Внутренние семейные системы: терапия зависимостей

6. Fear (Исследовать страхи). Что пугает эту часть, в случае если она перестанет выполнять свою роль? Как отреагируют другие защитные части (менеджеры или пожарные), если эта часть изменит своё поведение? Были ли в прошлом ситуации, когда подобное уже происходило? Что тогда случилось? Что станет с изгнанником, которого часть защищает, если она перестанет это делать?

Упражнение. Знакомство с менеджером

Менеджеры – это проактивные части, ориентированные на будущее. Их задача – помогать вам «совершенствоваться» и избегать ошибок, но для этого они часто используют защитные стратегии, такие как перфекционизм, самокритика, анализ, стремление к одобрению, планирование, стремление к минимизации, контроль, морализаторство и переутомление. Это упражнение поможет вам установить контакт с одним из таких менеджеров, чьи действия кажутся вам знакомыми. Выберите любую часть, которая хочет вашего внимания, даже если её поведение не экстремально.

1. Сядьте поудобнее. Закройте глаза, сделайте несколько глубоких вдохов и «войдите» в свой внутренний мир. Когда почувствуете готовность, мысленно попросите менеджера, который хочет быть услышанным, проявиться.

2. Представьте, что менеджер находится за стеклом. Предложите ему проявить активность и делать то, что он обычно делает, пока вы наблюдаете. Обратите внимание на язык тела и мимику. Прислушайтесь к тому, что он говорит. Например, вы можете начать наблюдать за той частью, которая постоянно планирует: когда пойти в магазин за продуктами, во сколько забрать детей, когда выгулять собаку, как успеть сделать дополнительные дела, как завершить рабочий проект и т. д. Скажите этой части, что вы наблюдаете за ней и хотите узнать больше. Если вы не видите эту часть, потому что она скорее слуховая, чем физическая – например, часть перфекционист, которая проявляется как голос в вашем сознании или как жужжащее давление возле головы, – вы все равно можете дать ей понять, что слушаете или чувствуете ее энергию и открыты для ее послания.

3. Если в какой-то момент активизируется другая часть, попросите ее расслабиться и предложите поговорить с ней позже, а затем вернитесь к менеджеру. Если возникают реактивные части, попросите их расслабиться. Когда вы почувствуете себя открытым и заинтересованным, вернитесь к менеджеру-мишени и продолжите слушать. Обратите внимание на то, что вы чувствуете по отношению к этому менеджеру, и если вы все еще испытываете любопытство, задайте несколько вопросов:

Когда ты заставляешь меня_______________ [заполните пробел обычное поведение менеджера, например, планирование наперед, не допускать ошибок, следить за тем, чтобы мой начальник был доволен, и т. д. ], как ты пытаешься помочь?

Как давно ты мне помогаешь?

Сколько тебе лет?

С какого времени вести себя подобным образом стало особенно важно? Что происходило тогда? Были ли в прошлом моменты, когда ты не мог помочь мне поступать так? Если да, что ты чувствовала тогда и что происходило?

Чего ты боишься? Что может случиться, если перестанешь заниматься тем, чем занимаешься? Как давно ты боишься?

Когда-нибудь эти страхи действительно сбывались?

Пробовал ли прекратить делать то, что делаешь? Что тогда произошло? Когда удалось вернуться к роли и восстановить порядок?

Что ты видишь, когда смотришь на меня? (Иногда часть видит другую часть. Например, может видеть вас восьмилетним ребенком или пожарным.)

Что я должен знать о тебе?

Задавая подобные вопросы, вы можете столкнуться с разными формами коммуникации. Одни части используют речь, словно ведут обычный разговор, другие предпочитают передавать информацию образами или действиями, без слов. Какой бы способ выражения вы ни заметили, убедитесь, что вы открыты и восприимчивы. Если вы уловили послание, сообщите части, что поняли её и благодарны за доверие. Если возникли сложности с пониманием, мягко попросите пояснений.

Некоторые участники терапии находят полезным подтвердить услышанное словами вроде: «Теперь я понял. Ясно, почему тебе нужно убедиться, что я не провалюсь. Я ценю это усердие».

Когда вы поймете намерения и страхи этой части, поблагодарите ее за то, что она поделилась с вами. Выразите готовность продолжать контакт, давая понять, что она не одинока. Если же часть показывает признаки недоверия или неуверенности, напомните ей, что любые близкие отношения требуют времени и терпения. Завершив этот этап, обязательно отметьте реакцию части на вашу поддержку и зафиксируйте важные моменты для будущих встреч.

Упражнение. Знакомство с пожарным

Пожарные – это защитники, которые реагируют на превышение полномочий менеджера и на проявление скрытой боли. Чаще всего пожарные стараются заглушить боль с помощью алкоголя, наркотиков, еды, секса, включая просмотр порнографии. В других вариантах это азартные игры, неконтролируемые покупки, увлечение гаджетами, чрезмерные занятия спортом, физическое насилие и нанесение вреда самому себе. Нередко люди сочетают несколько форм поведения пожарных (например, употребление алкоголя сопровождается беспорядочными половыми связями). Это упражнение поможет вам подружиться с одним из своих пожарных, чья деятельность кажется вам знакомой. Поведение этой части не обязательно должно быть экстремальным, это может быть и поведение из прошлого, например курение в старших классах.

1. Сядьте поудобнее. Закройте глаза, сделайте несколько глубоких вдохов и «войдите» в свой внутренний мир. Когда почувствуете готовность, мысленно попросите пожарного, который хочет быть услышанным, проявиться.

2. Определив пожарного, представьте, что он за стеклом, и предложите ему проявить активность и делать то, что он обычно делает, пока вы наблюдаете. Обратите внимание на язык тела и выражение лица. Он счастлив и расслаблен? Напряжен и перевозбужден? Лицо сонное и отрешенное?

3. Что вы ощущаете, когда наблюдаете, как эта часть занимается своей обычной деятельностью? Если вы замечаете признаки осуждения, страха или неловкости, попросите эти части отойти в сторону и пообещайте проверить их позже. Скажите им, что вы (Сэлф) лишь устанавливаете связь с этой частью, а не поощряете и не оправдываете ее действия. Когда вы почувствуете себя открытым и заинтересованным, вернитесь к цели – пожарному и задайте следующие вопросы:

• Когда ты принуждаешь меня к ____________ [вставьте обычное поведение пожарного, например, выпить пару банок пива или допоздна смотреть фильмы], как ты стараешься мне помочь?

• Как давно ты мне помогаешь?

• Сколько тебе лет?

• С какого времени вести себя подобным образом стало особенно важно? Что тогда происходило?

• Случалось ли, что ты не мог мне помочь, поступая подобным образом? Если да, то что ты при этом чувствовал и что случилось?

• Что, по-твоему, случится, если ты перестанешь делать то, что ты делаешь? Как долго ты боишься?

• Когда-нибудь эти страхи действительно сбывались?

• Пробовал ли перестать делать то, что ты делаешь? Что тогда произошло? Когда удалось вернуться к роли и восстановить порядок?

• Что ты видишь, когда смотришь на меня? (Иногда часть видит другую часть. Например, может видеть вас восьмилетним ребёнком или критикующим менеджером.)

• Что я должен знать о тебе?

Задавая подобные вопросы, вы можете столкнуться с разными формами коммуникации. Одни части используют речь, словно ведут обычный разговор, другие предпочитают передавать информацию образами или действиями, без слов. Какой бы способ выражения вы ни заметили, убедитесь, что вы открыты и восприимчивы. Если вы уловили послание, сообщите части, что поняли её и благодарны за доверие. Если возникли сложности с пониманием, мягко попросите пояснений.

Когда вы поймете намерения и страхи этой части, поблагодарите ее за то, что она поделилась с вами. Выразите готовность продолжать контакт, давая понять, что она не одинока. Если же часть показывает признаки недоверия или неуверенности, напомните ей, что любые близкие отношения требуют времени и терпения. Завершив этот этап, обязательно отметьте реакцию части на вашу поддержку и зафиксируйте важные моменты для будущих встреч.

Прямой доступ и внутренний диалог (in-sight)

Клиенты обычно приходят на первый приём слитыми с одной из своих частей. Если они встревожены и полны надежд, доминирует менеджер, который убедил попробовать терапию. Если настороженны, враждебны или обвиняют друг друга, они слиты с пожарным. Если они подавлены и плаксивы, это указывает на слияние с изгнанником. Мы начинаем с вопроса, адресованного напрямую части. Вот несколько способов, как это можно сделать:

Первый способ – обращаться к части так, будто это клиент. Используем местоимение «вы»: «Что вы замечаете? Что вы чувствуете? Что привело вас сюда?» Это звучит как традиционная разговорная терапия. Мы называем это имплицитным прямым доступом.

Второй способ – назвать часть частью и говорить о клиенте в третьем лице. Используем предпочитаемые клиентом местоимения. Например: «Вы – та часть Марка, которая обеспокоена, что он принимает запрещенные вещества? Так ли это?» Мы называем это эксплицитным прямым доступом.

После взаимодействия со слившимися частями клиента через прямой доступ, мы просим часть отделиться. Если часть отказывается, предполагаем, что у неё есть веская причина, и продолжаем диалог, чтобы понять её мотивы. Если же часть соглашается, Сэлф клиента проявляется, и начинают формироваться внутренние связи между Сэлф и частями. На этом этапе важно, чтобы именно Сэлф руководил диалогом с частями – это и есть внутренний диалог (in-sight).

Если клиент стабильно находится в контакте со своим Сэлф, терапевт может отойти на второй план и спросить: «Что нужно сделать дальше?». Если же доступ к Сэлф неустойчив, терапевт продолжает направлять процесс.

Как показано в примерах этого руководства, оба метода – внутренний диалог и прямой доступ – эффективны. Однако прямой доступ особенно полезен при работе с поляризованными частями (например, конфликтующими менеджерами). Оба метода можно гибко комбинировать в работе с разными клиентами и на разных сессиях.

Что, если?

Когда проактивные части (менеджеры) и реактивные части (пожарные) замечают Сэлф клиента и осознают, что их объединяет общая цель – защита травмированных частей (изгнанников), мы можем предложить новый путь, задавая серию вопросов: «А что, если…».

Наше послание наполнено надеждой: «Существует более лёгкий способ!» Защитные части, как правило, проявляют интерес к таким оптимистичным гипотезам, поскольку они открывают альтернативы их привычным, но изнурительным стратегиям.

Гипотетические «А что, если…» для помощи в отделении частей

• А что, если есть другой способ справиться с этой уязвимостью?

• Что, если бы существовал эффективный способ вырваться из этого хаотичного, вызывающего зависимость круговорота?

• Что, если бы изолированные, раненые части могли исцелиться в отношениях с Сэлф

• Что, если бы мы могли помочь пожарным, чтобы им не приходилось справляться с уязвимыми частями в одиночку?

• Что, если бы мы могли помочь менеджерам, чтобы им не приходилось брать всю ответственность на себя?

• Что, если бы у вас была поддержка?

После того как клиент обдумает один или несколько гипотетических сценариев («А что, если…»), предложите ему задать следующий вопрос своим менеджерам и пожарным: «Согласились бы вы временно отступить, если бы увидели, что Сэлф помогает раненым частям (изгнанникам)?»

2. Концептуализация зависимости

Раны привязанности, травмы и аддиктивная система

Когда дети растут в тёплой атмосфере, окружённые поддержкой и вниманием надёжных взрослых, они чувствуют себя защищёнными и учатся доверять самим себе и окружающим, смело отправляясь навстречу новым впечатлениям. Уверенные в собственной безопасности малыши открывают миру все грани своих эмоций, будь то веселье, грусть, ярость или любопытство. Ребёнок, которому комфортно в своём пространстве, познаёт радости физического мира: исследуя предметы вокруг, развивая силу мышц через активные игры, радостно барахтаясь в ванне, осваивая езду на велосипеде, самокате или бегая босиком по траве, протягивая руки к младшему братишке, сестре или лучшему другу.

В идеале детство ребёнка проходит в атмосфере полной свободы – учиться, ошибаться и исправлять ошибки. Малыш уверен, что его поддержат в трудный момент, мягко подскажут и помогут. Взрослые защитят от реальных угроз и неблагоприятных ситуаций. Внутренняя структура ребёнка гармонично согласована с окружающей средой. Части-менеджеры наполняются радостью, гордостью и удовлетворением от успехов и достижений. Пожарные части занимаются приятными, полезными делами, дарящими отдых и вдохновляющими на дальнейшие приключения. Уязвимые части остаются открытыми, отзывчивыми к нежности и любви. Дети живут в безопасности, любви и свободе, целиком погружённые в настоящую жизнь. Их потенциал готов полностью раскрыться.

Но жизнь далеко не всегда складывается идеально. На жизненном пути неизбежно встают преграды. Боль, душевная и телесная, неотъемлемая составляющая человеческого существования, однако многим пациентам с аддиктивной моделью поведения довелось пережить гораздо больше страданий, чем ребенок способен выдержать. Некоторым приходилось расти в трудной семье, сталкиваться с эксплуатацией и равнодушием родителей, которых боялись и ненавидели, но любили и отчаянно нуждались в их поддержке. Поскольку детские эмоции воспринимаются ими как отражение их личной сущности, а не внешнего окружения, дети, столкнувшиеся с плохим отношением или насилием, особенно склонны считать себя виноватыми в поведении своих опекунов.

Даже в стабильной среде у клиента могут формироваться болезненные убеждения о своей ценности и способности чувствовать себя любимым. Для кого-то источником трудностей становятся особенности темперамента или специфические нарушения обучаемости. Другие сталкиваются с кризисами из-за разрыва значимых отношений, разрушительных последствий развода или неожиданной утраты близких. Третьи вынуждены бороться с хроническими заболеваниями или физическими ограничениями. Подобные переживания активируют уязвимые части, провоцируя включение защитников, которые предлагают временное облегчение, но часто ценой подавления эмоций. Жизненные травмы могут подталкивать людей к компульсивным моделям поведения – своеобразным попыткам заглушить внутреннюю боль. Вне зависимости от причин кризиса, терапевты IFS выстраивают с клиентом партнёрские отношения, основанные на эмпатии и нейтральном принятии. Эта терапевтическая позиция создаёт безопасное пространство для исцеления травмированных частей и трансформации роли защитников.

Социальный контекст зависимости: поляризация общества

Семейная система не только оказывает глубокое влияние на формирование внутреннего мира ребёнка, но и сама встроена в более масштабные социальные системы, чьё воздействие нельзя недооценивать. К ним относятся системы локального уровня: школы, религиозные организации, соседские сообщества, а также структуры государственного управления: местные, региональные и федеральные. Эти системы часто содержат множественные поляризации, которые обостряют конфликт между «менеджерами» и «пожарными» (в терминологии IFS) и формируют социальный контекст, способствующий развитию зависимостей. Особенно ярко это проявляется в американской культуре и её институтах, где существуют глубинные противоречия: между стремлением к контролю и компульсивной расторможенностью, между жёстким морализаторством и поощрением вседозволенности.

Экономика Соединённых Штатов, например, основана на компульсивном демонстративном потреблении, однако подобные модели поведения морально осуждаются. Религиозные и государственные институты строго регулируют вопросы сексуальности, телесности женщин и сексуальных предпочтений, в то время как массовая реклама гиперсексуализирует практически всё, особенно эксплуатируя женское тело. Некоторые психоактивные вещества запрещены и демонизируются, тогда как другие – с аналогичным или бо́льшим разрушительным потенциалом – остаются легальными. Аналогичным образом корпорации продвигают вредные, способствующие ожирению продукты и борются за их присутствие в школьных столовых, в то время как медиа воспевают анорексичные тела и проповедуют, что «стройность – синоним совершенства». Менеджеры усваивают эти противоречивые установки с раннего возраста – в семье, школе, религиозных организациях, через медиа и взаимодействие с государственными институтами.

Противоречие между способностью подавлять компульсивные реакции (ингибиция) и отсутствием самоконтроля и распущенностью (деингибиция) особенно ярко проявляется в так называемой войне с наркотиками. Здесь мы наблюдаем устойчивый спрос на психоактивные вещества во всех демографических группах (Hart, 2021), резко контрастирующий с жесткими правительственными запретами, направленными на систематическое лишение гражданских прав афроамериканцев, коренных народов, латиноамериканцев и азиатов, а также других иммигрантов и представителей этнических меньшинств за использование наркотиков (Hari, 2015; Hart, 2021). Государственные институты традиционно преследовали за рекреационное употребление наркотиков чернокожих мужчин, заключая их под стражу в пять раз чаще, чем белых, хотя уровень употребления в обеих группах был практически одинаковым.

В то же время фармацевтические компании в последние годы получали колоссальную прибыль, открыто распространяя заведомо ложную информацию о назначении опиоидов, что к 2019 году в США привело примерно к 50 000 смертей от передозировок.

И это лишь фрагмент картины. Эпидемия смертей, связанных с зависимостью, рассматривается нами в контексте более масштабных эпидемий, связанных с деингибицией. Каждый год в Соединенных Штатах примерно 95 000 человек умирают от алкоголя и более 100 000 от наркотиков, еще 300 000 умирают от различных причин, связанных с ожирением, и 480 000 от табакокурения. Однако миллионы людей переедают, пьют алкоголь, периодически играют в азартные игры или употребляют наркотики чтобы расслабиться, не создавая себе серьезных проблем (Hart, 2021). Смертельные случаи, которые происходят в результате компульсивных действий, на наш взгляд, в первую очередь свидетельствуют о страданиях. Они могут возникать из-за масштабных проблем (таких, как институциональный расизм, патриархат и укоренившийся материализм экономики, основанной на потреблении) или личных историй травм и потерь (Felitti, 2004; Hari, 2015; Menakem, 2017; Szalavitz, 2016; Schwartz & Sweezy, 2020).

Хотя индивидуальная психотерапия, безусловно, не способна устранить системные социальные проблемы, она позволяет работать с их последствиями в жизни клиентов. Если клиент находится в опасной среде или вовлечён в криминальную деятельность, мы помогаем ему исследовать историю формирования роли пожарного (в терминологии IFS) и то, как на это повлиял травматический опыт детства. Когда домашние условия угрожают безопасности, мы подтверждаем реальность их переживаний, помогаем получить доступ к социальным ресурсам и восстановить связь с «изгнанными частями», которые были подавлены из-за личных, социальных или политических обстоятельств. Валидация становится противоядием от стыда и инструментом исцеления интернализованного насилия, но её источником должен быть не только терапевт. Клиенту важно научиться обращаться к внутреннему подтверждению: дистанцироваться от защитников-критиков, услышать их намерения с состраданием и создать безопасное пространство для раненых частей, которые долгое время находились в изоляции.

Поляризация между защитниками

Учитывая многочисленные полярности, проявляющиеся в семейной системе и более широких социальных контекстах, неудивительно, что противостояние между защитными частями становится нормой в процессах формирования зависимостей. Эти противоположности возникают, когда менеджеры (управляющие части) и пожарные (реактивные части) посвящают себя противоположным стратегиям защиты внутренней семейной системы, которой хронически угрожают болезненные воспоминания и непереносимые эмоции. Обе группы защитников постоянно пытаются уберечь систему от перегрузки, вызываемой частями-изгнанниками. Если менеджеры помогают клиенту функционировать, то пожарные прибегают к веществам или другим формам успокоения и отвлечения, чтобы заглушить эмоции изгнанников. Сами же изгнанники, оставленные без внимания и часто уничижительно оцениваемые как «слишком слабые» или «наивные», оказываются в эпицентре конфликта. Их неудовлетворённые потребности нарастают, безнадёжность усиливается – и так продолжается годами, прежде чем человек обратится за терапией или получит к ней доступ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Адаптировано с разрешения из статьи «An IFS Lens on Addiction: Compassion for Extreme Parts», by C. Sykes, in M. Sweezy & E.L. Ziskind (Eds.), Innovations and Elaborations in Internal Family Systems Therapy (p. 30), 2017, Routledge (https://doi.org/10.4324/9781315775784). Copyright 2017 by Cece Sykes, LCSW.