скачать книгу бесплатно
Питер взглянул на нее и не очень уверенно спросил:
– Вы никогда не думали опять выйти замуж, хотя бы ради дочерей?
– Не уверена, что хочу этого: брак не для меня, – и, надеюсь, девочки уже поняли это. Раньше, когда были поменьше, они постоянно спрашивали, почему у них нет папы, и я чувствовала себя виноватой, однако теперь, когда я им объяснила, что лучше уж жить одной, чем с кем попало, смирились. Наверное, хотя стыдно в этом признаться, я ужасная собственница: не представляю, как могла бы с кем-то делить моих девочек.
– Это понятно, ведь долгое время вы жили одни.
Мелани откинулась на сиденье и посмотрела на него:
– Дороже Джессики и Валерии у меня ничего нет в жизни. Они замечательные.
Наконец они доехали до фешенебельного района Беверли-Хиллз, всего в двух кварталах от знаменитой Родео-драйв, и остановились. Мелани огляделась и увидела вывеску бистро «Гарденз». Питер предложил ей руку, и они направились во внутренний дворик ресторана, скрытый от посторонних глаз цветущим кустарником. Ленч был в полном разгаре. Среди публики Мелани заметила несколько знаменитостей, потом неожиданно обнаружила, что взоры кое-кого из посетителей прикованы к ней самой. Вот две дамы, прикрыв рот ладошкой, что-то возбужденно шепчут третьей, а на лице метрдотеля медленно расплывается улыбка.
– Здравствуйте, доктор. Добрый день, мисс Адамс, рад вас видеть.
– Вас всегда узнают? – вопросительно посмотрел на нее Питер.
– Не всегда: все зависит от того, где нахожусь. – Мелани бросила взгляд на переполненный ресторан, где собирались на ленч сливки общества, и улыбнулась Питеру. – Это похоже на обход пациентов в больнице, где все смотрят на доктора Галлама.
– Вот уж никогда не замечал! – рассмеялся Питер, а вот интерес, с каким смотрят на Мелани, не заметить было невозможно.
– Прекрасное место. – Она вдохнула весенний аромат и повернулась лицом к солнцу. В Лос-Анджелесе было совсем как летом, и она наслаждалась неожиданным отдыхом в этом райском уголке. – Спасибо, что привезли меня сюда.
Он с улыбкой откинулся на спинку стула.
– Я подумал, что кафетерий не совсем то, к чему вы привыкли.
– Да бросьте! Чаще всего я перехватываю что-нибудь на бегу, потому что нет времени сесть и спокойно поесть, не то что пообедать в модном ресторане.
– Тут мы с вами похожи.
Он усмехнулся, и Мелани удивленно подняла бровь.
– Вы, похоже, полагаете, что мы трудоголики, доктор? Таков ваш диагноз?
– Подозреваю, что так, но мне кажется, что мы вовсе не хотим лечиться: такая жизнь нас вполне устраивает.
– Да, вы правы, – улыбнулась Мелани и впервые за последние два года почувствовала умиротворение.
В ожидании заказанных блюд она незаметно рассматривала его и с удовлетворением пришла к выводу, что ей очень нравится его стиль.
– Вы сегодня вернетесь в больницу?
– Конечно, нужно провести еще кое-какие исследования у Патти Лу.
Мел нахмурилась.
– Завтра трудный день?
– Операция для нее – единственный шанс, и мы постараемся сделать все возможное, чтобы она перенесла ее безболезненно.
– И вы по-прежнему надеетесь, что можно устранить пороки без пересадки?
– Другого выхода нет: доноров для детей слишком мало, и можно прождать месяцы, а то и годы. У нас этого времени нет.
– Питер, а почему вы используете только клапан животного? Разве нельзя пересадить сердце целиком?
– Ни в коем случае! Немедленно произойдет отторжение. Медицина пока не до конца не изучила тело человека: многое остается загадкой.
Она кивнула.
– Я надеюсь, вам удастся помочь ей.
– Я тоже надеюсь на это.
Мелани покачала головой, охваченная едва ли не благоговейным трепетом перед тем, что он делает.
– Это просто поразительно: вы как волшебник, а ваши операции похожи на чудо.
Мелани внимательно посмотрела на Питера и добавила:
– Это замечательно – заниматься любимым делом, не так ли?
Он улыбнулся: похоже, каждый из них был на своем месте и ей работа тоже приносила радость и удовлетворение.
– Ваша жена работала? – вдруг спросила Мелани.
– Нет, – покачал он головой. – Анна любила заниматься домом, заботилась о детях. А ваши дочери не ропщут из-за того, что мама так занята?
– Случается, но не часто: мое появление на телеэкране производит впечатление на их друзей, и это им нравится.
Питер улыбнулся: это производило впечатление даже на него.
– Представляю, что будет, когда мои ребята узнают, с кем я сегодня обедал.
Времени больше не было. Питер расплатился за обед, и они с сожалением поднялись, вынужденные прервать приятную беседу. Когда сели в машину, Мелани потянулась и мечтательно проговорила:
– Здесь уже настоящее лето. Вот бы сейчас к морю, поплавать, расслабиться, позагорать.
– А где вы обычно проводите отпуск, Мел? – спросил Питер, включая зажигание.
– Мы все вместе ездим на Мартас-Винъярд.
– А что там?
Она прищурилась, взявшись рукой за подбородок, и мечтательно проговорила:
– Это похоже на возвращение в детство. Можно представить, что находишься на необитаемом острове, весь день ходить в шортах и босиком, проводить время на пляже. Я люблю это место, потому что могу там расслабиться, мне ни на кого не надо производить впечатление, нет необходимости встречаться с теми, кого видеть не хочется. Обожаю просто валяться и бездельничать. Мы проводим там, как правило, два месяца.
– Вы можете такое себе позволить? – удивился Питер.
– Да, теперь это внесено в мой контракт, а раньше мне полагался месяц.
– Вам можно только позавидовать: мы ездим в Аспен, да и то я могу побыть с детьми максимум пару недель.
– Вам очень понравилось бы на Мартас-Винъярде! Это волшебное место.
Это прозвучало многообещающе, и Питер впервые посмотрел на спутницу с чисто мужским интересом. Оказывается, ее волосы блестят на солнце и отливают медью, а таких изумрудных, с золотыми искрами глаз он никогда раньше не видел. Его вдруг охватило забытое волнение. Проведенные вместе часы сблизили их, и это вызывало беспокойство. Ему показалось, что он предает Анну, позволив себе обратить внимание на другую женщину.
Когда они вышли из машины и направились в больницу, Мел почувствовала, что между ними пробежал холодок.
Глава 5
На следующее утро Мел встала пораньше и сразу отправилась в больницу. Мать Патти Лу уже сидела возле палаты, и она опустилась на стул рядом с ней. Операция была назначена на семь тридцать.
– Хотите, я принесу вам кофе, Перл?
– Спасибо, не надо, – произнесла женщина, слабо улыбнувшись. – Я хочу поблагодарить вас, Мел, за все, что вы сделали для нас. Мы не попали бы сюда, если бы не вы.
– Это не моя заслуга, а канала.
– Нет-нет, не скромничайте. – Глаза негритянки наполнились слезами.
– Я могу еще чем-то помочь? – Мел дотронулась до ее плеча, но она отвернулась.
Спустя десять минут в холл с деловым видом вошел Питер Галлам и, поздоровавшись, скрылся в палате Патти Лу. Минуту спустя оттуда раздался тихий плач, и Перл Джонс вся напряглась, прошептав:
– Сказали, чтобы я не входила, пока малышку готовят.
У нее дрожали руки, и она принялась комкать мокрый от слез платок, поэтому Мел обняла ее за плечи и твердо сказала:
– Все будет хорошо. Держитесь.
Как только она это произнесла, дверь открылась, и медсестры вывезли на каталке девочку. Питер Галлам вышел следом. Перл взяла себя в руки, быстро смахнула слезы и, наклонившись, поцеловала дочь.
– Я люблю тебя, малышка. Все будет хорошо.
Питер Галлам улыбнулся им обеим и ободряюще коснулся плеча Перл, быстро взглянув при этом на Мел. На миг между ними как будто пробежал электрический разряд, но уже в следующее мгновение доктор переключил свое внимание на Патти. Девочка пребывала в полудреме после инъекции, поэтому окинула их затуманенным взором и смежила веки. Галлам сделал знак сестрам, и каталку повезли через холл к лифту, чтобы подняться на этаж выше в операционную. Питер держал Патти за руку, а Мел и Перл шли за ним следом.
– О боже! – воскликнула негритянка, когда двери лифта закрылись, и женщины надолго припали друг к другу.
Время, казалось, остановилось. Коридор был исхожен вдоль и поперек, картонным стаканчикам из-под черного кофе уже не хватало места в мусорном баке, и вот появился Питер Галлам. Мел, затаив дыхание, посмотрела ему в глаза, а женщина, сидевшая рядом, застыла на стуле, парализованная страхом, не решилась подойти.
– Операция прошла успешно, миссис Джонс. Патти Лу чувствует себя хорошо.
Перл задрожала и с рыданиями бросилась к нему.
– О боже… мое дитя… Спасибо, доктор!
Питер Галлам улыбнулся:
– Конечно, еще слишком рано говорить о конечном результате, но пока все идет в штатном режиме.
Ноги у Мел подкосились, и она рухнула на стул. Эти четыре с половиной часа, пока шла операция, показались ей самыми долгими в жизни: она искренне переживала за судьбу девочки. Питер сел рядом с ней, накрыл ее руку своей крупной ладонью и постарался успокоить:
– Ну-ну, все уже позади. Как насчет интервью сегодня во второй половине дня?
– Да, это было бы чудесно, – пробормотала Мелани, но вдруг нахмурилась. – Вы уверены, что не слишком переутомились?
Питер усмехнулся:
– Конечно! Любая удачная операция дает мне такой заряд бодрости, что я готов гонять футбольный мяч.
Такая победа вселяла уверенность, и оставалось только надеяться, что Патти Лу не подведет и не разрушит их надежды. Мать девочки пошла звонить мужу в Нью-Йорк, и Мел с Питером остались одни.
– Мел, все действительно прошло замечательно. – Он посмотрел на часы: – Мне пора на обход, потом я заскочу в свой кабинет, и к трем могу освободиться. Вас устроит это время?
– Я выясню, успеет ли бригада подъехать сюда. – Они ждали этого уже два дня, и Мел надеялась, что все получится. – Не думаю, чтобы возникли проблемы. Где вам удобно?
Он задумался на мгновение.
– В моем кабинете.
– Прекрасно. Вероятно, к двум они уже подъедут, чтобы приготовиться.
– Сколько времени потребуется для интервью?
– Столько, сколько вы сможете нам уделить.
– Часа два вас устроит?
– Вполне. А мы не сможем ли на несколько минут заглянуть к Патти Лу?
Питер нахмурился и покачал головой.
– Не думаю, Мел. Может быть, завтра, но при условии, что не будет никаких неожиданностей. Вашей бригаде придется переодеться в стерильное и действовать быстро.
– Прекрасно.
Мел быстро сделала несколько пометок в блокноте, который всегда носила с собой в сумочке. Сегодня во второй половине дня она возьмет интервью сначала у Перл Джонс, затем у Питера, завтра утром со съемочной бригадой посетит Патти Лу, и можно будет возвращаться домой. Она может даже успеть на ночной рейс в Нью-Йорк. Вот и все. Возможно, примерно через месяц им удастся взять у Патти Лу еще одно интервью, как продолжение репортажа: расспросить, как девочка чувствовала себя до операции и после нее. Но это все потом. Сейчас надо сделать основной репортаж. Она подняла взгляд на Питера.
– Мне бы хотелось сделать специальную передачу о вас.
Он улыбнулся, все еще пребывая в состоянии эйфории после успешно проведенной операции.
– Никогда не задумывался об этом…
– Думаю, зрителям будет интересно узнать о достижениях кардиохирургии вообще и пересадке сердца – в частности.