Читать книгу Между чёртом и водяным (Эвелина Шегай) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Между чёртом и водяным
Между чёртом и водяным
Оценить:

4

Полная версия:

Между чёртом и водяным

Прогулявшись по задней части двора, где съела прямо с ветки пару сладких слив и контрастно кислых виноградинок, Лена вернулась на кухню. Только она собралась готовить завтрак, как бабушка тоже заскочила и быстренько прогнала от плиты, не позволив даже яйца пожарить.

— Успеешь ещё за жизнь накашиваться-то, радуйся, покель бабка твоя жива да при своём уме.

— Конечно, я этому рада, но тоже уже давно не беспомощный ребёнок. И как минимум завтрак уж нам точно могу приготовить.

— Дурная голова ногам покою не даёт, — проворчала сама себе под нос бабуля.

— Ладно, тогда я готова к серьёзному разговору, — подытожила Лена и села за пустой стол, сложив руки перед собой, как прилежная ученица. — Рассказывай, что вчера мы делали и для кого.

— Дык чё тут рассказывать-то — носки для Лёньки шили.

— А Лёня кто?

— Чёрт.

— В смысле?.. Ты имеешь в виду, что ведёт себя как чёрт?

— Чёрт он и в Африке чёрт. И повадки у него чертячьи — копытцами отплясывает, коли серчает, — рассказала бабушка, деловито постукивая деревянной лопаткой о чугунную сковороду.

Лена зажмурилась, закрывая лицо ладонями, и мученически простонала:

— Я не понимаю-ю-ю, ты сейчас шутишь или говоришь серьёзно.

— Чё мне хохмы мочить, коли ты как Фома неверующая.

— Но это!.. — она воскликнула и тут же замолчала на полуслове, не в силах закончить мысль о невозможности существования чертей. После вчерашних летающих носков у неё рамки нормальности самую малость пошатнулись. — Реально чёрт?.. С рогами и копытами?

— И свиным пятаком, — поддакнула бабушка.

— Да ну нафиг, ты точно прикалываешься!

— Вот приедет Лёнька, ты поищи слов ласковых, понахваливай его — мол, до чего гарный хлопец! Сама тогда увидишь, как свиной пятак наружу вылезет.

Она накрыла стол, разложив привычную поляну, но Лена твёрдо решила съесть только яичницу. И так в последние дни сильно перебирала по калориям. Если пустить всё на самотёк, откормят её тут за месяц, как поросёнка.

— Среди людей водятся те, что в старину-то нечистой силой кликались, а таперича они зовутся — сущими, — снова заговорила бабушка после того, как села за стол. — Неведомо мне, чё за сущие такие, откудова взялись. Я их по старинке нечистью зову. Чёрт, леший, водяной — нечисть это, почитай, вся, да и только.

— Но зачем мы помогаем нечисти? Разве они — не зло?

— Человек — зло куда посильнее будет. А эти просто жить хотят. И пущай живут, покель людей не трогают. Да только в семье не без урода. Есть и такие, у кого злоба внутри лютует, да за ними быстро приходят.

— Кто приходит?

— Откудова мне знать-то? Каки-то охотники-лиходеи, чтоб им икалось. Им чё правый, чё виноватый — без разбору всех под корень кромсают. Поэтому-то мы, внученька, и подсобляем тем, кто совсем ещё зелен да хорониться толком не научился.

— Не поняла, кто и от кого хоронится? — тщетно пыталась разобраться Лена, но чем больше бабушка рассказывала, тем сильнее путалась. — Лёня же среди людей ходит, ни от кого не прячется… Или ты имеешь в виду, что они именно от охотников вынуждены скрываться?

— Так они ж ненашенские. Мы все живём в мире, что явью зовётся. А они лезут с обратной стороны — из нави. Там жизни-то нет, один холод да голод. Но когда они к нам пролезают, то сразу не умеют нормально за человечьей шкурой хорониться. — Она отломила кусок хлеба и макнула в жидкий желток. — Ты к Лёньке присмотрись повнимательнее-то, и поймёшь, о чём я толкую.

— Хорошо, присмотрюсь.

— Мы шьём одёжку молодняку, чтобы помогать удерживать вот эти человечьи маски. Чтобы они людей не стращали. Люд-то он какой? Тёмный. С вилами попрёт на то, чё в толк не возьмёт. А кто ж даст себя али близкого своего в обиду? Никто! Всякий станет обороняться. Да только коли нечисть отпор даёт, калечит кого насмерть — вот тады и охотники враз прискакивают. И разговор у них короткий.

— Ну да, несправедливо получается, — тихо подметила Лена, подумав о нечисти, как о беженцах, которые сталкивались с дискриминацией по одному лишь факту рождения с неправильным цветом кожи.

Накануне поездки в деревню она смотрела документальный фильм, в котором предков современных афроамериканцев отлавливали как каких-нибудь животных, засовывали в тесные клетки и везли на кораблях в трюмах. Бедные люди в огромных количествах умирали в условиях дичайшей антисанитарии. А что с ними потом творили хозяева — рабовладельцы, считающие себя людьми высшего сорта, Лене даже вспоминать было неприятно. Ужастики нервно курили в сторонке перед лицом реальной истории.

— Неволить я тебя не стану, — начала говорить бабушка и резко замолчала, смотря на стену с календарём. — Дорогу ты сама выбрать должна, по сердцу. Я-то в своё время решилась на этот путь, покуда близко мне это всё ведьмовское. Но нашенская порода тебя, внученька, ни к чему не неволит. Никого насильно в это дело не затаскивали.

— То есть, вчерашняя демонстрация летающих носков, это была неторжественная передача мастерства?

— Нет, чай, это я тебя чуток поднапрягла ради долгов своих старых, — отмахнулась бабушка, возвращаясь к завтраку. — Задолжала я паре нечистиков за их подмогу. Не могу отойти от дел, покель им вещицы не справлю. С носками Лёньки вот вчера разобрались, осталось ещё рубаху Володьке. Да и всё.

— Всего два заказа? А сказок-то об очередях бесконечных было. Не такой уж ты и популярностью пользуешься.

— Ты чё это удумала, сопля мелкая? — Сурово спросила она. Но только притворялась разозлившийся, сеточка морщинок вокруг глаз выдавала её истинное расположение духа. — Бабку свою на слабо взять?

— Ну ты же сама рассказывала, что к тебе со всей России покупатели съезжаются, отбоя от них нет.

— Так и было, да тольки я последние годы никого и на порог не пускаю — всем от ворот поворот даю. Сил-то во мне больше нет, и тебя неволить не стану. Захочешь — продолжишь моё дело. Молва — она быстро разносится. Моргнуть не успеешь, как нечисть сбежится.

— А мама в курсе твоего ведьмовского бизнеса?

— Нет, она же чернявая, в деда твоего пошла, ни капли нашенской породы ей не вышло.

После сытного завтрака бабушка резво подскочила и собрала со стола тарелки, точно не восьмидесятилетняя старушка, а молодая и полная сил женщина. Она откинула руки Лены, попытавшейся ей помочь, и протёрла стол краем фартука.

— Дело у меня для тебя есть, — объявила бабушка, закончив с уборкой. — Таперича надо бы нам к Володьке сходить, мерки с него снять сызнова. Я последний раз кафтан ему правила годов двадцать назад, почитай, целая вечность уплыла. Не сохранилось у меня в записях ничё.

— А Володька — это кто? Что за нечисть?

— Водяной.

— В этой деревне весь сказочный бестиарий живёт, что ли? — фыркнула Лена и рассмеялась, больше не в состоянии адекватно воспринимать происходящее. С другой стороны, с чёртом уже познакомилась, можно теперь и с водяным подружиться.

— Не весь, но в Межуречье хватает нечистиков, — хмыкнула бабушка, с хитроватым прищуром поглядывая на неё, и тоже улыбнулась.

— И куда топать к твоему Володьке?

— На озере Володька обретается, у самого устья. Дом там стоит деревянный, аккурат у речки.

— О, тот дом с деревянным колесом!

— Видела уже его?

— Ага, когда вчера гуляла, то случайно вышла к нему.

— Вот и ладом, значит, знашь куды идти. — Она достала из кармана юбки древний, ещё кнопочный телефон. — По звонилке наберу его, провентилирую, дома ли сидит, чтоб не гонять тебя почём зря.

Со стороны двора послышались гудки клаксона, и Лена выглянула в окно, уставившись на низкую спортивную машину ярко-жёлтого цвета, остановившуюся у их ворот. Новые клиенты? Очень богатые клиенты, раз разъезжают на таких тачках.

Но как спорткар смог по настолько убитой дороге добраться до бабушкиных владений и не потерять где-то по пути подвеску?

Столько вопросов и никаких ответов…

— Он ноне дома кукует, — сказала бабушка, возвращая к себе внимание Лены, которая так увлеклась разглядыванием незваного гостя, что прослушала весь разговор по телефону. — Сходи до него, мерки сними, а завтра ночью начнём рубаху править.

— Бабуль, к тебе тут кто-то приехал… на дико дорогом авто.

Бабушка подошла к окну и тоже выглянула во двор, а уже в следующую секунду звонко воскликнула:

— Дык это Лёнька припёрся! За носками своими, да перед тобой щегольнуть. А то в прошлый раз не при параде был, чертяка, — она пренебрежительно фыркнула, словно оценивала не дорогую иномарку, а глупую мальчишескую проказу, которую раскусила с первого взгляда. — Вот таперича, видать, хочет исправиться. Пыли в глаза тебе напустить.

Глава 3.2

— Реально думаешь, я так сильно ему понравилась? — со скептической усмешкой поинтересовалась Лена.

— А чё б и не понравилась-то? Девка ты гарна, лицом чиста, да ещё и в нашенскую породу удалась.

— Даже не знаю, в Москве я как-то не особо популярностью у парней пользовалась, — призналась она, и улыбка сама сползла с её губ, стоило вспомнить Ваню.

— Тю! Столичные-то все слепые, аки котята новорождённые, — отмахнулась бабушка и пошла к двери. — Айда носки отдавать. Работу ты сработала — значит, и деньга твоя по праву.

Они не сразу пошли к воротам, Лена успела даже в свою комнату заскочить, чтобы сменить пижаму на летний сарафан на широких бретелях. Хорошенько сбрызнула пульверизатором волосы, выдавила и размазала по ладоням гель для стайлинга, и пожамкала пряди, помогая им вспомнить завиток. В такие моменты она особенно любила свои кудрявые волосы, не требующие многочасовых манипуляций, чтобы выглядеть прилично.

Когда Лена вышла во двор, бабушка не стала никак комментировать изменения в её внешности — по одним улыбающимся глазам всё было понятно: ничто не проскочило мимо острого взора старушки. Но она явно надумала лишнего. Лена вовсе не для Лёни принарядилась, для себя самой, чтобы выглядеть хорошо, а не бродить по деревне, как пугало огородное.

— С добрым утром, красавицы, — бросил Лёня с типичными для него заигрывающему нотками.

Он стоял в золотых цепочках, с шикарными часами на запястье и кожаной борсеткой подмышкой, прислонившись задом к дверце машины с опущенным окном, и крутил между пальцами ключ-брелок.

Феррари? Не кисло.

— Твои долгожданные носочки. — Лена протянула ему бумажный свёрток.

— Неужто ты сама их шила? — полюбопытствовал он, заглядывая в свёрток.

— А что, если и я? Не доверяешь моим навыкам, боишься, что рога проклюнутся?

Лёня переглянулся с бабушкой, а потом улыбнулся и полез в карман за бумажником.

— Баба Маня знает своё дело, уверен, и внучке науку передала. — Он вытащил пачку пятитысячных купюр и протянул её Лене. — Тут с чаевыми прелестной швее.

Нерешительно забрав деньги, она оглянулась на бабушку. Носки и так стоили бешеных денег, а тут ей дали, судя по толщине пачки, в два раза больше.

— Ба, а нам точно стоит столько брать за обычные носки? — шёпотом спросила Лена, наклонившись к уху старшей родственницы.

— А чё не взять-то, раз дают-то.

Как у неё всё просто устроено!

— Баб Мань, ты сильно разозлишься, если я твою внучку украду? — Лёня кинул борсетку на заднее сидение в салоне машины.

— Я тебе украду, поганец рогатый! У неё дело на сегодня есть, неча девку сманивать.

— Вот как раз и подкину её докуда нужно, — предложил он и поиграл бровями, смотря в упор на Лену. — Красавица, не хочешь со мной покататься?

— Ну-у, даже не знаю, — нерешительно протянула она, тщательно взвешивая все «за» и «против». Когда ей ещё шанс выпадет на Феррари покататься? Но кататься придётся с чёртом, положившим на неё глаз. — Только если немного и ты правда пообещаешь меня подбросить до озера.

— Идёт, — легко согласился Лёня.

— Хорошо, тогда я за сумкой сейчас сбегаю. Бабуль, мне нужен будет метр.

За стенами дома Лена отдала на сохранение деньги, собрала всё необходимое для снятия мерок с водяного и выслушала от бабушки напутствие о сладких речах чёрта, коим нельзя доверять.

— Да с чего мне вообще доверять парню, которого я вижу второй раз в жизни? — не выдержала и возмутилась Лена. — Бабуль, ты меня совсем за дурочку принимаешь?

— Нет, Алёнка, ты недурна. Девка ты умная… — Бабушка замялась, задумчиво двигая губами, словно леденец катала на языке. — Да только ум-то твой не там, где надобно.

— В смысле?

— Ты умная в этих кампукторах своих, слова заморские знашь, в Гуччах разбирашься, а чисто по-житейски… аки цыплёночек

Наклонившись, Лена нежно приобняла свою искренне обеспокоенную родственницу. Может, в чём-то она и была права, но не во всём. Жизнь в большом городе закаляла не хуже деревни, а интриги в офисах небоскрёбов плелись куда сложнее, чем могла себе представить бабушка.

— Не волнуйся за меня. Я покатаюсь немного, а потом к Володе заскочу, мерки снять, и вернусь домой. К вечеру точно буду, хорошо?

— Ладом, — тихо буркнула она и коротко погладила Лену по спине. — Беги уж, егоза ласкучая. Только гляди, ухо востро держи с этим шелопутом, и долго не задерживайся. До темна чтобы вернулась!

Внутри салона спорткара всё выглядело по роскошному футуристично: куча цифровых табло, огромный бортовой компьютер, россыпь кнопок, в том числе и на овальном руле целая игровая консоль. Единственное, что выбивалось из космической атмосферы — запах натуральной кожи.

Лена буквально провалилась в низкое кресло. Ощущение было, что скорее лежала, чем сидела. Она только успела подумать о том, какая крутая звукоизоляция внутри, за поднятыми стёклами, как Лёня резко склонился над ней, обдав жаром своего тела.

— Ты чего это? — напряжённо уточнила Лена и вжалась в кресло ещё сильнее.

— Помочь тебе захотел. — Он обаятельно улыбнулся и подцепил ремень у неё над головой, а потом медленно, никуда не спеша опустил его и закрепил внизу. — Или ты рассчитывала на что-то другое?

— Отодвинься, пожалуйста.

— Смущаешься?

— Да с чего бы? — фыркнула она, рефлекторно отвела взгляд к окну, тут же мысленно чертыхнулась и заставила себя снова посмотреть в его плутовские глаза.

— Ты вся покраснела.

— Не в курсе, что от тебя жар прёт, как от радиатора?

— На это я повлиять никак не могу, — признался Лёня и, наконец-то, отодвинулся. — Но зато в постели могу гарантировать незабываемые впечатления.

Так ещё ни один мужик себя не нахвалился на памяти Лены. Она аж опешила, не зная, как реагировать на это признание. Решила, лучшим выбором будет проигнорировать ляпнутую пошлость.

Лена молча уставилась вперёд и едва не вскрикнула, когда машина резко дёрнулась с места. Лёня вдавил педаль газа, и на мгновение почудилось, что колёса оторвались от земли, взлетая в воздух.

— Ты куда так гонишь?! — рявкнула Лена, вцепившись в ручку на дверце, пока за окном проносились на дикой скорости соседские участки. Её сердце упало куда-то в пятки. — Ты псих или тебе жить надоело?

— Не то и не другое, — ответил он со смешком и резко вошёл в поворот, отчего зад машины занесло, выкидывая на обочину. Колёса немного пробуксовали, поднимая в воздух облако пыли, тачка, подпрыгнув на кочке, рванула вперёд.

— Если тебе нас не жалко, то хоть машину пожалей. Тут вся дорога в заплатках, ты разве не чувствуешь их?

— Чувствую, конечно, но от этого лишь веселее.

— Блин, такие бабки отвалить за премиальную машину, чтобы потом её раздолбать на просёлочной дороге, может только псих, — нервно пробормотала Лена, уже жалея, что согласилась покататься с этим чокнутым придурком. И бабушка была правда: чёрт и Африке чёрт.

— Ни копейки не заплатил за эту тачку, — саркастично хохотнул Лёня и снова резко вошёл в поворот, вылетая на трассу. — Да чё ты, весело же!

— Подожди, в каком смысле ни копейки не заплатил? — Она в ужасе уставилась на его профиль и словно через дымку разглядела другое лицо с кожей более красного оттенка, зверины клыками и короткими, чуть загнутыми вдоль черепа рогами.

— В прямом, взял на время покататься машину.

— Твою мать, ты что… её угнал? — Лена не могла оторвать взгляд от рогов, растущих из рыжевато-русых волос. А её голос так сильно дрожал, что она сама с трудом его узнавала. — Выходит, ты не только чёрт, но ещё и уголовник? А я что… Я теперь соучастница преступления?

Лёня кинул на неё беглый взгляд чёрных глаз и начал постепенно сбрасывать скорость. Демонические черты растворились, прячась за привычной человеческой маской симпатичного мужчины лет двадцати восьми. Но теперь Лена знала, может, и не полностью, но хотя бы частично, как он выглядел на самом деле.

Спорткар плавно затормозил у обочины.

— Слушай, я не хотел… — начал было говорить Лёня, но она уже отцепила ремень безопасности и выбраться на улицу. Ему пришлось последовать за ней. — Да подожди ты, куда втопила?

— От тебя подальше! — сердито огрызнулась Лена, чувствуя себя дурой космического масштаба из-за того, что вообще согласилась на всё это.

— Не дури, Алёнка, ты даже не знаешь, где мы находимся и в какую сторону идти, чтобы вернуться в Межуручье.

— Ничего, попутку поймаю и вернусь без твоей помощи.

Она правда собиралась последовать своим словам, но Лёня её догнал и подхватил на руки, закидывая себе на плечо. Лена успела лишь пару раз стукнуть по спине, прежде чем её не особо аккуратно шлёпнули задницей о бампер. Горячий бампер! Она глухо пискнула и попыталась с него соскочить, но ладони Лёни врезались в металл по бокам от её бёдер, поймав в капкан из рук.

— Я не уголовник, а работник автосервиса, — сказал он, не мигающе уставившись в глаза Лене со слишком близкого расстояния. — Иногда беру тачки покататься, что тоже нарушает кое-какие правила… но я ничего не угонял. И ты точно никакая не соучастница преступления.

— Хорошо, поняла, дай мне слезть, — она вцепилась в запястье над часами, смутно напоминающими Ролекс, и попыталась убрать его руку. Бедные ягодицы и бёдра жгло так сильно, словно они на раскалённой сковороде восседали. — Да дай мне слезть, пока у меня зад не задымился!

Лёня фыркнул, но отступил и даже её подхватил за талию, чтобы помочь слезть с обжигающе-горячего бампера.

— Если сейчас скажешь что-то про запечённую курицу…

— Даже в мыслях не было, — перебил он закипающую от стыда Лену, и ещё громче фыркнул: — Пока ты сама не сказала!

Аккуратно ощупав себя сзади и убедившись, что на юбке не осталось никаких дыр, Лена хмуро посмотрела на смеющегося Лёню. Кажется, у неё теперь появился нелюбимый тип нечисти.

Глава 4. Водяной

После долгих уговоров Лена всё-таки согласилась снова сесть в машину, чтобы Лёня её довёз до озера. Всё дорогу он рассказывал о том, как катал городских девчонок на подобных машинах и всем без исключения нравилась скорость. Якобы хотел и её так повеселить, но не знал, что она такая трусишка.

Лена молчала и никак не реагировала на его слова в первую очередь для сохранения собственного лица, потому что внутри продолжала кипеть. Раз у него такой большой выбор из девчонок, то пусть с ними и развлекается на своих наполовину угнанных тачках, чего к ней продолжал цепляться?

— Есть на завтра планы? — спросил Лёня, подъезжая к озеру по знакомой дороге.

— Есть.

— Какие?

— Важные.

— А что насчёт послезавтра? — не собирался так просто сдавать он и затормозил у развилки, где одна дорожка вела к пляжу, а вторая — к дому водяного. — Я знаю место неподалёку, где готовят вкусные морепродукты. Ты же любишь всякие суши?

— Нет, терпеть не могу всякие суши, — сказала как отрезала Лена и вылезла из машины.

— Эй, а мясо любишь? Может, тогда шашлыки организуем? — Лёня тоже выбрался на улицу.

— Спасибо за незабываемое во многом приключение, Лёня, но давай на этом всё, — произнесла она с вежливой улыбкой в надежде, что он поймёт намёк и отстанет.

— А мясо тебе чем не угодило-то?

— Да при чём тут мясо.

— Что ты вообще тогда ешь?

— Какая разница, что я ем? Важнее то, с кем я ем, не улавливаешь намёков? Хорошо, говорю прямо: на этом наше общение — всё. Ты свои чудо-носочки получил, бабушка тебе больше ничего не должна, а я и подавно.

— Какой всё? — усмехнулся Лёня и наклонил голову набок, волосы шевельнулись, и ей снова почудились коричневые рожки, торчащие между короткими и вьющимися прядями. — У нас всё только начинается, Алёнка.

— Удачной дороги, — холодно бросила Лена и пошла по той дорожке, что вела к дому водяного. Наверняка ещё одного отморозка, но который гонял не на тачках, а на… яхтах?

Лёня, спасибо вселенной, не увязался за ней, а сел в машину и укатил по делам. А она через пять минут вышла к дому с деревянным колесом. Глубоко вздохнула, готовясь к встрече с очередным сказочным чудиком, и коротко постучала в дверь.

— Кто? — послышался приглушённый голос изнутри.

— Здравствуйте, меня прислала бабушка Маня, чтобы снять с вас мерки для рубашки.

Замок щёлкнул, и дверь слегка приоткрылась. Прошло несколько секунд, прежде чем Лена поняла, что это такое своеобразное приглашение зайти в дом. Гостеприимно, ничего не скажешь.

Она медленно зашла внутрь, внимательно оглядываясь по сторонам. Простенько, но со вкусом. Изнутри стены, плавно перетекающие в потолок, оказались обиты досками. Качественными досками с красивыми натуральными узорами, которые подчёркивал янтарный лак. На каменном полу лежала дорожка из тёмно-коричневого ковра. Но, что удивило её сильнее всего — запах.

Когда шла в гости к водяному, Лена морально готовилась наслаждаться ароматами какой-нибудь сырой рыбы или болота. Сам дом, в конце концов, стоял на берегу озера. Вполне естественно, что внутри должен было пахнуть сырым деревом, тиной и мокрой землёй. Но ничего подобного она не почувствовала. Вообще ничего, кроме приятной свежести, какая бывала, если проветрить помещение двумя настежь открытыми окнами.

А вот хозяина дома нигде поблизости не оказалось.

— Извините, а куда идти? — уточнила Лена, замерев по центру длинного коридора, от которого ответвлялись аж три пути.

— Прямо, — ответил ей мужской голос.

Ощущая себя максимально нежеланным гостем, она прошла по длинному коридору и вышла на большую и светлую кухню. Возле окна во всю ширину стены стоял к ней спиной высокий, широкоплечий мужчина в белой подпоясанной рубахе и в голубых штанах. Впрочем, на одежду Лена мало внимание обратила. Она зависла на длинных и чёрных волосах, достающих кончиками аж до середины спины. В жизни не видела такой густой и ухоженной гривы у мужчины.

Карина, уже много лет красящаяся из натуральной блондинки в жгучую брюнетку, от зависти позеленела бы… Аж захотелось, чтобы она сейчас рядом с Леной оказалась. Точно ядом захлебнулась, причитая, что такой длины волосы носить не по-мужски. И вообще, мужчина должен быть чуть красивее обезьяны.

— Можете разложить свои вещи на столе, барышня, — негромко, но твёрдо произнёс приятный баритон, и мужчина, наконец-то, повернулся к ней лицом. Он оказался очень далёк от обезьяны. Настолько, насколько это вообще возможно.

— Какие вещи? — заторможенно переспросила Лена, уставившись на благородного красавца с аристократическим носом, глубоко посаженными глазами и кустистыми, чёрными бровями.

— Вы же пришли, чтобы снимать с меня мерки, — ответил мужчина, на миг расслабив поджатые губы, теряющиеся на фоне массивной и тяжёлой челюсти. Он смотрел на неё спокойным, ясным взглядом, но всё равно появилось ощущение какой-то обнажённости, словно ей глядели прямо в душу.

— Да, точно! — Лена хохотнула и повернулась к столу, чтобы вытащить из сумки блокнот с ручкой и метр.

Пока вытаскивала вещи и делала записи на пустом листе, она пыталась успокоиться и заодно понять, что на неё нашло? Такие холодные красавчики вообще не в её вкусе: светлоглазые, темноволосые, белокожие. И кожа у него была не просто белой, она аж синевой отдавала, как у утопленника.

Нет, Лене всегда нравились светловолосые парни, смуглые и кареглазые. Это её типаж, и тот же Лёня в него гораздо больше попадал.

Закончив делать предварительные записи, обозначив все охваты, что ей пригодятся для рубашки, она взяла метр и пошла к водяному.

— Как к вам можно обращаться?

— Володя.

— Приятно познакомится, Володя. А я — Лена.

— Елена, — протянул он с неопределённой интонацией.

— Ага, но чаще в деревне меня все называют Алёнкой. — Лена встала напротив и в растерянности замерла, не зная, с чего начинать снимать мерки. И пока она пыталась справиться с привалившим волнением, как обычно, стала заговаривать зубы: — Так-то Алёна и Елена — давно два разных имени. Но пожилым людям всякие нововведения сложно даются. Поэтому я никого тут не поправляю, а смиренно принимаю старческие закидончики. Рано или поздно я тоже стану старушкой и буду своим внукам казаться дремучим мракобесом.

— Елена — хорошее имя. — Володя поднял руки, подставляя талию для замера. — Оно ведёт свою историю от Елены Прекрасной — самой привлекательной из женщин древнегреческой мифологии. Из-за её красоты даже разгорелась Троянская война.

bannerbanner