Украденное небо

— Ты что там делал?! — Эйрен выхватил брата из рук девушки и поставил перед собой.

— Я увидел, что вы уходите, и пошел за вами, — начал оправдываться Миро.

— И решил спрятаться от нас? — Старший брат строго смотрел на младшего, скрестив руки на груди. — Ты понимаешь, что Мирэй могла воспринять тебя как угрозу и убить?

— Она не могла так сделать! Она очень хорошая и добрая! — Миро вновь обнял девушку. — А еще я летал!

— Господин, я бы не навредила ребенку. — Мирэй сложила руки перед собой. — Почти сразу я поняла, что вам ничего не угрожает. Он сидел на дереве, поэтому я решила его снять и вернуть вам.

— Он еще и на дерево залез… Кому-то сегодня достанется от отца.

— Ты не скажешь ему! — Миро глянул на брата глазами, полными слез. — Ну пожалуйста…

— Если пообещаешь больше не глупить.

— Обещаю!

Миро по-прежнему обнимал ее за талию. Мирэй опустила взгляд на растрепанную макушку мальчика. Она не понимала, почему он так часто касается ее, но почему-то уже перестала напрягаться от этого.

— Люди часто так делают?

— Как?

— Обнимают друг друга.

Эйрен и Миро переглянулись.

— Да, — ответил Эйрен. — Довольно часто.

Мирэй снова опустила глаза на мальчика. Эйрен смотрел на них, вспоминая арену, раскаленный меч и тысячи зрителей. Теперь его младший брат держался за ту же девушку так, будто знал ее всю жизнь.

Миро первым вбежал в столовую, словно боялся, что ужин начнут без него. Эйрен пропустил Мирэй вперед и вошел следом.

Длинный стол ломился от количества блюд. Казалось, леди Тервай решила накормить не семью из шести человек, а целый город. На серебряных подносах лежал запеченный поросенок с хрустящей корочкой. Рядом подали речную форель, тушеное мясо, овощное рагу и румяный картофель. Между блюдами теснились соусники и корзинки со свежим хлебом.

Мирэй остановилась у своего места и некоторое время просто смотрела на все это.

— Что-то не так? — осторожно спросила Селена.

— Нет, миледи.

Но взгляд девушки продолжал скользить по столу.

— Тогда почему ты стоишь?

— Я пытаюсь понять, по какому случаю приготовили праздничный ужин.

Дариен спрятал улыбку за ладонью.

— Это обычный ужин.

Мирэй перевела на него взгляд.

— Обычный?

— Поверь, если бы мать решила устроить праздничный, тебе пришлось бы искать свободное место, куда поставить тарелку.

— Дариен, — предупреждающе произнесла Селена.

— Что? Я сказал чистую правду.

Селена лишь покачала головой и повернулась к служанке.

— Лианна, положи Мирэй всего понемногу, пожалуйста.

Лианна придвинула тарелку и принялась накладывать еду.

— Попробуй и скажи, что тебе понравится, — предложила Селена.

Мирэй села. Посмотрела на тарелку так сосредоточенно, словно ей поручили изучить незнакомое оружие.

— Я должна выбрать одно блюдо?

— Не должна. Просто скажи, что покажется тебе вкуснее всего.

— А если мне понравится несколько?

— Значит, Лианна будет очень рада. — Леди Тервай мягко улыбнулась.

Мирэй задумалась над этой неожиданно сложной задачей и взяла вилку. За столом воцарилось напряженное ожидание.

— Почему все на меня смотрят? — спросила она.

— Ждем твоего вердикта, — с серьезным видом пояснил Дариен.

— Дайте ей спокойно поесть, — сказал Эйрен.

Седрик потянулся за хлебом. Селена спросила Миро о дороге, и мальчик охотно принялся рассказывать о своих впечатлениях от столицы.

Мирэй попробовала картофель. Потом мясо, немного рыбы и снова картофель.

— Ну что? — не выдержал Миро.

Мирэй посмотрела на свою тарелку.

— Кажется, еда может быть вкусной.

Селена на мгновение замерла, потом улыбнулась и подвинула к ней блюдо с картофелем. На этот раз Мирэй положила себе добавку сама

Глава 6

На следующее утро служанки снова занялись Мирэй. Она терпеливо стояла перед зеркалом, пока ей застегивали платье небесно-голубого цвета, расшитое тонкими золотыми узорами.

Вчерашние объяснения Эйрена оказались полезны. Теперь она придерживала юбку при ходьбе и почти не наступала на подол. Перед выходом Мирэй несколько раз подняла руки и повернулась, проверяя, не стесняет ли ткань движения.

Осеннее небо затянули тяжелые серые облака. Над Равенхолдом стояла привычная сырость, ветер шевелил знамена на башнях. Но у тренировочного поля уже собрались слуги, стражники и те из обитателей поместья, кому удалось ненадолго оставить дела. Весть о предстоящем поединке разлетелась быстро.

Мирэй заметила зрителей, но на этот раз их любопытство было ей понятно. На тренировках за ней тоже наблюдали. Здесь она хотя бы знала, чего от нее ждут. По дороге девушка то и дело опускала взгляд на рукав. При каждом движении золотая вышивка по-разному ловила тусклый утренний свет.

Войдя на площадку, Мирэй направилась к оружейным стойкам и выбрала длинный тренировочный меч с затупленным лезвием. Взвесила его в руке, проверила хват и подошла к манекену. Первые удары она нанесла медленно, подстраиваясь к непривычной одежде. Подол тянулся за ногами и мешал широко шагать. Мирэй чуть изменила стойку, попробовала еще раз, затем ускорилась. Клинок со свистом рассекал воздух. Ни широких замахов, ни лишнего напряжения — только короткие, точные движения. Разговоры у ограды начали стихать.

Тем временем к полю приближались Эйрен и Дариен.

— Жду не дождусь, — говорил Дариен, даже не пытаясь скрыть удовольствия. — Никогда не видел, как моего старшего брата избивают на глазах у всего поместья. Я ради этого даже встал пораньше.

— Очень смешно, — проворчал Эйрен

Дариен обогнал его и развернулся, продолжая идти спиной вперед.

— Нет, правда. Это будет исторический день.

— Может, сам выйдешь против нее?

Эйрен хлопнул брата по плечу.

— Нет уж. — Дариен поднял руки. — Я слишком молод и красив, чтобы умирать.

Эйрен рассмеялся. У ограды Дариен остановился и кивнул в сторону Мирэй:

— Удачи. Она тебе понадобится.

Эйрен только покачал головой и шагнул через калитку, направляясь к центру поля. Лиора заметила его приближение и опустила меч.

Вчера он уже думал, что розовое платье ей идет. Голубое оказалось ничуть не хуже. Золотые узоры оттеняли ее кожу, а рыжие волосы на светлом фоне казались еще ярче. Эйрен перевел взгляд с вышивки на клинок.

— Все-таки решила тренироваться в платье?

Мирэй посмотрела на подол.

— Да, господин. Если придется сражаться в такой одежде, лучше заранее к ней привыкнуть.

— Тогда договоримся сразу: без нагревания мечей и без полетов. И постарайся оставить меня целым.

У ограды кто-то хмыкнул.

— Конечно, господин.

Эйрен снял камзол, передал его слуге и подошел к стойке. Выбрал тренировочный меч, сделал несколько пробных движений, разминая кисть. Когда он повернулся, Мирэй уже ждала. Она стояла спокойно, удерживая клинок перед собой. Вчера Эйрен помогал ей пройти несколько шагов до софы. Сейчас, глядя на ее стойку, он снова вспомнил турнир.

За оградой раздался голос Дариена:

— Принимаю ставки!

Эйрен даже не обернулся.

— Начинаем? — спросил он.

— Когда будете готовы, господин.

Эйрен усмехнулся.

— Пожалуй, готов. — Он крепче сжал рукоять.

Первый удар был пробным. Мирэй отвела его клинок в сторону и осталась на месте. Следующий выпад встретила так же спокойно. Эйрен не спешил, стараясь понять, как она двигается. Он менял угол атаки, следил за ее руками и плечами, искал хотя бы одну короткую заминку. Мирэй не оставляла ему и шанса.

Звон мечей разносился над площадкой. Эйрен атаковал быстро, но ей хватало небольшого поворота кисти или короткого движения клинком, чтобы остановить его удар. Он прибавил темп. Обозначил выпад в правый бок и тут же сменил направление. Мирэй встретила его меч раньше, чем он успел завершить движение.

Эйрен отступил.

— Ты почти не двигаешься.

— Простите, господин.

— За что?

— Мне показалось, что вы проверяете меня.

Дариен громко рассмеялся за ограждением.

— Ну как, брат? Проверку прошла?

Эйрен выдохнул и снова поднял меч.

— Теперь можешь атаковать.

Мирэй кивнула. На этот раз ему пришлось отступить почти сразу. Она не вкладывала в удары всю силу, но каждый из них приходился туда, где Эйрен едва успевал поставить блок. Он поймал ее клинок, отвел его и попытался перехватить инициативу. На мгновение это удалось. Мирэй шагнула назад, пропуская выпад мимо себя. Эйрен развернулся вслед за ней. Но было уже поздно. Ее меч скользнул вдоль его клинка. Короткий поворот, удар, и рукоять вырвалась из пальцев. Оружие упало на свободный участок площадки в нескольких шагах от них.

Мирэй сразу опустила свой меч. Эйрен посмотрел на свою пустую ладонь.

— Что ж. Этого следовало ожидать.

— Простите, господин.

Он поднял на нее глаза.

— Теперь-то за что?

— Я закончила поединок слишком быстро?

За забором кто-то не смог сдержать смех.

— Быстрее, чем мне хотелось бы, — признал Эйрен.

— В следующий раз я могу…

— Не нужно поддаваться.

Он улыбнулся, все еще пытаясь отдышаться.

— И извиняться за победу тоже не нужно. Я сам предложил тебе этот бой.

Мирэй помолчала, затем коротко кивнула.

У края площадки стоял Седрик, подошедший уже после начала поединка. Он внимательно смотрел на старшего сына. Тот проиграл перед слугами, стражниками и собственным братом, но вместо раздражения на его лице было любопытство.

— Покажешь потом, как ты это сделала? — спросил Эйрен у Мирэй.

— Да, господин.

Седрик чуть заметно улыбнулся.

Эйрен вытер лоб рукавом и пошел за мечом. Дариен тут же проскользнул через калитку.

— Мирэй, это было прекрасно.

Она повернулась к нему. Дариен забрал у нее тренировочный меч, прислонил его к стойке и, прежде чем девушка успела что-нибудь спросить, взял ее свободную руку. Склонился и коснулся губами тыльной стороны ладони.

Мирэй нахмурилась. Сначала посмотрела на свою руку, потом на Дариена.

— Что вы делаете, господин?

Он замер на мгновение, затем улыбнулся еще шире.

— Ты первая девушка, которая спрашивает меня об этом.

— Остальные знают?

У ограды прыснул кто-то из служанок.

— Обычно, — ответил Дариен, — они понимают, что так я выражаю им свое восхищение.

Мирэй снова посмотрела на свою руку.

— Вы ведь уже сказали, что вам понравился поединок.

— Одно другому не мешает.

Вернувшийся Эйрен остановился рядом.

— Дариен, освободи место. Тут есть еще один желающий поздравить победительницу.

Из-за его спины вышел Миро. Мальчик держал красную розу. Стебель был немного кривым, несколько листьев помялись, но сам цветок он нес с такой осторожностью, словно боялся повредить его одним неловким движением. Дариен отпустил руку Мирэй и отступил.

— Это тебе, — сказал Миро, протягивая розу. — За победу. Я все колючки убрал, чтобы ты не укололась.

Мирэй осторожно приняла цветок. Посмотрела на стебель, потом на руки мальчика, которые он поспешно спрятал за спину.

— Вы могли пораниться, господин.

— Зато ты не поранишься.

Она не сразу нашлась с ответом. Миро переступил с ноги на ногу и добавил:

— Ты победила Эйрена. А его почти никто не побеждает.

— Почти, — подчеркнул Эйрен, бросив взгляд на Дариена.

Тот только ухмыльнулся.

— Поэтому я и принес тебе розу, — продолжил Миро. — И еще… она похожа на тебя.

— Чем? — Мирэй чуть наклонила голову.

— Потому что она красивая. И необычная. Я раньше таких не видел. — Мальчик смутился.

Она опустила взгляд на лепестки. Вчера Эйрен сказал, что его матушка выращивает цветы для удовольствия. Теперь один из них лежал у нее в руке, и Миро ждал ответа так нетерпеливо.

За удачный бой ей могли позволить отдохнуть. За правильно выполненный прием — похвалить. Но никто прежде не выбирал для нее цветок и не очищал стебель от шипов, беспокоясь о ее пальцах. Мирэй осторожно поправила примятый лист.

— Спасибо, господин Миро. Я сохраню ее.

— Правда?

— Да. — Она еще раз посмотрела на розу. — Мне еще никто не дарил цветов.

Миро улыбнулся, а Мирэй держала розу за очищенный стебель, стараясь не помять оставшиеся листья.