

— Связующая Эрика.

Кай попытался сосредоточиться на планах. Взгляд против воли соскальзывал на алтарь и мысль: почему не убрали его, почему не уничтожили, свербела в голове.

— Впечатляет, — прокомментировал Варден. Чародей был невысоким, немного полным, и скрещённые на груди руки придавали ему вид слегка забавный.

Зацепившись за фразу подчинённого Кай и сам ощутил нарастающее недоумение. Подземный комплекс так-то далеко не маленький.

— Ты сказала, что под жилые помещения выделены три комнаты, — заметил юстициар, — такое уплотнение связано с?..

— Мы переделываем бытовые чары под ловушки, — пояснила Мириам, — если ситуация начнёт развиваться по худшему сценарию, то последовательным обрушением коридоров можно будет уничтожать оказавшихся в них демонов.

— Идея интересная, а выбираться потом как? — хмыкнул Вардан.

Заклинательницы переглянулись, будто прежде не смотрели на ситуацию с этого угла.

— Телепортацией, — сказала Мириам, судя по тону, осознав проблему храмовников, но не восприняв её всерьёз, — обрушать тоннели — крайнее решение. Мы не будем делать этого просто так.

— Для нас эта та же смерть, но отсроченная.

— Я заберу вас отсюда перед уходом, если до того дойдёт, — пообещала Мириам.

Взгляд скользнул вверх и влево, наткнулся на ржавые кандалы.

— Я тебе не верю.

Каю хотелось видеть, как Мириам вздыхает. Морщится. Сжимает кулаки. Хоть какая-то заметная реакция, хоть что-то отличное от лёгкое изменения голоса. Что-то говорящее о том, что перед ним человек.

Мириам продолжила почти ровно, лишь самую малость устало.

— Мне известны демоны, умеющие копать сквозь сплошную скалу. Если мы начнём обрушать тоннели слишком нагло, то прокапывание новых могут могут счесть предпочтительнее продвижения по коридорам. Такой вариант для нас нежелателен, так как лишает возможности предугадывать направление атаки. Иначе говоря, обрушение тоннелей — крайняя мера. Планируй я закопаться здесь и вас не звала бы.

— А почему бы вам не закопаться? — поинтересовался Вардан.

— Магию некоторые из них тоже чуют. Даже сквозь толщу камня. Заинтересуются, и в ловушке окажемся мы.

— Хорошо, я понял. Позволь, уточню ещё раз: обрушить комплекс вы можете в любой момент?

— Верно.

— Весь?

— Я понимаю, к нему ты клонишь, но, развивая эту тему, мы ни к чему не придём.

Кай задумался, оценивая риски.

Альминцы могли похоронить их здесь в любой момент, однако, только вместе с собой. Они нужны друг другу в Полдень, однако, когда-нибудь он закончится. Что помешает магам обрушить своды перед исчезновением?Ритуалы телепортации, если Кай помнил верно, требовали подготовки. Вардена наверняка знает насколько долгой. Нужно будет уточнить. В любом случае важным это станет, лишь когда солнце снова покатится к горизонту.

Иначе говоря, это проблема завтрашнего Кая.

— Разумно, — согласился он, — что по провизии?

Лицо Мириам застыло. Спустя секунду она обратилась к Ине, произнесла с легко читаемой растерянностью.

— Нам нужна... Мона?

Помощница ответила ей после небольшого размышления:

— Скорее Эван. Я схожу за ним.

— Вы уже начали переделывать бытовые чары, но не поинтересовались, на какой срок у вас осталось еды? — спросил Кай со скепсисом.

Мириам глянула на него прохладно и сложила руки в замок. Юстициару начинало казаться, что совсем она не миролюбие демонстрирует, а сдерживается от неприличных жестов.

Приятные мысли.

— Я позову её сама, — отмахнулась Мириам от помощницы, прежде чем в упор посмотреть на Кая, — достаточно для нашего отряда.

— Придётся делиться, — хмыкнул Грант излишне грубо. Юстициар поспешил добавить, выдавил почти через силу:

— Нам пришлось убирать из лагеря очень быстро. Времени собраться демоны не дали. Припасов на два дня.

Мириам кивнула, но понять, поверила ли — невозможно.

Кай ненавидел лгать, но храмовников, кто является целью демонов, маги терпеть не станут. Признается — всем им подпишет смертный приговор. И пускай от своих последователей Мирра требовала честности, но в отряде были верующие и иных богов. Поклонники Балинора, Лиоры или Ортиса умирать за правду не клялись.

Кай не подставит их, даже если сам впоследствии ответит перед богиней по всей строгости.

Продолжать расспросы Мириам не стала, проинформировав вместо этого:

— Эван сейчас подойдёт.

Кай вернулся к изучению карт.

Три жилых помещения — ради слежки за магами разместить своих людей придётся в каждом. Зал с алтарём, как командный пункт. Лазарет. Склад и бытовые помещения у воды. Ритуальный зал, необходимый альминцам для творения магии.

— А это что такое? — указал он на небольшое помещение, не отмеченное ловушкой, но и не занятое под хозяйственные нужды.

— Мои покои, — коротко ответила Мириам, даже не подумав оправдаться или объясниться.

Другие Связующие спали в общих комнатах.

Юстициар хмыкнул, но решил, что спорить об этом не будет. Почему-то ему казалось, что о чём поругаться они ещё найдут.

Нашли.

Сразу же.

Провианта магам выделили с запасом и следили за его остатками они весьма небрежно. Будь заклинатели здесь одни, об экономии можно было бы не думать. Добавление к двадцати трём альминцам тридцати двух храмовников дело категорически меняло.

К идее урезать рационы заклинатели оказались не готовы. Нелепый торг «а если всё это закончится за месяц», «да давно уже не случалось настолько длинных Полдней» завершился абсурдным предложением Связующей Ины:

— А демонов точно нельзя есть?

Тишину, повисшую после этого, прервала Мириам:

— Хорошо, юстициар. Приставьте кого-нибудь из своих людей к Причастному Эвану. Пусть они проведут ревизию и составят рационы. Согласовывать их будет вместе.

— Готовить тоже, — потребовал Кай. Почему-то ему казалось, что и следить за магами не лишнее, и беседа по этому поводу у них не последняя.

Мириам глянула удивлённо.

— Разумеется. Это всё?

— Пока — да, — признал он не столько завершившиеся вопросы, сколько собственную усталость. А ещё желание вымыться, избавиться, наконец, от сладкого духа демонической крови.

Воду, хвала Богам, можно было не экономить.

— Отдыхайте, — улыбнулась Мириам дружелюбно, но в глазах сталью сверкнул приказ, — обсудим ваших людей после того, как закончим с чарами.

В коридоре застарелый запах железа юстициару мерещиться перестал.

Глава 5

Мириам

Храмовники вышли, а Мириам осталась. Её план, такой простой в начале, обрастал всё большим количеством вопросов. Она размышляла о безопасности и религиозной лжи, а обдумать стоило ещё и еду с бытовыми конфликтами.Эдита приблизилась со спины.

— Названная.

— Связующая, — поправила её Мириам.

— Связующая, — покладисто исправилась Эдита, и Мириам обернулась к ней, скрещивая руки на груди — намекая, что желает закончить диалог побыстрее, — пожелания по размещению храмовников?

Названная покачала головой, но решила всё-таки озвучить очевидное:

— Никого оставлять без присмотра. Постарайся сделать так, чтобы рядом с храмовниками всегда был кто-то из наших. Не Адепт и не Причастный, разумеется. Наши гости — потенциальная угроза, и забывать об этом не стоит. Их старших посели поближе ко мне.

Эдита направилась к выходу, но задержалась у самой двери. Мириам вздохнула и приказала, раз уж сама Связующая высказаться не решалась:

— Спрашивай. Тебя тревожит, что кастельцы могут на нас напасть?

— Меня тревожат демоны, — удивила её Эдита, — если вы позвали сюда храмовников, то угроза серьёзна.

«Я надеюсь, что это так», — подумала Мириам, и сама поразилась глупости своей мысли.

— Угроза Пустошей серьёзна, — подтвердила она и добавила с усмешкой, — в конце концов, мы говорим о тварях, что когда-нибудь уничтожат мир. Борьба с демонами — редкий случай, где каждый человек человеку союзник.

Эдита кивнула, будто поверила.

А, может, и правда поверила.

Кто её знает.

Не прошло и пятнадцати минут, как вернулась Ина.

— Посмотри, — начала она без предисловий, и несколько слабо мерцающих силуэтов проявились из пустоты.

— Руки убери, — потребовал один из силуэтов — блёкло-жёлтый и топорно-грубый. Картинка и голос не позволяли установить не то что личности, но даже пола говорящего.

А вот отвечающий Алан угадывался без труда:

— Не нужно лечение — выходи в коридор.

— Мне погрызли ногу, а не грудь, — возмутился раненый, — её и трогай.

— Я лучше знаю, что трогать, — отрезал Алан, наверняка просто из принципа. Если кость цела, то руки ему не нужны вовсе.

— Да кто тебя разберет, — буркнул жёлтый силуэт.

Что сделает Алан, Мириам догадалась и сама. Иногда характер целителя казался сложным даже ей, а ведь с Названной Алан сдерживался как мог.

Целитель отстранился, отходя в сторону.

— В коридор.

Образ растаял, и Ина уставилась на Мириам выжидающе. Та вертела сцену в голове, разглядывала с разных сторон.

Чтобы не думала она о храмовниках, но и с Аланом нужно будет поговорить, попросить вести себя не столь вызывающе-резко.

— Ты следила за ними прямо во время совещания? — поинтересовалась Названная.

Ина кивнула, по-прежнему ожидая ответа.

— Восхитительно, — ровно признала Мириам, — превосходное распределение внимания между двумя каналами чувств, не упоминая о самом факте приёмки как визуальной, так и звуковой информации. Опора на бытовые чары облегчает дело, но я всё равно впечатлена. А вот над образностью следует поработать. Ты не визуал?

По лицу Ины на миг скользнуло недоумение. Мириам улыбнулась, и только после этого Связующая поморщилась обиженно:

— Не делай вид, что не поняла. Они же ненавидят нас.

— Зато мы приняли их со всем радушием.

— Они ударят нам в спину.

— Вряд ли. Их командир осознаёт своё положение.

— И что? Они фанатики, им своих жизней не жалко.

— Будь им себя не жалко и попытались бы убить меня без лишней болтовни. Нет, Ина, жить хотят даже они.

Связующая всплеснула руками с неподобающей эмоциональностью. Мириам не стала заострять на этом внимание.

— Я знаю, что случилось три года назад, — заговорила Ина быстро, заговорила недопустимо горячо. Тон уместный для болтовни с подругой, но не для беседы с Названной, возглавляющей миссию.

И на это Мириам тоже решила не указывать.

— Надо же, а я так старалась не афишировать, — сказала она будто бы в воздух.

Ина к намёку осталась глуха:

— Мой братбыл среди тех, кто вас вытащил. Поэтому я знаю. О том, что Вуаль с тех пор ты так и не сняла, догадаться несложно.

Мириам приподняла руку, жестом требуя остановить это хамство.

— Подашь жалобу по возвращении, если считаешь, что мои решения продиктованы эмоциями, а не разумом.

— Я не имела в виду!.. — перебила Ина её с недоумением, какое вряд ли могла подделать.