Катер под названием «Приключение»

Встреча была назначена на 7:00, но вот часовая стрелка наших настенных часов стояла на семи, а минутная стрелка уже показывала пятнадцать минут, но гость так и не показывался. Сэм уже начал ворчать по поводу того, что к нам хотят прикрепить непунктуального и безответственного студента, как вдруг раздался стук в дверь. Я пошла открыть: видимо, наш гость всё-таки пожаловал. За дверью оказался какой-то парень лет 25, он был одет в рубашку со странным узором и спортивные штаны, в руках он держал карту, но почему-то вверх ногами.

– Здравствуйте, простите, а здесь живут некие Люси и Сэм? Меня к ним послали, но дали только адрес, а как пройти, не объяснили, а я, понимаете ли, не силён в чтении карт и вообще не уверен, правильно ли я держу карту, – с этими словами парень снова развернул свою карту и ещё несколько раз энергично её повернул.

– Подождите, здесь и правда живут Люси и Сэм. Я и есть та самая Люси, – поспешила сообщить ему я.

– Ох, слава богу, я вас таки нашёл! А то, понимаете, я уже полтора часа по городу хожу и вас ищу, – воскликнул он.

Я впустила его в дом, и он ахнул:

– Ух ты, какой у вас огроменный дом, а я живу в двухкомнатной квартире в центре города. Но… – он не успел закончить фразу: его перебил Сэм, спросивший:

– Хорошо, мы поняли, что у нас хороший дом. Но у меня один вопрос: кто ты всё-таки такой?

– Ах да, я же забыл представиться… – парень хлопнул себя ладонью по лбу. – Я Дирк, тот самый единственный и неповторимый, с которым у вас была назначена встреча. А вы что, ждали кого-то другого?

– Нет, конечно, – вежливо сказала я.

– Что, это и есть тот самый Дирк? Я думал, он будет посерьёзнее, – шепнул мне Сэм.

– Я всё слышу, – отозвался Дирк таким тоном, что было непонятно, сердится он или нет.

Дальнейший вечер я с Дирком болтали о том о сём, и оказалось, что он не просто закончил универ, но получил по всему, что сдавал, самые высокие оценки. И именно поэтому его направили именно к нам.

Когда Дирк ушёл, был уже поздний вечер, и мы стали ложиться спать, но перед сном Сэм, который весь вечер просидел в углу, кидая на Дирка недобрые взгляды, сказал мне:

– Всё-таки этот Дирк мне не нравится, по-моему, он пытается казаться невиннее, чем он на самом деле есть.

Но я была с ним не согласна: по-моему, нам всё же стоит попробовать поработать с ним вместе».

* * *

Прочитав всё это, Джим погрузился в глубокие раздумья, которые состояли в основном из вопросов: как? почему? должно быть, тут опечатка? А главный вопрос Джима звучал так: «Как, если Дирк раньше был человеком, он умудрился стать крысой???». Джим чувствовал, что ответ на этот вопрос надо искать в самом конце дневника, так что он просто пролистал весь дневник, по пути заметив несколько записей о самом себе и дав себе обещание, что потом обязательно их прочтёт попозже. Скоро он долистал до нескольких последних страниц и, увидев слова «новый поход», понял, что оттуда и надо начинать чтение. Вот что там было написано:

«13.09.2995

Сегодня с утра нам с Сэмом и Дирком…»

«А, значит, они таки взяли Дирка в свою команду», – подумал Джим.

И тут его как будто молнией поразила мысль: «Так значит, Дирк – это и есть тот самый Дирк из тройки великих героев. Но ведь все говорят, что он погиб вместе с родителями. А может, мои родители никогда и не знали нашего Дирка, а он нам дал этот дневник только чтобы нас отвадить… Но если так, то откуда у него вообще этот дневник?..» – так ничего и не поняв, Джим решил продолжить чтение:

«…предложили пойти на новую вылазку. Мы должны будем украсть какой-то артефакт из лагеря знаменитых космических разбойников, которые славятся своей жестокостью. Мы с Сэмом, как обычно, сразу согласились. Но Дирк, по своему обыкновению, удалился к себе часа на два узнавать всё о нашей задаче и о захватчиках. А потом, как обычно, вернулся с таким видом, буквально говорящим: «А, я такое знаю, такое, чего вы, простые смертные, точно не знаете», и дал своё согласие, впрочем, тоже как обычно. Вылет был назначен на сегодня через два часа.

– Что, только два часа!!! Ладно, побежал к себе вещи собирать, – завопил Дирк и побежал к себе, сбив по дороге особо неудачливый стул.

– С ним всё хорошо? Да и, кстати, какие вещи он пошёл собирать? – спросил меня работник службы, которая предложила нам вылазку.

– Да, с ним всё хорошо, это он так волнуется. А насчёт вещей вы не думайте, у него арсенал из 120 отмычек на все случаи жизни, – ответила ему я.

Через два часа мы все уже были готовы и стояли на взлётном поле. Последним прибежал запыхавшийся Дирк в специальном костюме для вылазок, в котором было столько карманов – внешних и внутренних, больших и маленьких, – что казалось, он весь состоит из карманов. Скоро подлетел космический корабль внушительных размеров и приземлился около нас.

– Ого! – тихо ахнул Дирк.

Мы взошли на корабль, и он поднялся в воздух. Изнутри он выглядел как три общие комнаты, туалет и одна каюта для нас с Сэмом и одна каюта для Дирка. Мы остались им вполне довольны. Через некоторое время, которое мы с Сэмом провели у себя в каюте, а Дирк, наверное, у себя, мне на мобильный прислали сообщение, что мы прилетим только поздно вечером, чтобы пробраться в лагерь под покровом ночи.

Я решила, пока мы летим, присяду в общей комнате и почитаю книгу. А мальчики решили посидеть там же и поиграть в карты, но потом всё пошло как обычно.

– Как обычно – это когда Дирк, как обычно, начинает жульничать… Почему – никто не знает. Он сам говорит, что он просто не может этого не делать, а Сэм говорит, что Дирк просто жулик. Так вот, обычно после где-то третьей проигранной партии Сэм начинает орать на Дирка:

– Ты мошенник, жулик ты!..

А Дирк сидит, улыбается, доволен, что вывел Сэма из себя. Сам Сэм, всё ещё мечущий гром и молнии, выбегает из комнаты и громко хлопает дверью. Дирк несколько минут сидит неподвижный как статуя, но потом ему, видимо, становится скучно, и он пытается последовать моему примеру. Он достаёт книгу, но Дирк не был создан для чтения, он никогда не умел с интересом читать что-либо. Вот и сейчас он берёт книгу вверх ногами; так он держит её некоторое время, а потом спрашивает меня с искренним интересом:

– Люси, слушай, а на каком языке эта твоя книга?

Я не смогла удержать смех: «Дирк, ты её держишь вверх ногами».

– А-а-а… – протягивает он и переворачивает книгу. Но долго он так не продержался, скоро он отложил книгу и снова направился к своим картам. Он, кажется, сначала пытался сложить из них что-то вроде домика, но, когда его конструкция уже в третий раз обрушилась, ему это тоже надоело, и он стал сам с собой играть в карты. Через некоторое время в комнату вернулся Сэм и подсел к Дирку. Тот, увидев это, снова воспрял духом и стал показывать Сэму какие-то фокусы с картами. Так они и просидели всё время, пока нам не позвонили и не объявили, что пришло время высадки.

Мы все тут же подошли к иллюминаторам и выглянули: мы находились ровно над вражеским лагерем. Нам надо было спрыгнуть на его крышу. Я прыгала последней. Мне было страшно, но всё оказалось не так уж и страшно: прыжок, короткий полёт – и вот я уже стою на крыше лагеря рядом с Сэмом и присевшим на корточки Дирком, который одной из своих отмычек открывал люк, находящийся в потолке лагеря. Наконец он его открыл, и мы, спрыгнув вниз, оказались в каком-то коридоре.

– Нам туда, – прошептал Сэм, указывая на ближайшую к нам дверь.

Когда мы зашли туда, то увидели, что внутри стоит только какой-то закрытый ящик. Дирк побежал его открывать, но, о ужас, пока Дирк ковырялся в замке, мы с Сэмом услышали, что к комнате кто-то бежит.

– Дирк, тебе там ещё долго?! – спрашивала я: скрываться уже нет смысла, нас обнаружили.

– Да тут… – конец фразы Дирка заглушил звук слетающей с петель двери и чьи-то крики.

Потом всё произошло очень быстро. Я почувствовала сильный удар со спины и, не удержав равновесие, упала на землю прямо под ноги прибывающим инопланетчикам.

Очнулась я уже в камере тамошней тюрьмы. Она была грязной, камеры были очень тесными, и также всё в тюрьме имело какой-то уж очень отсталый вид: все решётки были железные, да и к тому же ржавые, а пол был устлан чем-то на манер соломы. Мы все втроём оказались в одной камере, но когда я очнулась, никто не обратил на это внимания: Сэм сидел у стены, спрятав лицо в руки, и не шевелился, а Дирк ходил по камере из угла в угол и бормотал:

– Надо что-то делать… Надо отсюда выбираться…

Первым, кто обратил на меня внимание, оказался тюремщик: он весь был закован в чёрные латы, и из-за этого его голос звучал глухо, как будто он сидел в глубоком колодце.

– А смотрите-ка, наша пленница очнулась, а я-то начал бояться, что мы её так сильно ударили, что придётся на завтрашнюю казнь вести только этих двоих. Но, похоже, я зря волновался, – с этими словами тюремщик злорадно рассмеялся.

– Как это, как это – казнь? Меня нельзя казнить!!! – в ужасе закричал Дирк.

Тюремщик ему не ответил, только ещё раз рассмеялся: было понятно, что ничего изменить мы уже не сможем. Потом, когда тюремщик снова отвернулся, Сэм и Дирк подбежали ко мне и засыпали вопросами о том, как я себя чувствую. Я сказала, что со мной всё нормально, и тогда они мне наперебой стали рассказывать, что произошло. Получилось так, что, когда инопланетчики нас хватали, в воцарившемся там хаосе меня сбили с ног и, упав на пол, я так сильно ударилась, что потеряла сознание. После того как нас схватили, по словам моих напарников, выходило, что нас сразу обыскали и забрали всё до последней булавочки. Дальше нас просто притащили сюда…

– И теперь они хотят нас казнить!!! – испуганно закричал Дирк.

– Ничего страшного… – попытался его утешить Сэм. – «…зато мы погибнем геройски и нас запомнят!»

– Да, Сэм, ты просто мастер поддержки… – съязвил Дирк. – …но я всё равно не хочу умирать!!! И мне всё равно, будут меня там помнить или нет!!! – А для таких, кому всё равно, что о них подумают другие, у нас есть способ выбраться отсюда, – неожиданно встрял в разговор тюремщик.

– И какой же способ? – с интересом спросил Дирк.

– Не связывайся с такими, как этот тюремщик, – тихо посоветовала я Дирку.

– Так значит, способ… – проигнорировав меня, продолжил тюремщик. – …если ты на полном серьёзе согласишься предать свою родину. На самом деле это только формальность, ну а потом мы тебя отпустим.

– Хм… Ну, звучит вполне безобидно, – задумчиво сказал Дирк.

– Подожди, не надо… – попытался остановить его Сэм.

– Да ничего страшного, если ты разочек соврёшь ради спасения своей жизни, – тихо ответил ему Дирк.

– Нет, Дирк, ты не понял. Это не просто формальность… – попыталась предупредить его я, но он уже не слушал.

– По рукам, – сказал он тюремщику, и тот вывел его из темницы.

– Дирк, подожди, тебя ведь обратят! Подожди! – но Дирк с тюремщиком уже вышли и не могли нас слышать.

…»

Тут Джим оторвался от чтения, наткнувшись на необычный термин.

– Мэри, а что значит «обратить»? – он повернулся к своей подруге.

– Где ты увидел этот термин? А, ну конечно, в дневнике, где же ещё, – сама ответила на свой вопрос Мэри. – В общем, обращение – это такое наказание для особо предательских предателей. Подробностей я не знаю, но знаю, что к таким предателям все относятся с брезгливостью, их никто не любит, и обычно они плохо заканчивают. А чтобы их легко было отличить, их делают… ну… такими, как Дирк. Стой, неужели Дирк тоже один из таких предателей?

– Да, – кивнул Джим. – Но слушай, как они это делают?

– Ну, смотри, это всё написано в своде законов нашей галактики… – начала Мэри. – Так вот, вроде для этого есть что-то вроде специальных камер или что-то в этом роде, и там вроде как есть и обратная функция, но я не уверена, в своде законов это описано очень туманно, потому что этот закон устарел. И если мы правы, и Дирк – предатель, то он последний предатель в нашей галактике.

– Да уж… – только и смог выдавить Джим и решил продолжить чтение дневника, чтобы убедиться в их теории. И вот чем заканчивался дневник:

«Дирка увели где-то час, а может, два назад. Я за него волновалась, а ещё думала о нашем с Сэмом сыне Джиме – как ему будет без нас. Но я надеялась, что моя сестра Сиси сможет о нём позаботиться, и он не попадёт не пойми куда. Вдруг мы с Сэмом, который по-прежнему сидел всё в той же позе, услышали чьи-то шаги – это тот самый тюремщик, убедивший Дирка. Поскольку он был весь закован в латы, выражение его лица было непонятно, но, когда он рассмеялся, стало ясно, что всё прошло «удачно».

– Так, с вашим дружком мы закончили. Хотим его вам показать, правда, поговорить у вас с ним не получится, потому что, знаете, в машине, кажется, были неполадки, и вашего друга шарахнуло электрическим током. Честно говоря, мы вообще не знаем, жив ли он, но по чести выполним своё обещание и отошлём его отсюда, как только вам покажем, – с этими словами он сделал знак кому-то за дверью и снова рассмеялся.

В тюремный коридор вошли двое, так же закованные в латы. Под руки они тащили что-то, сначала показавшееся мне кучей старых тряпок, но потом я поняла, что это Дирк. Да, он сильно изменился, но его по-прежнему можно было узнать. Они превратили его в крысу, примерно такого же роста, как он был и раньше, только он сильно исхудал, и одежда на нём висела мешком, именно поэтому я не сразу поняла, что это он, а не куча тряпок.

– Ну что, насмотрелись? – злорадно спросил тюремщик.

Сэм, который даже не повернулся посмотреть на Дирка, промолчал, да и у меня не нашлось слов, чтобы обругать ими этих злодеев, которые сделали такое с нашим другом.

Не получив ответа, тюремщик сделал знак двоим другим, и они уволокли Дирка обратно из тюремного коридора в узкие и тёмные переходы своего лагеря.

– Увидимся на казни, до которой, кстати, осталось всего два часа, – тюремщик ещё раз рассмеялся и тоже удалился вслед за остальными.