Черная птица

– О! Кто это тут у нас такой маленький? – пробормотал он и вдруг, к ужасу Лили, наклонился совсем близко, разглядывая её лицо. Ей сделалось не по себе: взгляд принца был дерзким, колючим. Он рассматривал её, как новый товар на ярмарке. Наконец он отстранился и хмыкнул, явно забавляясь ее смущением. – Ну здравствуй, принцесса. Ты, должно быть, Лилианна.

Лили опомнилась и судорожно присела в реверансе. Щёки снова запылали – на этот раз от негодования. Принц держал себя отвратительно: ни приветствия, ни титула, обращается на «ты» с первой секунды. Рука Лили дрогнула, вцепившись в складку юбки. Она опустила голову, чтобы скрыть испуг и недоумение.

Кристиан между тем обошёл её кругом, продолжая непонятно чему посмеиваться себе под нос. Лили слышала скрип его сапог по гальке да тихое позвякивание шпор. Он что-то мурлыкал – похоже, мотив детской песенки. Внезапно он произнёс громким шёпотом:

– Милая, милая невеста… Ты веришь в любовь с первого взгляда? – И, не дожидаясь её ответа, он расхохотался. Смех его прозвучал резко, неестественно – Лили даже вздрогнула. Принц одним прыжком вскочил на приступок кареты и протянул руку, ухватившись за высокий борт. – А во второй? Нет? Ха-ха! Ну ничего. У нас впереди много времени… разглядим друг друга как следует.

Лили недоумённо посмотрела на лорда Ричарда и Луизу, надеясь, что те придут ей на помощь, скажут хоть слово. Наставник Кристиана поспешно спешился и теперь негромко увещевал принца:

– Ваше Высочество, позвольте принцессе сесть в удобный экипаж. Мы должны поскорее отправляться – дорога дальняя, а вечер близится…

Принц обернулся через плечо и весело подмигнул старику.

– Какой же вы зануда, милорд! – проворковал он и, спрыгнув на землю, одним широким шагом оказался возле Лили. Она невольно попятилась, но Кристиан тут же мягко, однако цепко взял её под локоть. Лили застыла – прикосновение его перчатки ощутилось неприятно холодным через тонкую ткань платья.

– Прошу в мою карету, принцесса, – Кристиан словно выплюнул последнее слово, усмехнувшись своим мыслям. – Теперь я лично позабочусь о тебе.

Лили не посмела возразить. Он не выпускал её руки, и приходилось идти туда, куда он вел. Принц достиг своей высокой кареты, распахнул перед ней дверцу – и, не дожидаясь, пока она сама поднимется, грубо подсадил Лили, толкнув наверх. Она вздохнула от неожиданности, падая на сиденье. Кристиан тут же запрыгнул внутрь за ней. Дверца со щелчком захлопнулась, отрезая девушку от взглядов Луизы и лорда, оставшихся снаружи.

В тесном салоне кареты похолодало. Лили села прямо и сцепила пальцы, стараясь дышать ровно. Кристиан устроился напротив, заложив ногу на ногу. Некоторое время он смотрел на неё, прищурившись, будто ждал, что она заговорит. Но Лили молчала, смутившись под его пристальным вниманием. Она старалась отвести глаза, но каждый раз, когда опускала голову, ощущала на себе его изучающий взгляд, и сердце её колотилось всё быстрее. Принц словно дразнил её своим молчанием, наслаждаясь её скованностью. В уголках его губ играла высокомерная усмешка.

Наконец лошади тронулись, экипаж покатил. Кристиан, не отрывая взгляда от Лили, негромко спросил:

– Тебе что, язык отрезали?

Она вздрогнула. Его слова хлестнули как плеть – грубо, обидно.

– Нет, – еле слышно выговорила Лили, подбирая официальное обращение, чтобы не гневить его. – Я не знала, что сказать…

Принц фыркнул и откинулся на спинку сиденья.

– Конечно, не знала. Ты ведь не Роза. Та бы нашлась, что ответить, – бросил он невозмутимо. – Твоя сестрица умела показывать характер. Я её видел однажды – знаешь, что она мне заявила? Что скорее выколет себе глаз, чем станет моей женой. Ха! А в итоге с собой покончила… Романтика, чёрт возьми.

Лили застыла, услышав это издевательское «с собой покончила». Ей словно плеснули ледяной водой в лицо.

– Кристиан… – одними губами прошептала она, а в груди уже бурлило возмущение, смешанное с болью. – Роза… Она…

– Да-да, умерла, бедняжка, – не дал он ей договорить, проворно поменяв позу. Теперь принц наклонился вперёд, и его колено почти касалось её колен. Он подался так близко, что Лили почувствовала его горячее дыхание у себя на щеке. – Скажи-ка, сестрёнка, а ты собираешься утопиться или с высокой башни сигануть? Или наглотаешься лекарств и заснешь раз и на всегда?

-Что?! – вскрикнула Лилиана и разом отшатнулась, вжавшись спиной в стенку кареты. Боль от его слов запульсировала в висках. Она не верила своим ушам: он смеётся над смертью Розы? Он насмехается над ней?! Она почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

– Ах, прости, – притворно спохватился принц, прикрыв рот ладонью, – тебе, наверное, грустно слышать о сестре. Но пойми и меня: я ведь тоже потерял невесту. Столько планов рухнуло… – Он демонстративно вздохнул, качая головой. – Вот и пришлось довольствоваться тобой, птичка моя.

Лили посмотрела на него презрительно, сжав зубы, отказывалась плакать при нём. Грудь сдавило, не давая вдохнуть. Руки в тонких перчатках вспотели. Ей хотелось только одного – выскочить отсюда на ходу, прочь от его глумливого шёпота. Сердце бешено колотилось, и стало трудно отличать: то ли карета трясётся, то ли её собственное тело мелко дрожит.

– М-мне жаль, Ваше Высочество, – выдавила она наконец хрипло. – Я знаю… я вам не пара…

Принц на миг удивлённо приподнял брови. Затем уголки его рта разъехались в безжалостной ухмылке.

– Ещё какая не пара, – протянул он ядовито. – Моя невеста должна была быть сверкающей красавицей, а привезли бледную тень… – Его взгляд медленно скользнул по её фигуре, и Лили почувствовала себя оскверненной этим вниманием. Она подвинулась, стараясь прикрыться полой дорожного плаща, но Кристиан резко перехватил её запястье. – Не прячься. Дай-ка погляжу…

Он рывком дёрнул край плаща вниз, обнажая её плечо и линию шеи над корсажем платья. Лили тихо ахнула, но рукой пошевелить не посмела – принц сжал её запястье словно тисками. Он рассматривал её открытое плечо, ключицы – бесцеремонно, нагло. Губы его скривились.

– Кости да кожа… – вынес он «приговор» с усмешкой. – Конечно, после такой дорожной диеты и нервов – ты, небось, места себе не находила, кобылка глупая. Боишься меня, мм? – Его глаза вспыхнули весёлым безумием. Лили метнула короткий взгляд на принца и ужаснулась: ему, казалось, нравилось – Правильно, бойся. – Он бросил её руку, как ненужный предмет, и снова откинулся на лавку. – Хотя, если честно, я не уверен, что у тебя получится заменить Розалину. Та была девушка с огоньком, с характером – даже слишком. А ты… ты скорее похожа на дохлого цыплёнка, ха-ха!

Лили отвела взгляд к окну. За стеклом замка – леса мелькали, как смазанные серо-зелёные пятна. Она вся словно онемела от унижения. Гнев боролся в ней с обидой, но выхода не находил – слишком велика была ее беспомощность. Кристиан переменчиво то хохотал, то уходил в себя, пренебрежительно закрывая глаза. Лили даже подумала на миг, что он успел задремать – но тут принц вновь заговорил, неожиданно сменив тему:

– Надеюсь, ты понимаешь: никакой любви не будет, – произнёс он совершенно серьёзно, глядя куда-то ей за плечо. – Можешь даже не мечтать. Мне нужна жена для политики, не более. Так что не вздумай лезть ко мне с нежностями… И прекращай реветь, а то у меня голова разболелась.

Лили торопливо смахнула слезу с щеки. Так вот, значит… Никакой любви. Будто у нас могло быть иначе, подумала она горько. Она уже ненавидела этого человека всей душой. Но ведь он будущий муж – и от ненависти было только больнее. Почему это случилось со мной? К горлу снова подступил знакомый ком, но Лили сглотнула его и тихо вдохнула несколько раз. Она попыталась выровнять позу, чтобы не выглядеть перед ним совсем сломленной. Возможно, ей удастся выдержать эту пытку – день за днём, год за годом.

Нахлынувшие слёзы оставили после себя ноющую усталость. Лили устремила невидящий взгляд в окно, стараясь больше не слушать принца. Тот принялся насвистывать сквозь зубы что-то бравурное. Затем резко наклонился в сторону её сиденья, потянувшись к створке на противоположной от него стенке кареты.

– Душно, – бросил он, не глядя на Лили. – Раскрой с той стороны… вот эту…

Не успела она протянуть руку, как в открытое узкое окошко внезапно ворвалось чёрное крыло. Что-то живое, шуршащее, метнулось мимо её лица. Лили вскрикнула от неожиданности. У неё перед глазами замахали крылья – тяжёлые, с блестящими чёрными перьями. В карету залетела птица.

– Ах ты, дрянь! – выругался принц, отшатываясь назад. Лили поняла, что это ворон или большая ворона – несчастная птица, видимо, сидела на дороге и случайно залетела внутрь, когда они распахнули окошко. Теперь она металась под потолком экипажа, мечась меж стенками. Узкое пространство наполнилось трепетом крыла и пронзительным карканьем.

Лили вместо страха вдруг почувствовала жалость – в этих судорожных движениях, в отчаянных звуках ворона было что-то близкое ей самой. Тоже угодил в ловушку, мелькнуло у неё. – Испуганный… не понимает, как выбраться. Забыв на мгновение обо всём, Лили осторожно поднялась с сиденья, вытянув руку вверх:

– Тише, тише… хороший… не бойся… – прошептала она ласково, как успокаивают непослушного котёнка.

Ворон резко перестал каркать, будто услышал её. Тёмные крылья перестали хаотично биться, и птица плюхнулась прямо на её протянутую руку. Когти хоть и впились в рукав платья, но не до кожи – ворону удалось удержаться. Он был тяжёлый, тёплый. Лили медленно опустила руку, и птица уселась у неё на предплечье, осматривая нервным блестящим глазом. Лили смотрела на незваного гостя с изумлением. Она слышала, как принц Кристиан бурно дышит где-то позади, однако не отвлекалась. Аккуратно, чтобы не спугнуть птицу, Лили другой рукой погладила его по груди и шее. Чёрные перья оказались жёсткими, чуть маслянистыми на ощупь. Ворон пригнулся под её ладонью и хрипло каркнул, затихая. Ей почудилось, что в этом карканье слышится печаль.

– Ну вот… всё хорошо, – прошептала она, чувствуя, как что-то тёплое шевельнулось под тяжестью собственных цепенящих страхов. Ей тоже хотелось, чтобы её так успокоили – мягко, бережно, хоть на мгновение прогнав угрозы.

Но внезапно раздался грохот: Кристиан вскочил, с силой ударив тростью по стенке. Лошади за окном заржали, карета качнулась, от резкого толчка птица взмыла вверх. Принц полоснул тростью в воздухе, пытаясь прогнать ворона.

– Убрать эту тварь! – закричал он резко, сорвавшись. – Прочь, вон!

Ворон всполошился – крылья заметались у самого лица Лили, пару перьев с треском вырвались и закружились в воздухе. Чёрная птица бешено закаркала, едва избежав удара тростью по спине. Лили вскрикнула:

– Не трогайте его!

Принц одарил её таким взглядом, что у неё внутри всё похолодело. В следующий миг он распахнул окошко напротив и, привстав, грохнул ладонью по спине ворона, подгоняя к выходу:

– Пошёл прочь! Лети, пока жив!

Птица пронзительно каркнула – то ли от боли, то ли от испуга – и кинулась в распахнутую щель. Взметнувшийся чёрным комом в серое небо, ворон исчез так же стремительно, как появился. Только одно чёрное перо медленно опустилось Лили на колени. Она растерянно подняла его дрожащей рукой.

– Зараза, – проговорил Кристиан, переводя дыхание. – Развелось их…на каждом шагу мерещатся. Заражённые бестии, переносят заразу… и приносят безумные идеи.

Он произнёс это зло, глядя Лили прямо в глаза. Она замерла с пером в пальцах, вдруг поняв, что эти слова адресованы и ей тоже. Сердце болезненно сжалось: он боится, что безумные идеи заразят её? Что она перестанет ему повиноваться? Лили сжала ладонь, ломая черное перо пополам.

Принц фыркнул и уселся обратно, вернув невозмутимый вид. Казалось, внезапная вспышка гнева на птицу даже приободрила его. Он покрутил трость и пробормотал:

– Вороны слетаются к мертвечине…дурная примета. – Кристиан взглянул на Лили и оскалился в ухмылке: – Не волнуйся, птичка. С тобой всё будет хорошо… если будешь паинькой.

Лили едва слышно выдохнула и отвела взгляд. Она поняла – он хочет сломить её полностью, запугать настолько, чтобы у неё не осталось собственной воли. И если продолжит сопротивляться хоть взглядом, он не остановится. Девушка постаралась сделать лицо бесстрастным, хоть в душе всё клокотало. Перо она незаметно спрятала в кулачке, прижав к коленям.

Больше принц с ней не разговаривал, будто потерял интерес. Он вынул из внутреннего кармана изящную фляжку, сделал пару глотков какой-то наливки и принялся мурлыкать себе под нос песенку – ту самую, детскую. Лили отупело смотрела в окно, не различая сменяющихся пейзажей. В душе сквозил холод – она будто стала стеклянной, и внутри свистел ветер, опустошая всё остатки чувств. Так было легче пережить унижение, что только что обрушилось на неё.

Раз он не хочет любви – что ж, её он точно не получит, подумала она отрешенно, кусая губы до боли. Но он ещё пожалеет о том, что сделал. Едва мелькнув, эта дерзкая мысль погасла – Лили прикусила язык, запрещая себе надеяться на месть. Нет, вряд ли она сможет ему противостоять. Она одна, слаба и зависима. Её жизнь всецело в его руках. От осознания этого факта по спине снова побежали мурашки.

Неизвестно, сколько прошло времени. Наконец карета замедлила ход. Лорд Ричард, ехавший впереди, подал сигнал остановиться. Кристиан распрямился и выглянул наружу:

– А, дома, – усмехнулся он тихонько, сверкнув азартным огнём в глазах. – Ну что, принцесса… Добро пожаловать в мой замок.

Лили не успела ответить. Принц выскочил наружу и велел опустить подножку. Когда Лили выбралась из экипажа, её встретил порыв пронизывающего ветра. Она кутаясь в плащ, огляделась. День близился к концу; низкое солнце окрашивало горизонт багрянцем. На фоне алого неба высились тёмные зубчатые стены – замок принца Кристиана. Он располагался на высоком холме, у самого подножия гор. Острые пики башен тянулись ввысь подобно когтям, царапающим небосвод. В этом суровом пейзаже не было ничего приветливого. Словно сама земля здесь предупреждала о грядущих испытаниях.

Внутренний двор замка встретил их тихой пустотой. Несколько стражников переглядывались при появлении господина, но никто громко не окликнул принца – видно, слава его нравов шла впереди него. Лорд Ричард соскочил с коня и поспешил к Лили, чтобы поддержать её под локоть: каменистая мостовая двора была выбита и неровна.

– Благодарю, – поблагодарила Лили шёпотом, чувствуя внезапную слабость. Голова её кружилась от усталости и нервов. Луиза тоже сбежала со ступенек крыльца и замерла чуть поодаль – видимо, ожидая распоряжений принца.

Кристиан, однако, ничуть не интересовался сейчас невестой. Едва ступив на землю родного двора, он звонко свистнул. Откуда-то из-под навеса кузницы донёсся собачий лай. Лили вскрикнуть не успела: огромный пёс вылетел из-под арки и стрелой понёсся к ним. Пёс был чёрный, лоснящийся, на толстом ошейнике, с мощными лапами и оскаленной пастью. Она успела разглядеть белые клыки – и тут тяжёлая передняя лапа с силой ударила её прямо в грудь.

Лили отлетела назад, камни скользнули из-под ног. С отчаянным криком она рухнула на спину, ударившись локтем. Тут же на неё навалилось тяжёлое звериное тело – пёс прыгнул на чужую, бросившуюся ему на пути фигуру. Лили вскрикнула, прикрывая лицо руками. Она чувствовала горячее, зловонное дыхание пса, его слюна капнула ей на щёку. Кругом поднялся шум: кто-то закричал от ужаса, зовя пса по имени, Луиза ойкнула и поднесла руки ко рту.

Но пёс не впился в неё клыками, нет – он лишь ворчал, клацая зубами совсем рядом. Лили тяжело дышала, зажмурившись, не смея шелохнуться.

Лили, услышала, как принц выкрикивает: «Дюк! Ко мне!» Пёс не слушался хозяина – его умные карие глаза сейчас были устремлены прямо на Лили. В них плескалось возбуждение охоты, но и смятение: видимо, он не понимал, кто эта незнакомка, внезапно оказавшаяся на пути.

Стараясь не делать резких движений, Лили чуть разжала дрожащие руки. Пёс стоял у неё на груди лапами, всем весом прижимая её к земле. Крадучись, она вытянула руку из-под его передней лапы и медленно, очень медленно потянулась к широкой мохнатой шее зверя.

– Хороший… хороший мальчик, – пробормотала она срывающимся голосом, поглаживая пса за ухом.– Тихо, тихо…

Пёс перестал рычать, только часто задышал. Его уши дрогнули – похоже, её интонация была ему понятна. Лили с трудом улыбнулась. Она знала, как вести себя с дворовыми собаками – в прошлой жизни, на заднем дворе школы, она не раз приручала брошенных шавок, делясь с ними обедом.

Она опустила глаза, избегая прямого взгляда, и продолжала гладить загривок. Пальцы утопали в чёрной шерсти. Ворчание у её лица стихло, сменившись тихим повизгиванием. Здоровенный пёс Дюк вдруг лизнул её прямо в подбородок, как старой знакомой.

Лили тихонько рассмеялась – неверяще, с облегчением. Всё её тело ныло от падения, локоть саднил, но она не обращала внимания. Она легонько почесала пса за ухом. Тот слетел с её груди на землю и, замотав хвостом, ткнулся холодным носом ей в плечо, вымаливая прощение.