Цена ее мечты

Сиена Росси

Цена ее мечты

Глава 1. Вера

Утро в Петербурге редко бывает неспешным. Кто-то спешит на работу, и для них это непрерывная гонка, напоминающая полосу препятствий, ведь люди выбегают из своих домов уже с ощущением, что они опаздывают, даже если вышли вовремя. Дальше только переполненные станции метро или поиски такси. Впереди у них только офис со своим строгим распорядком дня.

Я сама жила по этому расписанию так долго, что, казалось, оно стало моим внутренним уровнем нормы, но сегодня все будет совсем по-другому. Сегодня я начинаю день в своем кафе, в своей «Тихой Гавани». Название для своей кофейни я даже не особо выбирала. Так долго я шла к тому, чтобы она появилась. Мечтала об ней каждую ночь. Может быть, название получилось банальным, но это неважно. Оно отражает то, что я хотела ощущать в этом месте.

Это небольшое помещение на Петроградке. Оно покорило меня с первого взгляда облупившейся лепниной и высокими окнами. Сегодня тут пахнет кофе с корицей и свежей выпечкой. На широких подоконниках я оставила томики книг, в углу же притаилось старое пианино моего дедушки. Надеюсь, что каждый мой посетитель забудет о городской суете хотя бы на мгновение.

Еще только утро, а я уже в который раз пересчитываю чашки за барной стойкой. Чувствую, что пальцы все еще подрагивают от напряжения, но я все равно в предвкушении начала моего бизнеса. Постоянно теряюсь в мыслях, уносясь в светлое будущее, где мое кафе будет забито людьми, но, выныривая из фантазий, постоянно смотрю на дверь в надежде на появление первых посетителей.

— Тридцать шесть или тридцать семь? — в очередной раз сбиваюсь со счета.

Сегодня моя мечта стала реальностью. Проект, в который я вложила все, что у меня было. Сегодня мои мечты, которые бывший муж называл «непрактичной чепухой», наконец обрели свой финальный вид.

Но у меня все еще перед глазами стоит момент, когда Кир уходит из нашей квартиры со словами:

— Ты же взрослая женщина, Вера. Пора перестать верить в сказки.

Как раз в этот момент над дверью звякнул колокольчик, оповещая о том, что пришел посетитель. Я пока еще не привыкла к нему и, не смотря на ожидание, вздрагиваю от этого звука. На пороге стоит Марина. Как обычно, на ней яркое платье, которое, впрочем, удивительно идет ее рыжей буйной копне волос. У нее есть удивительное свойство заполнять своей энергией любое пространство, где появляется. Вот и сейчас ощущение, что в помещении появилась жизнь.

— Ну что, капитан, готова принимать бедствующих моряков?

Марина оглядывает пока пустой зал. Фыркаю, вытирая руки о передник, и обнимаю единственного человека, который меня поддерживал все это время.

— Беспокоюсь, что ко мне никто не придет, и что их будет так много, что у меня не хватит кофе и десертов.

— У тебя сегодня прекрасный настрой. В любом случае, помни, что сегодня твой день.

Она протягивает мне букет пионов. Их аромат заполняет все пространство.

— Мои любимые! — не могу оторваться от них.

Их плотные бутоны все еще немного влажные, поэтому кажется, что их только что срезали. И я зарываюсь в мягкие листья бутонов лицом.

— Место вышло уютное, — Марина сто раз видела это помещение, но сегодня осматривает особенно внимательно. — Получилось что-то среднее между Парижем и родным Петербургом.

— Так и было задумано. Хочу, чтобы здесь можно было отгородиться от всех проблем и просто наслаждаться отдыхом.

Осторожно расправляю лепестки цветов и ставлю в вазу поближе к кассе. С ними здесь становится даже чуточку уютнее.

— Ты даже пианино перевезла сюда?!

— Оно должно быть здесь. Каждое утро дедушка варил кофе и играл на нем что-нибудь новое. И каждый раз от его игры у меня перехватывало дыхание.

— Буду надеяться, что тебе не придется использовать его в первый же день как средство экстренного успокоения.

Мои притихшие страхи поднимают голову при первом упоминании о возможной неудаче.

— Не дрефь, если что, найдем тебе работу.

Мы тихо смеемся в пока пустом помещении. Меня немного отпускает, и в этот момент за дверью появляются первые любопытные гости, рассматривающие через витрину, что же у меня есть. Я так заболталась с подругой, что я забыла проверить на кухне, готовы ли круассаны.

Когда первые гости открывают дверь, из колонок начинает литься нежная музыка. Она так неспешно течет по залу, напоминая равномерный стук дождя по стеклу.

— Это же моя любимая! Признавайся, ты специально ее включила?

— Это чистая случайность.

Мне тоже хочется улыбаться от того, что я слышу. Погода сегодня не способствует хорошему настроению. Первые капли дождя уже стучат по стеклу. Удивительно, но в какой-то момент это получается даже почти в такт мелодии. Где-то вдалеке тревожно звенит трамвай, но тут все под надежной защитой гавани.

Марина кладет мне руку на плечо. Сейчас это почти так же важно, как ее неизменно уверенное «Все будет хорошо», которое я слышала каждый день на протяжении последних нескольких месяцев.

Мне безумно хочется верить в это, но день только начинается и еще не ясно, как закончится.

К полудню у меня нет ни одного свободного столика. Я до сих пор не верю своим глазам. За столиком рядом с моей стойкой уютно воркуют бабушка с внучкой. Парень в очках взял третью чашку латте. Он никак не может сосредоточиться на своей работе в ноутбуке, потому что постоянно смотрит в окно на проходящих мимо людей. В глубине зала расположились двое пожилых мужчин, общающихся за чашкой эспрессо.

Время от времени на всякий случай щиплю себя за руку, пытаясь осознать, что все это реально происходит со мной.

К вечеру дождь заметно усиливается. Капли продолжают настойчиво стучать по подоконнику. За окном появились разноцветные зонты бегущих мимо людей.

Я расставляю по столам свечи. Хочется хоть как-то согреть этот промозглый день. Пламя свечи тихо дрожит, отбрасывая на стены теплые золотистые блики, и в кафе становится по-настоящему уютно.

И вдруг что-то меняется, хотя я не сразу понимаю, что именно. Дверь распахивается с резким звоном колокольчика. Порыв холодного ветра врывается внутрь, заставляя людей, сидящих ближе к входу начать недовольно оглядываться.

На фоне стихии за дверью вырисовывается мужской силуэт. Я щурюсь, пытаясь разглядеть его лицо, но я вижу только напряженную линию плеч.

Темно-синий костюм из плотной ткани, на плечах которого блестят мокрые полосы от дождя. С его темных волос тоже струями стекает вода. И при всем этом лицо у него кажется безмерно уставшим. Полное ощущение, что он работает последний месяц без сна и отдыха. И, пожалуй, напряженная внимательность остается единственной живой эмоцией в нем. Он внимательно осматривает зал, книги, пианино и даже гостей. Когда же он останавливается на мне, то я замираю испуганным сусликом с зажженной спичкой в руке.

Это он?!

Глава 2. Артем

На часах только полвосьмого, а я уже в офисе. От привычки, выработанной годами, мне так и не получилось избавиться. Когда я только входил в управление делами компании, у меня не было особо выбора, а сейчас в этом уже нет острой необходимости. Но даже сейчас это остается единственным временем, когда можно сосредоточиться только на задачах.

Офис «Невского ключа» на Московском проспекте все еще выглядит так, как показывают во всех элитных журналах. Высотка в стекле от пола до потолка позволяет рассматривать город с высоты. С годами это для меня стало своего рода медитацией. Все, буквально все кричит об идеальности, элитности и немного даже надменности, но мне нравится.

Чашка черного кофе с утра, когда под ногами просыпается город, это тоже привычка, напоминающая о моих целях. Не могу оторваться от рассматривания того, как машины встают в пробках, а люди растекаются в разных направлениях. Все приходит в движение, зато здесь в это время господствует полная тишина. Это идеальное место для работы. Не об этом я, конечно, мечтал, когда заканчивал университет, но сейчас об этом бессмысленно сожалеть, ведь теперь все мои цели связаны только с компанией.

Шум за дверью выдергивает меня из размышлений. Вижу, что Полина уже пришла и все закрутилось с ее появлением. Сегодня у нас важный день. Судя по тому, как она безупречно выглядит, она явно про это не забыла. Сегодня на нее ее коронное черное платье и темные волосы убраны в безупречный пучок. Во всем этом такая тонкая грань между элегантностью и чопорностью.

— Доброе утро, Артем Константинович. Ко встрече все готово. Все собрались, и ждут только вас.

Чашка на столе уже оставила круглый кофейный след, что сегодня невольно нервирует. Пальцы на левой руке уже привычно ноют, как перед любой важной встречей. Судя по тому, что в коридоре неприятно тихо, все забились по своим местам, только чтобы не встречаться со мной сейчас. И только Полина бесстрашно следует за мной.

В переговорной уже шумно. Вся команда руководителей и приглашенные партнеры в сборе. Сегодня мы обсуждаем карту активов компании и возможности дополнительного финансирования. Последнее на самом деле критически важно для нас, но без остального нам не договориться.

Список с нашими объектами недвижимости занимается не один слайд. Где-то в хвосте мне попадается знакомый адрес небольшого помещения на Петроградке. Буквально на минуту, но эта мысль выбивает меня из заготовленной для партнеров речи, ведь это та самая кофейня, за которой я слежу из окна своей квартиры каждый вечер.

Внимательно слежу за нашими будущими инвесторами. По крайней мере, очень надеюсь, что получится их впечатлить настолько, чтобы они ими стали. Вложение Петра Князева, пожалуй, наиболее интересно для компании, поэтому я слежу за каждой его реакцией на то, что я говорю. Он уже в возрасте, и его виски полностью седые. Зато костюм стоит больше средней машины. Он представляет крупный фонд, который вкладывается только в стройку. Дмитрий Орлов мне ближе по духу. Сразу видно, что он не боится рисковать. Сейчас у него уже есть несколько бизнес-центров. Его репутация человека, который полностью полагается на интуицию, идет впереди него, и, судя по успешности его бизнеса, она его не подводила. Абсолютно разные, но оба имеют вес в отрасли.

Вот мы и добрались до самого сложного вопроса встречи. Надеюсь, моя тактика жесткого игрока сработает.

— Арендные ставки в центре города выросли на 40% за последний квартал. Четверть арендаторов платят существенно ниже рынка. Мы приняли решение, что изменим договора, не дожидаясь окончания сроков.

Вижу, как у обоих загорелся огонек интереса в глазах в отличии от изучения предыдущих материалов. Петр Викторович заинтересованно рассматривает материалы на слайдах.

— Какой бизнес у текущих арендаторов?

— Сейчас это в основном кафе и творческие студии.

— Они потянут такие изменения?

— Очевидно, что не все, но локации сильные, так что мы сможем сделать замену арендаторов быстро и без потерь.

— Какую доходность ожидаете к концу года?

— Плюс три процента к прошлому году.

Князев медленно кивает и ожидает вердикта Орлова. Внутри у меня все замирает в ожидании, получится ли заманить их к нам.

— А если арендатор откажется подписывать изменения?

— Расторгнем договор в связи с изменениями на рынке.

— Но с кем-то же придется судиться.

Его явно смущает дерзость текущего плана.

— Возможно, но суд займет минимум полгода. Этого достаточно, чтобы нашлись новые клиенты.

Вижу по глазам Князева, что удалось зацепить его.

— Вы жестко играете.

— Выживает сильнейший.

Пока Князев и Орлов обдумывают услышанное, мне кажется, что я даже не дышу. Мне остается только надеюсь, что я правильно разыграл карты.

Князев явно доволен тем, что услышал. Именно за этим он и пришел сегодня. Вижу, что Орлов тоже готов согласиться. И теперь напряжение в комнате уступает место спокойному деловому разговору.

— Признаюсь, мы обсуждали вчера материалы, которые вы прислали ко встрече. Ваша стратегия за последние два года кажется мне одной из самых взвешенных на рынке. Это звучит как возможность хорошо заработать, — выносит свой вердикт Князев.

Это льстит и настораживает, но сейчас не время для анализа. Для этого еще придет время.

— Я тоже участвую, — Дмитрий поднимается из-за стола, и это становится финальной точкой встречи.

Внутренне ликую, что у меня получилось получить согласие обоих. Мне нужен был как минимум один из них.

— Полина разошлет окончательные материалы вам до обеда. Подпишите, пожалуйста, со своей стороны.

Наконец все расходятся, пожимая друг другу руки. И только когда дверь за инвесторами закрывается, я позволяю себе осесть в кресло. Надеюсь, что получится все так, как я задумал.

Хотелось бы наконец уже выдохнуть сегодня и расслабиться, но даже из коридора я слышу, как в кабинете разрывается телефон. Рассматривая имя абонента на экране, борюсь с собой, чтобы не взять трубку. Понятно, что у мамы опять появились ценные советы, которые мне срочно необходимо узнать.

— Вечером буду.

Этот разговор в чем-то даже опаснее, чем встреча с инвесторами. У мамы хватка бультерьера. Если она заметит слабое место, то вывернуться уже не получится. После разговора в виски упрямо отдает боль за глазами, а рука, видимо, уже не успокоится до завтра.

Да что же за день сегодня такой!

Собственно вечер обещает быть сложнее любых переговоров.

Глава 3. Артем

Вечер наступил слишком быстро. Я еще не закончил все задачи, которые требовали внимания прямо сегодня, но уже надо собираться.

У родителей сегодня деловой ужин, и его невозможно пропустить. И кроме тех, кто обычно приходит на эти встречи, сегодня там будут наши новые инвесторы. Их подписи сейчас моя последняя ступень к креслу гендиректора. А пока для всех я всего лишь старший сын одного из уважаемых людей в городе.

Дом родителей, как обычно, встречает меня сдержанной роскошью. Не понимаю, как родители могут в жить в этом идеальном пространстве, ведь это все больше давит, чем создает уют, даже воздух здесь всегда кажется слишком правильным.

Дверь открывает мама. Она критически оценивает меня, и даже немного заглядывает мне за спину, желая убедиться, что я пришел один.

— Хорошо, что ты пришел без своей очередной девицы.

Этим голосом всегда было хорошо проводить сложные переговоры и плохо утешать из-за разбитых коленок. Надо сказать, что с годами ничего не поменялось. То же строгое выражение лица и лед в глазах, что пригвождает к полу, когда сразу понятно, что ты уже где-то ошибся. Собственно, с годами только волосы ее поседели и теперь отливает элегантным серебром.

— Мама, я тоже рад тебя видеть, — протягиваю ей букет белых тюльпанов.

Она обнимает меня, едва касаясь моей щеки.

— Все уже почти собрались. Отец и Тим уже ждут тебя дома.

В прихожей горит приглушенный свет. Идеальная атмосфера для светского вечера. Прямо у входа в кабинет стоит вазон со сложной композицией, но аромат цветов, на мой вкус, оказывается слишком сладким и душным.

В гостиной все, как всегда. Отец сидит в кресле у камина с ноутбуком на коленях. Судя по его сосредоточенному взгляду, он не слышит ни слова из того, что говорит рядом Тим. Седина, как и у матери, покрыла уже всю голову, но пронизывающий взгляд никуда не делся.

Но, пожалуй, единственный человек, которому я рад от всей души, это Тим. Брат для меня самый легкий для общения человек в этом доме. Он стоит у рояля, как всегда, небрежно прислонился к лакированному боку инструмента и пытается подсмотреть, что читает отец. Уже давно не понимаю, почему они оставили инструмент тут, ведь никто, кроме меня, никогда не касался его клавиш. Да и я разучился обращаться с ним здесь.

Свет от свечей, расставленных по периметру комнаты, играет на хрустале люстр. Сегодня даже фоторамки оставлены на каминной полке. Здесь можно рассмотреть молодых родителей. Отец стоит рядом со своим первым офисом. Он выглядит немного нелепо с широкой улыбкой и галстуком по моде того времени. Мама в строгом костюме, позирующая на фоне фонтана на конференции в Женеве, еще с горящими глазами прекрасна. Сейчас она производит совершенно другое впечатление.

Я знаю каждый миллиметр на этих снимках и каждый раз напоминаю себе, что эти люди остаются для меня символом успеха, к которому мне надо стремиться.

Холодная рука матери выдергивает меня из размышлений и призывает заняться тем, за чем я сюда пришел.

— Ты выглядишь уставшим, Артем. Это неприемлемо.

Удивительно, но в ее голосе нет заботы, только сухая констатация факта. И сколько мне лет, а я все не могу никак к этому привыкнуть.

— Все идет по плану, мам. Расширение будет в срок, как договаривались. Сегодня согласовали все условия.

В первый раз за вечер вижу ее довольную улыбку. И с этим она оставляет меня и уходит в другую компанию.

Вежливые разговоры и натянутые улыбки к вечеру даются мне с трудом. Пока есть свободная минута, подхожу к роялю, оттесняя локтем Тима. Он не удивлен, ведь это мое любимое место в доме. В голове уже несколько дней крутится навязчивая мелодия, но времени ее записать так и не нашлось, но пальцы сами тянутся к холодному глянцу клавиш.

— Постарайся не упоминать о своих музыкальных опытах за ужином, — прерывает меня мама, увидев меня у инструмента.

Руки замирают над клавишами, не успев коснуться их. Конечно, это не то место и, тем более, не то время.

Тим только закатывает глаза, выражая немую поддержку. Вечер только начинается, а мне уже хочется выйти на улицу, почувствовать, как холодный ветер обдувает лицо, вместо этого душного запаха успеха. Согревает лишь одна мысль, что, когда пост генерального директора будет моим, я буду свободен в решениях, и мне не придется обосновывать каждый шаг, оглядываться на родителей.

Следующие два часа оказываются самыми длинными за сегодняшний день. Атмосфера в доме не меняется. Все те же улыбки хорошо знакомых мне людей скрывают их подковерную игру. И с каждой минутой вечер становится все более утомительным.

Тим находит меня у буфета, когда я пробую еду, которая, впрочем, для меня не имеет никакого вкуса.

— Что ты такой напряженный? Мама с папой сегодня, конечно, в ударе, но гости выглядят довольными. С другой стороны, каждый получил от вечера то, что ожидал.

Тим всегда умеет снять напряжение одним замечанием. Серьезность — это вообще не его черта характера.

— Жаль, что я не получу желаемого.

— Да ладно тебе. Слышал, что ты все-таки добился денег от Князева и Орлова. А еще, что ваше партнерство — это светлое будущее для всех трех компаний. Это была цитата, если ты не понял.

Хоть кого-то веселит то, что происходит.

— Надеюсь, все, что ты сейчас делаешь, стоит того, — с легкой тревогой добавляет Тим.

Понимаю, что время для передышки закончилось и мне нужно возвращаться. Связи с нужными людьми для компании сами по себе не появятся. Родители все там же, где я их оставил, только теперь они в компании наших новых инвесторов.

— Артем, вы с отцом очень похожи, особенно в том, как защищаете то, что вам дорого. Такое взаимопонимание в семье редко встречается, — Князев с нажимом пожимает мне руку. — Мы только что с Димой обсуждали, что, если все пойдет так, как вы закладываете сейчас, через два года вы будете главным лидером рынка, — продолжает он, но, мне почему-то кажется, что в голосе звучит какая-то скрытая злость.

И на минуту меня охватывает сомнение в правильности моего выбора инвесторов.

— Надеюсь, вы не разочаруетесь.

— Уверен, что нет.

И улыбка в миг делает Князева простоватым увальнем. Какое же из его лиц настоящее еще предстоит выяснить.

Возвращаюсь домой далеко за полночь. Квартира встречает меня темнотой и тяжелым запахом кофе. Наверняка, опять забыл выключить кофеварку утром.

Хочется расслабиться и мгновенно заснуть, но я замираю у окна. Мне нравится рассматривать, что происходит в кофейне, что открылась в здании напротив. Место, бесспорно, удачное, но выдержит ли оно конкуренцию в текущих условиях, мне пока не ясно.

Более того слежу за этим помещением дольше, чем готов признаться даже самому себе. В памяти всплывают картины, когда хрупкая женщина в джинсах и кроссовках сама рисовала узоры на стенах. Или как однажды она споткнулась на пороге и уронила кисть, забрызгав все вокруг рыжей краской, но это ничуть не умерило ее хорошего настроения. Хотелось бы мне тоже так относиться к неприятностям.

Теперь каждое утро и каждый вечер дома ловлю себя на том, что смотрю, что там изменилось, прежде чем заняться остальными делами. Так и манят меня книги на окнах и темный силуэт пианино. Не знаю, зачем в кафе этот инструмент, но все же в этом есть что-то заманивающее и живое.

Наверно, я делаю в жизни что-то не так, раз меня привлекают такие простые вещи.

Мысли уносят меня в глубокое детство, когда я сидел в кабинете отца и слушал, как он проводит переговоры с партнерами. Он казался мне божеством, которому никто не мог возразить. Тогда я даже представить себе не мог, что стану таким же, как он. Музыка мне казалась чем-то более реальным. Я мечтал о том, как буду выступать на сцене, и мне будет аплодировать, стоя весь зал. Сейчас же, кажется, все возвращается на круги своя, и я занимаюсь делом родителей. Правда, при каждой крупной сделке у меня внутри появляется неуверенность и страх подвести родителей.

Хозяйка закрывает кофейню и растворяется в темноте ночи.

Мое же вечернее умиротворение рушится в один момент новым уведомлением на телефоне. Князев прислал новый запрос с уточнением информации по всем нашим арендаторам. Зачем ему эта информация сейчас?

Не понимаю его и отбрасываю телефон вместе с рабочими вопросами до завтра, возвращаюсь к рассматриванию ночного города с его пустотой и теплым светом от уличных фонарей.

Глава 4. Вера

Три месяца назад

Подхожу ко входу в здание «Невского ключа» и на мгновение забываю обо всем. Кажется, что его видно ото всюду в городе. Высотка возвышается над улицей, подавляя все, что оказывается рядом. Башня из чистого стекла, где отражаются облака. На ее фоне чувствую себя буквально пылинкой. Но все же здание манит, восхищает и пугает до дрожи в коленях.

Сама себе не верю, что нахожусь здесь и что все-таки решилась подписать документы. Скрещиваю пальцы в кармане и мысленно повторяю себе, что у меня все получится.

У входа меня встречает стойка ресепшена, и мужчина в безупречном синем костюме и тонком сером галстуке, который весело общается с девушками за стойкой.

Замираю в паре шагов от них, не решаясь вмешиваться в их беседу. Пока есть время стараюсь незаметно расправить складки на пиджаке костюме, чтобы выглядеть более серьезно.

— Вы слышали, какой сегодня с утра разнос был?

Это звучит слишком громко в тишине огромного холла первого этажа, но девушка на эмоциях явно не может остановиться.

— Я немного опоздала. Что случилось?

— Артем Константинович сегодня в бешенстве. Говорят, он чуть не уволил всю команду, работавшую над сделкой, которую сегодня чуть не сорвали.

Делаю шаг вперед, обозначая свое присутствие.

— У меня встреча с менеджером из отдела аренды.

Сама себе удивляюсь, как у меня получилось произнести это без заикания. Меня внимательно осматривает вся компания, и мужчина приглашает следовать за собой.

— Вера Белова.

— Д-да.

— Пойдемте. Меня зовут Сергей Вишневский.

Каждый мой шаг отдается внутри глухим ударом сердца. Мы проходим коридорами к нужной нам переговорке. Внутри здание впечатляет точно так же, как и снаружи. Видно всех сотрудников, работающих за прозрачными перегородками. Все это создает полной ощущение, что я нахожусь в аквариуме и за мной наблюдают сотни глаз.