Тень чёрной розы

Я посмотрел на её ладонь. Разве мастера совершают такие ошибки? Думаю, что нет. Что-то здесь не сходилось.

– Может, он не такой уж и гениальный, раз выронил его? – Я осторожно раскрыл её ладошку. Лепесток был чёрным, как уголь, и казался мёртвым.

Соня помотала головой.

– Нет, он действительно гениален и ничего не ронял.

Я встал в ступор.

– А откуда тогда лепесток?

– Я оторвала от цветка, который был у жертвы на груди. Хотела подломать его уверенность и у меня это неплохо получилось! – Соня улыбнулась, подняв голову вверх, чтобы посмотреть мне в глаза. В её глазах плясали озорные искорки, отражая свет уличных фонарей.

Я невольно улыбнулся, чувствуя, как напряжение последних минут начинает отступать. Её хитрость, её смелость – это было так в её стиле

Я протянул руку и нежно потрепал её по голове, как будто она была маленькой девочкой, совершившей удачную шалость.

– Ах, ты! Юмористка!

– Вся в тебя! – ответила она, и её улыбка стала шире, искреннее.

Мы засмеялись, обнимая друг друга, чтобы согреться. Холодный дождь, казалось, уже не так сильно пробирал.

В этот момент, стоя под моросящим дождём, я чувствовал себя сильнее, чем когда-либо. Мы были командой, мы были вместе.

Я посмотрел на тёмные окна клуба. Где-то там, за стеклом, Хартли наблюдал за нами. Я был уверен в этом. Он ждал. Ухмылялся. Думал.

Он был хищником, который отступил, но не сдался. Он был опасен, как спящий вулкан, но мы были готовы. Мы знали, что он играет с нами, но теперь мы знали и то, что у нас есть свои козыри. И этот чёрный лепесток, который Соня так ловко использовала, был лишь первым из них.

Я чувствовал, что эта игра только начинается, и она будет куда более захватывающей, чем я мог себе представить.

Глава 4. Игра с чёрной розой

«И ветер порой от моря тёмного

В окно моё стучится властно,

И льётся в тиши монотонно

Рассказ о былом, о тайном…»

– Эдгар Аллан По «Аннабель Ли» (отрывок)

Мы вернулись домой, и воздух в нашей небольшой квартире, казалось, был пропитан напряжением, словно перед грозой. Улики, разложенные на белом журнальном столике, выглядели как осколки разбитого зеркала, отражающие хаос и жестокость.

Соня, сняв пальто, бросила его на спинку кресла с резким движением, выдававшим её внутреннее смятение.

– Он оставляет розы не просто так – это его подпись. Его тщеславие! – её голос звучал резко, как удар хлыста. Она подошла к столу, её пальцы скользнули по холодной поверхности, словно пытаясь ухватить ускользающую нить. – Думаю, что не стоит уходить от самой сути – мы его не поймаем, если будем бегать за ним, как щенки за хвостом. Он куда хитрее и умнее нас всех вместе взятых.

Я наблюдал за ней, чувствуя, как внутри меня нарастает беспокойство. Её слова были правдой, горькой, как сожжённые мной тосты, но правдой. Мы были в роли преследуемых, а не преследователей.

– Возьмёмся разбирать дело о трёх трупах, тогда-то мы и поймём, откуда что веет, – продолжила она, её взгляд стал более сосредоточенным, словно она уже видела сквозь пелену лжи.

Мы копали глубже, погружаясь в пыльные архивы и запутанные финансовые отчёты. Джордж смог найти ту самую, едва заметную нить, связывающую все три жертвы – это было дело о крахе банка, который, словно чудовищный вихрь, пронесся по Лондону, разорив сотни людей и оставив после себя лишь пепел и отчаяние.

– Месть? – Предложил я, надеясь, что это более простое объяснение сможет унять бурю в моей голове. Мой голос звучал неуверенно, как будто я сам не верил в свою догадку, хотя мне очень бы хотелось в это верить.

Соня покачала головой, её волосы упали на плечи, словно шёлковый водопад.

– Нет, – тихо произнесла она. – Игра. Он нас проверяет или же… – она запнулась, её взгляд устремился куда-то вдаль, за пределы нашей комнаты, за пределы Лондона. – Собирается использовать в своих целях…

Эта мысль была куда более пугающей, чем простая месть. Если он не просто мстит, а играет с нами, используя нас как пешки в своей собственной, неведомой игре, то мы были в куда более опасном положении.

– Предлагаю устроить ловушку! – выпалил я, чувствуя, как адреналин начинает пульсировать в моих венах. Это было импульсивное решение, но я чувствовал, что мы не можем просто ждать, пока он нанесёт следующий удар.

Соня удивлённо посмотрела на меня, её брови взлетели вверх.

– Да? И как? – в её глазах мелькнул интерес, смешанный с лёгким недоверием.

Я пожал плечами, чувствуя себя немного глупо.

– Я пока не придумал, но как придумаю – скажу! – я подмигнул и попытался улыбнуться, но, кажется, это получилось скорее гримасой, чем полноценной улыбкой.

Она улыбнулась в ответ, и эта улыбка, как солнечный луч, пробившийся сквозь тучи, немного успокоила меня. Она похлопала меня по плечу, её прикосновение было лёгким, но полным поддержки.

– Ах, ты мой любимый, умный англичанин! – её слова были полны тепла, и я почувствовал, как напряжение немного отступает.

– Твой, – я обнял её за плечо, прижимая её маленькое тельце к своему боку. Подумать только – такой простой жест доверия, но он даёт столько сил, энергии и уверенности, что, кажется, это объятие и есть самая лучшая поддержка во всём белом свете. Хотя, вообще, объятия всегда лучше поцелуев и слов, потому что это – объятия. Мы чувствуем себя лучше после них, потому что вырабатываются такие гормоны как окситоцин, эндорфин и снижается кортизол.

Ну, это так, с научной точки зрения. Что я хочу сказать напоследок – обнимайтесь и обнимайте людей чаще. Это помогает лучше всяких лекарств и психологов, главное – не привыкайте к этому, а то потом не сможете отвыкнуть.

Мы простояли так несколько мгновений –  достаточно, чтобы вдохнуть спокойствие и снова собраться с силами. А потом вернулись к столу.

Дни потянулись цепочкой чертежей, версий, бессонных ночей, когда мы раз за разом перекладывали улики, искали несостыковки, а утро встречали с кружками остывшего чая и исчерканными листами…

Я был уверен, что времени на разработку плана будет достаточно. Но я ошибся – Хартли, этот неуловимый призрак с жёлтыми глазами, был на шаг впереди. Он всегда был на шаг впереди.

Он появился в нашей квартире, когда нас не было. Мы были в участке, погруженные в бесконечный поиск информации, в попытках найти хоть какую-то зацепку, хоть малейший след, а он, словно тень, проник в наше убежище и оставил свой зловещий знак – чёрную розу на столе, а рядом с ней – записку:

«До скорой встречи, detectives4! – H.»

Я представил его жёлтые глаза, холодные и насмешливые, и холодок стал ещё острее.

Соня сжала кулаки, её ногти впились в ладони. Я видел, как дрожат её пальцы, как напряжены плечи.

– Он не уйдёт…

Я положил руку ей на плечо, чувствуя, как её дрожь передается мне.

– Мы его поймаем, не переживай, – сказал я, но в глубине души я чувствовал – это только начало. По спине пробежал холодок, будто кто-то провёл пальцем по позвоночнику.

*****

Лондон снова окутал густой, промозглый туман, словно город сам пытался скрыть свои тайны. Мы сидели у камина, пытаясь успокоиться, но пламя, пляшущее в очаге, казалось, отражало лишь тревогу, поселившуюся в наших сердцах.

Соня пила горячий шоколад, его сладкий аромат смешивался с запахом дыма, а я – чай, его терпкий вкус лишь подчеркивал горечь ситуации.

– Грей, а ты веришь во зло? – спросила она, её голос был тихим, почти шепотом, и она смотрела на играющие языки пламени, словно ища в них ответ.

Я кивнул, побарабанив пальцами по кружке.

– Верю. Но в то же время и в то, что его можно остановить, – я старался говорить уверенно, но мои слова звучали как слабая надежда, как молитва, хотя, я верил в свою правоту. Добро всегда побеждает зло, даже если это и долгая битва.

Соня улыбнулась, и эта улыбка, хоть и слабая, была полна решимости.

– Тогда вперёд! Нас ждёт новая игра! Игра с чёрной розой… – она нахмурила брови, делая глоток горячего шоколада, и в её взгляде я увидел отблеск той самой игры, которую нам предстояло сыграть.

Я смотрел на огонь в камине, размышляя, что же нам стоит делать дальше. Мой мозг, обычно такой быстрый и цепкий, казалось, замедлился, поглощенный этой новой, пугающей реальностью.

– Сначала предлагаю нам выспаться, – задумчиво произнёс я, сладко зевая. Я чувствовал, как усталость накатывает волной, но это была не просто физическая усталость, а усталость от постоянного напряжения, от необходимости быть начеку.

Соня зевнула в ответ, её зевок был заразительным, как и её смех.

– Ой, англичанин, не зевай! Это заразно! – она снова обрела прежнюю лёгкость, и мы оба засмеялись, пытаясь прогнать мрачные мысли. – Давай сегодня спать вместе? А то мне кажется, что этот жёлтоглазый мужик Хартли, будет следить за нами!

Я засмеялся, явно не против такой затеи – спать в обнимку было куда приятнее, чем в одиночестве, особенно в нашей ситуации.

– Хорошо, только если ты обещаешь меня не скинуть во сне, – пошутил я, вставая.

– Ничего не могу обещать! – Промурлыкала моя подруга, беря меня за руку. – Если храпеть не будешь – не скину. А так – как повезёт.

Она подмигнула мне. Мы отправились спать, не зная, что подкинет нам завтра этот желтоглазый испанец.

Но лучше бы я не думал об этом. Как бы сказала Соня – я накаркал, потому что утро принесло с собой не отдых, а новую, еще более опасную главу в нашей игре с Хартли.

Глава 5. Утро, начавшееся с хаоса и тайны

«Когда в морском пути тоска грызёт матросов,

Они, досужий час желая скоротать,

Беспечных ловят птиц – могучих альбатросов,

Что провожают судёнышко в туманной мгле…»

– Шарль Бодлер «Альбатрос» (отрывок)

Утро для меня всегда было священным ритуалом. Неспешное пробуждение, аромат свежесваренного кофе, тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц. Но это утро было другим. Оно началось с беспорядка, который, казалось, выплеснулся из самой головы Сони.

Я проснулся от ощущения пустоты рядом, от привычного тепла, которого не было. Я пару раз похлопал по пустой стороне своей кровати, не найдя на ней свою подругу. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь щели в шторах, рисовали на полу золотистые полосы, но в комнате царил полумрак, словно время застыло. Где-то в районе десяти утра, когда остатки сна уже окончательно покинули меня, я услышал тихий шорох из гостиной. Это была Соня.

Я встал, потянулся, ощущая лёгкую ломоту в мышцах после ночного сна. В воздухе витал едва уловимый запах кофе, но он был каким-то приглушённым, не таким ярким, как обычно.

Я направился в гостиную, и картина, представшая моим глазам, заставила меня остановиться на пороге.

Соня сидела на полу, словно забытая кукла, закутанная в один из своих любимых пледов с узором из плюшевых мишек. Вокруг неё, как осенние листья, разбросаны были газеты – свежие и пожелтевшие от времени, фотографии – чёрно-белые и цветные, с выцветшими краями, и блокнот с заметками, исписанный её стремительным, почти неразборчивым почерком.

Это был настоящий хаос, отражение бушующей в её голове бури. Её карие глаза, обычно такие живые, искрящиеся любопытством и острым умом, были припущены, под ними залегли тени усталости. Она выглядела так, будто провела всю ночь в этой битве с информацией, и эта битва явно измотала её.

Я тихо прошёл на кухню, где уже начал готовиться мой любимый капучино. Запах кофе, теперь уже более насыщенный, немного успокоил меня. Я знал Соню. Когда она погружалась в расследование, мир вокруг неё переставал существовать: она могла забыть поесть, забыть поспать, забыть обо всем, кроме той загадки, которая завладела её разумом. И я, Грей, её верный и лучший друг, её молчаливая поддержка, всегда был рядом, чтобы вернуть её в реальность, когда она, конечно, была к этому готова.

Я приготовил две чашки кофе – мой крепкий капучино с добавлением клубничного джема и её любимый, более мягкий латте. С чашками в руках я вернулся в гостиную. Соня, казалось, не заметила моего появления. Она была полностью поглощена листом бумаги, исписанным каракулями, которые могли бы показаться случайным набором линий, но я знал, что за ними скрывается логика, понятная только ей.

– Грей, ты веришь в совпадения? – Спросила она хриплым от недосыпа голосом, но в нём проскальзывала та самая искра, которая всегда зажигала меня. Она не отрывалась от листка, словно боялась потерять нить мысли.

Я отложил свой капучино на ближайший столик, его аромат, казалось, стал более терпким в этой атмосфере напряженного поиска. Присел рядом с ней, осторожно поставив ей латте на пол, рядом с её рукой. Я чувствовал, как её усталость передается мне, но в то же время, её энергия, её одержимость делом, заражала и меня.

– Только если они подтверждают теорию, – ответил я, мой голос был спокойным, ровным, призванным успокоить её, но в то же время, я был готов к тому, что она мне сейчас расскажет. – Что нашла?

Она медленно подняла голову, её взгляд, наконец, встретился с моим. В нём читалась смесь усталости и триумфа. Она ткнула пальцем в одну из фотографий, лежащую на полу. На ней был изображен мужчина средних лет, со строгим, но каким-то печальным лицом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Добро пожаловать в… (Фр.)

2

Романтично (Фр.)

3

Этого не может быть… Я не мог совершить такую глупую ошибку… (Исп.)

4

Сыщики (Исп.)