скачать книгу бесплатно
И кто спешит сегодня на свиданье.
Кому тебя увидеть повезло?
И было грустно сирым и бездомным,
И говорить хотелось нам о том,
В мирах иных, в пространства невесомых
Душа парила, позабыв про дом.
«И ливень над городом сонным рокочет…»
И ливень над городом сонным рокочет,
Смывая следы всех утрат и потерь,
И кто-то поверить упорно не хочет,
И в прелести жизни, и в ужас смертей.
А с неба вода обреченная льется.
Уходят чужие, промокнув до нитки,
И бес в небесах так задорно смеется,
И даже цветы, распустившись, поникли.
Все стихло, и снова грохочет, и снова
Перун в колеснице по небу несется.
А город омытый красив и взволнован,
Он словно от спячки внезапно проснется.
Тяжелые, серые, мрачные тучи,
И лето как будто уже на закате,
Перун о себе нам напомнит и лучше,
Его не гневить, если выдержки хватит.
И кто-то скулит о распятом напрасно,
Наш бог в колеснице проносится мимо,
Мы слышим его, и в грозе он прекрасен,
Но ливень стихает, все кончится миром.
Пред ним отступают все боги чужие,
Никто устоять не посмеет Перуне,
И бабочки счастья над нами кружили,
И он воскрешал нас и сильный, и юный
«И тьма, дождем умытая к рассвету…»
И тьма, дождем умытая к рассвету,
Готовилась сменить свой страстный пыл,
И пенье птиц к нам доносились с ветром,
Который этот мир ласкал строптивый,
День наступал, и не было причины,
Все это не любить в рассветный час,
Какие-то угрюмые мужчины
Прошли в тот миг, не замечая нас,
Мы были так легки и вдохновенны,
Что их печали отлетели прочь.
И кажется одни во всей вселенной
Благодарили этот дождь и ночь.
И никого нигде, за поворотом
Приветствовал нас вновь городовой,
Художник странный окликал кого-то,
И увлекал в те грезы за собой.
На Любинском свобода и прохлада,
И дышится, и пишется легко,
И свет в июле, и пока не надо
Нам обряжаться в осени оковы.
Но август суетится у порога,
И надо привыкать к иным мечтам,
Любаша смотрит ласково и строго,
На все, что вечный город дарит нам..
«В черном небе сходились тучи…»
В черном небе сходились тучи,
Надвигалась на мир гроза.
И последний погаснет лучик,
Когда ты посмотришь в глаза.
И уйдя, ничего не скажешь,
Словно мы не знакомы век,
И рисунок последний смажет
Живописец, и мир померк.
Постою, и расправив плечи,
Я пойду в этот ливень, там
Станет радостней, станет легче,
По твоим мне пройтись следам.
Город дышит ночной прохладой,
И рокочет во мраке гром,
Возвращаться ко мне не надо,
Жили прежде и проживем.
Ты мосты сжигаешь упрямо,
Вот и пусть они там горят,
В черном небе играет гаммы
Не рожденный нас сын, манят
Нас незримые звезды снова,
И стихает во мгле гроза.
И пойму бытия земного
Философию я тогда.
Мне с небес улыбнется Лада,
Бросит радугу в тьму ночей,
Возвращаться ко мне не надо,
Ты не мой теперь, ты ничей.
«И город от праздника дико устав…»
И город от праздника дико устав,
Так быстро в тиши засыпает,
Легко отражается в бликах зеркал,
И нас по домам провожает.
У Тарских ворот все еще кутерьма,
Там тени ушедших до срока,
И только в тумане растают дома,
И лишь силуэты у окон
Мы шли и смеялись куда-то во мрак,
И были любимые с нами,
И голос внезапно возникший и знак,
Тревожно и здесь временами.
И Любочка так же сидит в тишине,
Князь Петр уйти попытался,
Но что-то Феврония скажет и мне,
И он усмехнувшись остался.
В тиши площадей постовые стоят,
И смена опять не приходит,
Салюты над городом сонным летят,
Здесь праздник гуляет сегодня
О, эта тайна неслучайных встреч7 ноября
О, эта тайна неслучайных встреч,
Когда все зыбко в городе осеннем,
И сбивчива отрывистая речь,
И кажется, что это лишь везенье,
Видения иного бытия,
Где были мы до срока не знакомы.
На Тарской вдруг мелькнула тень твоя,
Чтоб молча проводить меня до дома.
На стадионе ты болел за нас,
Пока от счастья и голов вопила…
Со всей ареной, только свет погас,
Тогда прозренье в душах наступило.
Когда душа светилась от любви,
И согревало легкое дыханье
Я слушала во мгле стихи твои,
Я белый вальс с тобою танцевала.
А город спал, встречая миражи —
Несозданные гением картины.
Я поняла, что так прекрасна жизнь
В объятьях восхитительных мужчины.
На правый брег от левого спеша,
Боясь хотя б ладонями коснуться,
Мы всматривались в глыбу Иртыша,
Я так боялась в этот миг проснуться.
Не верила, что это был не сон,
И понимала, что опять летаю.
Шел первый снег, снежинок этих сонм,
Тепла коснувшись, в наших душах таял.
И сбивчива отрывистая речь,
И кажется, что это лишь везенье,
О, эта тайна неслучайных встреч!
Когда все зыбко в городе осеннем.
В золотых тонах утонет. Осень идет
В золотых тонах утонет
Город, в осень окунувшись.
А художник кисть не тронет,
Лишь посмотрит улыбнувшись,
И метафорою дышит,
Словно в юности когда-то,
Он увидит, он услышит
Все грядущие утраты.
В лунной полночи проснется,
И напишет ту картину,
Где бессильно будет солнце,
Духи снова лес покинут.
И забытые сказанья,
Обретая снова силу
С нами будут на прощанье,
Так отчаянно красивы.
Велес лес и дол обходит,
Уведет в туман Купалу,
В золотых тонах утонет
Дивный мир, и не пристало
Нам жалеть цветы и песни,
Летний жар нас оставляет,
Но останемся мы вместе,
Там, где осень управляет
Этим миром и душою.
И рождаются сказанья,
На холсте и за чертою
Дней иных очарованье.
Пушкин Болдинской дорогой,
Прямо к небесам стремится,