Я купила проклятый пансион. Герцог требует выселения

— Герцог?

Он закрыл книгу.

— Она упоминается в старых материалах Палаты.

— Как хозяйка?

— Да.

— И что ещё там написано?

— Я должен сначала сверить записи.

— Удобно.

— Осторожно.

Майра хотела съязвить, но что-то в его лице остановило её.

Он действительно был озадачен.

Впервые.

— Вы не ожидали найти эту книгу, — сказала она.

— Нет.

— Почему?

— Потому что согласно описи после закрытия пансиона личный архив Эллары Норн не нашли.

Майра посмотрела на книгу.

— Она лежала в столе.

— В обычном ящике?

— В тайнике.

— Который открылся вам.

— После небольшой беседы со столом.

Рейнар поднял глаза.

— Вы разговаривали со столом?

— Он не открывался.

— И?

— Я высказала своё мнение.

Флорена отвернулась к окну.

Рейнар, кажется, очень тщательно выбирал следующую фразу.

— В будущем, прежде чем вступать в переговоры с неизвестным магическим объектом, хотя бы убедитесь, что он не способен отвечать.

— Вы уже нашли здесь что-нибудь, способное причинить вред?

— Осмотр не закончен.

— То есть нет.

— То есть осмотр не закончен.

— Флорене дом помогает.

— Возможно.

— Он кормит нас.

— Это ещё проверяется.

— Сокращает лестницу.

— Изменяет внутреннюю структуру здания без контроля хозяина.

— Зажигает фонари.

— Самостоятельно создаёт огонь.

— Который ничего не поджёг.

— Пока.

Майра закатила глаза.

Рейнар закрыл книгу и протянул ей.

— Вы всё время пытаетесь доказать, что объект безопасен, потому что вам нравятся результаты его действий.

— А вы всё время пытаетесь сделать его опасным, потому что так написано в ваших бумагах.

— Я ничего не пытаюсь сделать. Я собираю факты.

— И какой факт сейчас говорит о необходимости закрывать пансион?

— Уже несколько. Пространственные изменения. Неконтролируемая активация. Воздействие на постоялицу. Самостоятельное создание или перемещение предметов. Неизвестная связь с прежней хозяйкой.

— Флорена пришла по своей воле.

— Я слышал.

— Она может уйти.

— Это ещё следует проверить.

Майра выпрямилась.

— Хотите запереть её снаружи и посмотреть, впустит ли дом обратно?

— Нет.

— Хоть одна разумная новость.

Рейнар медленно выдохнул.

— Госпожа Элден.

— Да?

— Почему вы спорите с каждым моим предложением?

— Потому что пока большая часть ваших предложений сводится к тому, что с моим домом что-то не так.

— С вашим домом очевидно что-то не так.

— С ним что-то необычно.

— В моей работе это часто одно и то же.

— А в моей — нет.

— У вас эта работа второй день.

Майра открыла рот.

И закрыла.

Попал.

Рейнар не улыбнулся.

Это сделало всё ещё хуже.

— Продолжим, — сказал он.

— С удовольствием.

— Я заметил.

Они проверили ещё четыре комнаты.

Ничего.

Пятая была обыкновенной.

Шестая — тоже.

В седьмой заело окно, что Майра с удовлетворением записала в категорию нормальных проблем.

На восьмой дверь не открылась.

Рейнар попробовал ручку.

Заперто.

— Ключ?

— У меня нет.

— Где ключи от комнат?

— За стойкой.

— Там ячеек меньше, чем дверей.

Майра нахмурилась.

Он прав.

Она не считала.

— Может быть, часть потерялась.

— Возможно.

Рейнар отпустил ручку.

Дверь открылась сама.

Майра посмотрела на него.

Он — на неё.

— Я ничего не говорила.

— Я тоже.

Они вошли.

Пустая комната.

Кровать без белья.

Стол.

Шкаф.

Окно.

Рейнар поднял прибор.

Пластины не двинулись.

— Обычная.

— Значит, дом умеет открывать и обычные двери.

— Это не делает функцию безопасной.

— Вы способны испортить даже хорошую новость.

Они вышли.

Дверь закрылась.

Рейнар сделал шаг.

Щёлкнул замок.

Он остановился.

Вернулся.

Попробовал ручку.

Заперто.

— Он вас не любит, — сказала Майра.

— Это здание.

— Скажите ему.

Рейнар посмотрел на стену.

— Если объект способен осознанно различать людей, это значительно повышает степень риска.

— Вот видите? Даже неприязнь к вам вы превращаете в официальный вывод.

Они дошли до конца коридора.

Рейнар поднял прибор.

Диск резко повернулся.

— Не двигайтесь.

Тон изменился настолько, что Майра подчинилась сразу.

Без спора.

Он медленно вытянул руку.

— Что?

— Коридор.

Майра посмотрела вперёд.

Обычный конец.

Окно.

Стена.

— Что с ним?

— Сколько дверей мы прошли?

— Восемь.

— Посмотрите назад.

Она обернулась.

Коридор вытянулся.

Не чуть-чуть.

Не настолько, чтобы можно было решить, будто подвёл глазомер.

Лестница находилась намного дальше, чем минуту назад.

Майра застыла.

Рейнар быстро подошёл к ближайшей двери.

Открыл.

Пустая комната.

Закрыл.

Следующая.

Та же комната.

Он открыл третью.

Снова та же.

Майра подошла ближе.

— Это невозможно.

— Очень полезное наблюдение.

— Сейчас не время язвить.

— Согласен.

Он впервые ответил ей её же тоном.

При других обстоятельствах Майра бы оценила.

Рейнар достал из сумки тонкий шнур с металлическим грузиком на конце. Закрепил его на ручке ближайшей двери и начал отходить.

Шнур вытягивался.

Пять шагов.

Десять.

Пятнадцать.

Коридор становился длиннее вместе с ним.

Майра почувствовала, как неприятно похолодели ладони.

Это уже не удобная лестница.

Не заботливая кладовая.

Дом менял пространство вокруг них и делал это тогда, когда хотел.

Рейнар остановился.

— Госпожа Восс осталась в третьей комнате?

— Нет. Она спустилась вниз.

— Хорошо.

— Почему?

— Потому что если структура продолжит перестраиваться, я не хочу искать постоялицу по этажу.

Он произнёс это совершенно буднично, однако именно сейчас Майра впервые по-настоящему испугалась.

Не за себя.

За Флорену.

За следующего человека, который войдёт сюда ночью.

За возможность, что дверь комнаты однажды окажется не там, где должна.

Рейнар смотрел на диск.

— Когда это происходило раньше, вы были одна?

— С Флореной.

— Дом укорачивал путь.

— Да.

— Сейчас удлиняет.

— Очевидно.

— Что изменилось?

Майра посмотрела на него.

Рейнар тоже понял.

— Я.

— Похоже на то.

— Это плохо.

— Для вашей самооценки?

— Для оценки объекта.

Он спрятал прибор.

— Нужно вернуться.

— Каким образом?

— Идти.

— Вы только что доказали, что коридор растёт.

— Значит, перестанем играть по его правилам.

Он подошёл к окну.

Открыл.

Майра уставилась на него.

— Мы на втором этаже.

— Я заметил.

Рейнар высунулся наружу.

— Под окном крыша кухни.

— Вы предлагаете мне вылезти?

— Нет.

— Очень рада.

Он закрыл окно.

Потом подошёл к стене между двумя дверями и постучал.

— Что вы делаете?

— Ищу исходную перегородку.

— Вы можете определить её на слух?

— Иногда.

Он простучал ещё несколько участков.

Майра молчала.

Через минуту Рейнар присел, провёл пальцами по плинтусу.

— Вот.

— Что?

— Шов.

Она присела рядом.

В деревянной планке шла почти незаметная линия.

— И?

— Это место должно находиться возле лестницы.

— Почему?

— Я запомнил рисунок дерева при подъёме.

Майра посмотрела на него.

— Вы запомнили плинтус?

— Я осматриваю аномальные здания.

— Конечно. Глупый вопрос.

Он встал.

— Дом не переместил нас.

— А что сделал?

— Изменил восприятие расстояния или повторил участок коридора вокруг исходной точки.

— Это должно меня успокоить?

— Нет. Просто объясняет, почему мы не нашли лестницу.

— И как найдём?

Рейнар не ответил.

Закрыл глаза.

Майра уже собиралась спросить, что он делает, когда поняла: он прислушивается.

Снизу доносился едва слышный звон посуды.

Флорена.

Рейнар повернулся на звук.

Сделал шаг к стене.

— Здесь.

— Здесь дверь.

— Именно.

— Но за ней комната.

— Сейчас проверим.

Он открыл дверь.

За ней была лестница.

Майра несколько секунд смотрела.

Потом заглянула обратно.

Там, где раньше находилась лестница, теперь стояло окно.

— Я начинаю сочувствовать городскому чиновнику, — сказала она.

Рейнар посмотрел на неё.

— Почему?

— Он хотя бы честно признался, что не любит сюда приходить.

Рейнар прошёл к лестнице.

— Спускайтесь первой.

— Почему?

— Потому что объект реагирует на меня.

— И вы всё равно пойдёте следом?

— Да.

— Вы могли бы просто закончить осмотр.

Он посмотрел на неё так, будто предложение было странным.

— Мог бы.

— Но?

— Тогда я не узнаю, почему он реагирует.

Ответ оказался настолько простым, что Майра снова не нашлась сразу.

Он не доказывал храбрость.

Не рисовался.

Не требовал, чтобы первым шёл кто-то другой.

Он просто увидел потенциальную опасность и решил разобраться.

— Хорошо, — сказала Майра.

— Что именно?

— Ничего.

— Опять.

— Привыкайте.

Они спустились.

На этот раз лестница не изменилась.

Флорена ждала в холле.

Увидев их, она облегчённо выдохнула.

— Я уже хотела идти искать.

— Не надо, — одновременно сказали Майра и Рейнар.

Они посмотрели друг на друга.

Флорена улыбнулась.

— Хорошо.

Рейнар закончил осмотр третьего этажа быстрее.

Крыша его не впечатлила.

Точнее, протечки впечатлили гораздо меньше изменяющегося коридора.

Он проверил несколько комнат, чердачный вход и балки под самой большой течью.

Когда одна из капель упала ему на плечо, Майра не удержалась:

— Это обычная вода.

Рейнар посмотрел на мокрое пятно.

— Удивительно.

— Решила предупредить, чтобы вы не записали крышу в аномальные проявления.

— Пока не записал.

— Опять «пока».

— Вы быстро учитесь.

Майра не успела придумать ответ, потому что внизу хлопнула дверь.

Рейнар сразу повернулся.

— Кто ещё здесь?

— Никого.

Они спустились.

У входа стоял молодой сотрудник Палаты, которого Майра раньше не видела.

Он протянул Рейнару сложенный лист.

— Проверили соседние дома. Жалоб на пропажу продуктов нет. По рынкам тоже ничего необычного.

Рейнар прочитал.

— Хорошо.

Майра подошла ближе.

— Значит, кладовая ничего не ворует?

— По крайней мере, пока признаков нет.

Она вздохнула.

— Если ещё раз…

— Я должен говорить точно.

— Иногда точность очень раздражает.

— Мне об этом сообщали.

Вот теперь он действительно пошутил.

Совсем сухо.

Но Майра заметила.

И почему-то стало легче.

Сотрудник ушёл.

Рейнар сложил лист.

— Мне нужно оформить предварительное решение.

— Наконец-то.

— Не думаю, что оно вам понравится.

Легче стало преждевременно.

Они вернулись в гостиную.

Флорена сидела у окна и работала над синим воротником. Увидев их, она хотела уйти.

— Останьтесь, — сказал Рейнар. — Решение касается и вас.

Майра встала возле камина.

Рейнар не сел.

— Объект активен. Его функции автономны и не контролируются владельцем. Внутренняя структура способна изменяться. Кроме того, дом вступил в неизвестное взаимодействие с проклятием постоялицы.

— И помог ей.

— Это пока выглядит как помощь.

Майра уже открыла рот.

— Да, — сказал Рейнар. — Я знаю. Слово вам не нравится.

Она закрыла рот.

Флорена тихо улыбнулась над тканью.

— Немедленной угрозы жизни я не обнаружил, — продолжил Рейнар. — Поэтому сегодня опечатывать здание не буду.

Майра почувствовала облегчение.

Ненадолго.

— Но с этого момента пансион находится под временным надзором Палаты.

— Что это означает?

— Вы не имеете права заселять новых людей до завершения первичной проверки.

— А Флорена?

— Может остаться, если хочет.

Флорена кивнула.

— Хочу.

Майра посмотрела на неё.

Вчера женщина просила одну ночь.

Сегодня сама решила остаться ещё.

И отражение понемногу возвращалось.

Выселить её сейчас значило бы оборвать то, что только начало происходить.

Рейнар продолжил:

— В течение семи дней вы должны доказать безопасность объекта.

— Каким образом?

— Зафиксировать правила его работы. Установить, какие проявления можно предсказать. Подтвердить, что дом не удерживает людей против воли, не причиняет им вреда и не создаёт угрозы соседним зданиям.

— За семь дней?

— Да.

— Я владею им второй день.

— Аномалия не станет безопаснее оттого, что вы недавно получили ключи.

— Вы очень любите разумные доводы именно тогда, когда они мне мешают.

— Это взаимно.

Майра сложила руки.

— А если я не докажу?

— Пансион закроют.

— Временно?

Рейнар выдержал паузу.

— До решения Палаты.

— Что на чиновничьем языке означает «надолго».

— Иногда навсегда.

Флорена перестала шить.

Майра почувствовала, как вся утренняя злость возвращается разом.

Вчера у неё не было ничего.

Потом появился дом.

Пусть полуразрушенный.

Пусть странный.

Пусть с лестницей, которая иногда не знает, сколько у неё ступеней.

Но он был её.

Первое решение, которое не зависело от того, насколько она удобна другому человеку.

Первое дело, принадлежавшее только ей.

И сейчас мужчина, вошедший сюда меньше часа назад, спокойно объяснял, что через неделю всё это могут у неё забрать.

— Нет.

Рейнар чуть нахмурился.

— Что «нет»?

— Вы не закроете мой пансион.

— Это зависит от результатов проверки.

— Тогда результаты будут такими, какие нужны.

— Магические объекты редко интересуются желаниями владельцев.

— Этот интересуется.

Рейнар посмотрел на неё.

— Именно это меня и беспокоит.

— Видели здесь хоть одну опасную вещь?

— Да.

— Что?

— Самостоятельное изменение пространства.

— Оно никому не причинило вреда.

— Пока.

Майра стиснула зубы.

— Кроме этого.

— Неконтролируемое перемещение дверей.

— И?

— Автономный огонь.

— И?

— Неизвестный механизм появления еды.

— Которую ваши люди уже проверили.

— Только на факт кражи.

— Флорена?

— Что Флорена?

— Её отражение возвращается.

— Это не доказывает безопасности дома.

— Значит, вы ничего опасного не видели.

Рейнар несколько секунд смотрел на неё.

— Пока что вижу только хозяйку, которая совершенно не понимает, что купила.

В комнате стало тихо.

Флорена опустила ткань на колени.

Майра почувствовала, как злость неожиданно становится холодной и очень ясной.

Она подошла на шаг ближе.

— А я вижу герцога, который совершенно не понимает, кого пытается выселить.

Рейнар слегка приподнял брови.

— Я не пытаюсь выселить вас.

— Вы только что объяснили, что через семь дней можете закрыть мой дом.

— Если он опасен.

— Тогда вам придётся доказать это мне так же убедительно, как я должна доказать вам обратное.

— Это не торг.

— Прекрасно. Я как раз устала от мужчин, которые оценивают, насколько выгодно иметь меня рядом.

Слова вырвались раньше, чем Майра успела остановить их.

Рейнар ничего не сказал.

Разумеется.

Он не знал об Оскаре.

И не должен был знать.

Майра раздражённо поправила край рукава.

— Забудьте.

— Хорошо.

Ни любопытства.

Ни сочувствия.

Ни попытки спросить.

Почему-то это оказалось именно тем, что ей было нужно.

Рейнар взял со стола документ.

— Семь дней.

— Мне хватит.

— Не обещайте того, чего не можете знать.

— Я не обещаю. Я сообщаю.

На этот раз он посмотрел на неё почти с усталостью.

— Вы всегда такая?

— Какая?

— Уверенная, что спор способен изменить факты.

Майра задумалась.

— Нет.

Ответ явно удивил его.

— Иногда факты меняются сами.

Она указала на лестницу.

— В этом доме особенно часто.

Флорена рассмеялась.

Рейнар покачал головой.

Но теперь в его лице раздражение странным образом соседствовало с чем-то ещё.

Не симпатией.

До неё было очень далеко.

Скорее вынужденным признанием того, что убрать Майру с дороги простым приказом не получится.

И это устраивало её полностью.

Рейнар потратил ещё полчаса на записи.

Он сидел за столом в гостиной, сверяя показания прибора и составляя список условий.

Майра ходила рядом и комментировала почти каждое.

— «Не принимать новых постояльцев». Это временно?

— До следующего осмотра.

— Когда он?

— Через два дня.

— Вы опять приедете?

— Да.

Она почему-то ожидала другого ответа.

— Лично?

Рейнар поднял глаза.

— Это проблема?

— Я просто уточняю масштаб наказания.

Он вернулся к бумаге.

— «Не предпринимать попыток намеренно вызывать пространственные изменения».

Майра прочитала через его плечо.

— Как будто я знаю, как.

— Тогда соблюдать пункт будет несложно.

— «Не покидать объект во время активного проявления». Это что означает?

— Если дом начнёт менять пространство, вы не должны бросать внутри постояльцев и уходить.

— Я и не собиралась.

— Теперь это зафиксировано.

— Вы всё фиксируете?

— Почти.

— Утомительно.

— Полезно.

— А если дом ночью решит открыть новую комнату?

Рейнар остановил перо.

— Не входить.

— И всё?

— Позвать меня.

Майра посмотрела на него.

— Каким образом?

Он достал из сумки небольшую плоскую пластинку с гербом Палаты.

— Нажмите в центре.

— И что произойдёт?

— В Палате появится сигнал.

— Сразу?

— Да.

Она взяла пластинку.

Тяжёлая.

Холодная.

— Вы выдаёте такие всем владельцам странных домов?

— Только тем, которые могут внезапно перестроить второй этаж вокруг проверяющего.

— Значит, мне положена особая услуга.

— Не гордитесь.

Майра убрала пластинку в карман.

— Я совершенно спокойна.

Флорена закашлялась.

— Вы сегодня очень разговорчивая, — заметила Майра.

— Простите.

— Не начинайте опять.

Флорена улыбнулась и вернулась к шитью.

Когда Рейнар закончил, он поднялся.

— На сегодня всё.

Майра посмотрела на часы.

Осмотр длился почти три часа.

Она удивилась.

Казалось, значительно меньше.

Вероятно, постоянное желание спорить ускоряет время.

Рейнар надел перчатки.

— Я пришлю копию предписания сегодня вечером.

— Вы же уже дали мне одно.

— Это решение по результатам осмотра.

— Конечно. Бумаг никогда не бывает достаточно.

— Бумага имеет неприятное свойство сохранять то, о чём люди потом предпочитают забывать.

Фраза прозвучала неожиданно жёстко.

Майра посмотрела на него внимательнее.

На секунду ей показалось, что речь вообще не о пансионе.

Но выражение его лица не изменилось.

Он взял сумку.

Флорена поднялась.

— Герцог Дорн.

— Да?

— Вы думаете, мне безопасно оставаться?

Майра напряглась.

Рейнар не ответил сразу.

Подошёл к женщине.

— Я думаю, что ваше состояние связано с этим домом меньше, чем с тем, что произошло раньше.

Флорена кивнула.

— Но он помогает?

— Возможно.

Она улыбнулась.

— Вы действительно любите это слово.

Рейнар перевёл взгляд на Майру.

Та сделала самое невинное лицо, на которое была способна.

— Главное, — продолжил он, — вы должны иметь возможность уйти в любой момент. Если почувствуете, что не можете открыть дверь, покинуть комнату или отказаться от того, чего дом от вас требует, сразу используйте сигнальную пластину.

— Она у Майры.

Рейнар достал вторую.

— Теперь и у вас.

Флорена взяла её.

Майра снова почувствовала то странное несоответствие, которое мешало окончательно записать герцога во враги.

Он приехал закрывать её пансион.

Раздражал.

Командовал.

Считал половину её решений неразумными.

Но Флорену он ни разу не использовал как доказательство собственной правоты.

Он спрашивал разрешение.

Объяснял.

Оставил ей способ позвать помощь отдельно от хозяйки.

Майра очень не любила сложных противников.

С простыми было удобнее.

— Я провожу, — сказала она.

Они вышли в холл.

Рейнар уже взялся за ручку входной двери, когда наверху что-то тяжело ударило.

Все трое остановились.

Майра подняла голову.

— Что это?

Рейнар отпустил дверь.

Второй удар.

Не громкий.

Будто на втором этаже передвинули тяжёлый шкаф.

— Флорена?

— Я ничего там не оставляла.

Третий звук был другим.

Протяжный скрежет.

Майра уже шла к лестнице.

Рейнар перехватил её за предплечье.

Не сильно.

Но остановил.

— Я первый.

Она посмотрела на его руку.

Он сразу убрал её.

— Объект реагирует на меня.

— Именно поэтому первой должна идти я.

— Если он создаёт угрозу именно мне, вы не знаете, как она проявится.

— А вы знаете?

— Нет.

— Тогда чем вы лучше?

Рейнар открыл рот.

Закрыл.

— Иногда вы спорите просто из принципа?

— Сейчас — нет.

Майра пошла первой.

Он оказался рядом почти сразу.

Лестница не сократилась.

Не удлинилась.

Двадцать четыре ступени.

На площадке второго этажа всё выглядело обычно.

Флорена поднялась следом.

— Там.

Она указала в конец коридора.

Майра сначала не поняла.

Потом остановилась.

Утром в конце коридора было окно.

Она помнила совершенно точно.

Рейнар сам стоял там во время осмотра.

Теперь окна не было.

На его месте находилась дверь.

Тёмная.

Высокая.

Совсем не похожая на остальные двери пансиона.

Дерево выглядело почти чёрным, а ручка была серебряной.

Майра медленно подошла.

— Это новая?

Рейнар ответил:

— Да.

— Уверены?

— Я осматривал стену три часа назад.

— Я тоже.

Они остановились в нескольких шагах.

На двери не было никаких украшений.

Только небольшая латунная пластинка.

Майра посмотрела на неё.

Цифра была простой.

Она машинально пересчитала комнаты в голове.

На втором этаже их было восемь.

На третьем — четыре.

Всего двенадцать.

Так значилось и в городских документах.

Двенадцать жилых комнат.

— У меня нет тринадцатой комнаты, — сказала Майра.

— Теперь есть, — тихо ответила Флорена.

Рейнар достал прибор.

Подвижные пластины раскрылись сразу и так резко, что одна ударила о край корпуса.

Он нахмурился.

— Не подходите ближе.

Майра уже собиралась напомнить, что это её дом, когда на двери что-то изменилось.

Под цифрой появилась тонкая светлая линия.

Сначала Майра решила, что дерево поцарапано.

Линия стала первой буквой.

Потом второй.

Буквы проступали медленно, будто невидимая рука выводила их прямо на поверхности двери.

Рейнар застыл.

Майра смотрела.

Флорена перестала дышать так тихо, что это стало заметно.

Через несколько секунд надпись была закончена.

Под номером тринадцать стояло имя:

«Рейнар Дорн».

Майра перевела взгляд на герцога.

Впервые за всё время знакомства его лицо действительно изменилось.

Совсем немного.

Но холодная уверенность исчезла.

— Кажется, — сказала Майра, — пансион всё-таки решил принять нового постояльца.

Рейнар не ответил.

Внутри тринадцатой комнаты щёлкнул замок.