Памир. Книга 1

Сова выстрелила в ту же секунду, когда увидела мой силуэт, пуля прошила броню рыцаря, его извращённое тело, нагрудную пластину и ударила в каменную кожу, осыпавшуюся крошкой. Попадание обладало такой энергией, что я завалился вместе с рыцарем. Услышал стук передёргиваемого затвора и откатился в сторону.

Как раз вовремя, чтобы избежать новой струи блевотины. Та тут же начала испаряться, образуя кислотное облако, но я уже вскочил, подобрав топоры рыцаря, и почти без замаха кинул их, один за другим, в рожу жирной твари. Увернуться она не могла, так что попал я отлично: раскроил ей носоглотку и верхнюю челюсть. Теперь кислота текла прямо под изувера, растворяя его собственные ткани.

Снайпер попыталась что-то крикнуть, но из её искривлённого горла вырвалось только бульканье, напоминающее клёкот совы. Она дёрнула затвор, раз, другой, но, похоже, магазин закончился. И перезарядить его монстр уже не мог, сросся. Я было подумал, что нужно оружие, чтобы добить тварь, но в этот момент на перекрёсток ворвался ещё один броневик с колоколом.

На его крыше крепилась настоящая башня, с дулом сантиметров десяти. Мгновение стражи ещё выбирали, в кого стрелять. Но затем снайпер повернула свою винтовку в их сторону, и решение было принято мгновенно. Здоровенное ядро, вырвавшееся из дула вместе с облаком раскалённого пара, снесло изувершу, проделав в ней здоровенную дыру.

– Эй-эй! Я свой! Человек! – крикнул я, беря стихию под контроль. – Это они на меня напали! А я оборонялся! Или вы и магиков тоже убивать собрались?

– Поднимите руки вверх и не используйте волшебу! – раздался твёрдый уверенный голос из громкоговорителя. – Прошу не сопротивляться, ваше благородие магик, иначе не пожалеем. В управе разберутся.

Глава 8

Всю ночь меня промурыжили в темнице. Не то чтобы мне было неуютно… Ни холод, ни жёсткая кровать меня не пугали. Если честно, я их вообще не прочувствовал, зато выспался и приход служителя закона встретил довольным, чем заметно выбило того из колеи.

– Значит, вы утверждаете, что, находясь в таверне «Славная дружина», подверглись необоснованному нападению группы ликвидаторов? – листая папку, скучающим голосом проговорил следователь – не старый ещё мужчина, лет сорока пяти, с отчётливой сединой в волосах и в аккуратном, пропахшем табаком сюртуке. Он представился Никифором Петровичем, старшим городским следователем.

– Именно, – спокойно согласился я.

– А вот у меня есть свидетели, что это вы подошли к их столу и использовали заклятье. Что строжайше запрещено без должной причины.

– О, причина у меня была, – усмехнулся я и, повернув голову, показал на длинную царапину возле глаза. – Это след от стилета, которым меня пытались пырнуть. Очевидно, хотели в глаз, но промахнулись.

– Но вы не отрицаете, что подошли к ним первым?

– Я шёл из своей комнаты на выход, хотел свежим воздухом подышать.

– Ну да, ну да, – хмыкнул Петрович, перелистнув папку. – Один из посетителей таверны заявляет, что вы по имени позвали боярина Войцеха Клусинского и сказали, будто не договорили.

– Хм. Вот этого точно не было. Я заметил, как паренька одного, тощего, зажали здоровые мужики. Матёрые, словно волки в стаде овец. Подумал, что ему, может, помощь какая нужна, вот и позвал. Но имени его не упоминал. Так это Войцех? Слышал о нём, правда, не только хорошее. Рад, что он спасся.

– Увы, боярин мёртв. Его тело кобыла притащила ко двору, – явственно поморщившись, проговорил следователь.

– Вот же изуверы проклятые! И его прибили, и меня чуть не грохнули.

– Ну да, – фыркнул мужчина. – Будь это кто-то другой, у меня бы даже мысли возражать не возникло. Да только это были ликвидаторы. Один из лучших пограничных отрядов, что как раз за изуверами по всей границе охотился.

– Не чурающихся кровавых подработок? – вернув ему улыбку, поинтересовался я. – И как же так вышло, что они превратились в тех, с кем должны были бороться? Не расскажете?