скачать книгу бесплатно
Он буквально млел от созерцания этого ветреного чуда. Шалунья вызывала шквал эмоций, а ещё ощущения, сходные с теми, которые иногда Сергей испытывает по ночам. Внизу живота разлилась приятная тяжесть и пульсирующее тепло.
Не отрываясь от чудесного представления, Сергей купил ещё одно эскимо, несколько разноцветных шаров и зачарованно стал приближаться к плясунье. Хотелось разглядеть её поближе, увидеть черты лица, цвет и выражение глаз.
Понравилась она юноше или нет, спрашивать бессмысленно. Девушка вызывала чувственный восторг, не требующий вопросов и ответов. Это точно была она, та девушка, с которой ему обязательно нужно познакомится.
Даже если не понравится ей.
Разве он плох?
Рассматривая себя в зеркале, Сергей непременно отмечал привлекательные черты лица. А свойства характера, страх, который никак не удаётся изжить… наверно это поправимо. Говорят, любовь может совершать настоящие чудеса.
Конечно, это лишь мечты и намерения. Сейчас будет видно, насколько заколдовала его маленькая танцовщица, превратится ли он в сказочного принца.
Юноша подошёл вплотную, дождался завершающего пируэта. Девочка была великолепна. Причём, вблизи ещё привлекательнее.
Густые рыжие волосы, разметавшиеся по плечам, очень яркие. Белоснежная кожа. Очаровательные брызги веснушек на щеках под глазами, отливающими зеленью. Обворожительная улыбка, слегка припухшие девственные губы. Очень выразительное кукольное личико. Подвижная мимика.
Возможно, девушка прекратила движение, поскольку заметила его, или к тому моменту иссяк заряд вдохновения. Во всяком случае, она обратила на Сергея внимание.
Сердце его стучало вразнобой, пытаясь выпорхнуть за пределы грудной клетки, но голова сохранила контроль и власть над потрясённым небывалым смущением телом. Сергей медленно подошёл к девушке и без слов протянул мороженое.
– Это мне? Не представляете, я так хотела вкусного и сладенького, но, ни одной копейки в кошельке. Вру-вру, и меня и кошелька с собой нет. Как вы угадали моё желание, работаете добрым волшебником. Меня Ива зовут. Правда, странное имя для девушки.
– Вам подходит. Такая стройная, гибкая, Ива. Ива… как странно, а я так боялся к вам подойти. Это тоже тебе, то-есть вам, Ива, – Сергей протянул связку шариков, вызвав неподдельный восторг, – почему у вас так необычное имя?
– Мама сказала, это означает егоза, непоседа. Я на самом деле такая. Может быть, не зря так назвали. Не могу усидеть на месте. Вечно меня куда-нибудь заносит, постоянно попадаю в историю. Потому, что я торопыга. Мама меня так и называет, Авария. Я с ней согласна на все сто. Ты почему мороженое не ешь? Давай мне, если не хочешь. Я могу хоть пять штук слопать.
– Давай я тебе ещё куплю. У меня деньги есть. Не поверишь, но я пришёл в парк, чтобы с тобой познакомиться.
– Врёшь же, я никогда раньше тебя не видела. Подкатываешь, хочешь предложить встречаться? А я согласна. Ты мне даже немножко понравился.
– Я ведь не вру. То есть, не совсем. Специально пришёл, чтобы познакомиться с девушкой, которая меня очарует. Знаешь, я очень застенчивый. Ты первая девушка, с которой я смог заговорить.
– Ну, ты даёшь! Так я тебе и поверила. Подошёл такой, весь из себя робкий, смущается и мороженое сразу девушке суёт. Ага! Может быть, ты всех девчонок на такую приманку цепляешь? Вижу-вижу, какой ты ловелас. Только я не такая. Если хочешь по-хорошему встречаться, пожалуйста, а если дурные мысли в голове – проваливай подобру-поздорову. Если вздумаешь обидеть меня, даже не надейся. У меня знаешь папа, какой? Он тебя из-под земли достанет… в порошок сотрёт. Ладно, давай не будем ругаться. Между прочим, ты даже не представился. Это некультурно.
– Сергей. Я так понял, мы уже друзья, разговариваем на ты, правильно?
– Допустим. Так чего насчёт мороженого? Обещал.
– С удовольствием. Пошли, купим ещё. Хочешь на лодке поплавать?
– Конечно, хочу. Чего спрашивать? Ну, куда побежал! Подружку положено за руку вести, или под ручку. Неуч.
– А можно?
– Ты случайно не с другой планеты прилетел? Может, и целоваться разрешение будешь спрашивать? Вот умора! Я от тебя угораю. Чисто дитя. Дружить, так дружить. Мы ведь с тобой не маленькие. Мне, например, уже семнадцать. И вообще, Серёжа, ты в курсе, сколько лет было Джульетте, когда у неё трагическая любовь с Ромео случилась? Не знаешь. Ей ещё даже тринадцати не было, а какая любовь! Думаешь, они не целовались? Ещё как целовались. А ты… целоваться-то умеешь? Чего засмущался! Ну, правда, как девочка. Вот, даёт. Я от тебя тащусь. Ладно. На лодке, говоришь? Поехали. Там и будем учиться целоваться. Ты как?
– Про лодку? Поехали.
– Я про любовь. Ты готов признаться мне в любви, жить и умереть ради любимой?
– Да! То есть, нет. Мы даже не знаем друг друга.
– Узнаем, научимся. Не дрейфь, ты со мной. Если чего не поймём, я у мамки спрошу. Она у меня всё знает. Так признаёшься или нет? Правда, застенчивый ты какой-то, нерешительный. Мужчина должен быть отважным и совершенно бесстрашным. Вдруг тебе придётся меня от бандитов спасать?
– Ива, как же я тебе могу признаться в любви, если не знаю, что это такое?
– Не придуряйся. Ты что, книжек не читаешь? Там всё обстоятельно расписано. От и до…
– Извини, Ива, а где ты всё это читала, я, например, ничего такого в книжках не нашёл.
– Плохо искал. Да что я тебе азбуку объясняю? Начнём с азов. Будем учиться обниматься и целоваться. Всерьёз. Но сначала я должна убедиться, что ты меня любишь.
– Ивочка, давай не так быстро. Разве мы куда-то торопимся?
– Так можно всю жизнь по ветру пустить и ничего не узнать. Учись мгновенно принимать решения и будь готов их исполнять. Ты же мужчина, Сергей. Придётся, например, быть главой семьи, нести ответственность за всё, а ты тени своей боишься. Вот и начинай, покажи серьёзность намерений, желание и способность стать лидером. Сколько ты детей планируешь?
– Нисколько. Пока, только познакомиться хочу, узнать друг друга, посмотреть в глаза, почувствовать взаимное притяжение, если оно есть. Понравиться, может быть даже влюбиться. Потом, когда перестану девчонок бояться.
– Так ты ещё не влюбился! Та-ак, смотри мне в глаза, что там видишь? Вот… видишь любовь и доверие. Со мной не пропадёшь. я умная. А детей у нас будет двое. Нет, трое. Двое могут эгоистами вырасти. Две девочки будут, помощницы, и один мальчик. Сына назовём Рома. Мне это имя очень нравится. Сергей, тоже ничего, но ведь у нас уже один есть. А девочки будут Вика и Анжела. И не спорь. Женщины лучше знают, как называть детей. Мне ведь рожать, не тебе. Мамка говорила, что рожать очень больно. Значит, женщине за терпение положены привилегии. Ну, это мы потом договоримся…
– Ива, ты меня совсем заговорила. Идём кататься или нет, там поговорим
– А чего мы там не видели. Нечего даром деньги тратить. Вон сколько скамеек. Мы и здесь можем тренироваться. А ты, Серёга у меня самый настоящий красавчик. Только не вздумай изменять. У меня, знаешь, характер какой, ни за что не прощу.
– Теперь знаю. И про папу, он ведь если что из-под земли достанет, и в порошок сотрёт.
– Именно. Слушай, Серёжка, я тебе про любовь, все карты перед тобой раскрыла, детей готова родить, а ты даже не сказал, как ко мне относишься. Это не честно.
– Хорошо я к тебе отношусь. Очень хорошо. И нравишься ты мне. Всю жизнь о такой подружке мечтал. Когда гляжу на тебя, у меня всё внутри замирает. Но, прошу тебя, попридержи коней, не гони. Я за тобой не поспеваю. Мы ведь знакомы с тобой всего полчаса, а ты уже двадцать лет прожила. Тебе лет-то сколько?
– Сколько есть – все мои. Не уходи от ответа. Если ты такой несерьёзный, какой мне прок с тобой дружить. Я ещё не целовалась ни разу, а ты…
– Всё, уговорила, давай целоваться, а то у меня от твоего щебета голова кругом идёт. Научить обещала.
– Да я, если честно, сама не умею. Ртом нужно целоваться. Берёшь меня ласково за голову, прижимаешь к себе, засовываешь язык в рот… только слюни не пускай. Не люблю. Начинай. Я уже глаза закрыла. Ой, щёкотно. Ы-ы-ы…
– Серёжка, пусти. Что-то мне жарко стало, и сердце стукотит. Наверно что-то не так делаем. Дай, я сама. Только глаза закрой. Не люблю, когда за мной подглядывают.
Глава 4
Любви не свойственна умеренность или постепенность. Она врывается в мозг и тело, как стихийное бедствие, заполняя человека целиком, от кончиков пальцев, которыми ты прикасаешься к любимому, до последнего волоса на голове.
Ей подвержены все до единого органы, которые питаются через кровеносную систему заразившегося столь сладостной хворью человека. Спустя мгновения всё тело превращается в любовь. И нет от неё спасения. Да и нужно ли оно? Разве же кто-нибудь добровольно откажется от этой напасти? Напротив, молятся на неё, призывают, ищут и ждут.
Если она пришла, даже нежданно и непрошено, наслаждайся. Ты избранный.
Любовь вынуждает ей подчиниться, ибо природа сильнее любого из нас. У неё миллионы лет эволюции и несчётное число подопытных особей.
Она порабощает, заставляя служить себе верой и правдой, но, нет желающих избавиться от этой зависимости. Вначале любовь захватывает контроль над мыслями и чувствами, делая человека мягким, податливым, словно пчелиный воск. Затем, лишает разума, посылая видения и галлюцинации. Тогда нам кажется, что любимый – единственный, исключительный, неповторимый, и нет на всём белом свете прекраснее и лучше его.
Несмотря на неожиданные и необычные черты характера Ивы, Сергей растаял после первого же поцелуя и больше не спорил с девушкой. Неожиданно он понял, что ему нравится в ней всё, включая самоуверенность, говорливость, даже стремление к лидерству.
Ну и пусть, думал он. Зато, какая она прекрасная. Дотрагиваясь до её губ, Сергей чувствовал, как по всему телу прокатывается волна блаженства. Да за одно прикосновение к бархатной коже можно её полюбить навеки.
Не зря Ива торопила события, стараясь попробовать все сладости любви разом. Скорее всего, это пресловутая женская интуиция. Девушки умеют восторгаться яркими, кипучими эмоциями, приумножая их непревзойдёнными экзальтациями, накручивая и развивая их силу многократно.
Из маленькой искорки симпатии они способны разжечь целый костёр, в котором готовы сгореть заживо сами и спалить всё вокруг.
Несколько часов назад они совсем небыли знакомы, а теперь не способны оторваться друг от друга, облизывая языки и губы торопливо, настойчиво, увлечённо. Ива даже забыла, что очень не любит, когда её слюнявят.
Девочка с наслаждением пили нектар из Серёжкиных уст, перемежая нежное кошачье мурлыканье со страстными стонами. Любовники, сложно эту сладкую парочку назвать иначе, не замечали проходящих мимо людей, чмокали, прихлёбывая из чаши любви, прижимаясь всё крепче и становясь ближе.
Не знаю, как насчёт Купидона, который охотится на девственников, но кто-то явно умеет стрелять без промаха. Неужели любовь с первого взгляда существует на самом деле? Глядя на ребят, в это вполне можно поверить.
Страсть захлестнула их с головой, не оставив ни одного шанса её избежать.
Самое странное, что болтливость Ивы как рукой сняло. Теперь они обнимались молча..
Девушки, как зеницу око берегут сокровенные границы интимной неприкосновенности. И уж коли дозволяют приблизиться к девственной тайне с самого краешка, то и всё прочее через небольшой промежуток времени станет открытым для посещения.
Ива сама клала его руку на грудь, требуя сжимать и гладить налитые яблочки, закатывая при этом глазки, дрожа всем телом. Первый интимный опыт, даже такой незначительный, самый сладкий. Расстаться невозможно.
Сергей постепенно, но довольно быстро, вошёл во вкус. Вот он уже пробует на язычок нежный рогалик её чувствительного ушка, вызывая не сильные, но ощутимые конвульсии. Любопытство заставляет путешествовать дальше, исследуя медовую сладость чувствительной кожи на шее девушки. Ива щурится, покрывается мурашками и испариной.
Нежная кожа на шее окрашивается красным. Она сжимает тело Сергея до хруста, испытывая наслаждение и радость от каждого нового участка кожи, до которого юноша дотрагивается языком или пальцами. Она счастлива, как никогда прежде.
Каждый миллиметр тела испытывая неизведанное удовлетворение. Разве могла она предполагать, что обычные прикосновения могут сводить с ума? Это казалось немыслимым, но Ива действительно поплыла. В прямом и переносном смысле. Она чувствовала, как внизу живота растёт напряжение, а ведь это был первый в её жизни интимный опыт.
Казалось бы, неприятный прецедент, но она блаженствует, испытывая восторг, просит не останавливаться, сжимает с наслаждением бёдра, ощущая, как внутри что-то разбухает и пульсирует, усиливая чувствительность кожи. Это сказочное наслаждение нескончаемо. Оно заводит окончательно, но внезапно требует завершения, вызвав продолжительные спазмы, вводя девушку в оцепенение.
– Всё, всё, всё… миленький мой Серёженька, прекрати, остановись. Просто прижми меня. Скажи что-нибудь хорошее, доброе.
– Я тебя люблю, Ива! Я очень-очень тебя люблю! Ты даже представить себе не можешь, как я тебя люблю! Ты моё счастье, моя судьба, моя жизнь. Твои рыжие волосы сводят меня с ума.
– Ещё! Пожалуйста. Говори, не останавливайся.
– Ива, Ивочка. Ты подарила мне самую большую радость. У меня теперь есть ты, мне больше никого и ничего не нужно. Я буду любить тебя всегда. И да, я согласен, чтобы ты родила мне троих ребятишек.
– Говори ещё. Мне так хорошо с тобой. Милый, единственный, родной.
– Мы с тобой теперь никогда не расстанемся. Чтобы ни случилось. Вот только…
– Что, Серёженька?
– Мне восемнадцать. Через год я закончу учиться в техникуме, и меня заберут в армию. Ты устанешь так долго ждать.
– Это же ещё когда. У нас с тобой целый год впереди. Мы родим замечательную девочку. Это будет Вика. Мы с ней вместе будем тебя ждать. Ты же сам сказал, что любить будешь вечно. Поцелуй меня. Уже совсем стемнело. Пора домой. Проводишь меня?
– Спрашиваешь. Да я теперь с тобой хоть на край света. Если захочешь, буду возле твоей двери на коврике спать, охранять твой покой. Хочешь?
– Нет, не хочу. Спать нужно в кроватке. Как жаль, что мне ещё нет восемнадцати. Не могу оставить тебя у себя дома. Родители не поймут. Но, отныне я полностью твоя, любимый мой, Серёженька. Кажется, сегодня я не смогу заснуть. Буду думать, о тебе. И мечтать о встрече. Ты такой нежный. А говорил, целоваться не умеешь. Обманщик. Наверно всех девчонок в классе перецеловал. Ладно, я не ревную. Нисколечко. Теперь ты только меня будешь целовать. И любить тоже только меня. Побежали скорее, пока совсем не стемнело.
Впопыхах ребята не договорились о встрече, слишком долго прощались. Никак не могли расстаться, целуясь и обнимаясь ещё раз, потом последний разочек, минут сорок подряд.
Серёжа летел домой на крыльях любви. Дома ждала рассерженная мама. Он ей сходу признался.
Ангелина Павловна не знала, радоваться ей или горевать. Молодой ведь совсем. Понятно, что время пришло. Не рано ли?
А ну как ребёночек получится? Хотя, она с удовольствием понянчится с малюткой. Хоть какое-то развлечение, чтобы скрасить неприкаянное одиночество. Надо же. Она и не заметила, как сын вырос. Влюбился. Почти мужчина.
Всё-таки это хорошая новость.
Серёжка проснулся ни свет, ни заря. Если бы жили в деревне, можно было бы сказать, с петухами. Ночью ему снилась Ива с большущим животом. Они лежали на одной огромной кровати в одежде и целовались, но живот ужасно мешал.
На простыне опять появились липкие пятна. Пришлось её застирывать. За этим занятием и застала его мама. Серёже было ужасно стыдно. Он прятал глаза, а мамка улыбнулась и сказала, что скрывать больше не нужно. Это нормальная физиология созревшего юноши, что совсем не стыдно. У всех в этом возрасте такое регулярно случается.
Сергей быстро поел и побежал к дому Ивы, боясь её упустить. Было раннее утро, промозглое, прохладное и зябкое. Он сел на скамейку у подъезда. Ждал-ждал и заснул, сам не понимая как.
Разбудила его Ива.
Она тоже переживала и мечтала о любви, испытывая, время от времени, уже знакомые со вчерашнего дня ощущения от одного лишь представления, как Сергей её ласкает. Однако реальные прикосновения и жаркие поцелуи были гораздо чувствительнее воображаемых ласк.
Девушка вылетела из подъезда, намереваясь бежать в парк, но увидела на скамейке спящего Сергея.
Маленькое сердечко забилось от нежданной радости. Она скакала вокруг скамейки, повторяя подобие того танца, что исполняла на набережной, не желая его будить и одновременно думала, что сделать, чтобы он скорее проснулся.
Наконец она напрыгалась и решила, что самое лучшее средство, способное вернуть юношу в состояние бодрствования, это поцелуй в губы.
Претворить это действие в жизнь ей не удалось. Сергей почувствовал запах возлюбленной, эту потрясающую смесь сладких фруктов и пряных трав.
Всего один продолжительный поцелуй, и ребята побежали вприпрыжку, как бывало в детстве, в сторону парка. Они сгорали от нетерпения, испытывая муки неудовлетворённой страсти, но терпели. Слишком уж много любопытных глаз вокруг.
У пруда их никто не знает. Можно обниматься хоть до потери пульса. Они держались за руки и скакали, то на одной ноге, то на другой. Вместе было замечательно. И очень весело. Какая же всё-таки прекрасная штука – жизнь, особенно если у тебя есть любимый.
Свободного времени было много. Ребята полностью проводили его вместе, не в силах насытиться общением. Если они не целовались, то говорили, рассказывая каждый о своём, переживая или радуясь. Им совсем не было скучно, даже когда хотелось просто помолчать, глядя с обожанием в глаза.
Незаметно пролетел целый месяц, целиком и полностью посвящённый любви. Наступил сентябрь. Сергей приступил к занятиям в техникуме, Ива много времени проводила в аудиториях института.
Тем для разговоров стало больше, а времени на любовь оставалось совсем немного. Страсти немного поутихли. Они уже представились тем и другим родителям, запросто бывали друг у друга в гостях.
Время от времени Ива заводила разговор о свадьбе. Не столь эмоционально как в первый день их знакомства. Она прекратила ребячиться, неожиданно превратившись из девочки в девушку. Ей стало интересно, как должна выглядеть настоящая женщина, как себя вести, о чём думать и как поступать. Все интересующие её вопросы была выложены на женских сайтах, которые стали информаторами и советчиками девушки.
Характер Ивы изменился, но Сергей этого не замечал. Она всё равно была лучшей девушкой Вселенной.
Что бы она ни делала, устраивало его целиком и полностью. Девочка и должна быть кокетливой, обидчивой и немного капризной, считал он, уступая ей во всём.
После прогулки в парке они сидели дома у Сергея, потому, что внезапно пошёл дождь, неожиданно осенний, с порывистым ветром, срывающим с деревьев листву и даже ветви. Прибежали промокшие, но счастливые. Пришлось раздеваться, сушить вещи утюгом.