Читать книгу Перекресток четырех солнц (Станислав Рубинов) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Перекресток четырех солнц
Перекресток четырех солнц
Оценить:

4

Полная версия:

Перекресток четырех солнц

Серафина протянула ладонь и накрыла кисть разведчицы:

- Мы разделяем твою боль. Все четыре мира не должны погибнуть ради амбиций жестоких правителей. Виктор Градов готовит операцию «Чистый контур», Крей возводит свой алтарь, фон Шталь поднимает дредноут, а Векс разворачивает армию дронов. Каждый из них считает, что спастись может только один мир.

Корф завел часовой узел своего медного протеза ключом, удовлетворенно прислушиваясь к мерному тиканью шестеренок:

- Значит, держим рубеж вместе. На рассвете покажем адмиралам, магам и киборгам, на что способны те, у кого осталась живая совесть.

В полуразрушенном убежище четверо недавних незнакомцев окончательно сплотились в единый отряд, готовый отстоять будущее разорванной планеты.


Глава 3. Совет хищников

В подземном командном бункере секретного ведомства «ГеоЩит», укрытом под железобетонным монолитом городской администрации Новоярска, царила деловая тишина штаба перед генеральным штурмом.

Шеф дирекции Виктор Градов застыл перед колоссальной видеостеной. Пятидесятичетырехлетний руководитель казался высеченным из гранита: безупречная стальная седина коротко подстриженных волос, узкие тонированные очки в титановой оправе, скрывающие цепкий взгляд, и графитовое пальто, наброшенное поверх темно-синего шерстяного костюма. На огромных экранах мерцали сектора разорванного мегаполиса. Вычислительные комплексы ежесекундно обновляли данные пространственного разлома, фиксируя всплеск аномальной энергии в районе плотины гидроузла и речного потока Исети.

Градов возглавил дирекцию пять лет назад, когда стартовые подземные испытания под руслом реки только начинались. Он помнил холодный спор с ведущим исследователем Еленой Вороновой перед катастрофическим пробным пуском «Створ-М». Девушка отчаянно доказывала, что форсирование пучка частиц в гранитном ложе вызовет гравитационный сдвиг континентального масштаба. Виктор Сергеевич тогда лишь сухо усмехнулся: большая наука не терпит робости, а геополитическое превосходство требует дерзости. Теперь плоды той авантюры нависали над городом в виде четырех враждебных небес.

- Телеметрия ускорителя «Створ-М» подтверждает худшие опасения, - доложил начальник аналитического отдела полковник Столяров, склонившись над голографическим терминалом. - Пространственный контур идет вразнос. Векторы напряженности стягиваются к узловым якорным точкам, грозя полным коллапсом метрики через пять с половиной часов.

- Любые компромиссы с чужеродными образованиями исключены, - произнес Градов. Голос главы дирекции звучал негромко, но в нем звенела непреклонная сталь. - Мы столкнулись с экзистенциальной угрозой государственной безопасности. Если не ликвидировать чужие пространственные якоря, Земля-Один будет вычеркнута из бытия. Здесь действует сухая математика выживания: спастись способен только один мир. Мы называем это Доктриной Единственного Остатка.

Чиновник повернулся к офицерам боевого отдела:

- Начать безотлагательную подготовку войсковой кампании «Чистый контур». Расконсервировать стратегические резервы. Развернуть штурмовые огнеметные дивизионы вдоль железнодорожных путей, вывести бронепоезда «Байкал» и «Ангара» на мостовые разъезды и выдвинуть генераторы импульсного электромагнитного удара к береговой полосе. Как только датчики зафиксируют пик фазовой конвергенции, мы выжжем аномалии до коренных скальных пород. Наша земля останется неделимой.

- Что с гражданскими убежищами в тоннелях метрополитена? - спросил полковник Столяров, переключая тактическую карту на подземную сеть Новоярска. - Тысячи жителей укрылись на глубоких станциях речной линии. Если мы активируем электромагнитный импульс и термобарические заряды на открытом воздухе, вентиляционные шахты затянут продукты сгорания.

- Потери среди населения неизбежны в условиях глобального катаклизма, - отрезал Градов, даже не взглянув на подчиненного. - История спишет любые сопутствующие жертвы, если мы сохраним целостность нашего мира. Если же дрогнем - не останется ни зданий, ни людей, ни самой планеты. Перекрыть внешние гермозатворы метро по первому сигналу. Наш долг - защитить ядро цивилизации, а не предаваться гуманизму на краю могилы.

В пяти километрах к востоку, на крутом гранитном кряже возле высотной телевышки, пылало совсем другое пламя.

Архимаг Малахиус Крей замер на ступенях строящегося Алтаря Великого Перелива. Шестидесятилетний регент Обсидиановой Коллегии Арканума Валькор походил на библейского патриарха, сошедшего со старинных храмовых фресок. Черно-пепельная острая бородка обрамляла породистое лицо, янтарные глаза горели холодным огнем великой цели, а багряно-золотая мантия с обсидиановыми наплечниками колыхалась под порывами промозглого ветра. Чело владыки венчал венец из темного сплава с тремя полумесяцами.

Саму ажурную конструкцию телевещательной вышки чародеи уже превратили в гигантский проводник астрального тока. Живые корни исполинских болотных тисов оплели решетку мачты до верхнего яруса, питаясь током погибшей городской сети, а на вершине парил колоссальный сапфировый кристалл, преломляющий сияние фиолетово-золотого солнца. От шпиля к парящим в воздухе базальтовым иглам Коллегии тянулись полупрозрачные акведуки, по которым струился сжиженный звездный свет, издавая тонкий хрустальный звон.

Вокруг святилища кипела работа. Сотни боевых схоластов в темно-синих мантиях чертили знаки Истинного Синтаксиса на базальтовых монолитах. Каменные блоки парили в воздухе, повинуясь воле магов, и вставали в геометрические контуры гигантской линзы, нацеленной в зенит.

- Наш мир вымерзает, - негромко произнес Крей, обращаясь к верховному инквизитору ордена. - Великие звездные акведуки Арканума истощены, живые рощи высыхают в труху. Судьба даровала нам этот мост не ради праздного любопытства. Доктрина Единственного Остатка священна: чужие земли станут топливом для возрождения отчизны. Когда Алтарь замкнет астральный круг, мы выпьем жизненную субстанцию трех соседних секторов до последней капли.

Крей вспомнил, как двадцать лет назад обнаружил маленькую Серафину в кольце дымящихся руин Сапфировой Цитадели после магической бури. Он растил сироту как родную дочь, передал ей сокровенные свитки Синтаксиса и готовил к роли Верховной Хранительницы. Но бунт воспитанницы не поколебал его воли.

В рядах служителей, доставлявших сосуды с очищенным флюидом к основанию алтаря, суетился юный Лорин. Пятнадцатилетний юноша с бледным от ужаса лицом сжимал деревянный посох послушника, глядя вниз, на дымящиеся развалины чужого города. Мальчик видел, как страдают люди на берегах, и в его душе разгоралось сомнение, но взгляд архимага парализовал любую попытку возразить.

- Не отвлекайся, Лорин, - холодно бросил верховный инквизитор, проходя мимо рядов адептов. - Каждая капля астрального флюида должна питать линзу Перелива. Скоро этот хаос уступит место вечному порядку.

Архимаг сжал персты на золотом жезле власти, бросив взгляд в сторону реки, где виднелись дымы пожаров:

- Серафина предала заветы Коллегии, сбежав к безбожным дикарям. Но жалость к отступникам невозможна. Высокая цель требует безжалостных жертв. Если девчонка встанет на пути Перелива, она сгорит вместе с чужим берегом.

Тем временем над юго-западным сектором, взламывая пелену низкой облачности, чинно плыл летающий дредноут «Гелиос-Прим».

Флагман Паровой Империи подавлял воображение циклопическими габаритами. Тысячи листов красной меди и вороненой стали покрывали клепаный корпус воздушного гиганта. Из десятков труб вырывались клубы смоляного дыма, а в кормовой части с низким басовитым гулом вращались пропеллеры. В капитанской рубке застыл лорд-адмирал Август фон Шталь.

Пятидесятивосьмилетний командующий имперским флотом держался с надменностью старого аристократа. Пышные белые бакенбарды обрамляли обветренное лицо, золотой монокль на правом глазу увеличивал холодный серый зрачок. Бело-бордовый мундир адмирала украшал горжет из красной меди, а за спиной мерно вздыхал небольшой паровой привод, соединенный медными трубками высокого давления с эфесом раскаленной дуговой сабли.

В кают-компании флагмана пахло дорогим гаванским табаком, машинной смазкой и выдержанным коньяком. На дубовых столах лежали навигационные карты чужого города, начертанные на телячьем пергаменте. Однако этажом ниже, в душном трюме воздушного левиафана, кочегары и матросы падали от изнеможения перед огнедышащими топками котлов. Среди закованных в железные кандалы штрафников надрывался боцман Федор Гвоздь, верный товарищ беглого шкипера Корфа, приговоренный имперским трибуналом к каторжному труду.

- Прекрасный город, - процедил фон Шталь, разглядывая в оптический перископ набережные Новоярска. - Сколько руды, целые горы угля и покорной рабочей силы для наших заводов.

- Господин адмирал, - обратился к нему начальник артиллерии герр Кунц, поправляя перевязь с револьвером. - Разведка сообщает, что у подножия акведука в квартале беженцев скопились тысячи безоружных жителей Арканума. Опоры виадука насыщены чистейшими друзами.

- Тем лучше для нас, - осклабился фон Шталь, и его золотой монокль сверкнул багровым отблеском топки. - Мы не станем тратить время на уговоры. Паровые центурионы пойдут на прорыв первыми. Выдрать кристаллы непосредственно из опор акведука! Нам необходимо заправить Хроно-Котел до рассвета, чего бы это ни стоило этим остроухим бродягам!

Рядом вытянулся адъютант в кожаном кителе с золотыми шнурами:

- Ваше сиятельство, дозорные докладывают о боевых машинах чужаков на юго-восточной стороне и парящих каменных башнях в небесах рассвета.

- Вздорные сказки для трусливых юнг, - отмахнулся адмирал, поправив монокль. - Наша цель проста и незыблема: выживает лишь Империя Гелиополис. Это Доктрина Единственного Остатка. Мы задействуем Хроно-Котел «Левиафан», чертежи которого столь удачно бросил беглый Корф. Снарядить к десанту тридцать паровых центурионов с гироскопами и скорострельными картечницами! Направить механические гондолы на мостовые переходы! Захватить акведуки чародеев и вырвать эфирные накопители для наших топок! Всех смутьянов - под катки бронеходов!

А на юго-востоке, среди безупречно гладких башен из текучего метаматериала, разворачивалась еще более грозная сила.

Черный колосс Синдиката Эон-2340 поднимался из глубин площади, подобно геометрическому клыку неведомого титана. Поверхность монолита без пауз меняла грани, пульсируя сапфировыми всполохами фазовых полей. Вокруг кружили рои крылатых дронов-жнецов, формируя купол радиолокационной блокады. Внутри сооружения автоклавы молекулярного синтеза бесперебойно штамповали боевые единицы из углеродного волокна и титана.

На верхнем ярусе обелиска замер командор Кассиан Векс.

Сорокапятилетний полусинтетический стратег давно перешагнул пределы обычной биологии. Бледная кожа лица контрастировала с мерцающей палладиевой сеткой микрочипов на скулах. Черно-титановая броня «Архонт» поглощала лучи солнца, а вместо глаз горел единый узкий продольный визор багрового огня. В руке офицер сжимал гравитационное копье на антиматерии.

Командор изучал телеметрию с поля боя. Память его кибернетического ядра хранила сотни очищенных миров, включая пепелище колонии «Аврора-4». Векс воспринимал органическую жизнь как шумную, подверженную ошибкам белковую материю, которая неизбежно порождает энтропию.

- Субъект Лейла Новак не выходит на связь, - доложил синтетический голос тактического интерфейса. - Зафиксирован отказ мозгового ингибитора. Протокол подчинения сорван.

- Уничтожить отступницу при визуальном обнаружении, - без малейших эмоций скомандовал Кассиан. - Биологическая слабость неизбежно ведет к краху системы. Доктрина Единственного Остатка не знает исключений. В континууме должен уцелеть только Синдикат. Дикари с их паром и архаичными заклинаниями нарушают волновую гармонию. Обелиск завершит пространственную фиксацию на рассвете.

Через полчаса в экранированном бункере главы «ГеоЩита» замигал терминал засекреченной связи высшего приоритета.

Сигнал пришел по квантовому каналу, взломав правительственные шифры ведомства. На мониторе директора возник четкий силуэт Кассиана Векса. Двое расчетливых технократов уставились взаимно сквозь цифровую бездну.

- Приветствую вас, господин Градов, - произнес сухой синтетический голос стратега «Эона». - Мои алгоритмы определили вас как единственного рационального руководителя в этой зоне слияния.

- Я слушаю вас, командор, - сдержанно отозвался Виктор, поправляя титановую оправу очков. - Полагаю, вы осознаете, что наши секторы находятся на грани критического взаимного уничтожения.

- Именно поэтому я вышел на прямую связь, - продолжал Векс. - Четыре мира не могут сосуществовать в одной точке пространственно-временного поля. Но две цивилизации высокого технологического порядка в силах заключить прагматичный договор.

- Что конкретно вы предлагаете? - прищурился глава «ГеоЩита».

- Секретный пакт, - бесстрастно изрек полукиборг. - Секторы магии и механики являют собой хаотические вредоносные аномалии. Их архаичная энергетика разрушает фазовую стабильность. Мы разделим мастер-ключи доступа к пространственному шлюзу ускорителя «Створ-М». Первой атакой мы слаженно сотрем Алтарь чародеев и воздушный корабль имперцев. Ваши термобарические комплексы обрушат шквал по высоте телебашни, а мои рои жнецов распылят дредноут фон Шталя на субатомные частицы.

Градов неторопливо постукивал перстами по деревянному покрытию стола. В его глазах читался холод опытного стратега. Он понимал, что синдикат будущего так же опасен, как и чужие маги, но трезвый ум диктовал уничтожить слабейших первыми.

- А после ликвидации магов и паровиков?

- После этого мы распределим энергетические ресурсы оставшейся зоны пополам, - ответил Векс. - Два технологических гегемона согласуют рубежи и поделят континуум.

- Условия приняты, командор, - произнес Градов, прикладывая ладонь к сканеру биометрической авторизации. - Передавайте координаты целей. Удар на рассвете.

На терминалах вспыхнули изумрудные знаки подтверждения пакта. Двое хищников скрепили вероломную сделку, намереваясь стереть с лица земли соседние миры, не догадываясь, что четверо смельчаков в затопленном квартале у реки уже запустили обратный отсчет.


Глава 4. Бой на Медном виадуке

Предрассветный туман над рекой озарился багровыми всполохами далеких орудийных залпов, когда армада лорда-адмирала фон Шталя начала генеральный штурм прибрежного сектора.

Многоярусная эстакада - исполинское сооружение из клепаных ферм красной меди и вороненой стали, врезанное пространственным сдвигом в гранитные берега Новоярска, - содрогалась от грохота паровых поршней. Внизу, под высокими сводами акведука Арканума, раскинулся стихийный лагерь беженцев. Здесь вперемешку ютились тысячи обездоленных людей: семьи рабочих Земли-Один, раненые чародеи в изодранных синих мантиях, чумазые рудокопы, сбежавшие из забоев Гелиополиса, и гражданские техники Синдиката. Люди грелись у костров из деревянных ящиков, делясь скудными запасами хлеба и бинтами.

Однако имперских карателей интересовали не человеческие жизни. В грандиозные пилоны акведука древние зодчие Арканума вмуровали друзы чистого эфира. Бирюзовые минералы мерно пульсировали, издавая тонкий стеклянный звон и озаряя набережную мягким лазурным свечением. Именно они были отчаянно необходимы адмиралу фон Шталю для питания Хроно-Котла «Левиафан».

Четверо защитников встретили рассвет среди беженцев. Артем Воронов раздавал медикаменты и бинтовал пострадавших, Серафина делилась теплом целительных трав, Корф выверял натяжение пружин своего механического узла, а Лейла с помощью дрона Пикса сканировала секторы возможного прорыва.

Штурм начался внезапно. С низких туч, рассекая угольную гарь, с ревом винтов спикировала эскадра имперских канонерок. На гранитные плиты набережной со свистом десантных лебедок ступили паровые центурионы - трехметровые двуногие автоматоны, закованные в броневые щиты. Внутри их круглых корпусов с бешеным воем вращались гироскопы, из клапанов вырывались клубы белого пара, а скорострельные картечницы непрерывно сеяли свинцовый град. Следом двигались отряды морской пехоты с гидравлическими ломами, готовые выламывать камни из кладки.

- Защищайте немощных! Не отдавайте алтарь на поругание! - раздался звонкий чистый вскрик среди сумятицы.

Пятнадцатилетний послушник Лорин дрожащими ладонями вонзил деревянный посох в трещину гранита. Мальчик отказался бежать, прикрывая собой пожилого звездочета и раненую мать с младенцем. Подросток выплеснул всю свою волю, чертя в воздухе символы Истинного Синтаксиса. Мерцающий рунный купол на миг закрыл людей от секущей картечи. Но к нему уже шагал ведущий центурион: трехтонная машина занесла гидравлический молот для сокрушительного удара, намереваясь раздавить юного защитника.

- Назад, Лорин! Держись за нами! - прогремел яростный клич.

Четверо ринулись в сечу в едином броске, действуя как слаженный боевой механизм.

Серафина Валькор вскинула тисовый посох. Бирюзовый кристалл в навершии полыхнул ослепительной лазурью, разворачивая защитное плетение «Зеркального Бастиона». Пространство вокруг волшебницы преломилось на сотни полированных плоскостей. Орудийный залп имперской канонерки врезался в незримую преграду: кованые снаряды с визгом отскочили от магических щитов, взмыли обратно к облакам и разорвали баллон вражеского судна. Вслед за этим чародейка описала древком широкий полукруг, сотворив «Грозовой Росчерк». Ослепительная дуга эфирного разряда хлестнула по шарнирам наступающих автоматонов, пережигая медные трубки гидроприводов. Два шагохода задымились, заскрежетали шестернями и рухнули на плиты набережной.

Вторая пара машин с визгом вгрызлась стальными бурами в подножие акведука, пытаясь выломать гигантскую эфирную друзу. Базальтовая кладка треснула, и потревоженный минерал выбросил волну нестабильного фиолетового излучения. Воздух над набережной закипел, грозя испепелить застывших в оцепенении людей.

- Сердцевину рвет на куски! - вскричал Лорин, падая на колени от психического удара. - Если эфирная жила разорвется, рухнет весь пролет!

Серафина бросилась на помощь послушнику. Встав рядом с юношей, чародейка вонзила свой тисовый посох в трещину гранита, соединяя его навершие с древком ученика:

- Артем, держи меня за рукав, заземли контур на металл жилета! - крикнула она сквозь грохот боя.

Воронов настиг волшебницу в два прыжка, вцепившись в предплечье чародейки и направив наконечник плазменного резака в грунт для отвода тока. Тройная цепь замкнулась: бирюзовое сияние посоха поглотило разрушительный всплеск, вернув кристалл в состояние покоя, а остаточный ток ушел в землю с сухим щелканьем.

В ту же секунду над набережной взмыла майор Лейла Новак. Тонкие лепестки гравитационных щитков за ее спиной вспыхнули чистым сапфировым пламенем. Разведчица неслась в воздухе на высоте второго яруса эстакады, совершая немыслимые виражи и уклоняясь от трассирующих пулеметных очередей.

- Пикс, координаты уязвимых узлов! - скомандовала майор в шлемофон.

Белая титановая сфера кружила рядом, подсвечивая слабые зоны вражеских машин лазерными лучами.

- Канонерка «Вепрь», кормовой отсек, заклинило выпускной клапан перегрева! - доложил аналитический помощник.

Винтовка «Спектр» в руках Лейлы выбросила когерентный фазовый импульс. Синий пучок плазмы прошил броневой лист летающего челнока. Судно завалилось на правый борт, из его машинного отсека повалил густой смоляной дым, и оно врезалось в каменную опору эстакады, отрезая путь наступающим цепям имперцев.

Однако со стороны реки на перехват майора уже заходила вторая канонерка - грузный бронированный «Тайфун». Ее носовые скорострельные картечницы изрыгали сплошную стену свинца. Разведчица сложила гравитационные щитки, уйдя в крутое пике между натянутыми вантами моста. Инерция вдавила девушку в доспех, визор окрасился алым, но Пикс мгновенно выдал оптимальный вектор маневра:

- Угол атаки тридцать градусов, целься в рулевую тягу правого борта!

Лейла переключила винтовку «Спектр» в режим пробивного фазового луча. Залп прошил тяговый шарнир вражеского судна. «Тайфун» потерял управление, закружился в воздухе и с яростным свистом рухнул на речную отмель далеко от лагеря беженцев, подняв фонтан холодных брызг.

Внизу тем временем разворачивалась личная драма шкипера Корфа.

Флагманская канонерка «Шквал», изрыгая пламя из двух топок, неслась на позиции безоружных беглецов. На ее открытом рулевом помосте, закованный в цепи у дроссельного вентиля, надрывался широкоплечий матрос в рваной тельняшке. Лицо боцмана Федора Гвоздя покрывала сажа, а над ним занес дуговую саблю имперский капитан-лейтенант фон Графф, угрожая скорой расправой за нарушение указа адмирала.

- Держись, Федя! Свои идут на абордаж! - взревел Корф.

Ветеран вольного флота разогнался и активировал пневматический механизм своей левой руки. Кованый крюк вылетел из медного предплечья, вонзившись в деревянный фальшборт канонерки. Витой трос натянулся, барабан лебедки взвыл, и мощный рывок швырнул шкипера на палубу несущегося судна.

Офицер фон Графф успел взмахнуть дуговой саблей, по клинку которой заплясали электрические разряды. Лезвие с шипением полоснуло по медному предплечью Корфа: металл брызнул искрами, но часовой механизм искусственной руки выдержал удар.

- Изменник короны! - прошипел фон Графф. - Ты сгниешь на виселице!

- Слишком много болтаешь для господина в белых перчатках, - осклабился Игнат.

Шкипер сжал кисть врага медной клешней. Встроенный дуговой разрядник выстрелил в упор, ошеломив офицера и отбросив его за борт в кипящую пену реки. Боцман тут же рассек остатки оков на рулевой колонке железной кувалдой:

- Ну, командир, давай покажем адмиралу кузькину мать!

- Крути штурвал вправо, наперерез шагоходам! - скомандовал Корф, вставая к маневровым рычагам. - Устроим этим вельможам силу нашего пара!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

bannerbanner