1517. МИШЕЛЬ И ДИАНА

Обижена, что перебили,

Но, встретив взгляд Мишеля чистый,

Решила: с ней так поступили,

За то, что не даёт возможность

Подробнее понять картину.

Но это для неё не сложность –

Найти для принца слов лавину.

– Ну, если обсуждать в моменте,

Сеннар в Судан упёрт краями.

Страна на Чёрном континенте

Основана недавно нами,

Двенадцать лет назад, буквально,

По сути, ну почти вчера.

В тот день был праздник колоссальный,

Все веселились до утра.

– Так это в Африке, у Нила?

Я помню, там была война.

– Война нам земли и делила.

Мы получили их сполна

В сражениях за это место.

Мы – фунги! Знаешь, что про нас?

– Нет, я не знаю, если честно, –

Мишель невежеством потряс.

– Ты ничего вообще не знаешь.

Ты где учился или нет?

Смотрю – слюнями увлажняешь

Ты, не стесняясь, свой обед.

– Секунду, я и вам нарежу

Сейчас прекраснейшую сфиху.

Хлеб мамин вкусный очень, свежий,

Он будет наслаждать вас тихо.

Мишель зарделся, словно пламя –

Ведь он считался умным очень

В кругу, где только похвалами

Без меры осыпают сочно,

Чтоб лишь бы быть поближе к принцу,

А здесь холодная вода

От девушки вовсю струится

Ему на гордый нрав сполна.

Прелестница, отметив ясно

Смущенье, сбавила свой тон.

Она всё поняла прекрасно:

Ну, точно же – влюбился он,

Юнец, который здесь сидит.

И, встав к нему немного ближе,

Она заметила: искрит

Тот мальчик перед ней, пониже.

А он и правда, возбуждённый

От близости изящных ног,

Сидел, фантазиями полный,

Согнувшись у её сапог.

Свернул огромную лепёшку,

Собрался лук в неё пустить,

Ещё и специй, и горошка,

Чтоб тем сближенье упростить.

– Скажи, скиталец, своё имя.

– Скажу! Мишель зовут меня.

– А я Наргиз. Ну вот, есть Синий

И Белый Нил, и вся земля,

Где происходит их слиянье, –

Она сейчас Сеннар и есть.

И там, в почёте и в сиянье,

Наш род им управляет весь.

– Прекрасно! – принц сказал протяжно

И угостил девчонку сфихой.

Он понял, что, наверно, важно

С ней говорить особо тихо,

Ведь девушка свой склад горячий

Уже два раза проявила,

А это, несомненно, значит,

Что её что-то ущемило.

К тому же девушка по нраву

Пришлась ему в тот день погожий.

Ещё и вся сияет славой,

В отличии от всех прохожих.

Забавна и красива внешне,

И интересна, и приятна.

Что делает в лесу вот здешнем?

Одно лишь только не понятно.

Наргиз, попробовав лепёшку,

Ему ответа не давала.

Она доела всё до крошки,

Чем принцу снова подсказала,

Что нужно бы ещё, не жадно,

Её здесь сфихой угостить.

Принц сразу же кивнул: “Ну ладно”.

Она же стала говорить:

– Мишель, мы вышли из нубийцев.

Война перемешала нас.

И, если пролистать страницы:

Сейчас мы – очень сильный класс.

Могущество растёт так быстро,

И вот уже двенадцать лет

С рождения моей Отчизны

Нам равных африканцев нет.

Приедешь в султанат наш если –

Спроси людей найти меня.

В столице, в золочёном кресле

Меня там возят два коня

По всяким развлеченьям местным

С охраной сильной, молодой,

Чтоб всюду охранять принцессу –

Так папа приказал им мой.

Мишель, как ученик за партой,

В ответ глазами хлопал скромно,

И, в мыслях вспоминая карту

Владений в Африке огромных,

Он выглядел весьма смущённым,

Ведь знаний нужных не хватало,

Сообразить непринуждённо,

В края какие плыть сначала.

Необыкновенным и чудесным

Казался принцу лес вокруг,

Прекрасным, очень интересным,

Да и давно прошёл испуг,

Что испытал он в ту минуту,

Как птица вдруг упала вниз

И перевоплотилась круто

В великолепную Наргиз.

Попутчица же продолжала

Рассказывать свой дивный случай,

И ей нисколько не мешало,

Что, в географии дремучий,

Принц рядом голову туманил.

Она, как свет нежнейший, лунный,

Дошла до той главы в романе,

Где папа плыть решился к Бруно.

– Он от подарков итальянца

Был очень сильно взбудоражен,

Устроил людям пир и танцы

И сразу объяснил, как важно,

Что дочь в Италию поедет,

Ведь это сблизит наши страны.

Они возьмут запасы меди,

А мы – ткань, обувь и диваны.

Народ наелся, наплясался,

И ненавязчиво запел,

А в небе месяц проявлялся –

Сначала тусклый и несмел,

Потом он, засияв красивым

И сильным светом, ярче стал,

И мой отец всем снов счастливых

Весьма любезно пожелал.

Наутро слуги заметались,

И начался активный сбор

В то место, где меня заждались, –

К подножьям Апеннинских гор,

Огромных, всюду в снежных шапках, –

А после и в Милан уж славный,

Туда, где громко в местных лавках

Звал всех на свадьбу Бруно странный.

Мой папа судно подготовил,

Товарами весь трюм набил,

И я, в обиде сдвинув брови,

Смотрела, как корабль скользил

Вперёд по глади океана,

К заморским дальним берегам,

По направлению к Милану,

Что был ещё неведом нам.

Когда к Сицилии подплыли,

Дельфины нас сопровождали,

До самой Корсики, где взмыли

Седые волны, но держали

Мы курс на Геную упрямо.

Там Бруно встретил нас под вечер

И сразу мне эпиталаму

Прочёл шикарную при встрече.

Пока в карету нёс послушно

Отряд бойцов сундук по кочкам,

Он клялся мне, что сто игрушек

Уже купил для нашей дочки