Темный бог академии (Эриас)

— А ты чего уставилась, Иша? Иди и прибери здесь все! — рявкнула ей Рузанна, указывая на ворох вещей на кровати.

Девчонка вздрогнула:

— Я?

— Ну не я же. Думала, вчера кровати заправила и все? Вставай, говорю!

— Я вчера… просто вам помогла, — пропищала Иша в ответ.

— Вот и сегодня поможешь. Или видишь кого-то более подходящего на роль служанки?

— Да почему я служанка?

— А потому что она дочь купца, я дочь наместника. У семьи Рики своя ткатская фабрика. Мы не привыкли делать сами. А ты сказала, что мать твоя поломойка.

— Она горничная! — оскорбилась Иша, но толку-то.

— Вот и говорю. Работать тебе. Или что, с этой убогой пример взяла и осмелела? Тоже проклятиями будешь угрожать? Не поверим, зато жизнь тебе отравим, — пригрозила Рузанна, а затем крикнула соседкам. — Девочки, по-хорошему она не понимает!

И те тут же насупились, ожидая любой гадкой команды.

— Не надо! — Иша вскочила с кровати. — Я помогу. Мне… несложно…

Одна лишь богиня знает, как я уговаривала себя не лезть. И не полезла. Закрыла глаза раз, второй. А Иша так смотрела на меня и молча в чем-то помогала. То книгу подвинет на занятии, то перо подаст, если упало.

Потому на третий раз, когда Рузанна пристала к Ише, заставила вымыть ей обувь и при этом будто невзначай наступила той на пальцы, я не выдержала. Встала напротив и ляпнула во весь голос:

— Проклята. Точнее будешь проклята равно через пять секунд. Если, конечно, не отстанешь от Иши.

***

С тех пор нас и не трогали. Но продолжали гавкать. Потом, правда, поняли, что проклинать я все-таки не умею…

Эту историю мы с Ишей и вспоминаем, то смеясь, то впадая в грусть, то смолкая в новой комнате, где нас теперь лишь двое.

— Яра, — окликает меня Иша. — Теперь все будет хорошо?

— А как иначе? Тогда же справились и сейчас справимся, — обещаю подруге.

Мы говорим еще час, вместе изучаем расписание занятий, разбираем учебники, которые приносят в комнату перед отбоем, и делимся мечтами о том, какой будет наша жизнь, когда мы выпустимся и станем настоящими заклинательницами демонов.

Окрыленная светлыми мечтами, ложусь в кровать уже ближе к полуночи. Проваливаюсь в темноту, а затем в сон, который уже месяц мне не снился…

Корявые ветви деревьев, страшный гул, земля дрожит под ногами, а эти самые ноги уже стерты в кровь. Внутри такой ужас, что я вот-вот сойду с ума. Фигура в белой мантии целителя особенно четко выделяется в темноте, а затем вспышки.

Зажмуриваюсь, закрываю уши руками, а затем просыпаюсь в холодном поту. Пальцы до боли сжимают простыни. Рассвет за окном прогоняет отголоски кошмара, который как будто пытается спрятаться в каждом темном углу комнаты.

— Ма-му-бу, — невнятно бурчит Иша сквозь сон, и я окончательно прихожу в себя.

Упираюсь локтями в колени и закрываю ладонями лицо, чтобы перевести дух и еще раз напомнить себе, что это был лишь сон. И он теперь долго не будет мне сниться.

Посидев немного, отправляюсь в ванную, чтобы умыться. Все равно ведь собиралась проснуться пораньше и запомнить карту академии, чтобы меньше обращаться к адептам.

А вот что делать на занятиях без камертона, я пока не придумала. Этот инструмент помогает не только выслеживать демонов, но и лучше взаимодействовать с магией, взращивать ее. Без камертона меня запросто могут выгнать с занятия. А все этот проклятый бог академии!

Даже передергивает от одного воспоминания, но тут же вытряхиваю хлам из головы и собираю косу, чтобы седые волосы были не так заметны. А вот желтые глаза никак не спрячешь, увы.

Иша просыпается через час, быстро собирается, и мы покидаем комнату пораньше, чтобы не опоздать и не попасть в неприятности.

А неприятности уже давно нас поджидают. В коридоре стоит две дюжины девиц. Половина из них стоит в ночных сорочках и ничего не понимает. А вот шесть девчонок в полной боевой готовности ждут нас.

Глава 4. Провокация

Судя по цвету лент на их предплечьях, девочки далеко не первогодки. И не с нашего этажа — много дорогих украшений на руках и в волосах. А рядом с ними Рузанна.

— О! Вот она! — заявляет рыжая, тычет в мою сторону пальцем.

Иша вздрагивает от одного лишь взгляда рыжей и сжимает мой локоть. А вот я, кажется, сильно недооценила масштаб неприятностей, которые может организовать Рузанна.

— Ты. Стой на месте! — приказывает мне старшекурсница, и в момент окружает нас с Ишей своей свитой.

Соседки по этажу, вышедшие на шум в ночных сорочках, недоумевающе наблюдают за происходящим и ждут моей реакции.

— Что-то случилось? — я спрашиваю “гостей” как можно спокойней.

— Это ты вчера подходила к Дэмиану Сэйхару? — Этот вопрос старшекурсница задает с таким видом, будто я не просто подошла, а убить наследника пыталась.

Вот же демоны! Вся эта толпа явилась сюда только из-за этого?

— Она! Я точно видела! — выкрикивает Рузанна, не дав мне даже рта открыть.

Старшекурсница не лучше.

— Ты совсем страх потеряла, первогодка? — Она делает шаг в мою сторону.

Иша инстинктивно дергается назад, пытаясь и меня оттащить, но это не та ситуация, когда можно отступить. Мозг за секунду оценивает все возможные варианты исхода, включая и тот, когда нужно прикинуться дурочкой. И сейчас это невыгодно.

— Я не подходила, я выпала из окна. И я не знала, кто он такой, — спокойно сообщаю девушкам и оцениваю реакцию каждой.

В нормальной ситуации мои доводы отрезвили бы пылкие умы, но эти девушки пришли сюда уже заведенными. И без сплетен явно Рузанны не обошлось.

А я ведь предлагала ей жить мирно.

— Говорю же, эта девка способна на все, лишь бы привлечь внимание. Ее у нас в Параме Проклятой называли. Она такие гадости творила, что хуже демона! — талдычит Рузанна. — Не верь ей, старшая! Как можно не знать, кто такой Дэмиан Сэйхар?!

— В одном ты точно права, — соглашается старшекурсница и с прищуром смотрит на меня. — Я бы поверила, если бы ты ошиблась в первый день в академии, но ты пробыла тут три недели. За дурочек нас держишь?

— До тебя куча идиоток нажила себе проблем. Захотела выделиться среди других, так мы поможем тебе вспомнить свое место! — сердито добавляет блондинка, что стоит сбоку от Рузанны.

Пошла жара…

— Постойте минуточку, — прошу я. — Только из-за того, что я оказалась не в том месте, не в то время, собираетесь меня наказать?

— Все в Эриасе знают, что к наследникам Святых нельзя подходить. Тебе еще везет, что мы в академии центральной равнины, и официального наказания здесь нет. А вот в Песках тебя бы в пустыню выгнали на сутки.

— А в академии Севера высекли бы плетью! Но лучше бы таких наглых сразу отчисляли! — Разгоняет Рузанна. — Надо ее проучить, чтобы не повадно было! — подначивает она.

И девчонки, как назло, ведутся.

— Насилие между адептами запрещено! — напоминаю строгим тоном. — Неужели кто-то хочет быть отчисленным?

Надеюсь, что хотя бы этот аргумент отрезвит пылкие умы, но нет. Даже старшая теперь смотрит на меня куда злее.

— А ты докажи, что это были мы, — говорит она. — Девочки, затолкайте эту выскочку в комнату, чтобы никто не увидел!

— Нет! Стойте! — кидается Иша, пытаясь меня защитить. — Она не хотела! Она ведь случайно!

— Отойди с дороги, не то и тебе достанется! — предупреждает блондинка.

— Эту дочку поломойки тоже нужно наказать! Они одинаково виноваты! — выпаливает Рузанна, предвкушая, как потопит нас обеих одним махом.

Зря. Тот, кто не умеет остановиться вовремя, от своего же яда и умрет.

Кидаю быстрый взгляд на часы над лестницей, просчитываю кое-что в голове и заявляю девушкам:

— Не нужно трогать Ишу, она ни при чем. Виновата я, мне и отвечать. Выбирайте наказание!

— Яра! — одергивает меня подруга.

Я сжимаю ее пальцы и взглядом прошу сейчас оставить все мне.

— Что ты сказала? — переспрашивает старшекурсница.

— Я совершила то, чего не должна. Вы хотите меня вразумить. Скажите, что мне сделать, чтобы доказать, что я намерена учиться тихо и больше не выделяться? — спрашиваю барышень и делаю шаг вперед.

— Лжешь! — выкрикивает Рузанна. — Сладкими речами отделаться вздумала! Не верь ей, старшая! Она специально несчастной прикидывается! Знала бы ты, как она хитра, все бы волосы ей выдрала! Сейчас сделает вид, что все осознала, а завтра опять пойдет к Дэмиану! А тебе достанется от Лики!

— Уверена, что она прикидывается? — спрашивает старшекурсница.

И словам Рузанны она больше верит, чем моим.

— Ты… Вы обе. В комнату их! — командует блондинка.

Видит богиня, я хотела все решить мирно.

Кидаю взгляд к лестнице, затем к часам над ней и падаю на колени.

— Вот знак моей искренности! Я совершила ошибку по незнанию. А Рузанна наговаривает из-за давней вражды между нами! — выпаливаю, лишь бы потянуть время.

— Какой еще вражды? — спрашивает старшая.

— Ее жених когда-то… — начинаю я, глядя в глаза Рузанны так, что ее это точно взбесит.

Как и ожидается, рыжая кидается с места.

— Ты дрянь! Еще смеешь гордиться этим?! — орет она, схватив меня за грудки.

И раздается:

— Что за шум?!

В ту же секунду смотрительница входит на этаж. Девчонки испуганно оборачиваются. Рузанна отпускает мой воротник и выпрямляется, но поздно. Острые глаза женщины успели увидеть достаточно.

— Вы совсем не чтите порядков академии? — отчитывает смотрительница, строго глядя на Рузанну. — Рукоприкладство? Вы в своем уме?!

— Нет, я не… — пытается оправдаться рыжая, а остальные молча опускают головы и расступаются, боясь попасть под суровое наказание.

— Почему адептка стоит перед вами на коленях? Вы что, сборище бандиток? Встань, девочка! — приказывает мне смотрительница. — Почему ты стояла на коленях?

Кидаю взгляд на побледневших девиц, судьбы которых оказались в моих руках, как и планировалось. Но не сдаю их. Показываю смотрительнице шпильку для волос, которую заранее сняла с волос и припрятала в руке.

— Украшение упало, я пыталась поднять, — говорю, но голос намеренно делаю зажатым.

Смотрительница считывает прекрасно.

— Запугали толпой?! Бессовестные! Будете наказаны все! — рявкает она.

— Но это несправедливо! Она сама встала на колени! Ее никто не просил! — выкрикивает Рузанна.

— А вы толпой зачем здесь собрались? Разве вы все с этого этажа? За ложь удвою наказание! Полчаса простоите сейчас на коленях, а после занятий отмоете все коридоры женского общежития, чтобы неповадно было! Еще возражения будут?

Девчонкам явно есть что сказать, но прикусывают языки под гневным взором женщины.

— Вот и прекрасно. Приступайте. — командует смотрительница, затем обращается к нам с Ишей. — А вы идите на занятия.

Молча взяв подругу за руку, ступаю к лестнице, но останавливаюсь на секунду лишь для того, чтобы посмотреть в глаза Рузанне. “Зря ты не остановилась, когда была возможность. Зря.”

И после этого ухожу под таким шквалом взглядов соседок по этажу, что живого места на теле не остается. Благо, во дворе адептов поменьше.

— Как же нам повезло! — радуется Иша и жадно вдыхает свежий утренний воздух. — Сама павшая богиня нам помогла и привела смотрительницу! Разве это не удача, Яра!

— Удача, конечно. Смотрительница делает обход в женском крыле с половины седьмого до семи тридцати, потому нам и велели вставать раньше, когда мы жили в комнатах для отбора. Вот только удача, что Рузанна привела свиту именно в это время, — отзываюсь я и подталкиваю Ишу на дорожку, где поменьше народа.

— Как? Погоди! Ты знала, что она придет? — охает подруга.

— На осмотр одного этажа уходит примерно десять минут. Поскольку наш этаж последний, она должна была появиться в семь двадцать, — признаюсь подруге.

И Иша охает.

— Так ты поэтому на колени встала? Ты специально спровоцировала Рузанну? — догадывается она, но не осуждает.

Наоборот, смотрит так восхищенно, будто я голыми руками демона сразила, притом в его первобытном дымоподобном обличии.

— Рано радоваться. Мы избежали расправы в моменте, но это не отменяет новых попыток нам навредить, — напоминаю подруге, а про себя отмечаю, что теперь девицы будут злее.

Но с волками жить — по-волчьи выть.

— Скоро со мной рядом может стать опасно, Иша. Так что ты не обязана занимать мою сторону, — предупреждаю я.

— Думаешь, я брошу тебя, когда ты меня столько раз спасала? — сердится подруга. — Обещали же, что всегда будем вместе. Тем более с твоей хитростью нам никакой враг не страшен! — гордо заявляет она, а я застываю.

Но вовсе не из-за слов Иши, а потому что самый страшный враг стоит у беседки и выслушивает донос своего лакея. И стоит Дэмиану заметить меня, как его зеленые глаза вспыхивают.

— А пойдем-ка той дорогой! — выпаливаю я, схватив Ишу за руку.

— Какой еще дорогой? Тут других нет!

В этом Иша права, но и сталкиваться еще раз с жестоким наследником желания нет совершенно. Тем более что в его сторону уже глазеют адепты. А он мне практически смертью угрожал. Даже если это такая “шутка” для элиты.

— Раз нет, так сделаем! — заявляю я и тащу подругу прямо в кусты.

Что такое пара уколов веточек по сравнению с бурной ревностью его поклонниц? Хотя, если бы не Рузанна со своим длинным языком, ситуацию можно было бы уладить словами.

Через несколько минут мы доходим до башни, где находится одна из столовых. По всей академии их четыре, и все обедают, завтракают и ужинают там, где ближе.

Поскольку в зале уже куча народа, мы с Ишей выбираем самый дальний стол, но и это не спасает от косых взглядов. Либо местная молодежь глазеет из-за моей странной внешности, либо тоже уже в курсе того, что я упала вчера богу на голову. Точнее в ноги.

Но сытный завтрак, какого я в своей жизни еще не пробовала, быстро поднимает настроение, а вот времени попивать сладкий чай нет. Лучше прийти в кабинет до того, как объявится Рузанна со свитой, чтобы избежать новой стычки.

Иша полностью со мной согласна, и потому мы чуть ли не бегом добираемся до второго этажа. Профессор, она же высокая женщина со стянутыми в тугой пучок темными волосами, уже стоит за кафедрой. Она не обращает внимания ни на нас, ни на других присутствующих, ни на новоприбывших, включая рыжую, ровно до того момента, как звенит колокол.

— Занятие началось. Отставить разговоры. Не отвлекаться, слушать внимательно! — приказывает она, кидая взор на толпу.

И Рузанна, которая до этого времени пыталась прожечь меня гневным взглядом, обещающим скорую расправу, наконец-то, отворачивается.

— Меня зовут Тинелла Корнус. Я буду обучать вас азам взаимодействия с магией. Надеюсь, вы все независимо от того, проходили отбор или нет, уже ознакомлены с теорией?

— Да, госпожа Корнус! — выкрикивает Рузанна, желая выслужиться.

— Профессор Корнус, — поправляет ее Тинелла. — Отлично. Тогда доставайте камертоны и перейдем к практическим занятиям.

Пу-пу-пу. Вот и начались неприятности.

— Адептка. Вы с седы..кхм, со светлыми волосами. Представьтесь и объясните, где ваш камертон, — кидает в меня строгий взгляд профессор.

— Яра Шторм. — Встаю с места. — Прошу прощения, мой камертон был сломан во время вступительных экзаменов.

Адепты, едва услышав это, начинают перешептываться.

— Сломан? — переспрашивает женщина. — Как вы могли допустить такое? Камертон для вас безделушка?

— Я… — пытаюсь подобрать слова, но мысли путаются, а смешки свиты Рузанны и вовсе сбивают с толку.

— Адептка Шторм, вы знаете, какую ценность представляет для заклинателя камертон? Это не просто инструмент, который обнаруживает демонов. Это продолжение вашей руки и сердца. Без него взращивать магию практически невозможно. Тем более, когда у вас, как я вижу в журнале, всего одно кольцо. И как же вы собираетесь учиться?

— Профессор Корнус, можно мы с Ярой сегодня одним на двоих воспользуемся? — пытается помочь Иша.

— Может, и голова у вас тогда одна на двоих будет? Вы не поняли, что я только что сказала? Одна душа. Одна магия. Один камертон.

— Простите, профессор. Я непременно куплю новый к следующему занятию, — обещаю я.

— Купит? Ей даже на нормальную сумку денег не хватило, — буркает Рузанна, тыча пальцем в мой узел, и свита начинает давиться смехом.

— Тишина! — отрезает профессор. — А вы, адептка Шторм, можете быть свободны. Как обзаведетесь камертоном, так и приходите. Все понятно?

Приспешницы рыжей, несмотря на то что их приструнили, все равно злорадно скалятся, а мне ничего не остается, кроме как проглотить огромный горький ком, вставший поперек горла, и попрощаться с профессором.

Вываливаюсь в пустой коридор и дико хочу что-нибудь избить. В идеале того самого бога академии, сломавшего мой камертон!

Ну это же безумие какое-то. Я просто сдавала экзамен, не знала, кто он такой, но именно это чинит столько препятствий, что волком выть хочется.

То толпа девчонок, караулящих у комнаты, то теперь это! Я пришла сюда стать заклинателем демонов, а в итоге оказалась выставленной за дверь на первом же занятии.

— Мерзавец! — рычу я и пинаю со злости колонну так, что боль простреливает от пальцев до колена.

— Боевой магии учат не здесь. — Раздается за спиной голос.

Голос, от которого мурашки идут с головы до пят.

Дэмиан Сэйхар.

Глава 5. Помиловать нельзя казнить

Оборачиваюсь и убеждаюсь, что не ошиблась. Бог академии, выраженный с иголочки, с идеальной укладкой и безжизненной маской на лице, идет по коридору в сопровождении своего лакея, точнее того самого болтливого адептка.

А я стою оцепеневшая. Отсчитываю его шаги, и, чем ближе подходит Дэмиан, тем быстрее колотится сердце. Аромат омелы, древесины и дыма заполняет весь воздух. Но Сэйхар проходит мимо меня, словно я один из столбов в коридоре.

— Стой! — выпаливаю я, в считанные секунды догоняю и преграждаю путь богу академии.

— Новенькая, у тебя совсем мозгов нет?! — выпаливает лакей, готовый чуть не пинком меня отогнать, но Дэмиан поднимает ладонь вверх, и парень пятится.

Сначала на один шаг. Затем на три, на пять, и лишь тогда Дэмиан опускает руку, адепт останавливается.

М-да.

— Ты бессмертная, что ли? — задает Дэмиан очень актуальный вопрос.

Но я точно буду трупом, если не верну камертон.

— Прошу прощения за наглое вторжение и за прошлые необдуманные слова. Впредь я не буду доставлять неудобств. Вы даже меня не заметите, — начинаю так вежливо, как только могу, и бог академии, мягко сказать, озадачен.

Смотрит так, будто был свято уверен, что я лишь грубить умею. И, положа руку на сердце, я бы предпочла именно это. Но приходится засунуть свои предпочтения куда подальше, натянуть улыбку и выдавить из себя просьбу:

— Можете ли вы проявить великодушие и вернуть мне мой камертон, старший?

Тьфу! Аж саму корежит от этого “старший”. Но на бога академии, кажется, произвело впечатление.

Он даже застывает на пару секунд и не моргая смотрит мне прямо в глаза. А мне от этого взгляда сбежать хочется.

Стоять на месте, Яра, терпеть! Тебе нужно вернуть камертон!

— Новенькая, ты сейчас пытаешься пустить мне пыль в глаза? — прищуривается Дэмиан. — Думаешь, я не в курсе, что утром ты прикинулась дурочкой и подставила щеку обидчикам, чтобы заманить их в ловушку? Умно, Яра Шторм. Но со мной не сработает.

Вот же гад.

— А вы наблюдательны. Как истинный, достойный наследник Святых, — цежу ему максимально добродушно, но Сэйхар будто насквозь меня видит.

— Сотри эту фальшивую улыбку с лица, — велит он.

Ага, разбежалась. К тебе либо так, либо вообще никак!

— Улыбка, может, и не до конца искренняя, но за ней зла я не прячу. Вчера я дерзила, сегодня сожалею, потому и выбираю самый вежливый тон. Но это не так плохо, как скрывать свои злодеяния за маской добродетели, так ведь?

— Это ты сейчас злодеем меня назвала? — отлично соображает Сэйхар.

— Ну что вы. Разве вы делали что-то плохое? Отбирали чьи-то вещи или угрожали кому-то? Ни в коем случае. И я верю, что вы настолько благородны, что все-таки вернете мне мой камертон, — проговариваю с невинной улыбкой.

Дэмиан смотрит так, будто сейчас мне шею одним щелчком пальцев свернет. И он точно может. Но не станет.

Вчера я была на взводе, но времени прошло достаточно, чтобы понять несколько важных моментов. Дэмиан Сэйхар хоть и наследник рода Святых, хоть и наглец каких поискать, но точно не идиот, который станет пачкать свое имя таким поступком.

Я знаю это. И он знает, что я знаю.

Изучив мое лицо под разными углами, Дэмиан усмехается так, что по телу пробегает дрожь. Но не отступаю.

— Значит, сдаваться ты не собираешься, — констатирует он. — Зря стараешься. Я его выкинул.

— Что?! — охаю я, как громом пораженная.

— Надо же, как быстро “раскаяние” слетело с твоего лица, — усмехается “бог” и в следующую секунду наступает на меня так резко, что, отскочив, натыкаюсь спиной на стену.

— Яра Шторм, верно? Ты с виду сообразительная, но порой творишь такие глупости. С чего мне отдавать тебе камертон, когда я ясно дал понять, что тебя не должно быть в академии? И с чего ты взяла, что я хоть как-то клюну на эти слащавые речи? Считаешь себя самой умной?

— Считала, что хоть немного совести у наследника рода Святых все же найдется! – рычу ему от безысходности.

— Зря ищешь. Яра Шторм. Ты все делаешь зря. Ты не решила проблему в общежитии, а лишь отложила ее и осложнила последствиями. К тому же, оказывается, что у тебя помимо меня враги есть. Так зачем усложняешь себе жизнь, если можно сбежать отсюда прямо сейчас? — говорит он и сверлит таким взглядом, что начинаю задыхаться.

А его аура пропитывает каждый сантиметр тела.

— А еще мне интересно. Если сейчас кто-то увидит, что ты подошла ко мне во второй раз, что ты будешь делать? Опять встанешь на колени и сделаешь вид, что извинялась? Совсем нет гордости, Яра Шторм? — выдает вишенку на торте мерзавец и в недрах рождается такая злость, что хочется впиться ему в глотку.

— Не путай гордость с гордыней. Если мне нужно встать на колени, — я встану. Если нужно будет вытирать пыль с обуви господ, — я вытру. И я подставлю щеку столько раз, сколько потребуется. И дело не в происхождение, как кажется таким, как ты. А в том, ради чего я это делаю. Моя семья зависит от того, доучусь я в этой академии, или нет, и ради этого я вытерплю все, понятно теперь? Так что можете прекратить свои напрасные попытки меня запугать… господин наследник, — выпаливаю на одном дыхании, ибо внутри такой пожар, что самой от себя страшно.

— Хорошая же у тебя семья. Яра Шторм. Позволяет дочери опускаться ниже плинтуса, ради “великой” цели, — добивает Дэмиан, и я окончательно теряю самообладание.

Рука рассекает воздух, чтобы ударить его, и останавливаюсь лишь оттого, что раздается звон колокола.

Дзынь.

Дзынь.

Дон.

Дэмиан внимательно смотрит на ладонь, а затем на меня. Он знает, что как бы он меня ни бесил, я не посмею.

Наследника рода Святых нельзя бить. Тем более по лицу. За это меня не только вышвырнут, но и руку в назидание другим сломают.

— И как это понимать, Яра Шторм?

— Муха! Хотела поймать, — цежу сквозь зубы и опускаю руку.

Дэмиан внимательно отслеживает каждую эмоцию на моем лице, находясь в такой близости, что я задыхаюсь и уже ненавижу запах омелы.

— А ты все-таки хитрая. Даже буду скучать, когда ты исчезнешь, — выдыхает мне чуть ли не в губы, а его взгляд становится таким огненным, что почти обжигает.

— Мне кое-что интересно, господин наследник.

— Мне не интересно что тебе интересно.

Вот же гад. “Переживешь. Я все равно спрошу.”