Девочка в мире духов

Света Кап

Девочка в мире духов

Фэнтези

КНИГА ВТОРАЯ

Глава первая

ПРЕЛЮДИЯ

Оля возвращалась домой из школы. Погружённая в свои мысли, она медленно шла по первому снегу и не замечала искрящейся красоты вокруг. С утра заволочённое снежной хмурью небо прояснилось, выглянуло не по-зимнему яркое солнце. Заснеженные дорожки и деревья парка, по которому проходил путь девочки, сверкали так сильно, что на них невозможно было смотреть не щурясь. Но она и не смотрела. Рассеянный взгляд её был прикован к носкам новеньких, ритмично сменяющих друг друга при ходьбе сапожек, а мысли витали далеко-далеко – в Лесу Маленького Лешего.

Три месяца прошло с тех пор, как они расстались, но не было и дня, чтобы она не вспоминала о нём и не грустила. Все окружающие заметили изменения в девочке и говорили, что она повзрослела и стала серьёзнее.

Оля часто подолгу останавливалась перед деревьями в парке и мысленно разговаривала с ними. Ранней осенью она не могла пройти мимо ещё пёстрых клумб, не остановившись и не сказав цветам, какие они нарядные. Девочка избегала ступать по газону, предпочитая асфальтовые дорожки, и говорила подругам, что в их городе и так мало травы, кустов и деревьев, чтобы ещё их топтать и обламывать. А те недоумевали и шептались между собой, что после лета она стала какая-то странная. Даже Маринка, с которой их раньше было водой не разлить, забегала к ней всё реже. Оля её не осуждала, понимая, как трудно дружить с человеком, который всё время молчит, о чём-то своём думает и ничего не рассказывает. А как могла она рассказать о Маленьком Лешем, если это была самая глубокая, самая заветная и самая прекрасная её тайна! Мир, казалось ей, потерял свои краски, когда они расстались и она вернулась в город. Разве можно было сравнить её однообразные школьные будни с полными приключений днями, которые провела она в Лесу Маленького Лешего! Оля чувствовала, как задыхается от недостатка полноты жизни, и с удивлением думала о том, что всё было бы иначе, если б рядом с ней оказался Маленький Леший. Ей очень не хватало его мудрой наивности или наивной мудрости – она не знала чего, но как ни старалась, не находила этого в окружающих людях. Часто дома, на улице или даже на уроках она мысленно разговаривала с ним, засыпая далёкого лесного обитателя возникавшими у неё всё новыми вопросами… С каждым днем её всё больше тяготило общение с обычными людьми и унылый школьный распорядок. Только оставаясь дома одна, в тишине, она могла чувствовать себя свободно, вслух обращаться к Маленькому Лешему, жалуясь, что здесь её никто не понимает, и поверять пустой комнате свои переживания, слёзы и мечты о том, что когда-нибудь они встретятся и эти муки наконец закончатся. Тогда она скажет ему, что останется с ним надолго, насколько это будет возможно, и они снова станут вместе гулять по Лесу, ходить к Лесному Озеру, встречать каждый рассвет и провожать каждый закат. Это казалось Оле теперь таким прекрасным и таким несбыточно-далёким, что она невольно спрашивала себя: а не выдумала ли она его, Маленького Лешего? Он представлялся ей сейчас слишком хорошим, чтобы существовать на самом деле! Сомнения эти леденили душу, и девочка сознавала, что если б они оказались вдруг истинными, то она не знала бы, как жить дальше, потому что жизнь без мечты о Маленьком Лешем теряла всякую привлекательность. Однажды соприкоснувшись с неведомым, она больше не могла жить как прежде: эта встреча с существом иного рода перевернула её представления о мире и себе самой. Какими глупыми казались ей теперь разговоры одноклассниц о нарядах, модной музыке, играх и мальчиках; теперь она сторонилась этой болтовни, которую девчонки считали самой важной на свете.

Оля часто вспоминала слова Маленького Лешего о Боге, но не могла представить себе Его. Какой Он, как нужно Ему молиться? Однажды она поборола смущение и тайком от всех отправилась в храм – большой белый дом с золотого цвета куполами и крестами на них. Но Бога она там не встретила. Хотя изображения Его там были, и одно из них девочке очень понравилось. Бог был нарисован добрым седым дедушкой, сидящим на облаке и отечески протягивающим руки, а под Ним – Его Сын Иисус Христос, распятый на кресте, и плачущие ангелы. Под этой картиной люди зажигали и ставили тонкие свечи, как услыхала Оля, за упокой души, чему она очень удивилась, не понимая, какую связь может иметь огонёк полыхающей свечки с покоем человеческой души. И что такое этот самый покой?..

Важный священник в нарядных одеждах торжественно говорил что-то нараспев, но что именно, Оля не разобрала. Девочка видела: люди здесь знают, что нужно делать, а она, чувствуя себя чужой и оттого одинокой под высокими расписными сводами, так и простояла всю службу у дверей. Храм произвёл на неё тягостное впечатление, и, возвращаясь домой, она думала, что, должно быть, чего-то не понимает, если не ощутила радости, придя в дом Бога.

На этом её знакомство с Богом окончилось, и только иногда в отчаянной тоске девочка упрашивала Его помочь ей когда-нибудь встретиться с Маленьким Лешим, но это была даже не молитва, а скорее плач души, от всех глубоко скрываемый. Она очень ясно представляла лицо своего лесного друга, то бледное и печальное, то лукаво-насмешливое, а то утомлённо-величественное, каким он был среди лесных духов. Ещё Оля часто вспоминала его взгляд на лесной Полянке, тот исполненный затаённой муки взгляд, от которого у неё, как при падении, перехватывало дыхание и замирало сердце. Если бы можно было вернуть тот день! Разве теперь она бы ушла! Но поздно, и в бессмысленной череде дней она всё острее чувствовала, что больше не в силах дожидаться их встречи.

«И зачем я вернулась в этот грязный и шумный город! – корила себя девочка. – Как было бы хорошо гулять сейчас в Лесу с Маленьким Лешим! Он сделал бы так, чтоб мне не было холодно, и мы бродили бы среди снежных сугробов и разговаривали обо всём на свете!»

Она так живо представляла его тёмно-бирюзовые глаза под шапкой густых волос цвета опавших листьев и лёгкую насмешливую полуулыбку, что невольно и сама улыбалась в ответ и очень огорчалась, приходя в себя и понимая, что это всего лишь грёзы. Только сейчас она по-настоящему осознала смысл сказанного Маленьким Лешим в Лабиринте Воспоминаний: помнить горько!

Особенно докучал Оле сосед снизу – Ромка, именем которого нарекла она лесного знакомца. Он нашёл, что девочка за лето похорошела, оставил прежних подружек и стал провожать её со школы. Раньше ей бы польстило такое внимание, но теперь она удивлялась: что могло её привлекать в этом самоуверенном и донельзя избалованном мальчишке? У неё словно раскрылись глаза, и людей она стала воспринимать по-новому, больше их жалея. Именно жалость и не позволяла ей оттолкнуть соседского Ромку, который день ото дня всё сильнее к ней привязывался. Но хуже всего, он стал настаивать, чтобы Оля рассказала ему, о чём постоянно мечтает, – а ведь она решила всегда говорить только правду, и потому отмалчиваться ей становилось всё труднее. Она даже стала отпрашиваться с последнего урока, лишь бы не встречаться с ним и подольше оставаться наедине со своими мыслями. Это было нелегко, потому что в школе нужно учиться, дома – разговаривать с папой и его друзьями, а дотошный Ромка, донимавший её на улице, вдобавок повадился захаживать к ней в гости, и драгоценные минуты домашнего уединения часто нарушались его вторжением. Притворяться, что её нет дома, Оля не могла из-за своего решения никогда не обманывать, и услышав настойчивый звонок, покорно плелась отпирать Ромке дверь…

Оля стянула с руки перчатку и посмотрела на бирюзу, подаренную горным духом. Папа вставил камень в оправу старого серебряного, оставшегося от мамы перстня и уменьшил его настолько, чтобы он крепко держался на среднем Олином пальце. Бирюза выглядела тусклой и по краям стала буроватой. Девочка испугалась.

«Неужели я заболею? – встревоженно подумала она. – Или что-нибудь случилось?» От волнения она долго не могла попасть ключом в замочную скважину. «Противная дрожь! Интересно, я уже заболела или это от нервов?»

Бросив в прихожей портфель и скинув верхнюю одежду, она села за компьютерный столик и тупо уставилась на монитор. Играть не хотелось. Хотелось почему-то плакать.

Вдруг на столик прямо перед ней вспрыгнул с пола серый облезлый котёнок. От неожиданности девочка вздрогнула.

«Откуда у нас котёнок? – рассеянно подумала она и про себя заключила: – Наверно, папа принёс!» Оля совсем забыла, что сегодня папа ушёл на работу раньше неё и она сама запирала дверь, уходя в школу.

– Брысь отсюда! – недовольно прикрикнула Оля и хотела столкнуть незваного гостя на пол, но он ловко перепрыгнул через её руку и неожиданно сказал:

– Попрошу повежливее!

Девочка, оторопев, откинулась на спинку стула и в изумлении уставилась на котёнка, а он как ни в чём не бывало встряхнулся и стал вылизывать лапку.

– Да, я заболела! – уверенно решила Оля. – У меня покатили глюки!

– Ничего подобного! – прервав туалет, заметил котёнок и сверкнул на обомлевшую девочку радужным глазом.

– Ой, мамочки! – вырвалось у Оли. – Киса, может, ты молочка хочешь?

– Не нуждаемся, – важно ответил котёнок и пригладил вылизанной лапкой усы.

– Вот, оказывается, как сходят с ума! – сказала Оля и закрыла глаза. – Удивительно, но я чувствую себя абсолютно нормальной! И бирюза потускнела. Да, Ирбис говорил, что она предупредит меня о болезни, только мне-то что делать?

– Какие мы слабонервные! – гадким голосом произнёс котёнок. – А мне ещё рассказывали, что общаться со всякого рода нечистью для неё – плёвое дело!

Оля сразу открыла глаза и взволнованно наклонилась к котёнку:

– Кто тебе рассказывал? Маленький Леший?

– Как же, он скажет! – фыркнул котёнок и, задрав всклоченный хвостик, прошёлся по столу.

– Что тебе про него известно, говори! – потребовала Оля.

– А то, что сидит теперь твой дружок в темнице у Оркуса и горюет, потому что через сто дней ты станешь старенькой и умрёшь и вы уже никогда не встретитесь!

– Что ты несёшь! – возмутилась Оля. – Разве за сто дней я состарюсь!

– Это там будет сто дней, а здесь за это время пройдёт сто лет.

– Что же делать? – воскликнула Оля. – Надо его выручать!

– Да-а-а? – удивлённо протянул котёнок. – И как ты собираешься ему помочь?

– Я не знаю, – смутилась Оля. – Наверное, ты что-нибудь можешь предложить.

– Конечно, – сказал котёнок и хитро сощурился. – У тебя настоящая плоть, а чтобы тебе попасть в невидимый мир духов и не вызвать при этом подозрения, тебе нужно от неё освободиться. Ты согласна это сделать, чтобы спасти Маленького Лешего?

– Но каким образом?

– Ты отыщешь Того, Кто попрал ад, и попросишь Его за Маленького Лешего.

Оля засомневалась: а вдруг это обман, и Великой Змее нужно, чтоб она умерла и они с Маленьким Лешим больше не увиделись, а сам он по-прежнему спокойно разгуливает в своём Лесу?.. Котёнок словно прочёл её мысли, и в лапах его тотчас блеснул осколок хрусталя.

– Можешь убедиться сама! – сказал он и протянул хрусталь девочке.

Едва та коснулась его, как кристалл раскрылся, и Оля увидела своего друга сидящим в темнице. Глаза его светились такой обречённостью!.. Хрусталь вывалился из вмиг ослабевших пальцев девочки.

– Осторожней! – пискнул котёнок, на лету подхватывая его лапами. – Мне за это стекло Ирбис голову оторвёт!

– Я верю тебе! – в сильном волнении произнесла Оля. – Говори скорее, что мне делать!

Котёнок услужливо поднёс ей невесть каким образом оказавшийся в его лапах стеклянный стакан с ярко-оранжевой жидкостью. Оля взяла его и огляделась.

– Мне бы не хотелось пить это здесь, – смущённо сказала она. – Папа очень расстроится.

– Пей! – приказал котёнок. – И не тяни! У нас и так мало времени. Помни, что каждая секунда отдаляет тебя от Маленького Лешего!

Оля отчаянно зажмурилась и залпом проглотила жидкость. На вкус это оказался апельсиновый сок. Она затаила дыхание, приготовившись к смерти, как вдруг услыхала ехидное хихиканье котёнка.

– Надо же, поверила! Какие вы, люди, всё-таки наивные! Неужто ты вправду думаешь, что самоубийцы попадают к Богу? Хи-хи-хи!

Оля облегчённо вздохнула и открыла глаза. Котёнок сидел на столе, ухмыляясь. Не выдержав, она запустила в него пустым стаканом.

– Убивают! – пискнул котёнок, пригнувшись.

Стакан пролетел над ним и брызнул от стены осколками.

– Бессовестный обманщик! Зачем ты разыграл меня?

– Не злись, – примирительно сказал котёнок. – Это затея Ирбиса. Он велел испытать тебя, чтобы проверить, готова ли ты пожертвовать жизнью ради спасения Маленького Лешего. Ты с честью выдержала испытание, и теперь тебе вправду нужно торопиться. Возьми с собой всё, что считаешь нужным, и солнечный камень и отправляйся к Ирбису. Он и Ариэль ждут тебя у Хрустальной Стены. Заклинание ещё не забыла?

– Как можно! Помню, конечно.

Оля засуетилась, извлекла из глубины своего шкафа заветное лукошко с русалочьим платьем и солнечным камнем, который крепко зажала в кулаке. Но прежде чем исчезнуть, достала из ящика стола ручку, чистый лист и торопливо написала: «Папочка, за меня не волнуйся: я живая! Просто там, куда я ухожу, день равен земному году. Может быть, мы ещё встретимся, если я успею вернуться, а искать меня бесполезно. Твоя Оля». Перечитав, она приписала: «Я должна пойти, папа, потому что в беде мой друг! Я знаю, ты поступил бы так же. Прости меня!»

– Всё! – сказала она и, взяв корзинку, протянула руку с камнем вперёд: – Солнечный камень, веди меня к своему хозяину! – сделала шаг и исчезла.

Перешагнув невидимую границу, Оля очутилась в хрустальных владениях Ирбиса. Он встретил девочку непрозрачным жёлтым, а стоящий рядом Ариэль – прозрачным голубым взглядом. Увидев их, она словно вернулась на три месяца назад, и на миг ей даже показалось, что папа с геологами по-прежнему находятся в Лесу Маленького Лешего. Если б всё так и было!

– Ну, здравствуй, здравствуй! – как прежде насмешливо проурчал Ирбис. – Мы наблюдали твой разговор с домовым, и, надо признать, ты выглядела недурно!

– Котёнок был домовой? – удивилась Оля. – Такой замухрышка?

– А ты пыль дома хоть когда-нибудь вытираешь? – с усмешкой спросил Ирбис, и Оля прикусила язычок: действительно, пристрастием к чистоте они с папой никогда не отличались. – Какой дом, такой у него и дух!.. Но мы собрались не для того, чтобы болтать. Ты в самом деле хочешь помочь Маленькому Лешему?

Девочка кивнула. Сильное волнение охватило её настолько, что задрожали коленки. Она сдвинула их, изо всех сил стараясь унять дрожь, и спросила:

– За что наказали Маленького Лешего?

– Естественно, из-за тебя! – фыркнул Ирбис. – Этот глупыш возомнил, что не сможет без тебя жить, и просил Великую Змею дать ему настоящее тело. Взамен она вынудила его отречься от возможности родиться человеком, но обманула и велела запереть его в темнице Оркуса.

– Я разнесу её логово на кусочки! – в гневе воскликнула Оля. – А её раздавлю, гадину!

Ирбис недовольно покрутил головой, а Ариэль мягко сказал:

– Не поддавайся чувствам, они не всегда правильны. Даже любовь должна опираться на разум. Только так ты сможешь прийти к Тому, Кто попрал ад, и помочь Маленькому Лешему.

– Но разве через Хрустальную Стену я не могу попасть к Нему?

– Стена действует только в мирах смерти: видимом и невидимом, – мрачно пояснил Ирбис. – Мы, духи природы, – лишь первая ступень невидимого Мира Смерти. Между ним и Миром Вечной Жизни – огромная пропасть, преодолеть которую не может ни один из нас. Поэтому в Мир Вечной Жизни тебе придётся добираться самой.

– Но каким образом? – удивилась Оля. – Если даже после смерти не все люди там оказываются!

– Этого я не знаю! – снова фыркнул Ирбис. – Вы, люди, можете достигать таких высот, о каких нам, духам, и мечтать не приходится!

– А куда ты меня отправишь?

– В Область Сновидений. Ты не будешь нуждаться в пище, воде, отдыхе и сне, и только тень и отражение будут отличать тебя от духов.

Оля вдруг оробела и спросила у Ирбиса, как она сможет вернуться обратно.

– Тебе может помочь только Тот, Кто попрал ад. Найди Его.

Девочка перевела нерешительный взгляд на Ариэля.

– Да, это так, – грустно подтвердил дух воздуха. – Наша сила там не действует, и солнечный камень тебе уже не поможет. Будь осторожна: духи ада постараются помешать тебе, но ты – человек, и они ничего не смогут с тобой сделать, если ты будешь надеяться на Бога.

– Но я Его не знаю! Как мне на Него надеяться?

– Он знает тебя, и твоя жизнь в Его руках. Помни об этом всё время! Только надеясь на Него, ты спасёшься сама и спасёшь Маленького Лешего. Рассчитывая на свои силы, ты непременно угодишь в сети ада, который и будет действовать через тебя, подкидывая тебе греховные мысли и желания.

– Мне это трудно понять, – вздохнув, призналась Оля и спросила: – Мне можно уже идти?

Оба духа разом опустили головы и долго молчали.

Затем заговорил Ирбис, беспокойно мотая по полу пушистым хвостом:

– Нам тяжело отпускать тебя в мир, где опасности будут подстерегать тебя на каждом шагу. Ты идёшь туда, где мы бессильны и ничем не сможем помочь тебе. Отныне всё будет зависеть только от тебя. Жизнь твоя не во власти ада, однако чтобы погубить тебя, ад непременно будет использовать свои главные орудия: обман, искушение и насилие. Но ты не бойся: Тот, Кто попрал ад, всё видит. Он поможет тебе!.. Теперь ты можешь отправляться в мир духов.

Оля разжала ладонь, и солнечный камень, стукнувшись о хрустальный пол, откатился к Ирбису. Она приблизилась к духам и обняла одной рукой Ирбиса за мягкую пятнистую шею, а другой рукой с лукошком притянула к себе Ариэля, прижавшись на мгновение к его гладким перьям. Потом отпустила их и отошла к Хрустальной Стене. Ирбис топнул лапой, и девочка ощутила необыкновенную лёгкость в теле. Она улыбнулась друзьям и от души их за всё поблагодарила.

Хрустальная Стена растворилась, и перед ними возникло безрадостное морское побережье, вдоль которого за колючей проволокой стояли какие-то зачехлённые орудия с задранными к небу стволами.

– Иди, не бойся! – сказал Ирбис.

– И помни постоянно о Том, к Кому идёшь! – добавил Ариэль.

– Прощайте! – махнула рукой Оля и решительно шагнула в неведомый мир.

Глава вторая

ДЕМОН

Великая Змея величественно возлежала на чёрных шёлковых подушках, расшитых цветными нитями. На голове её поверх царского ромба была надета ещё маленькая жемчужная корона с прозрачной кисеёй, которая мягко спадала вдоль змеиной шеи, переходящей в чешуйчатое туловище. Недавно она сменила кожу и с удовольствием любовалась своим новым узором, переливающимся в свете факелов. Старая кожа, как и двадцать прежних – а меняла она их каждые сто лет, – висела в царском хранилище, где кроме них сберегались и другие кожи великих змей. Самой почётной реликвией в её хранилище была кожа первого змея-искусителя, от которого вели свой род все остальные змеи. Великая Змея очень гордилась своим происхождением и мечтала прославиться, подобно первому змею, каким-нибудь особенным злодеянием.

Довольная своим видом, погрузившись в тщеславные мечтания, она рассеяно слушала духов-доносчиков, регулярно докладывающих своей госпоже обо всех новостях её царства. Неожиданно на входе в царские покои возник дракон Оркус и, почтительно припав к полу, замер, только хвост его льстиво извивался. Великая Змея подняла кверху кончик хвоста, что означало требование тишины, и духи-доносчики смолкли.

– Говори, зачем пожаловал, Оркус! – велела Великая Змея. – Что-нибудь случилось?

– О да, ваше змеинство, – чуть слышно прошелестел Оркус и на брюхе пополз к трону. – В мир духов проник человек!

Великая Змея яростно выгнула шею и так сверкнула оранжевыми глазами, что стоящие рядом страшные духи затрепетали, а Оркус влип в чёрные плиты пола.

– Как это произошло? – свистящим шёпотом спросила Великая Змея. – Человек не мог сам попасть в мир духов. Кто ему помог?

– Гномы указали на Ирбиса. Это он разрешил девчонке пройти в наш мир через Хрустальную Стену, и теперь она направляется к Тому, Кто попрал ад, чтобы просить Его за Маленького Лешего.

– Опять эта девчонка! – в ярости прошипела Великая Змея. – Ирбис ответит мне за это!

– Он очень хитёр, – невольно извиваясь под пылающим взглядом царицы, сказал Оркус. – Ведь Закона Ирбис не нарушал: девчонка воспользовалась солнечным камнем!

– Каким образом камень оказался у неё?

– Она взяла его у Ирбиса, когда Маленький Леший привел её к нему, но вина здесь лежит на Маленьком Лешем, а этот пройдоха Ирбис перед Законом остался чист: сам он человеку не открывался.

– Но почему она вернула камень именно сейчас, когда Маленький Леший находится в заточении? Как она об этом узнала?

– Ирбис подговорил домового, и тот насоветовал девчонке вернуть камушек горному духу; однако в исключительных случаях Закон даже предписывает домовым показываться людям.

– Чтобы губить, а не помогать! – гневно воскликнула Великая Змея. – Это невыносимо! Подданные выходят из повиновения один за другим! И всё из-за какого-то Маленького Лешего! Он у меня за всё поплатится сполна! Придётся обратиться за помощью к Уриану.

– Уриан знает, – раздался вдруг из самого тёмного угла негромкий голос.

Великая Змея метнула туда оранжевый огонь своих глаз, и из темноты выхватился чёрный вихрь, превратившийся перед троном в юношу с чёрными гладкими волосами и чёрными же глазами. Чёрный бархатный костюмчик, состоящий из курточки и узких до икр штанишек, ладно сидел на его стройной фигуре, а пышный воротник-жабо ослепительной белизны кружевной сорочки красиво обрамлял миловидное лицо с тонкими чертами. Ноги юноши в белых чулках были обуты в чёрные туфли с огромными пряжками, а довершала наряд большая бриллиантовая брошь, приколотая к жабо возле шеи. На пальцах его сверкали перстни, и выглядел он необыкновенно изящно, нежно, похожий на розовый бутон, сходство с которым подчёркивал и алый румянец, и красные, точно кровь, губы.

– Что это за маскарад? – удивилась Великая Змея.

– Я воспользовался обликом пажа, жившего когда-то при французском дворе. Паж этот стал родоначальником колдовского рода. Знатные дамы были без ума от него, и парень мог бы сделать неплохую карьеру, но он слишком любил шикарно пожить, поэтому и закончил свои дни полубезумным стариком-пропойцей в отвратительном притоне. А ведь когда-то его любила сама королева!.. Судьбы людские непредсказуемы!

– Только не для ада, – с усмешкой заметила царица духов.

– Естественно, – тонко улыбнулся в ответ демон в образе юноши. – А сейчас я именно такой, каким был этот человек в свои пятнадцать лет, и имя наше Жак.

– Жак оказался достойным преисподней, но какое задание дал Уриан тебе?

– Я прислан помочь вашему змеинству справиться с девчонкой и наделён большими полномочиями. Если понадобится, то все духи преисподней в моём распоряжении, чтобы не позволить человеку найти Того, Кто попрал ад. В этом моя задача.

– Замечательно, – прошипела Великая Змея, прикрыв глаза. – Я не имею власти над людьми, я повелеваю природными духами, но Уриану известны слабости человеческой души, и он, конечно, может совратить её с истинного пути!.. В злобный час, мой мальчик, в злобный час!

– Прощайте, – сказал демон, но Великая Змея задержала его взмахом хвоста.

– Постой! Я хочу знать, что ты собираешься предпринять, чтобы погубить девчонку?

– Я окружу её искушениями, самыми сильными для неискушённого сердца, и вытравлю из него образ Маленького Лешего. Девчонка может идти, только пока любит и стремится спасти своего дружка, но, предав его, она падёт и никогда уже не выберется из Мира Смерти!

– Это будет трудно сделать, – задумчиво заметила Великая Змея. – Я пыталась запечатать её сердце своим клеймом, но она вырвала его и выбросила!

– В адском арсенале не только насилие, – хищно улыбнулся демон. – Есть средства и похитрее, особенно рекомендуемые для наивных душ!.. До встречи, ваше змеинство!

Демон исчез, словно и не появлялся, а Великая Змея, отослав слуг, свернулась кольцами на многочисленных подушках.

«Это всё не так-то просто, – снова прикрывая глаза, подумала она. – И если не удастся погубить девчонку, то нужно хотя бы задержать её, пока не окончится срок заточения Маленького Лешего!»

…Перешагнув границу Хрустального Сада, Оля ступила на мелкий, точно пыль, серый песок и пошла вдоль моря. Она с удивлением разглядывала громоздкие зачехлённые орудия за колючей проволокой, стоявшие по всему побережью насколько хватал глаз. Девочке никогда ещё не приходилось видеть так много военной техники сразу. Оля не могла сказать, что это были за орудия, но вид их вызывал тревогу, поэтому она решила лучше смотреть на море. Небо над ней было свинцово-серое, очень низкое и какое-то сумеречное, как будто скоро должна была наступить ночь. Морские волны вяло накатывались на песок и выглядели такими неприветливо-холодными, что не хотелось даже мочить пальцы. Пройдя совсем немного, девочка увидала людей, стоявших по колено в воде и ловивших рыбу прямо руками. Она остановилась неподалёку и стала за ними наблюдать. Люди, однако, совсем не обращали на неё внимания.